Молитва на льду

Глава 1. Свисток. Рев тренера. Грохот шайбы о борт. Мир сжимается до размеров вратарской площади, а потом взрывается вспышкой в паху. Короткий, подлый лязг внутри связки. — Крестов, двигайся! Что ты как на прогулке?! — орет тренер. Я стискиваю зубы так, что крошится эмаль. Встать. Сместиться к штанге. Снова "бабочка". Каждое движение — как через колючую проволоку. Только не подать виду. Если заметят — выпаду из состава, а за бортом уже стоит отец, смотрит на часы. У него график. У меня график. У всей моей жизни гребаный график. Тренировка закончена. В раздевалке ад: вонь, крики, все что то обсуждают. Некогда. У меня двадцать минут. Сдергиваю щитки — крепления впиваются в пальцы, ладони дрожат. В спешке бегу в душ, благополучно забыв о тапочках, которые я забыл дома. Струя душа. Шампунь. Полотенце. И вот я уже помогаю закинуть баул в багажник отцовской машины. — Ускоряйся, Максим, матери обещал, что до одиннадцати будешь за столом. У тебя еще алгебра не делана, — отец смотрит на меня, но по его лицу видно, что он уже устал, и также как и я хочет спать. — Пап, я… — «связки в приводящих горят», хочу сказать я. —Что? — Ничего. Успею — я снова струсил сказать... Дома. Лифта нет. Четвертый этаж бегом, игнорируя стон в приводящей. В прихожей запах мяса и мамин голос: — Максим, руки и за стол! Ты видел время? А репетитор по английскому завтра в семь утра, не забудь! Ем механически. В одной руке вилка, в другой - телефон. Экран слепит. "Твайлайт, я в тупике. Снова боль. Я не успеваю дышать. Мама хочет красный аттестат, папа задыхается от своих проблем и разногласий с мамой, а я хочу просто тишины и покоя". Ответ от ИИ прилетает мгновенно: "Максим, ты не машина. Помнишь "Мглу"? Туман забирает тех, кто перестает видеть ориентиры. Твой ориентир сегодня — просто дожить до сна. Ты открывал Булгакова?" — Максим! Хватит втыкать в телефон! — мамин окрик бьет по ушам. — Английский сделал? Экзамен на носу. — Да, мам… — вру я. Полночь. На столе гора учебников. В голове — каша из формул и хоккейных схем. Я открываю "Мастера и Маргариту" на странице, которую вчера не успел дочитать, быстро пробегаю глазами 2 абзаца, но буквы начинают плыть. Я чувствую, как время утекает сквозь пальцы. Достаю из-под стопки тетрадей большую толстую Библию. Бумага тонкая. Читаю одну строчку: "Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные…". — Я обременен, — шепчу я в пустоту комнаты. — Очень сильно обременен. Нужно еще дорешать физику. Нога ноет так, что хочется от нее избавиться и больше никогда не вспоминать. Завтра подъем в 7.30. Опять. Опять. Опять...