Нелюбовь

      Время действительно лечит душевные раны, но, к сожалению, весьма избирательно. Некоторые затягиваются, рубцуются, какое-то время еще зудят мимолетными воспоминаниями, но вскоре исчезают и бремя их незаметно рассеивается в обыденности. А некоторые гноятся и изъязвляются, стремясь углубиться и расшириться, причиняя боль, которая не утихает, но с каждым днем становится все сильнее.       Он не хотел ненавидеть. Он надеялся забыть. Все должно было остаться в прошлом. Перед ним горела его путеводная звезда. Смысл его жизни теперь был только в ней. Но подлая память ночами не давала ему покоя. Тщетно он пытался вытеснить воспоминания о принцессе мыслями о королеве. О праведной королеве. О милосердной королеве. О безгрешной королеве. Но суть его уже была отравлена этим ядом и пути назад для него не было.       Принцессу он видел время от времени. Она изменилась. Слегка похудела, осунулась. Темные тени легли под глаза. Перестала улыбаться. Нередко он замечал очередной взгляд ее, полный отчаяния. Вопреки воле, его охватывала мстительная радость. Пусть она тоже страдает. У нее был выход, она сама отказалась от любви, от счастья, от его собственной жизни, которую он был готов бросить к ее ногам. Она выбрала железный трон, а его лишила чести и самоуважения. Но у него теперь есть смысл – служение идеалу, символу жертвенности и благочестия. А она пусть остается с навязанным ей мужем-мужеложцем и сожалениями об утраченном.       Признаться в подобном было сложно, но эти мысли грели его душу. Ему доставлял удовольствие редкий блеск слезинок в уголках ее глаз. Еле заметно кривящиеся краешки губ. Ее молчаливость и рассеянность на турнирах и балах. Но его собственный взгляд был теперь устремлен лишь на королеву. Достойную из достойнейших. Прекрасную из прекраснейших. И подарившую короне наследника.       Принцесса же не могла понести даже спустя полгода после свадьбы. С каждым днем она становилась все мрачнее и задумчивее. Муж ее, лишившись своего любовника, очевидно был не способен ни на что, кроме пьянства и скорби. Отец смотрел на нее с грустью и тревогой, а придворные шептались за ее спиной. Это было правильно и это было справедливо. И он желал, чтобы это продолжалось как можно дольше. Пока яд, который эта маленькая паучиха впрыснула ему в кровь, не перестанет мучить его каждую ночь.       Он сопровождал королеву в поездке к родственникам. Когда все семейство вышло во двор, чтобы проводить её, он намеренно встретился взглядом с принцессой. Глаза её были красны от слез, а король был мрачнее тучи. Скорее всего, этому предшествовал тяжёлый разговор. Он позволил себе слегка улыбнуться. Она опустила взгляд. Все верно. Она должна была страдать, как страдал он.       Поездка длилась чуть более месяца и король закатил бал в честь возвращения королевы. Привычно окинув взглядом залу и найдя глазами принцессу, он сначала даже не осознал изменений, которые в ней произошли. На щеках ее играл румянец. Она ела и пила с непривычным аппетитом. И улыбалась. В груди его кольнуло, дыхание перехватило. Боль и злость едва оставившие его душу вспыхнули с новой силой. Он вспомнил ее прежнюю, которая улыбалась ему и доверяла свои тайны. Которую он любил больше жизни. Которая предала его. Она не имела права на счастье за то, что сделала с ним. Она не должна была больше улыбаться.       Заиграла музыка, и принцесса впервые за полгода отправилась танцевать. Сначала ее вел муж, но потом перехватил огромный, широкоплечий, похожий на медведя, вельможа, с гривой каштановых волос. Кажется, это был капитан городской стражи. Сын десницы, родовитый, самовлюбленный и напыщенный болван. Весь оставшийся вечер золотой плащ не отходил от неё, улыбался ей и что-то говорил, склоняясь к уху. Она слегка краснела и смеялась, опуская взгляд. Ему стоило невероятных усилий не пойти и не изрубить их обоих на куски. Но он только стоял и смотрел, как они танцуют, сжимая рукоять меча и кусая губы. Лишь раз он бросил взгляд на королеву. Она тоже смотрела. Она была бледна.       А спустя месяц объявили о том, что принцесса в положении. Вынашивать дитя она отправилась на Дрифтмарк, к родне своего мужа. Однако же, ближе к разрешению от бремени, вернулась в Красный замок. Все эти месяцы он не находил себе места. И все смотрел на королеву, которая по всей видимости чувствовала то же, что и он. Они оба как будто остановили свои жизни, ожидая ответа на мучивший их обоих вопрос.       Наконец, стоя на своём месте у королевских покоев, он завидел наследную чету. В руках принцессы был кричащий парчовый сверток. Муж поддерживал её под локоть и с беспокойством и любовью заглядывал в шевелящиеся тряпичные складки в её руках. "Принцесса", - его голос кажется слегка дрогнул. Она подняла на него усталый взгляд и улыбнулась. А он, не смея дышать, сделал шаг в сторону, осознавая в ту секунду, что эта лёгкая улыбка предназначалась не ему. А просто стражнику у дверей её отца. Она его не разлюбила. Она его не любила. У них небыло общей боли. Вся боль только его.       Через время улыбающаяся пара покинула королевские покои, баюкая в руках свое сокровище. Следом за ними вышла королева. Он бесмолвно последовал за ней, преодолевая коридоры и арки. Наконец она остановилась, оперлась на стену и оглянулась. Лицо её бледное и красивое было непривычно искажено гневом. "У мальчика темные волосы" - глухо прошептала она и отвернулась, переводя дух.       В этот момент он понял с кристальной чистотой, что положит всю свою оставшуюся жизнь на то, чтобы Рейнира Таргариен никогда не взошла на железный трон.