DoubleFedora

(Простите, готовлюсь к экзамену, 9 класс как-никак. Да, и забыла я про этот фанфик, наверное, скоро закончу, ну посмотрим. МНЕ ПОСТАВИЛИ 3 ПО АЛГЕБРЕ ЗА ДВЕ ОШИБКИ.. 💔) Шанс лежал дома, кувыркаясь на кровати. Кровать скрипела, одеяло уже спадало, а Шанс всё ещё не мог встать с кровати от стыда. Как раз было воскресенье и выходной. Спейд лежал, свернувшись в комок, рядом с хозяином. Шанс перевернулся и начал поглаживать Спейда, потом у Шанса наступил перелив какой-то няшности от Спейда. Шанс потянул свою руку и начал много ласкать и гладить Спейда. Спейд терпел, терпел, но после эти тридцатиминутные ласки настолько его достали, что он наконец-то укусил палец Шансу, чтоб тот успокоился и дал ему личные границы. Шанс очнулся и обиделся на Спейда, отвернувшись от него. Спустя час Шанс наконец-то перестал дуться и пошел на кухню, взяв доску и нож, начиная резать морковку для Спейда. Его золотистые глаза блестели на лучах солнца. После Шансу пришло уведомление от его компании. Шанс открыл сообщение, и там в группе пишут: Эллиот: погнали все вместе в кино куда-нибудь, а то скучно, сидишь дома как дурак. Севен: поддерживаю. Можно на какой-нибудь ужастик. Шедлетский: ДААА, ДА ДА ДА ДА ДА ДА ДА ДА УЖАСТИКИ, я уже бегу заказывать билеты. 1х1х1х: м, сколько нас будет? Шанс: я тоже пойду. Написал Шанс, чтоб его тоже включили. Билдер: я бы пошел.. но я боюсь. Шедлетский: ХАХАХАА, ссыкло) Билдер: я тебе щас покажу ссыкло, я пойду. Шедлетский: так ты от страха уже просрёшь в штаны, АХХАХААХ. Билдер: я тебе въебу. Шедлетский: иди нах. Ноли: я тоже пойду, мне тоже скучно. Эллиот: значит пойдут все, всего нас 7, Шедлетский, что ты заказал? Шедлетский: Синистер. Шанс: БЛЯТЬ ТЫ ЕБЛАН, я по отзывам читал, это очень страшно, мой брат, когда смотрел, он сказал, чуть с окна не выпрыгнул. Эллиот: у тебя есть брат?.. Шанс: э.. ну да, Ланс.. Эллиот: и ты мне об этом не говорил!? Кошмар, ты точно больше ничего не скрываешь от нас? Шанс: я думал, вы знаете.. Эллиот: ладно, проехали, кино во сколько начинается? Шедлетский: щас, в 21:35, после какого-то другого кино. Шанс: ... Ты серьезно? Мы прям ночью туда пойдем? Шедлетский: если хочешь, я могу на 22:30 поставить, я ещё оплатить не успел. Шанс: нет, не надо. Эллиот: я щас тебе, Шедлетский, переведу денег, и все тоже переводите. Вся группа поставила «👍» на сообщение Эллиота и переводила деньги Шедлетскому, который сразу же оплатил 7 билетов. Но получилось так, что кто-то должен был сидеть на самом последнем ряду, так как мест больше не оставалось. Шедлетский решил сказать об этом чуть позже, когда они всей компанией встретились. Шедлетский поправил свою белую футболку Blamed John и начал: — Так получилось.. что кто-то должен один сесть на самом последнем ряду, пока все остальные будут сидеть на восьмом ряду, места: 13, 14, 15, 16, 17, 18. А тот, кто один, будет на пятнадцатом ряду, 20 место, прям в углу. Сорян, там реально больше мест не оставалось, — с сожалением говорил Шедлетский, и все сразу же насторожились. Эллиот задумался, затем, заправив свои блондинистые волосы за ухо, сказал: — На суе-фа? Ну, тут никто добровольно не захочет, как изгой, сидеть один, ещё в последнем ряду в самом углу. Тупо же, — говорил Эллиот, протягивая кулак, чтоб сыграть в камень, ножницы, бумага. — По два, а то каша-малаша получится. Эллиот суе-факался с Севеном, Эллиот выиграл. Шанс суе-факался с Шедлетским, Шедлетский выиграл. Севен суе-факался с Ноли, Ноли выиграл. 1х1х1х суе-факался с Севеном. Ничья, по-новой, опять ничья, добавили Шанса. Шанс проиграл (1х1х1х показал колодец, Севен тоже, а Шанс ножницы. Поэтому 1х1х1х и Севен вышли). Э Осталось два кандидата: Билдер и Шанс. Шанс настроился на победу, а Билдеру было все равно. Шанс был уверен в своей удаче и в своем самолюбии, что он выиграет. В итоге он проиграл. — Блять, ну пожалуйста, я сяду кому-нибудь на коленки, я не хочу как изгой сидеть в углу самом, пожалуйста! — буквально молился Шанс. — Я бы разрешил, как своему бро, но Севен будет ревновать, — сказал Эллиот, и Севен дал ему по шее. Эллиот с объятиями попросил у него прощения, и тот ответил в ответ, прощая. Шедлетский достал курицу, начиная ее есть. Чавкая, Шедлетский сказал: — Чувак, можешь со мной, я подготовился, кучу чипсов пронес и еды в портфель, — говорил Шедлетский, а у него уже капелька жира обгадила его футболку. Но Шедлетский не видел, ему было похую, лишь бы пожрать. (И да, он не был толстым. Для меня Шедлетский такой позитивный и очень развлекательный. Такого среднего телосложения, не толстый, но и не худощавый, слегка накачанный, так как по утрам, пока никто не видит, он делает пробежку вокруг подъезда, чтоб не растолстеть слишком.) Шанс отказался и пошел на самое заднее место. Уже начиналось кино, и Шанс даже не обратил внимания на соседа, так как место было пустое, и не одно, а целых пять. Шанс сидел, скучал, смотрел, когда там кого-то резали. Одному было очень скучно, он пошел в туалет. После десяти минут, когда он пришел, он увидел: его соседи уже сидели. И, блять, экран от фильма посветил, и Шанс заметил знакомую полосатую шляпу. «Сука, сука, сука, да он меня преследует!!» — внутри кричал Шанс и всё-таки сел. Экран мерцает холодным синеватым светом, в динамиках нарастает тревожный скрип — на сцене как раз момент, когда главный герой заходит в заброшенный чердак. Мафиозо сидит, закинув ногу на ногу, в своей неизменной полосатой шляпе, лениво покручивая в пальцах золотую цепь. Он не сразу замечает вернувшегося Шанса (он видел его, но проигнорировал, ведь он пришел ради такого устрашающего фильма). Мафиозо смотрит на экран с выражением крайнего скепсиса, слегка прищурившись, а его друзья уже сжались в кресле от страха и от адреналина. Шанс приходит и замирает в проходе, его золотистые глаза расширяются, и он едва не роняет телефон. В тусклом свете экрана он отчетливо видит знакомый профиль с острыми скулами и вечно недовольным изгибом губ. Шанс тихо, но с чувством шипит сквозь зубы, пока экран не взрывается криком жертвы, заглушая его слова. Он плюхается на свое 20-е место, стараясь сесть как можно дальше, буквально вжимаясь в подлокотник, отделяющий его от Мафиозо. Скрестив руки на груди, Шанс демонстративно смотрит только в экран, но его ноздри слегка раздуваются от раздражения и от недовольства, смотря на своих друзей, которые друг с другом держались за руки и ничего не боясь. Мафиозо медленно, словно только что заметив движение справа, поворачивает голову. Узнав соседа, он не меняет позы, только уголок его губ чуть приподнимается в презрительной усмешке. Он поправляет поля шляпы, отбрасывая тень на глаза, и нарочито громко, перекрикивая очередной скример, произносит, обращаясь будто бы в пустоту перед собой: — Mamma mia... Если бы я знал, что в этом заведении пускают не только людей, но и их домашних... грызунов, я бы взял с собой средство от паразитов. — Итан усмехнулся, а Ян засмеялся, но резко замолчал, вспомнив, что в кино нужно быть тихо. Мафиозо даже не смотрит на Шанса, но пауза и интонация не оставляют сомнений, кому адресована реплика. — Хотя... лишний шум от этого... писка... только добавляет атмосферы этому дешевому балагану. Хоть какая-то польза. Он достает из кармана пиджака горсть попкорна и начинает медленно, с хрустом, жевать, продолжая игнорировать Шанса, но явно ожидая реакции на свою провокацию. Свет от экрана вновь падает на лицо Мафиозо, выхватывая из темноты его хищную, бесячую улыбку. Шанс про себя уже думал: «Это пиздец, я не хочу сидеть буквально рядом с ним», но пришлось сесть, стоя ноги затекают. В зале нарастает напряжение. На экране крупным планом показывают чью-то руку, тянущуюся к ручке двери, музыка становится пронзительной. Шанс ёрзает на кресле, скрипя обивкой, и старается максимально отодвинуться от Мафиозо. Его плечо упирается в холодный подлокотник, и он почти свешивается в проход, рискуя свалиться при следующем скримере. Золотистые глаза бегают по экрану, но под черными очками ни хрена не видно. Но мысли явно заняты совсем другим — он чувствует спиной каждое движение этого напыщенного придурка в шляпе. Шанс глубоко вздыхает, прикрывает глаза на секунду, мысленно досчитывая до десяти. Затем резко выпрямляется, натягивает капюшон толстовки на голову, засовывает руки в карманы и всем своим видом показывает, что происходящее рядом его совершенно не волнует. Шанс тихо, едва шевеля губами, так чтобы Мафиозо не услышал точно: — За что... Я просто хотел кино посмотреть... С друзьями.. не с ним... На экране происходит резкий скример — дверь распахивается, и оттуда вываливается труп. Зал вздрагивает. Шанс тоже вздрагивает, но больше от неожиданности, чем от страха, и случайно задевает локтем подлокотник со стороны Мафиозо. «Черт». Он замирает, надеясь, что тот ничего не заметил. Краем глаза Шанс косится на соседа, пытаясь оценить, насколько сильно он сейчас влип. Мафиозо на мгновение замирает с очередной горстью попкорна у рта. Его бровь медленно ползет вверх. Он не оборачивается. Но попкорн в его пальцах хрустит особенно громко, когда он сжимает кулак. Сделав вид, что поправляет воротник рубашки, он нарочито небрежным жестом стряхивает с плеча невидимую пылинку — в том месте, куда якобы мог прикоснуться локоть Шанса. Наконец, он поворачивает голову ровно настолько, чтобы Шанс видел его острый профиль и надменный прищур. Мафиозо голосом тихим, но полным ледяного превосходства, словно он обращается к официанту, который пролил вино на скатерть: — Если ты пытаешься привлечь мое внимание — то у тебя не выйдет. Я не подаю милостыню навязчивым попрошайкам, особенно таких, как ты. А если твои конечности живут своей жизнью, советую обратиться к врачу. Психиатру. Или сразу в... крематорий для лишних деталей. Он снова отворачивается к экрану, но теперь сидит неестественно прямо, словно аршин проглотил, и его поза кричит о том, насколько ему «неприятно» находиться рядом с кем-то вроде Шанса. Он ждет, затаив дыхание, какой будет реакция на эту словесную пощечину. Скрипка в саундтреке фильма взвизгивает особенно жалобно, вторя накалившейся между ними атмосфере. (Блять, башка болит, сука, ничего не знаю, ничего не помню, вообще все ужасно. Аж, сигануть с крыши охотно.) Извиняюсь, что так очень мало, ну очень, вообще времени нету... Подготовка, не высыпание, злоба. В следующий части, обещаю, сделать побольше, чем эта хуйня, которую я придумала на свою больную голову. 🙏