Лев среди Звезд

Утро в особняке Блэков наступило тихо, почти обманчиво спокойно. Лондон ещё не проснулся окончательно, и туман над площадью Гриммо лежал низко, словно сама улица старалась скрыть дом, который уже несколько столетий стоял здесь, переживая войны, падения министерств и смену поколений. Тайвин не спал, он сидел в библиотеке у окна, где тяжёлые бархатные портьеры были чуть раздвинуты, и бледный мартовский свет падал на длинный стол из чёрного дуба. Перед ним лежала карта магической Британии — старая, ещё времён до последнего реформирования Министерства. На ней были отмечены владения древних домов, их мануфактуры, земли, старые поместья. Он смотрел на неё уже почти час. Что-то было не так, не факты — их у него пока почти не было. Предчувствие. То самое чувство, которое он научился слушать ещё в Кастерли-Рок, когда от одного неверного решения зависели судьбы целых домов. Тогда он понял простую вещь: иногда информация приходит раньше, чем объяснение. Дверь тихо скрипнула. — Сириус? Регулус Блэк остановился у порога. Тайвин поднял глаза. — Ты собирался сегодня к Малфоям? Регулус чуть удивился. — Да… Нарцисса просила зайти. Мы должны были обсудить— — Иди сейчас. Юноша нахмурился. — Сейчас? — Да. Голос Тайвина был спокойным, но в нём не было сомнения. — Узнай, всё ли у них спокойно. Регулус несколько секунд молчал. — Ты думаешь… — Я думаю, — перебил Тайвин, — что если что-то происходит, Малфои узнают об этом раньше большинства. Он слегка наклонился вперёд. — И ещё. Регулус остановился. — Спроси про Беллатрикс. Юноша кивнул. Через минуту он уже аппарировал, Тайвин снова посмотрел на карту. Предчувствие не исчезло и это ему не нравилось. Регулус вернулся почти через два часа. Он вошёл быстро, не снимая плаща. — Брат. Тайвин поднял взгляд. — Ну? Регулус выглядел напряжённым. — Нарцисса сказала… Беллатрикс пропала. В комнате стало тихо. — Когда? — Несколько дней назад. Регулус прошёл ближе. — Она ушла из дома. Сказала, что у неё встреча. Он помедлил. — И не вернулась. Тайвин молчал. — Её жених тоже исчез. Теперь пауза стала длиннее. — Малфои пытались связаться с ними. — Безуспешно. Тайвин медленно встал, теперь предчувствие стало чётким. Он собирался что-то сказать, когда из коридора донёсся громкий хлопок аппарации — не человеческой. И сразу после этого — крики. — Хозяин! Милорд! Кричер ворвался в библиотеку, задыхаясь, за ним в дверях стоял ещё один домовой эльф. Маленький, худой, с обожжённым ухом и порванной туникой. Он дрожал. Кричер указал на него. — Он из школы, хозяин! Эльф упал на колени. — Плохие вещи… плохие вещи в Хогвартсе… Тайвин медленно подошёл. — Поднимись. Эльф поднял голову. Глаза у него были расширены от ужаса. — Замок закрыт. — Щиты подняты. Регулус шагнул вперёд. — Что произошло? Эльф глотнул воздух. — Плохой волшебник… очень плохой… он взял замок… Тайвин замер. — Кто? Эльф покачал головой. — Мы не знаем… но он сильный… очень сильный… он поймал старого директора… Регулус побледнел. — Дамблдора? Эльф кивнул. — И замок закрылся. Он говорил быстро, сбивчиво. — Двери не открываются… камины не работают… стены слушают… Он прижался к полу. — Эльфы пытались уйти… один смог… я… Он посмотрел на Кричера. — Я знаю его… он говорил про дом Блэк… поэтому я привел его… Тайвин некоторое время молчал. В комнате было слышно только дыхание эльфа. — Сколько времени прошло? — Ночь… и утро… — Щиты всё ещё держатся? Эльф кивнул. — Никто не выходит. Регулус посмотрел на Тайвина. Если замок закрыт — значит контроль над его защитами перехвачен, это мог сделать только человек, который знал древние механизмы, и обладал силой, достаточной чтобы подчинить их. Ответ был очевиден. Реддл. Но в каком состоянии он вернулся? Мысли складывались в неприятную картину. Тайвин подошёл к окну, туман над площадью начал рассеиваться. Он смотрел на город, и в этот момент решение пришло, старое решение. Проверенное опытом его прошлой жизни. Он повернулся. — Регулус. — Да? — Мы не будем ждать Министерство. Юноша кивнул. — Тогда что? Тайвин подошёл к столу и положил руку на карту. — Мы сделаем так, как делали всегда. Регулус нахмурился. — Как? Тайвин поднял глаза. — Мы соберём знамёна. В комнате стало тихо. — Малфои. Он загибал пальцы. — Принцы. — Нотты. — Розье. — Булстроуды. Его голос звучал спокойно, но в нём появилась та тяжёлая уверенность, которую чувствовали люди, служившие ему в другом мире. — Все дома, которые недавно говорили, что хотят видеть во мне их лидера. Регулус медленно выдохнул. — Ты собираетешься вести их на Хогвартс? Тайвин посмотрел на него. — Если потребуется. Он сделал паузу. — Но сначала нам понадобится сила. Он повернулся к Регулусу. — Малфои владеют заповедником. Юноша кивнул. — С драконами. — Именно. Тайвин смотрел на карту. В его памяти вспыхнули другие картины. Поле у Кастерли-Рок. Знамёна домов. Армии, собирающиеся по его приказу. Он тихо сказал: — Попроси Люциуса. Регулус поднял голову. — Что именно? Тайвин слегка улыбнулся, но в этой улыбке не было тепла. — Мне нужен доступ. Он посмотрел на окно. — Если Реддл запер замок… Его голос стал холоднее. — Тогда мы постучим в ворота. ——— Небо над северным Уэльсом было низким и тяжёлым, как старый свод кузницы. Ветер с моря шёл холодный, солёный, и гнал по долинам серые облака, которые цеплялись за зубчатые вершины скал. Здесь, среди этих чёрных утёсов и широких каменных плато, располагался заповедник, о существовании которого знали лишь несколько старых семей и горстка магозоологов, служивших Малфоям. Аппарация выбросила Тайвина на край огромной долины. Секунду он стоял неподвижно, позволяя ветру расправить плащ. Перед ним открывался вид, который редко видел человек. Долина уходила вниз, широкая, окружённая кольцом скал. В её центре поднимались каменные столбы, остатки древних вулканических извержений. Между ними клубился дым. Земля там была чёрной и растрескавшейся, как после пожара, и повсюду были следы, глубокие борозды от когтей, оплавленные камни, обугленные пятна. Драконы. Их было девять. Некоторые лежали на скалах, огромные, свернувшиеся как живые холмы. Один медленно ходил у края скалистого разлома, и его крылья время от времени поднимались, как паруса. Ещё один спал, но даже во сне его грудь поднималась, как кузнечный мех. Воздух был густым от тепла и запаха серы. Когда Тайвин сделал первый шаг вниз по склону, один из драконов поднял голову. Потом другой. Потом третий. Девять пар глаз медленно повернулись к нему. Они наблюдали, это был не страх и не агрессия. Это было… любопытство. Люди приходили сюда редко, а люди, которые шли прямо к центру долины — почти никогда. Тайвин шёл медленно. Он не держал палочку в руке, потому что знал: магия здесь ничего не решит. Драконы чувствуют другое, он остановился в центре долины, на чёрной площадке из древней застывшей лавы. Теперь все девять смотрели на него. Самый крупный лежал дальше остальных. Чёрный. Его тело было длиннее, чем башня Хогвартса. Чешуя была почти матовой, словно выточенной из вулканического стекла. Крылья сложены, но даже так они закрывали половину скалы. Это был вожак, его глаза открылись - жёлтое золото. Тайвин медленно вдохнул и заговорил. На валирийском. Голос прозвучал над долиной твёрдо и спокойно, перекрывая ветер. — Zaldrīzes. Несколько голов чуть наклонились, они услышали язык, который помнила их кровь. — Я пришёл не как хозяин. Он медленно поднял руки. — И не как охотник. Ветер шевелил его волосы, плащ бился о ноги. — Я пришёл как тот, кто знает ваш огонь. Он сделал шаг вперёд. Драконы не двигались. — В мире снова проснулось зло. Он говорил медленно. Каждое слово. — Древнее. — Гнилое. — Нечистое. Он поднял голову. — Оно заперло замок, полный детей. Где-то в долине один из драконов тихо выдохнул дым. — Оно думает, что страх сделает его бессмертным. Тайвин сделал ещё шаг. Теперь он стоял прямо перед вожаком. — Но есть вещи, которые очищают мир. Он положил руку на грудь. — Огонь. В его голосе появилась тяжесть. — И драконий огонь очищает вдвойне. Тишина стала почти осязаемой. Чёрный дракон поднял голову выше. Его глаза сузились, и в этот момент Тайвин почувствовал это. Разум. Старый. Не человеческий. Дракон смотрел на него, и видел, не лицо, и не тело, но само прошлое, и мир вокруг будто на секунду исчез. Перед глазами вспыхнули картины. Кастерли-Рок. Каменные залы. Юный Тайвин стоит рядом с отцом, слабым и нерешительным, и впервые понимает, что однажды ему придётся стать сильнее всех. Потом другая сцена. Знамёна Ланнистеров на ветру. Армия у стен Кастамере. Голос, холодный как сталь: — Ломайте плотину. Крики, замок, который больше никогда не поднимется. Дракон смотрел дальше, видел Тириона младенцем, смерть Джоанны, одиночество. Железную решимость человека, который решил, что мир будет подчиняться порядку даже если ради этого придётся стать жестоким. Потом ещё. Битвы. Советы. Игры престолов. И наконец — огонь. Тот самый момент испытания, когда Тайвин стоял перед драконом в Хогвартсе и впервые почувствовал внутри себя пламя. Воспоминания угасли, мир вернулся. Дракон медленно опустил голову, так близко, что горячий воздух из его ноздрей ударил в лицо Тайвину. Глаза вожака смотрели прямо в его. Долго. Очень долго. Потом дракон выдохнул, и в этом выдохе не было угрозы, но было… признание. Он понял, этот человек не просит власти, он просит битвы, и он достоин её. Дракон поднялся. Огромное тело развернулось, крылья медленно раскрылись. Грохот прошёл по долине, другие драконы тоже подняли головы, вожак издал звук, не рёв, скорее команду. Один за другим драконы начали вставать, крылья расправлялись, чешуя вспыхивала в редком солнце. Тайвин смотрел на них спокойно. Девять древних существ. Девять живых огней. Вожак повернул голову к нему, и впервые за всё время Тайвин услышал слово, не голосом, но мыслью, глубокой как сама земля. — Веди. И над долиной северного Уэльса девять драконов раскрыли крылья.