Твоя боль меня заводит

Давно была поздняя ночь. Хантер сидел перед компьютером, ища информацию по поиску Рядового. Глаза болели от долгого взаимодействия с компьютером. Голубоглазый вздохнул, массируя виски. В комнату вошел Цербер, постуча по стене около двери, привлекая внимания командира команды. Хантер перевёл взгляд на сероглазого, внимательно вглядываясь в силует, — Доброй ночи, Цербер, зачем зашел? — спросил Хантер, зевая, прикрывая рот рукой. Цербер тихонько прикрыл дверь, подходя к столу Хантера, — Неужели ты не спишь ночами и просто сидишь за компьютером, ты ведь здоровье губишь… — говорит черноволосый, проведя ладонью по плечам брюнета, — Давай лучше пойдём отдохнём, а то сил у тебя потом не останется, — Цербер медленно сжимал плечи мужчины, делая очень приятный массаж, отчего у голубоглазого из рта вырывались тихие вздохи, слегка наклонив голову, давая сероглазому доступ. Цербер улыбнулся, отпуская плечи Хантера, — пошли в комнату, заодно отоспишься и отдохнёшь от своего компьютера, — мурчал Цербер, направляясь к двери. Хантер вздохнул, улыбаясь, пошел за сероглазкой. Цербер вышел в спальню, прыгнув в кровать, наслаждаясь мягким пледом и тёплом батареи. Хантер стоял в дверном проёме комнаты Цербера, не решаясь сесть на кровать. Черноволосый оглянулся через плече, смотря прямо в глаза брюнета, хищно улыбаясь, — ну ты садись, не стесняйся, что как не родной? — говорит Цербер, отодвигаясь, чтобы у Хантера было место куда сесть. Хантер вздохнул, садясь рядом с командиром Церберов, глядя куда то в сторону. Цербер улегся на кровать, потягиваясь. Рядом с Цербером было еще свободное место и наш голубоглазик лег рядом, глядя в потолок. Цербер аккуратно приобнял Хантера, прижимая мужчину к себе, — знаешь, Хантер, среди всей нашей команды ты самый тихий и закрытый… — шепчет на ухо черноволосый, от него несло легким запахом сигареты, которую он курил вместе с Шеди. Хантер слегка поморщился от этого запаха, отвернувшись. Церберу не очень зашла эта реакция и он навис над Хантером, прижимая нижнего к кровати, глядя на него с хищним и голодным взглядом. Хантер был шокирован от этого и даже потерял дар речи, лёжа под Цербером, — Ты слишком хмурый… Я знаю то, что тебе очень понравится и у тебя поднимется настроение, — игриво шепчет Цербер, сканируя взглядом шатена, заставляя того сильно смущаться. Хантер был весь красный и старался не смотреть на мужчину, как вдруг почувствовал, как верхний провел ладонью по его щеке. Голубоглазка вздохнул, положив свою руку поверх руки Цербера, наслаждаясь этим жестом. Черноволосый начал целовать шею брюнета, оставляя красные следы засосов и укусов, нежно зализывая эти ранки. Сероглазому этого было недостаточно и он стащил с голубоглазого брюки, глядя на бёдра с желанием, как вдруг получил сильную пощёчину. Хантер со всей дури ударил по щеке Цербера, глядя на того с возмущением и краснеющим лицом. Церберу этот жест совершенно не зашел и он схватил ремень Хантера, завязав запястья нижнего, чтобы не брыкался, — ОТПУСТИ МЕНЯ СУКИН СЫН! — раздалось из уст голубоглазого, пытаясь освободить свои руки. Сероглазый смотрел на эту картину с восхищением, понимая, что над этой ситуацией держит контроль именно он. Цербер достал небольшой ножик из кармана, разорвав одежду Хантера, оставив нижнего в полной наготе. Цербер начал оставлять засосы на теле Хантера, кусая плоть. Его рука гладила пах командира, тихо мурча. Он медленно раздвинул ноги мужчины, наслаждаясь уязвимым видом Хантера. Сероглазка прикусил нижнюю губу и резко без прелюдий вошёл внутрь брюнета, приглушённо простонав. Из рта Хантра вырвался громкий болезненный стон и его тело выгнулось, не желая принимать черноволоску дальше, — какого лешего ты это делаешь, Цербер… — прохрипел Хант, сильно сомкнув зубы от боли, но Цербер на это ничего не ответил. Цербер с каждой больной минутой ускорял темп движения, заставляя Хантера чуть ли не рыдать от боли и поступающего оргазма. Цербер наслаждался каждым моментом и стоном нижнего, взяв того за шею. Связанные руки, сдавленная шея и громкие стоны — то, от чего Цербер возбуждался сильнее с каждым мгновением и толчком. Хант был уязвим и беззащитен под сильными руками бывшего командира команды церберов. Больно представить, что чувствовал голубоглазка в эти суровые моменты. Цербера наблюдал за ноющим Хантером, не отпуская шею нижнего, хищно ухмыляясь, — Чертов гедонист…– прошипел брюнет, глядя на верхнего с отвращением, но Цербер на это ничего не ответил, лишь сжал сильнее шею голубоглазого. Сероглазый сделал несколько последних очень жёстких толчков, заставляя глаза Хантера закатиться назад от сильной боли и дискомфорта. Он вышел из голубоглазого, кончив на живот нижнего с ухмылкой полного удовлетворения, медленно развязав руки брюнета. Цербер оделся и вышел из комнаты, оставив Хантера с внутренней болью и тяжёлым раздумьях наедине с самим собой.