I'm Jealous

Нанами Кенто не был особо эмоциональным человеком. Вовсе нет. Этот парень редко позволял чувствам взять контроль над собой. Всё должно быть под его тщетным контролем.  Во время обучения Кенто старался сосредоточиться на предоставленном материале, а во время заданий был полностью погружен в процесс. Иногда из этого парня нельзя было выбить и слова лишнего, такая натура, что тут поделаешь. Но весь выстроенный образ рушился, когда в его поле зрения появлялась младшая сестра Сатору.  Шико Годжо. Точная копия брата, такая же взбалмошная и инициативная — ангел, чей пыл не поддавался чужому контролю. А также девушка была сокурсницей Нанами, и соответсвенно ровесницей.  Пепельно белые волосы, что едва доходили до плеч, и кристально голубые глаза, которые девушка скрывала за солнцезащитными очками. Единственное отличие от брата — рост. Наследство в виде шести глаз даровалось и Шико, отчего весь её «вес» среди магов имел неплохой спрос.  Сначала Нанами старался не обращать внимания на теплое чувство в груди, во время совместных просмотров фильмов, в ходе которых девушка давала слабину, и полностью валилась на своего приятеля. Но со временем подобное начало входить в привычку, что Кенто даже было некомфортно, когда Шико предпочитала компанию Сугуру и Сатору, используя их в качестве своей подушки.  Это был первый сигнал о крушении. Который Нанами охотно проигнорировал.  Позже, он сам проявлял инициативу, наглядно показывая девушке, что он уже её ожидает. А та лишь усмехалась и принимала предложение, по привычке окутывая сокурсника своим теплом.  Сатору сквозь очки следил за сестрой, которая была до жути довольной в объятиях скучного Нанами, который смеялся лишь по праздникам. Они проводили своё время втроем, постоянно, особенно когда их семпаи были заняты более важными делами. Хайбара был разговорчивым и добрым юношей, поэтому общий язык с Шико ему удалось найти быстро. За полгода совместного обучения эти двое неплохо сблизились, начиная обращаться друг к другу неформально. По имени.  И лишь Нанами продолжал оставаться Нанами. Либо из-за уважения, либо потому что не заслужил.  Стоит признать, что парня это расстраивало, и раздражало одновременно. Но он молчал, обращаясь к сокурсникам по фамилии, стараясь не переходить черту.  Но Кенто готов поклясться, что все бы отдал за то, чтобы назвать младшую Годжо так, как называли её лишь избранные. Ему хотелось перейти эту грань, стать ближе. Но ещё больше он мечтал услышать, как с женских губ будет срываться собственное имя. Мысль об этом приводила в восторг, заставляя юный организм непроизвольно возбуждаться. Но все эти фантазии оставались лишь в голове, в сравнении с жестокой реальностью.  Но настал момент, когда разум покинул подростковую голову. Все случилось после дня рождения Сёко, когда старшекурсники решили дать слабину, и предельно напиться. Нанами не поощрял выпивку в восемнадцать лет, но против именинницы пойти не смог.  В конечном итоге все закончилось ровно так, как он не хотел бы. Кенто прилип к Шико, которая алкоголь не переносила, из-за своих техник. Собственно говоря, как и Сатору. Эти двое старались контролировать все происходящее, и получалось у них неплохо.  Нанами самовольно жался к плечу блондинки, обхватывая её локоть руками. Пьяный, растрепанный и чудной. Щеки пылили от выпитого алкоголя, а весь страх и неловкость словно рукой сняло. Младшая Годжо с восхищением наблюдала за своевольным другом, позволяя тому обхватить себя покрепче.  Уже будучи в Техникуме, Шико пришлось самостоятельно справляться с сокурсниками, пока их семпаи пытались отмазаться от злого Масамичи, который явно был поражен состоянием своих учеников.  Хайбара первый попал в свою спальню, падаю на кровать без ног. Шико лишь тихонько прикрыла дверцу и принялась за Нанами, который на ногах держался увереннее. И все же, ему тоже требовалась чужая помощь, дабы не упасть от головокружения.  Младшая Годжо без особых любезностей распахивает дверь в комнату блондина, помогая тому дойти до кровати. Кенто садится, смотря под ноги, начиная икать. Рука девушки с грубостью толкает его посильнее, дабы тот прилег, и он послушно поддается чужой воле. Годжо осматривает комнату, и идёт к столу, за бутылкой воды. Жажда её одолела.  —Годжо. — неразборчиво тянет Нанами, пытаясь сфокусироваться на женской фигуре, —Иди сюда. — вытягивает руку, пытаясь схватить ладонь сокурсницы.  —Чего ты, Нанами? — ласково спрашивает блондинка, её эта картина лишь веселила и даже умиляла. Таким уязвимым этого парня она ещё не видела, —Водички? — изгибает бровь, встречаясь с чужим расслабленным взглядом.  —Кенто. — сглатывает, смущенно прикрывая глаза. —Я хочу обойтись без формальностей. Обращайся ко мне как и к остальным, по имени. — слова вылетают уверенно, Шико даже робеет, не веря в услышанное.  —Хочешь, чтобы я обращалась неформально? — хихикает блондинка, опуская ладонь на голову сокурсника, тихонько пробегаясь пальчиками по его волосам. —Хорошо. Тогда ты тоже обращайся ко мне исключительно по имени. — не сдерживает улыбку, замечая, как плечи парня расслабленно опускаются, —Спи, Кенто.  Нанами не отвечает, засматриваясь на спину подруги, которая покорно покинула его комнату.  С того самого дня эти двое перешли черту, но Нанами решил делать вид, словно ничего вовсе не было. Он пару раз обращался к девушке по фамилии, встречаясь с её недовольным взглядом, и все же распробовал девичье имя на собственных устал. Это было слаще мёда.  Их отношения всегда были слишком странными и нелепыми. Шико была открытой и тактильной, позволяя приятелям обнимать себя и тискать. А Нанами был полной противоположностью. И плюсом ко всему, он был собственником, которому мало нравилось чужое внимание в сторону своей подруги. Не нравилось то, как Сугуру самовольничает в адрес младшей Годжо, позволяя себе поцелуи в макушку. Кенто сжимал челюсти, следя за этой картиной.  Вовсе не привлекало зрелище, когда Мэй-Мэй открыто заигрывала с его сокурсницей, позволяя себе распускать руки. В такие моменты молодой человек всячески пытался отвлечь старшую, перенимая весь удар на себя, даже если ему это не нравилось.  Но ещё больше его бесили встречи с Киотскими учениками. Наоя Зенин, что надеялся на брак с младшей Годжо.  Сатору смотрел на выродка из чужого клана и лишь смеялся от такой дерзости. Ни за что этому браку не быть.  Шико не реагировала на слова Зенин, принимая все это за неудачную шутку.  Но Нанами видел по нахальному взгляду, что девушкой хотят владеть. И это раздражало. Настолько, что Хайбара все понял.  Нанами был открытой книгой, он был готов рвать.  Неважно, зубами или проклятой техникой. Ревность окутала его разум, а тот зверь, что сидел внутри не позволял сдавать позиций. Но не имел он права на эту девушку. Плевать. Честь своей подруги он будет отстаивать до последнего.  Все встречи с учениками из другой школы проходили на улице. Кенто не отходил от Шико, тем самым выбивая уважение от Сатору, который его откровенно говоря раздражал. Блондинка не была против такой компании. И уже вовсе не удивлялась чужому вторжению в личное пространство.  Шико ощущала мужскую грудь своей спиной, во время бесед с сенсеем из Киото. Нанами позволял себе лишь одно действие — он укладывал подбородок на женское плечо, с угрозой смотря на Наою, который в свою очередь таким раскладом не был доволен.  Кенто специально показывал, что это его территория. Его личная гавань, в которой он растворился. Никакого соперничества он терпеть не намерен, не в его амплитуде. И уж тем более ни о какой свадьбе речи не могло идти.  Уничтожит. Разорвет.  Время шло своим чередом, а Шико начинала постепенно расти и познавать собственные чувства. Нанами наслаждался этим прекрасным зрелищем, в ходе которого младшая Годжо полностью менялась.  Волосы теперь были длинными, а фигура приобрела аппетитные очертания. Голос стал иным, более проницательным.  Все, кто знал наследников Годжо — мог смело заявить, что Шестиглазые словно были рождены среди семи главных грехов человечества.  Два божества, которые пьянили своей энергетикой, подчиняя людей без особо энтузиазма.  Шико не была распутной, но своей сексуальностью пользовалась сполна, если у неё что-то не получалось. Кенто она пьянила в первую очередь своим нутром, искренностью и безрассудностью, и лишь потом своим внешним видом.  Нанами был идиотом, потому что по прежнему не смел претендовать на эту девицу открыто. Казалось, что их отношения были на ладони. Они начали себе позволять больше, чем просто объятия.  Все начиналось с обычных поцелуев, которые позже превращались в борьбу за собсвннные чувства. Годжо злилась, что её сокурсник никак не мог ей признаться, и нарочно кусала его губы, причиняя боль. Но Нанами это лишь больше заводило, до звездочек перед глазами.  Нет. Никаких отношений не было.  Но они были первыми друг у друга. Самое первом соитие являлось до жути нелепым и стыдливым. Два неумелых подростка познавали новую сторону своих тел. До жути интимно и чувственно. Но Кенто так и не смог что-то прояснить.  Связь продолжалась даже после выпуска. Но по прежнему, как должное, но без обсуждения. Шико злилась, что по сути, с ней просто спят, даже несмотря на всю ту любовь, которую ей дарил молодой человек через свои касания.  Было недостаточно. Она ждала, когда Нанами сможет взять себя в руки. Гордости у девушки было достаточно, поэтому и выжидала чужих действий. Но их не последовало.  Сатору поначалу забавляла эта ситуация, которая случилась с его сестрой. Он даже пускал шутки в сторону Нанами на личных встречах, виделись они часто, ибо оба остались работать в Магическом колледже. Шико же выбрала для себя бизнес. Но иногда могла выходить на задания, если того требовала ситуация.  Преступный мир не для неё, а после потери Хайбары понятие о мироздании вовсе потеряло смысл.  Она отреклась от своего достоинства и полностью взяла под контроль Клан, помогая брату с его наследием. Но по личной просьбе Яги, девушка раз в неделю выезжала на миссии, спуская там весь свой гнев.  Причиной для нового нервного срыва стал сам Нанами, который любил являться к девушке вечерами, даже не спрашивая разрешения. В какой-то момент Шико не сдержалась и высказала ему всё, что думала. Начиная с того, что она не какая-то девушка по вызову, и заканчивая тем, что Кенто вовсе её не ценит, а только пользуется.  Лицо Нанами в тот момент было эмоциональным как никогда, ему даже не дали и слова сказать, Годжо активировала Бесконечность и выгнала этого нахала, ставя точку в их непонятных отношениях.  Шико сама от себя не ожидала такого всплеска, но старалась не жалеть, несмотря на всю любовь к этому мерзавцу, с которым мечтала построить семью. Она решила попробовать жить иначе. Спасибо Сатору, который согласился помочь.  Нанами был разбит, молодой человек полностью ушел в себя, не зная как ему быть. Отпускать Шико ему не хотелось, вовсе нет. Он дышал этой женщиной и был её ручным котом, в чьей ласке и растворялся. Никому ещё не удалось приникнуть в его мышление так глубоко.  Он был зол на себя, ведь сам оттягивал момент, не давая любимой женщине то, чего она хотела. А она мечтала лишь об самом обычным счастье, с любимым мужчиной, которого могла назвать своим.  Кенто прекрасно знал об этом, но все равно ничего не предпринял. И теперь в панике смотрел на свой телефон, надеясь на то, что на его сообщение поступит ответ.  Прошла неделя с той раковой встречи, и за эти дни Нанами успел осознать для себя много нового. Например то, что он на самом деле тревожный человек, если дело касается того, что ему действительно дорого. Также блондину удалось убедится в своих чувствах, он скучал и изнывал от этого. Любимый образ проследовал его во снах.  Он прекрасно знал, что познав блаженство единожды, от него более было невозможно отказаться.  Но их ситуация оказалась совсем иной. Они зацепились друг за друга тогда, когда мозг вовсе не функционировал. Это была искренняя дружба, на фоне которой образовывалось нечто большее. Тот момент, когда погиб Хайбара стал финальным. Подростки ночевали вместе, пытаясь унять всю ту боль, что сидела внутри.  Общая потеря сблизила их. И они поклялись, что никогда своего лучшего друга не забудут.  Обещание они сдержали, но как так получилось, что теперь они и сами стали чужими друг для друга?  На одной из встреч в техникуме, Сатору невзначай намекнул Кенто, что его младшая сестрица намеревалась пойти на свидание с тем самым инвестором, который изначально пытался с ней заигрывать.  Глава клана видел, как его друг резко нахмурился. Обычно такие эмоции на лице Нанами были редкостью, но сейчас Сатору даже удивлялся, что его приятель так в принципе умеет.  Годжо как настоящий друг посоветовал поторопиться, обещая разобраться с работой самостоятельно. Счастье сестры было для него важнее работы, да и к тому же, кто посмеет на него орать? Он ведь Сильнейший, гордость Магического мира. Ну, разве что Яга может отправить в командировку. И Сатору готов к этому.  Кенто тем временем не желал упускать момента. Он молча сел за руль своей машины и поехал по знакомому маршруту. Сейчас в его груди зарождалось привычное чувство ревности, но теперь оно прогрессировало с новой силой.  Он не стал парковаться толком, просто оставил свой автомобиль там, где было место и побежал в огромный квартирный дом, в котором он был частым гостем.  Один короткий стук, пара секунд ожидания и на него уставилась озадаченная девушка. Шико была без очков, и в домашнем халате. Бигуди на голове осведомляли о том, что она куда-то собиралась. Кенто хватило секунды, чтобы осознать, что он дико скучал.  Без приглашения молодой человек заходит в чужую квартиру, закрывая за собой дверь. Годжо продолжает хмуро смотреть на своего приятеля, не понимая, зачем тот приперся.  —Кенто? — недоверчиво обращается девушка, встречаясь с животным взглядом своего истинного Бога.  Блондин не отвечает, он хватает девушку за талию, грубо притягивая к себе. Губами впивается в сладкие уста, что часто шептали пошлые фразочки, которые его возбуждали. Нанами был голоден, и свой десерт он не был намерен делить с посторонними.  Он не был аккуратен, терзал нежные губы как хотел, и ему поддавались. Он надавил рукой на чужой подбородок, отчего Шико несильно приоткрыла рот. Язык мужчины начал изучать её стенки рта, вылизывая каждый уголок.  Годжо непроизвольно простонала в поцелуй, хватаясь за массивные плечи. Ноги подкосились, но суровая хватка Нанами не позволила девушке упасть. Он уверенно держался за излюбленное тело, наклоняя голову, проникая в чужой рот глубже.  Ни капли сожаления. От этого и кружилась голова. Кенто всегда был хищником в интимные моменты, но сейчас он перешел даже через свой предел.  Когда воздуха становилось меньше, Годжо оторвалась от мужчины, выбивая из его груди недовольный рык. Голова шла кругом, а руки слегка тряслись от такой страсти, в которую её окутали с головой. Блондинка прикрывает глаза, пытаясь отдышаться, как тут её голову вновь подняли за подбородок, заставляя встретится с похотливый взглядом мужчины.  —Никаких свиданий, — медленно тянет Нанами, пробегаясь пальцами по талии девушки, переходя на спину, —Ты моя женщина, с которой я хочу строить семью. И я не собираюсь тебя отпускать. — взгляд мужчины опускает на плечо блондинки, прямо на оголенные ключицу, которая пред ним раскрылась, стоило халату  на чужом теле слегка сползти вниз, —Я виноват перед тобой, и прошу за это прощения. — выдыхает, сглатывая, и вновь смотрит в глаза Шико, —Я безумно люблю тебя, всю и без остатка.  —Ты потрепал мне немало нервишек, — с хрипотой отвечает блондинка, ощущая как её щеки касаются мужские губы, —Мне стоило просто собраться на встречу с мужчиной, чтобы ты наконец решился?  —Моей ты стала ещё тогда, когда впервые назвала по имени, — урчит Кенто, игриво кусая девушку за мочку уха, выбивая из ее груди рваный стон, —Теперь я намерен женится.  —Нанами, ты меня не перестаешь удивлять. — хихикает Годжо, позволяя мужчине поднять себя на руки, —Но нет. Без конфетно-букетного периода я не собираюсь выходить замуж. — ощущает болезненный укус на шее и шипит.  —Положись на меня, котенок. — Кенто уносит любимую в спальню, укладывая её на мягкие простыни, из которых он обычно не хотел вылазить, —Я сделаю всё правильно. — раздвигают чужие ноги, устраиваясь между них, а сам нависает сверху, с улыбкой смотря на Шико.  —Только в этот раз не затягивай. — хмыкает и тянет блондина за шею ближе, вовлекая в очередной страстный поцелуй.  Назначенная встреча была отменена, а Нанами весь следующий вечер сцеловывал слёзы удовольствия с лица своей, теперь уже невесты. Он не отпустит, не позволить уйти.  Он доставлял неописуемое удовольствие своей любимой, утопая в её громких стонах. А после вовсе сорвался, вдалбливая хрупкое тело в кровать. Тела походили на оголенные провода, это и было тем, что хочется делить со своим любимым человеком.  На следующий день Годжо будет рычать на своего любимого, пока будет рассматривать все синяки и укусы на своей шее. А Нанами в свою очередь будет сдерживать улыбку, довольствуясь своим деяниями.  Он не отпустит.  Ему нужна эта девушка, которая в будущем подарит ему детей, а он, взамен — счастье и гармонию. Ну и конечно коробку любимых эклеров, которые Шико обожала с подросткового возраста.