Олимпийская битва

Наступает завтрашний день: утренняя тренировка перед произвольной программой. Алиса уже завязывает коньки в раздевалке. Аделия стоит чуть поодаль, не сводя с неё пристального взгляда. Не может не признать, что её фигура в спортивном платьице выглядит очень мило... Но сейчас не до того, нужно сосредоточиться на своей программе. Она отворачивается и начинает разминать колени. Через некоторое время начинается сама тренировка, все выходят на лёд. Адель наблюдает, как Алиса катается. Она выглядит сосредоточенной, прыжки выполняет чисто, словно это не тренинг, а полноценные выступления. И всё же... что-то будто не так в технике. Аделия не может определить, что именно, но это не дает ей покоя. Кажется... будто у этой девочки есть некий сюрприз в рукаве. А Алиса тем временем уже делает несколько тройных акселей, после отрабатывает разные комбинации прыжков. Адель наблюдает пристально, внимательно. Тройные аксели выглядят идеально поставленными, а комбинации — практически безошибочными. Ни единого шага, ни малейшей задержки. Это уже даже почти не злит, но всё ещё вызывает беспокойство: слишком много прыжков, слишком идеально исполненных... Алиса немножко останавливается и начинает наблюдать за Аделией, а что приготовила она? Аделия не замечая, что за ней следят, продолжает тренировку. Катается по ледовому полю, стараясь отвлечься от напряжения. Прыжки один за другим: каскады, тройные прыжки различной сложности, в том числе... Четверной тулуп, выполненный без какого-либо затруднения. Но Аделия не останавливается на этом... Она хочет ещё немного потренироваться в прыжках. В это время Алиса начинает отрабатывать свои вращения, которые всегда так нравятся публике. Адель замечает, как Алиса кружится в своём фирменном вращении — быстром, с выразительными переходами, будто танцуя на ноже. Замедляет катание. В голове мелькает мысль: "Она не просто вращается... Она играет". Вздыхает почти шепотом: "Так вот как ты набираешь компоненты... Не техникой. А душой". Аделия сжимает лезвие конька рукой, едва заметно улыбается — без злости. Впервые. "Завтра я покажу тебе душу тоже. Не только лёд и прыжки". Разгоняется — и врывается в тройной аксель. Алиса пристально смотрит за Аделией, которая крутиться в воздухе с бешенной скоростью. Позавчера она выполнила чистейше этот прыжок, но произвольная программа — это немного другое. Хватит ли ей сил, моральных и физических, чтобы приземлить его сегодня? Не смотря ни на что, Аделия приземляется! Она добавляет к прыжку четверной тулуп и... Почти идеально, с небольшим шагом, но всё же. Адель приподнимает взгляд, и... видит, как на неё смотрит Алиса, которая аплодирует пару секунд, но после продолжает свою тренировку. Аделия не ожидала от неё такого жеста — не злости, не зависти... Просто аплодисментов. Ещё и с такой искренней улыбкой. Аделия хмыкает про себя, но как-то уже не сердито. По крайней мере, её прыжок произвёл впечатление... А значит в произволке нужно прыгнуть ещё лучше, а лучше всех — идеально.

***

Аделия и Алиса будут выступать друг за другом, сначало Аделия, а за ней Алиса. Это будет решающая битва... Алиса слушает музыку в наушниках, легко и непринужденно завязывает коньки. Аделия стоит у бортика в кроссовках, осматривая лёд и собираясь с мыслями: бледная и собранная. На лице — ни капли эмоций, только холодная решимость. Слушает свою программу в голове: каждую ноту, каждый поворот. Четыре месяца без выходных... ради этого. Уходит в раздевалку и краем глаза замечает Алису — с наушниками, покачивается в такт музыке. Улыбается себе под нос. Аделия шёпотом: "Ты думаешь, это вечеринка? ... Но... пусть будет". Адель завязывает коньки и медленно выезжает на лёд на разминку. Где каждый прыжок — как удар сердца. А каждое вращение — как прощание со страхом. Золото уже здесь. На этом льду. В её руках. Если только Алиса не осмелится его отнять. Алиса тоже выходит на лёд и с ходу делает каскад тройной лутц + тройной риттбергер — уже её коронный. Аделия наблюдает издалека за прыжком Алисы. Тройной риттбергер выглядит просто идеально поставленным, и это бесит — не на шутку. Но Аделия старается игнорировать своё раздражение, не подавать виду. По её лицу невозможно прочитать эмоции: как каменному изваянию. Алиса делает ещё одну сложнейшую комбинацию — тройной флип + тройной тулуп. После заходит на тройной аксель, но... Он не получается. На лице впервые за все Олимпийские игры появляется лёгкая тревожность. Алиса подъезжает к своему тренеру и что-то обсуждает с ним. Адель наблюдает пристально за их разговором и почти не моргает. Тренируется в другую сторону, но краем глаза посматривает — что говорят тренеры, как отреагировала американка на неудачу. Не может не заметить: впервые за все время она выглядит чуть встревоженно... Алиса успокаивается, ещё раз заходит на тройной аксель — чистейше. Аделия наблюдает за ней, стараясь ничем не выдавать беспокойства. Тройной аксель у неё всё ещё не получается идеально, но... она старается. И старается выглядеть абсолютно спокойной, хотя внутри всё сжимается. Разминка заканчивается. Алиса встаёт у бортика и начинает продумывать свою тактику на произвольную программу. В это время Аделия выходит на свою... Адель настраивается на прыжки и вращения — это её конёк. Всё её внимание сейчас лишь на прыжках, всё её внимание на каждом прыжке. Выходит на лед, и, как только музыка начинает звучать, её взгляд сразу же становится абсолютно серьёзным. У Аделии нет лица. Нет эмоций. Просто прыжок за прыжком. Вращение за вращением. Как машина. Как идеал. Нет времени на ошибки, не сейчас. Не здесь. Взгляд её холоден. А Алиса пристально смотрит за Аделией и реакцией зала. Публика не очень восторженно её приветствует, хоть и громко аплодирует после каждого прыжка... Аделия не обращает внимание ни на что, кроме своего выступления. Слишком сосредоточена, слишком зациклена на своих прыжках. Никаких эмоций, как на картине. Все движения абсолютно выверены до каждого сантиметра. Но всё равно чувствует: на трибунах чуть тише, чем ей бы хотелось. И это злит. Но нельзя отвлекаться... И как же Аделия закончит программу? Последний её прыжок... ...тройной аксель! И снова идеально, без единого шага... Она стоит на льду несколько секунд после прыжка, тяжело дыша, будто только что пробежала марафон. Окидывает взглядом зрителей, будто хотела бы услышать от них одобрение... Зрители восторженно аплодируют: тройной аксель во второй половине программы — звучит как что-то нереальное для женского катания! Алиса тоже немного поаплодировала, но уже выходит на лёд и настраивается на свою программу. Аделия с трудом успокаивает дыхание — всё же прыжок дался непросто. Смотрит, как выскакивает на лед американка — и снова хмыкает про себя, чуть приподняв бровь. Внутри — почти злость. Как у неё всё ещё есть силы улыбаться вот так? Алиса машет рукой своим болельщикам, после расслабленно и с улыбкой встаёт в начальную позу. Начинает играть музыка и её движения — словно это импровизация — начинают отскакивать от коньков сами собой. Первый прыжок — двойной аксель — чисто! Потом: тройной сальхов — зрители восторженно аплодируют. Аделия следит за каждым движением Алисы, сжав кулаки. Всё ещё не может понять — как можно быть настолько лёгкой, когда ставка так высока? Но... музыка Алисы начинает действовать и на неё. Что-то в этом ритме, в этих жестах... будто живое пламя. Зрители кричат. Смеются. Хлопают в такт. Аделия — единственная, кто молчит. Но её глаза... не отрываются. Она видит: это не просто катание. Это бой. Где душа против техники. Где улыбка против холода. И внезапно понимает: "Я выиграла аксель... Но кто выиграет сердце?". Алиса один за другим исполняет сложнейшие прыжки и вращения, зрители хлопают в такт. Улыбка на лице до ушей. А во второй половине программы она исполняет два сложнейших каскада: тройной лутц + тройной риттбергер и тройной флип + тройной тулуп. Зрители в восторге, а завершает свою программу Алиса фирменным вращением. Наблюдая за ней, Аделия сжала губы — всё ещё хмурясь. Ей даже сложно поверить, что эта девушка может исполнять такие каскады с абсолютно идеальной чистотой, будто это пустяки. А сама улыбка её выглядит абсолютно искренней, будто она в миг забыла, что на кону золото игр. Казалось бы, должна переживать, но... ничего похожего на тревогу у неё нет. Зрители аплодируют стоя Алисе, она выходит со льда, всё ещё машет рукой своим болельщикам, и ждёт выставления оценок. Аделия стоит у бортика, молча. Смотрит, как Алиса кружится в лучах аплодисментов. Зрители стоя... сердца на ладонях... и всё это — для неё. Для той, что прыгает не только с техникой, но с огнём в глазах. Аделия опускает взгляд на свои коньки. Впервые за долгое время чувствует… пустоту? Нет — скорее вопрос. Техника победила. Но душа... Она взяла всё. Когда объявляют результат: Алиса — золото. Аделия закрывает глаза на секунду. Не от боли. От понимания. И тогда… делает то, чего никто не ждал. Подходит первой. Протягивает руку. Ни слова. Просто кивает: «Достойно». Пусть улыбок у Адельки нет… Но внутри — начался новый лёд. Без яда. С честью. С надеждой. — Аделия, ты тоже огромная молодец! Ты вообще видела баллы? Ты отстала от меня всего лишь на одну сотую! Молодец! — Алиса хочет обнять Аделию. Адель поспокойнее реагирует на этот жест — даже чуть улыбается: — Спасибо... Твоя программа... была просто невообразима. Не знаю, как ты это делаешь. ... Слушай, можно... задать вопрос? — Да, конечно! Аделия держится спокойно, но выглядит задумчиво: — Ты... всегда так спокойно выступаешь? Не волнуешься ни разу, просто... катаешь? — Да, всегда так. Я просто наслаждаюсь моментом, своим катанием, громкими аплодисментами и поддержкой зрителей. Это же прекрасно, это приносит такое удовольствие! Адель смотрит на неё пристально, чуть хмыкнув: — Понятно... А ты... когда-нибудь пробовала катать по-другому? Просто… интересно... —спрашивает скорее, как если бы сама не знала ответа на этот вопрос. Ей хочется ещё многое спросить — но она держится. — Ну, я никогда не катала грустные программы или что-то в этом роде. У меня такое не получается. Все мои программы очень зажигательные, направленные на публику. Аделия задумчиво кивает, будто впервые понимает что-то важное: — Значит... ты не играешь грусть. Ты просто... даёшь свет, — голос становится тише, — А я... всё время катала как будто зимой. Холодно. Серьёзно. Без улыбки, — смотрит прямо на Алису, — Может... на чемпионате мира я попробую по-другому? — Я в тебя верю. У тебя обязательно получится, — Алиса ещё раз обнимает Аделию. Адель чуть хмыкнула про себя. Даже впервые слегка улыбнувшись... — Спасибо. На чемпионате мира... увидимся.