Fever

Лёд под коньками мягко зашуршал, когда Сонхун сбросил скорость и остановился у борта. Он снял наушники, повесил их на шею и только после этого посмотрел прямо на Джейка. Взгляд растерянно блуждал по лицу парня. — Привет…? Джейк стоял у кромки льда, чувствуя, как холод поднимается от пола вверх по ногам. Сердце билось слишком громко, отдаваясь в висках тупой пульсацией. — Я… кажется, что-то перепутал, — пробормотал он, переводя взгляд с лица Сонхуна на лёд. Брюнет чуть прищурился, изучая его так, словно перед ним стояла задача, которую нужно решить. — К кому именно ты пришёл? — К брату своего друга. Он занимается фигурным катанием. Учится здесь. — все еще избегая зрительного контакта, ответил он. Ответ вырвался быстрее, чем следовало. Джейк сам услышал эту поспешность и почувствовал, как слова повисают в воздухе чуть неловко. Сонхун задержал взгляд на его лице, словно проверяя, совпадает ли услышанное с тем, что он видит. — Твоего друга, случайно… не Джей зовут? Тишина стала плотнее. В пустом зале слышался только слабый гул холодильной системы и далёкий скрип льда. — О боже… — Джейк нервно выдохнул, губы искривились в неверящей усмешке. — Только не говори мне, что это ты его брат. — Всё-таки я, — спокойно ответил Сонхун. И после короткой паузы добавил: — А ты…? Эти два слова задели неожиданно глубоко. Внутри вспыхнуло мгновенное возмущение. Настолько всё было незначительно? Настолько легко забыть? Хотя это вполне могло быть и так, алкоголь брало свое.  Мысль оборвалась. Джейк вспомнил. Он не называл своего имени. Всё тогда произошло слишком быстро, слишком стремительно, без формальностей. Он выпрямился, сделал лёгкий поклон и представился по-корейски, аккуратно, как полагается. Имя прозвучало тише, чем хотелось, но достаточно уверенно. Сонхун повторил его. Медленно. Словно проверяя звучание. Затем кивнул. Ни намёка на ту ночь. Ни тени неловкости в голосе. Только вежливая дистанция, холодная, как лёд под ними. Они поднялись на зрительские трибуны. Металлические ступени отзывались тихим звоном под подошвами. Джейк сел, достал блокнот, щёлкнул ручкой. Звук показался слишком резким в пустом пространстве. — С какого возраста ты катаешься? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал деловито. — С восьми лет. Сначала родители настояли. Потом это стало моим выбором. — Ты планируешь продолжать профессиональную карьеру? — Да. Готовлюсь к национальным отборочным. Если получится, хочу выйти на международный уровень. Он отвечал чётко, без лишних слов, словно каждое предложение уже произносил десятки раз. Но взгляд время от времени возвращался к шатену. Он скользил по его лицу, задерживаясь на губах чуть дольше, чем требовала обычная вежливость. Джейк почувствовал, как пересыхает во рту. Он машинально провёл языком по нижней губе и снова её прикусил, пытаясь скрыть нервозность. Ручка в пальцах начала вращаться быстрее. — Что для тебя самое сложное в фигурном катании? Сонхун немного наклонил голову, размышляя. — Сохранить равновесие внутри. Техника — это тренировки. Но если мысли разбегаются, тело это сразу выдаёт. В его голосе появилось что-то глубже, чем просто ответ на вопрос. Что-то личное, спрятанное за ровной интонацией. — Есть ли программа, которая для тебя особенно важна? — Джейк почти не смотрел на него, делая вид, что внимательно записывает. — Есть, — тихо сказал Сонхун. — Но я не люблю говорить о вещах, которые касаются только меня. И снова этот взгляд. Цепкий, пристальный, сосредоточенный именно на губах, которые Джейк продолжал нервно кусать. Интервью подошло к концу быстрее, чем планировалось. Страницы блокнота остались наполовину пустыми. Джейк понимал, что многое так и не спросил, но внутри нарастало желание поскорее уйти, вырваться из этого зала. Он закрыл блокнот. — Спасибо за уделенное время. Думаю, этого хватит. — Пожалуйста, — ответил Сонхун и тоже поднялся. Джейк сделал шаг к выходу. Воздух показался ещё холоднее. — Джейк. Он остановился. Имя прозвучало так неожиданно, что на секунду Джейк даже растерялся. До этого момента Сонхун держался отстранённо, вежливо, почти сухо, а теперь в голосе появилась другая интонация — мягче, ниже. Парень медленно повернулся. Бровь слегка изогнулась в немом вопросе, губы чуть приоткрылись, и в этой короткой паузе память вдруг развернулась так ярко, словно кто-то провёл рукой по старой плёнке и включил её снова. Ладонь на талии — тёплая, тяжёлая, уверенная. Дыхание у самой шеи. Голос, тихий, почти шёпотом, растворяющийся в темноте комнаты. Воспоминание прошло по коже быстрым, тёплым электричеством и тут же осело где-то в груди. Сонхун смотрел на него внимательно, выбирая слова. — Не рассказывай никому… про ту ночь. Фраза прозвучала спокойно. Без угрозы, без  давления. Просто как просьба. Внутри Джейка поднялась странная смесь чувств. Конечно он и так собирался держать рот на замке. Ему даже в голову не приходило болтать об этом. Всё, что произошло тогда, выглядело слишком спонтанным, слишком… личным. Но вместе с этим в мысли проскользнула лёгкая колкость. Он, что выглядит человеком, который бегает по улице и хвастается такими вещами? Сонхун правда считает его таким? Раздражение оказалось тихим, почти незаметным, но к нему примешалась и едва уловимая обида. Джейк поймал себя на том, что сжимает пальцы на ремешке сумки чуть сильнее, чем нужно. — Я и так не собирался, — ответил он. Голос прозвучал ровно, но в нём всё же скользнула тонкая нота, которую сложно было полностью спрятать. Сонхун это уловил. Губы его едва заметно сжались, взгляд на секунду стал внимательнее. Но все же, он лишь молча кивнул. Джейк отвернулся почти сразу. Шаги его были быстрые. Металлическая дверь скрипнула, пропуская его в коридор, и холод катка наконец остался позади. Он шёл по длинному коридору, чувствуя, как внутри всё постепенно начинает перемешиваться в тяжёлый ком мыслей. Ему отчаянно хотелось выбраться из этого чёртова спортивного университета, поймать первое попавшееся такси, закрыться в своей квартире и спокойно переварить всё произошедшее. Потому что судьба, похоже, обладала очень странным чувством юмора. И сегодня она решила поиздеваться над ним особенно тщательно. *** Джейк лежал на своей кровати, уткнувшись затылком в подушку, и лениво прокручивал ленту в инстаграм, будто надеясь, что бесконечный поток чужих лиц, сторис и коротких видео сможет хоть немного заглушить тот вязкий, липкий ком неловкости, который уже несколько часов не давал ему нормально дышать.  Палец автоматически скользил по экрану вверх, изображения сменяли друг друга, но ни одно из них не задерживалось в его сознании дольше секунды — мозг словно отказывался принимать новую информацию. В какой-то момент даже это бессмысленное листание стало невыносимо скучным, и парень, резко выдохнув, отбросил телефон на край кровати, словно тот был виноват во всем произошедшем, после чего перекатился на бок и уткнулся лицом в подушку, жалобно простонав так глухо, что звук почти полностью утонул в ткани. Конечно ему было стыдно. Не просто стыдно — унизительно, неловко, до тошноты нелепо. То, что должно было остаться там, в той чертовой VIP-комнате, в той короткой, случайности, которую он предпочел бы забыть на следующий день и вспоминать раз в месяц, как о просто приятной глупости, теперь обрело вполне реальное, раздражающе живое продолжение. И это продолжение, как назло, имело лицо. Лицо, голос, привычку смотреть чуть прищурившись и эти чертовы спокойные глаза. Джейк сильнее вдавился лицом в подушку и глухо застонал, сжимая ткань пальцами так, будто собирался задушить себя ею прямо здесь и сейчас. Потому что, если бы вселенная обладала хотя бы минимальным чувством справедливости, она бы не устроила такую подлую насмешку. Из всех людей. Из всех восемь планет солнечной системы, Сонхун оказался… — Чёртовым братом моего лучшего друга, — простонал Джейк в подушку так жалобно, будто только что осознал это впервые. И теперь каждый раз, когда он будет видеть Джея, где-то рядом с ним потенциально может стоять человек, перед которым Джейк успел показать себя в самых неприличных позах. От этой мысли хотелось либо уехать в другую страну, либо сменить имя, либо просто лечь и умереть. Он резко перевернулся на спину и прижал подушку к лицу. — Я просто… задушу себя, — пробормотал он в ткань. Несколько секунд он лежал так неподвижно, слушая собственное приглушенное дыхание, пока в голове постепенно не начала пробиваться робкая, осторожная мысль, которая сначала казалась слишком слабой, чтобы на нее обращать внимание, но затем медленно, почти лениво начала расправлять крылья. Подожди. Ну и что? Джейк медленно опустил подушку и уставился в потолок, моргая. То, что Сонхун брат Джея… не значит, что он всегда будет рядом. Они же не приклеены друг к другу. У Джея своя жизнь. У Сонхуна — своя. И вообще… Не факт, что они с Сонхуном когда-нибудь еще встретятся. Эта мысль была настолько простой, что Джейк сначала даже не поверил в нее, а потом вдруг ощутил, как напряжение в груди начинает понемногу ослабевать, словно кто-то тихо приоткрыл окно в душной комнате. Он медленно сел на кровати, проводя рукой по волосам. — Точно… — пробормотал он себе под нос. И правда. Мир огромный. Люди встречаются, пересекаются, исчезают. Один случайный вечер ничего не значит. Сонхун, скорее всего, уже давно забыл об этом.  Джейк выдохнул, ощущая, как его плечи наконец немного расслабляются. Руки машинально заскользили по покрывалу, пока пальцы не наткнулись на знакомый картонный край, и он, чуть нахмурившись, нащупал лежащий рядом блокнот. Его взгляд опустился вниз. Джейк поднял его. Несколько страниц тихо зашуршали. И уже через секунду его лицо снова скривилось. — Черт… Из-за всей этой идиотской ситуации он даже толком не смог выполнить задание. На страницах были лишь обрывочные заметки, неуверенные штрихи, несколько идей, которые в нормальный день он бы уже давно развил во что-то полноценное, но сейчас они выглядели жалко и незаконченными. Это совсем никуда не годится.Он провел ладонью по лицу. И что теперь делать? К Сонхуну он точно больше не пойдет. Хоть убей. Даже если от этого будет зависеть его диплом, его карьера и, возможно, судьба всей человечества — он все равно не сможет снова постучать в ту дверь и спокойно смотреть этому человеку в глаза. Нет. Просто нет. Джейк закрыл блокнот и тяжело вздохнул, прикрывая лицо рукой. Несколько секунд он сидел так, молча, пока в животе вдруг не отозвалось тихое, но настойчивое чувство пустоты.  — Да пошло оно всё к херам… — пробормотал он устало. И, отбросив блокнот на кровать, встал. Если мир решил сегодня издеваться над ним, то он, по крайней мере, собирается встретить это издевательство с тарелкой вкусного, горячего рамена. *** Утро пришло неожиданно спокойно. Свет медленно заполнял комнату через узкую щель между шторами, ложась на пол длинной бледной полосой, и Джейк проснулся без привычной спешки. На этот раз до начала занятий было ещё почти два часа, и это редкое чувство времени, растянутого и свободного, позволило ему полежать ещё несколько минут, слушая, как за окном постепенно просыпается улица. Он всё-таки поднялся, потянулся, чувствуя, как тело медленно возвращается в привычный ритм, и отправился в ванную. Тёплый воздух после душа слегка заполнил небольшое пространство комнаты, когда он включил фен и начал сушить волосы, проводя пальцами сквозь карамельные пряди, пока они постепенно становились лёгкими и послушными.  Когда волосы почти высохли, он взял небольшой флакон со спреем — фруктовый, сладковатый аромат с лёгкой свежестью. И распылил его на волосы, после чего несколько раз провёл рукой по голове, придавая прядям мягкую, чуть небрежную волну. В зеркале на него смотрел вполне собранный, даже немного довольный собой парень. С одеждой он не стал долго возиться. Шкаф открылся с тихим скрипом, и через пару секунд выбор оказался сделан: широкие джинсы, удобные и немного выцветшие от времени, простая рубашка, которую он не стал застёгивать до самого верха, и поверх неё мягкий джемпер. Ничего особенного, ничего вычурного — просто, аккуратно и презентабельно. Он снова посмотрел на себя в зеркало, слегка кивнул собственному отражению, словно одобряя итог, и уже потянулся к флакону парфюма, когда телефон, лежавший на тумбочке, внезапно завибрировал. Имя на экране высветилось сразу: «Джей брошка». — Доброе утро! — улыбка парня чувствовалось даже через экран. Голос друга прозвучал настолько бодро и довольно, что Джейк невольно поднял бровь. — Ты чего такой счастливый с утра? — Потому что жизнь прекрасна, — без малейшего стеснения Джей продолжил, — Я вчера зацепил такую горячую брюнетку, что ты бы видел. Джейк тихо усмехнулся, закрывая шкаф и опираясь плечом о стену. — Ага, конечно. — Нет, серьёзно. Мы разговорились, я взял её номер, и знаешь что самое интересное? — Боюсь даже предположить. — У неё есть подружка. И, по её словам, такая же ахуенная. Несколько секунд Джейк молчал, понимая намёк даже без дополнительных объяснений. — О, вот как, — протянул он. — Вот именно. Так что сегодня вечером можем устроить небольшой выход. Эта мысль неожиданно показалась Джейку довольно привлекательной. После вчерашнего дня это действительно звучало как неплохая идея. — Ладно, — согласился он. — Почему бы и нет. — Вот теперь я тебя узнаю, — довольно сказал Джей. В трубке на секунду послышался какой-то шум, будто он куда-то повернул голову, а затем снова заговорил: — Ты уже собираешься? — Да, почти готов. — Отлично. Тогда мы сейчас заедем за тобой. Джейк нахмурился. — Мы? — переспросил он медленно. — А под «мы» ты кого имеешь в виду? Ответ последовал слишком спокойно. — Меня и Сонхуна. «Да ты блять, издеваешься!»  Внутри у Джейка всё будто резко провалилось куда-то вниз, словно лифт оборвал трос и на секунду завис в пустоте. — Вы же вроде успели познакомиться, не? «Еще как…», подумал про себя парень, но вслух произнес: — Слушай, не надо, я… я уже вызвал такси. — Отмени заказ, — невозмутимо сказал Джей. — Мы как раз уже рядом едем. — Я уже еду, — быстро соврал Джейк. — Серьёзно. Уже в машине. На том конце линии повисла короткая пауза. — Ай, ладно, — наконец сказал Джей с лёгким вздохом. — Тогда скажи крошке Ёнхи, что я немного опоздаю. Джейк усмехнулся. — Обязательно передам. — Тебе какое кофе брать? — Никакое, слушай не сильно опоздай. — Значит, на кокосовом сиропе, — заключил Джей, уже явно отвлекаясь. — И скажите спасибо, что я вообще еду. Связь оборвалась. Джейк ещё несколько секунд смотрел на потухший экран телефона, после чего тихо фыркнул, покачал головой и сунул телефон в карман. Он подхватил сумку, ещё раз быстро оглядел квартиру, будто проверяя, не забыл ли что-нибудь, и, закрыв за собой дверь, вышел в коридор. Утро окончательно вступило в свои права, и впереди был обычный учебный день — по крайней мере, так ему хотелось думать. Глянцевый бейджик с аккуратной надписью «Ким Ёнхи» мягко поблёскивал на груди молодой преподавательницы по психологии каждый раз, когда она поворачивалась к окну или делала шаг вдоль рядов. Свет от потолочных ламп скользил по прозрачной пластиковой поверхности, отражаясь короткими вспышками. Преподавательница двигалась вдоль парт с уверенной аккуратностью человека, который привык держать аудиторию под контролем: каблуки её туфель мягко, но отчётливо цокали по полу, задавая почти ритмичный звук, а тонкая папка со списком студентов лежала у неё в руках так ровно, словно была продолжением самой руки. Она остановилась у преподавательского стола, открыла список и, не поднимая головы, начала перекличку. Имена звучали одно за другим, коротко, чётко, без лишней интонации. — Ким Сора. — Здесь. — Ли Минджун. — Да. Она делала небольшую пометку рядом с каждым именем, после чего переходила к следующему, и этот процесс тянулся спокойно и предсказуемо, пока её взгляд не остановился на очередной строке. — Пак Чонсон? Несколько секунд аудитория молчала. Джейк поднял голову от тетради и слегка подался вперёд. — Он немного опоздает, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее. — Он предупредил. Она медленно подняла глаза. Взгляд у неё оказался неожиданно острым — не злым, но достаточно строгим, чтобы в аудитории на мгновение стало чуть тише. Она задержала его на Джейке на пару секунд, после чего коротко кивнула. Лишь сделала небольшую отметку в списке и продолжила. Перекличка закончилась, и она уже собиралась начать лекцию, когда дверь аудитории вдруг распахнулась. Без стука. В дверном проёме появился Джей. Как всегда, абсолютно в своём репертуаре. Его волосы были уложены так аккуратно, словно он потратил на них больше времени, чем на дорогу до университета: тёмные пряди лежали мягкими волнами, чуть приподнятые у корней. На нём была чёрная кожаная куртка, под которой виднелась светлая футболка, и узкие тёмные джинсы, а походка оставалась расслабленной, почти ленивой, будто он вошёл не в аудиторию, где уже десять минут идёт лекция, а в отцовский дом. В руках у него было три стаканчика айс-латте. Холодный пластик тихо постукивал друг о друга, когда он подошёл ближе. В аудитории сразу послышались тихие смешки. Преподавательница медленно сложила руки на груди. — Мистер Пак, — произнесла она тем самым тоном, в котором уже заранее содержался вопрос. — И что же стало причиной вашего опоздания, на этот раз? Джей даже не выглядел смущённым. Он слегка поднял один из стаканчиков, словно демонстрируя его, и улыбнулся своей самой беззастенчиво обаятельной улыбкой. — Ну какое же утро без кофе? Несколько студентов тихо усмехнулись. Джей подошёл к преподавательскому столу, аккуратно поставил один стаканчик прямо перед ней и, слегка наклонив голову, подмигнул. — Решил, что вам тоже понадобится. Она посмотрела сначала на кофе, потом на него. На секунду её губы сжались в тонкую линию. — Ваши манеры, Пак Чонсон, — сказала она сухо, — оставляют желать лучшего. Но всё же в её взгляде промелькнуло что-то мягче прежнего, и через мгновение она чуть кивнула в сторону аудитории. — Садитесь уже на своё место. — С удовольствием, — отозвался Джей. Он развернулся и неторопливо направился к рядам, а преподавательница уже открыла презентацию на ноутбуке и начала лекцию, словно ничего особенного не произошло. Он присел в привычное место рядом с другом и растянулся. Холодный пластик тихо коснулся поверхности стола. — Я же просил не брать. — шепнул Джейк перелистывая тетрадь. — Ну выбрось тогда. — цокнул парень. — Ну и дебил, избалованный. — закатив глаза, шатен все же протянул к себе стакан. Отпив немного холодного напитка, Джейк прикрыл глаза, наслаждаясь тем, как оно окончательно снимает легкую сонливость с тела. Щелкнув ручкой, он стал записывать план урока. Но старательно осматривающий взгляд сбоку, мешал сконцентрироваться.  — Что опять? — не выдержал Джейк. — Чего ты такой красивый сегодня? И кудряшки сделал… — он слегка зацепил пряди. Локоны от растяжки сначала, как нить выпрямились под чужими пальцами и обратно как пружина собрались в первоначальную форму, когда отпустили.  — Рано проснулся. — Тогда я каждый день, буду сам тебя будить в шесть утра.  — Ага, конечно. На свой страх и риск. — усмехнулся шатен.   — Как вчера прошел интервью? — вдруг решил спросить парень. Джейк тупо уставился в тетрадь перед собой, руки немного сжали шариковую ручку. — Э…, нормально. Но я не смог задать все вопросы, это скорее оплошность с моей стороны. Не знаю почему, жуть как хотелось тогда спать. — соврал он. — Да ладно, говори как есть! Все я знаю. — ухмыльнулся друг. Живот сжался в страхе.  «Неужели он все проболтал?» — подумал Джейк, « а мне еще что то предъявлял…». Парень хотел было начать объяснятся, но открыть рот он не успел как его перебили: — Этот придурок пипец какой странный. Сколько лет уже под одной крышей живем, я все еще не привыкаю. — он смешно покрутил пальцем у виска, — Помню, сидел, никого не трогал. И тут этот дебил заходит в мою комнату, просто перед зеркалом пофлексил мышцами и ничего не сказав вышел.  Джейк изогнул брови: — Ну… наверное, чудаковатость это у вас семейное.  — Ты меня с ним не сравнивай! — возмутился брюнет, — Я то люблю юбочку, а он у нас по брючкам лазает.  — Че? — не понял Джейк. — Извини что не предупредил, — Джей немного наклонился к нему и виновато поджал губы, — он гей. — совсем тихо добавил. Секунду шатен просто пялился в лицо друго, затем резко фыркнул, взрываясь в смехе. — А то я не заметил! — Что там у вас происходит?! — послышался голос преподавательницы, — Успокойтесь, не мешайте уроку или немедленно покиньте аудиторию! — Извините! Джей повернулся к другу, его глаза округлились: — Только не говори мне, что он тебя домогался… Это то, чего я больше всего боялся. Зря я вообще это устроил. «Действительно зря». — Нет, ничего такого. Он был приятен в общении, — Джейк отвел взгляд, — даже отстранений.  — А как ты понял что он голубой? — недоуменно спросил парень. — Э… — мысли путались, — есть в нем что то гейское, наверное…  — А, ты у нас получается, эксперт. Ну смотри, если в один день начнешь ко мне шары катать, по роже получишь. — усмехнулся Джей. — Ты не в моем вкусе, — закатил глаза парень, но все же расплылся в улыбке. Он продолжил свой заметки и задумался.  Джейк подумал о Джее, о дружбе, которая сложилась за эти короткие два месяца — о том, как легко и непринужденно они смеялись, как легко было делиться мелочами, но как трудно, почти невозможно, говорить о вещах, которые касались самого сердца, самой сути. И он понял, что вопрос, который давно тревожил его, сегодня снова поднялся на поверхность: когда же он сможет открыться другу и признаться в том, кто он есть на самом деле? В том, что к нему тянутся и девушки, и… парни. Он подумал о том, что никогда не спрашивал Джея напрямую о его отношении к нетрадиционной ориентации. Это как-то не укладывалось в их разговоры, а шутки, которые Джей раньше отпускал про геев, воспринимались просто как шутки — и именно это оставляло странное ощущение невысказанности, что между ними висит что-то, о чем он даже не решался думать вслух. А теперь, когда он точно знал, что старший брат Джея гей и возможно, живет с этим свободно и спокойно, это казалось одновременно и смелым, и странным: в Южной Корее, как Джейк понимал, таких открытых шагов нужно было делать с осторожностью. Мысль о том, что если Джей узнает о его бисексуальности — и еще, что самое страшное, о той случайной ночи с его братом — заставила Джейка почувствовать, как щеки вдруг горячо пылали. Он резко сжал ручку, отбросив тетрадь чуть в сторону, и почти с отчаянием пытался прогнать эти мысли, как надоедливую мошку, которая норовит укусить прямо за шею. Нет, он не расскажет. И признаваться другу о себе он пока что не планировал. Пусть скрывать это будет сложно, пусть внутри него растет напряжение и тревога, но пока что это оставалось его личным делом, маленьким секретом, который он должен был беречь. Смотрев на Джея, Джейк осознавал, что эта дружба — удивительно близкая и одновременно тонкая, как натянутая струна, которая может зазвучать по-разному в зависимости от того, кто дотрагивается до нее. И ему хотелось, чтобы в один из таких моментов он смог спокойно, без страха, без лишней тревоги сказать о себе.  Но пока что он просто записывал в тетрадь, с усилием возвращаясь к лекции, стараясь скрыть волнение за ровными строчками, за обычными заботами, понимая что до настоящего признания ещё очень далеко, и что это ожидание, это чувство тревоги, которая теперь тихо жила внутри него, будет его сопровождать ещё какое-то время. *** К вечеру настроение Джейка неожиданно стало лёгким, почти приподнятым, словно весь день медленно, слой за слоем, снимал с него усталость, оставляя только тихое предвкушение. После лекций они с Джеем разошлись по домам, и теперь, оказавшись у себя, Джейк снова стоял перед зеркалом, собираясь уже во второй раз за этот день. Утреннюю укладку он почти не трогал — волнистые пряди всё ещё лежали мягко и воздушно. Он переодевался неторопливо, почти с удовольствием. Вместо повседневной одежды он выбрал чёрные кожаные брюки с лёгким клёшем от колена, дорогие, идеально скроенные, такие, которые визуально вытягивали силуэт и делали ноги длиннее. Сверху он надел майку с широкими лямками — плотный, гладкий трикотаж без лишних швов мягко облегал его тело, подчёркивая линию плеч, грудь, стройную талию. Поверх майки Джейк накинул лёгкую кофту, почти прозрачную, кроенную как водолазка. Ткань была тонкой, сетчатой, едва заметной, словно сделанной из мягкого капрона, и по ней рассыпались мелкие стразы, которые ловили свет и тихо мерцали при каждом движении. Высокий ворот мягко обрамлял шею, рукава сидели свободно, а вся вещь в целом придавала образу что-то дерзкое. Джейк снова посмотрел на своё отражение и вдруг почти автоматически подумал, что сюда идеально вписалась бы его чёрная ковбойская шляпа с меховой отделкой. Мысль возникла так естественно, что он уже было повернулся к шкафу… и тут же замер. Шляпы там не было. И через секунду в голове всплыло тень воспоминания: тёмная комната, чужая кровать, смятая простыня — и эта самая шляпа, небрежно брошенная где-то там. Похоже, он всё-таки оставил её в той спальне. Спешно отвечая на сообщения друга он наконец вышел с квартиры. Дверь автомобиля распахнулась с характерным глухим щелчком, и Джей, повернув голову через плечо, лениво улыбнулся той самой самоуверенной улыбкой, в которой всегда было чуть больше уверенности, чем требовалось. — Садись уже, — бросил он. — Мы и так почти опоздали. Джейк скользнул на переднее сиденье, бросив сумку под ноги, и только после этого заметил, что задние места заняты. Две девушки сидели там, чуть наклонившись друг к другу, и тихо переговаривались, пока машина плавно выруливала с парковки. Их присутствие мгновенно наполнило салон каким-то ярким, почти искристым настроением. Брюнетка, та самая, о которой говорил Джей, сидела ближе к окну. Её длинные темные волосы были собраны в высокий хвост, из которого выбивались мягкие пряди, касаясь щек. Во внутреннем уголке глаза переливались маленькие прозрачные камешки, похожие то ли на стразы, то ли на капли воды. Каждый раз, когда за окном машины пролетал фонарь, свет на секунду вспыхивал на этих крошечных точках, и глаза девушки начинали блестеть, словно в них отражался целый ночной город. Рядом с ней сидела блондинка, удивительно похожая на неё чертами лица — тот же мягкий изгиб губ, те же чуть приподнятые скулы, только волосы у неё были светлые, почти медовые, и падали на плечи легкими волнами. Её образ выглядел еще смелее: на веках лежал яркий, почти неоновый оттенок голубого, переходящий в сиреневый, а под глазами рассыпалась тонкая мерцающая пыль, словно крошечные искры, случайно осевшие на коже.  В салоне пахло сладкими духами и холодным вечерним воздухом, который проникал через приоткрытое окно. Джей уверенно держал руль одной рукой, второй лениво жестикулируя, пока рассказывал какую-то историю, сопровождая её преувеличенно драматичными жестами. — И вот я стою перед ней, — говорил он, — и думаю: либо я сейчас выгляжу невероятно круто, либо как полный идиот. — Скорее второе! — рассмеялась блондинка с заднего сиденья. — Неправда! — возмутился Джей. — Это была чистая харизма. Смех заполнил салон машины, легкий, искренний, и даже Джейк поймал себя на том, что невольно улыбается, слушая их перебранку. Они уже выехали на широкую вечернюю улицу, где фонари стояли длинной цепочкой, превращаясь в размытые золотые линии на стекле, когда брюнетка вдруг наклонилась вперед между сиденьями, внимательно посмотрела на них обоих и сказала: — Вы когда нибудь пробовали накраситься? Джей сразу фыркнул. — Даже не думайте. — Почему? — протянула блондинка. — Мы только чуть-чуть. — Нет. — Да ладно, — брюнетка уже улыбалась заговорщически. — Мы аккуратно. — Нет, — повторил Джей, качнув головой. — Сначала вы меня так “чуть-чуть” накрасите, потом я проснусь завтра с фотографиями в интернете. — Тогда его, — заявила блондинка, указав на Джейка. Три пары глаз одновременно повернулись к нему. — Эй, — поднял руки Джейк. — Подождите… Но протест прозвучал слишком неуверенно. — Остановись! — уже смеясь проговорила брюнетка. Джей тяжело вздохнул, но все же свернул к обочине. Машина остановилась, двери хлопнули, и через несколько секунд произошла небольшая рокировка: темноволосая пересела вперед рядом с Джеем, продолжая что-то рассказывать, а Джейк, все еще посмеиваясь и не совсем понимая, как он оказался в этой ситуации, устроился на заднем сиденье рядом с блондинкой. — Не бойся, — сказала она, поворачиваясь к нему. — Это будет красиво. В руках у нее уже появилась маленькая косметичка, из которой она ловко достала несколько крошечных баночек. Машина снова тронулась. — Закрой глаза, — тихо сказала девушка. Её пальцы оказались неожиданно мягкими и прохладными, когда она коснулась его лица. Сначала она аккуратно распределила тонкий слой крема у висков и под глазами, а затем кончиком пальца взяла немного мерцающей пудры. Она не выглядела как обычные блестки — скорее как тончайшая пыльца. Когда она легла на кожу у уголков глаз и чуть коснулась щек, свет фонарей сразу поймал её, и Джейк почувствовал, как лицо словно начинает ловить маленькие искры. — Не двигайся, — тихо сказала она, сосредоточенно наклоняясь ближе. Он послушно сидел, чувствуя, как кончики её пальцев легко касаются кожи. За стеклом медленно проплывал вечерний город, улицы становились ярче, неоновые вывески отражались в окнах машины. Когда она наконец отстранилась, её глаза довольно сверкнули. — Всё. — Покажи! — тут же потребовал Джей с водительского сиденья. — Сначала доедем, — рассмеялась девушка. Джейк провел рукой по волосам и неожиданно подумал, что этот вечер начался куда легче, чем он ожидал. И где-то внутри, под этим смехом и шумом дороги, тихо жило ощущение, что ночь веселье начинается. Когда они вошли внутрь, клуб встретил их густым, тёплым шумом. Свет здесь жил своей собственной жизнью: неоновые полосы скользили по потолку, мягкие лучи прожекторов лениво перебегали по лицам людей, а где-то над танцполом медленно вращались зеркальные панели, рассыпая по залу дрожащие блики.  Воздух пах сладким алкоголем, духами и чем-то металлически холодным — тем самым запахом ночной жизни, который появляется только там, где много людей, громкая музыка и почти полное отсутствие времени. Джей уверенно повёл их вперёд. Он почти не оглядывался, лишь иногда бросал через плечо короткие комментарии, а девушки шагали за ним, легко лавируя между людьми. — Мы столик наверху забронировали, — бросил он между делом. Девушки одобрительно переглянулись. Наверху было чуть тише, но вид открывался прямо на танцпол. С балкона можно было смотреть, как внизу переливается движущаяся толпа, будто единый организм, живущий под ритм музыки. Они устроились за небольшим круглым столиком. Заказали коктейли — яркие, холодные, с ломтиками лайма и льдом, который тихо звенел о стекло. Алкоголь быстро сделал своё дело. Разговор становился легче, смех — громче, жесты — свободнее. Джей рассказывал какие-то полуправдивые истории, девушки перебивали его, смеялись, спорили. Джейк поначалу больше слушал, но постепенно и он втянулся, расслабился, позволил себе немного наглости, немного лёгкого флирта. Блондинка сидела рядом с ним, подперев подбородок рукой, и иногда смотрела на него так, будто оценивает. — Ты красиво накрасился, — сказала она вдруг. — Это не я, — усмехнулся Джейк. — Это ты виновата. Она рассмеялась. Музыка внизу сменилась на более ритмичную, тяжёлую. Девушка вдруг поднялась, схватила его за руки. — Пойдём. — Куда? — успел спросить он, уже поднимаясь. — Танцевать. Она потянула его к лестнице. Джейк, смеясь, на секунду обернулся через плечо, вопросительно глядя на Джея. Тот развалился на диване, лениво поднимая стакан. — Только сильно не шалите! — крикнул он им вслед. — Мама с папочкой пока тут будут! Толпа на танцполе встретила их теплом, движением и музыкой, которая теперь звучала громче, плотнее, будто бы обволакивала тело. Сначала они просто двигались рядом. Потом ближе. Блондинка танцевала легко, свободно, её волосы разлетались мягкими светлыми волнами, когда она поворачивалась. Мерцающая пыль на её скулах ловила свет прожекторов, и каждый раз, когда она смеялась, казалось, будто на лице вспыхивают маленькие искры. Джейк быстро подхватил её ритм. Его движения были чуть ленивыми, гибкими, почти кошачьими. Сетчатая кофта со стразами ловила свет, и иногда он сам замечал, как люди вокруг бросают на него короткие взгляды. Они танцевали долго. Одна песня закончилась, почти сразу началась следующая. Музыка становилась всё тяжелее, ритм — глубже. Где-то между смехом и дыханием девушка наклонилась ближе к его уху. — Я хочу пить. — Сейчас принесу. Он кивнул, легко коснулся губами её щеки и направился к бару. У стойки было людно. Бармены двигались быстро, ловко, как фокусники, разливая напитки. — Два «Tequila Sunrise», — сказал Джейк, опираясь локтем о стойку. Бармен кивнул. Пока он ждал, Джейк вдруг почувствовал на себе взгляд. Не тот быстрый, случайный взгляд, которыми люди обмениваются в клубах. Нет. Этот был тяжелее. Дольше. Он обернулся. И на секунду у него в голове стало абсолютно пусто. …Ебаный Сонхун. Джейк моргнул. Алкоголь в крови сделал его реакцию странно спокойной. Даже чуть беспечной. Он слегка поднял брови. — О… привет. Сонхун стоял напротив. Сегодня он выглядел трезвее, чем в прошлый раз. Лицо спокойное, почти холодное. В руке стакан с чем-то янтарным. Рядом с ним стоял высокий светловолосый парень — почти такой же высокий, как сам Сонхун. Он держался расслабленно, но по его движениям было видно, что он уже прилично выпил. Брюнет изучал глазами то тело, то лицо парня.  Светловолосый парень перевёл взгляд на Джейка. — А это кто? — Друг Джея, — спокойно ответил Сонхун, после недолгой паузы. Блондин хмыкнул, снова посмотрел на Джейка. — Миловидный. Он кивнул на его одежду. — И образ у тебя отличный. — Спасибо, — чуть смущённо сказал Джейк. И в этот момент рядом вдруг появилась его спутница. — Вот ты где! — сказала она, обнимая его за руку. — Почему так долго? Она только теперь заметила двух парней. Сонхун едва заметно нахмурился. Светловолосый оживился. — О, ты с компанией? Блондинка мгновенно включилась в разговор. Через пару секунд они уже смеялись, обсуждая музыку, а ещё через минуту пришли к совершенно логичному выводу: Им всем нужно пойти танцевать. — Без меня. — коротко сказал Сонхун. — Боже, какой ты скучный, — фыркнул его друг. И, даже не дожидаясь ответа, он уже направился за ними. Джейк в последний раз бросил взгляд через плечо. Он уже не смотрел в их сторону, медленно допивая содержимое своего стакана. Втроём они вернулись на танцпол. Светловолосого звали Хисын. Он танцевал легко, уверенно, словно это было его естественной средой. Иногда он смеялся, наклоняясь к девушке, иногда разворачивался к Джейку, подстраиваясь под ритм. Они двигались всё ближе. Горячее. Музыка, алкоголь и плотная толпа вокруг стирали границы. В какой-то момент девушка оказалась между ними. Она засмеялась, обняла Хисына за шею и вдруг поцеловала его. Потом повернулась к Джейку. И так же легко коснулась его губ.И отстранилась, смотря на них обоих с ожиданием. Хисын усмехнулся. Он притянул Джейка ближе. Поцелуй оказался неожиданно глубоким. Тёплым и слишком уверенным. Джейк на секунду даже тихо, почти простонал. И только начал по-настоящему чувствовать вкус на чужих губах, когда вдруг чья-то рука резко схватила того за плечо и отдёрнула назад. Позади него стоял Сонхун. Свет танцпола скользнул по его лицу, и в этом коротком всплеске света стало видно, что его выражение не столько злое, сколько напряжённое — челюсть чуть сжата, брови сведены, взгляд холодный и сосредоточенный. — Ты, кажется, слишком увлёкся, — сказал он ровно. Хисын усмехнулся, всё ещё держась расслабленно, будто ничего особенного не произошло. — Да ладно тебе. Он слегка развёл руками, словно это была самая безобидная сцена на свете. — Мы просто танцевали. Сонхун ничего не ответил. Только на секунду перевёл взгляд на Джейка — быстрый, почти скользящий — а затем снова посмотрел на друга. — Пошли. Хисын закатил глаза, но всё же отступил назад. Перед тем как уйти, он ещё раз повернулся к Джейку, улыбнулся той же лёгкой, немного пьяной улыбкой и кивнул куда-то в сторону балкона. — Мы сидим слева наверху, — сказал он. — Если что, заскочи. Сказать что-нибудь в ответ Джейк не успел. Они уже растворялись в толпе. Музыка вокруг продолжала грохотать. Блондинка снова оказалась рядом с ним, смеясь, ее кажется ничего не удивляло. — Ну и компания у нас сегодня, — сказала она, качнув головой. Но танцевать она не перестала. Несколько минут Джейк двигался вместе с ней, всё ещё пытаясь вернуть прежний ритм, однако ощущение после внезапного появления Сонхуна странным образом сбило его настроение. Он поймал себя на том, что всё чаще оглядывается вокруг, а музыка, которая только что казалась захватывающей, теперь звучала чуть громче, чем хотелось. — Я, наверное, пойду немного передохну, — сказал он, наклоняясь ближе, чтобы она услышала, — Пойдём вместе? — предложил он. Она улыбнулась и покачала головой. — Не-еет. Я ещё потанцую. Вернусь потом. И она действительно почти сразу снова растворилась в движении толпы. Джейк выдохнул и направился к лестнице. Поднимаясь наверх, он уже издалека заметил их столик справа. Джей и брюнетка чувствовали себя без него вполне прекрасно: она сидела у него на коленях, что-то смеясь ему в ухо, а Джей, лениво обнимая её за талию, явно был полностью доволен происходящим. Джейк остановился на секунду. Похоже, их компания сейчас не слишком нуждалась в третьем. Он тихо усмехнулся сам себе и, не поднимаясь к столику, свернул обратно вниз — к бару. У стойки было немного свободнее, чем раньше. Свет здесь был мягче, янтарный, и отражался в длинных рядах бутылок. Джейк опёрся локтем о барную стойку и задумчиво уставился в меню, написанное мелом на чёрной доске. Названия коктейлей тянулись длинным списком — сладкие, горькие, фруктовые, крепкие. Может, попробовать что-то новое. Он как раз раздумывал, когда рядом появился незнакомый голос. — У тебя очень стильный образ. Джейк повернул голову. Парень рядом выглядел дружелюбно — светлая улыбка, открытый взгляд. Высокий, с короткими светлыми волосами и расслабленной манерой держаться. — Спасибо, — ответил Джейк, чуть улыбнувшись. — Я могу угостить тебя? — Не стоит, — машинально сказал Джейк. Но парень лишь легко махнул рукой. — Да брось. Он уже подал знак бармену. Джейк на секунду колебался, но потом пожал плечами. — Ладно. Бармен начал готовить напитки — быстро, ловко смешивая алкоголь и соки. Разговор завязался легко. Они обменялись парой шуток, и через минуту уже разговаривали почти непринуждённо. — Кстати, я Коул, — сказал парень. Джейк чуть приподнял брови. — Ты иностранец? — он автоматически перешёл на английский. — Ага, — рассмеялся Коул, тоже мгновенно переключившись. — Из Канады. Но я уже три года живу в Корее. — Твой корейский очень впечатляющий, совсем без акцента. — Спасибо. Пришлось постараться. Бармен поставил перед ними два коктейля. Яркие, холодные, с ломтиком апельсина на краю стакана. Джейк как раз вытащил телефон — на экране высветилось сообщение от Джея. «Джей брошка»: Где тебя носит? Он уже собирался ответить, когда Коул протянул ему стакан. — За знакомство. Стекло тихо звякнуло о стекло. Они сделали по глотку. Алкоголь оказался сладким, с лёгкой горечью. Разговор продолжился, но через несколько минут Джейк вдруг почувствовал, что что-то изменилось. Сначала почти незаметно. Голова стала чуть легче. Музыка — чуть дальше. А веки вдруг начали наливаться странной тяжестью. Он моргнул. Наверное, слишком много выпил. — Слушай… — пробормотал он, слегка качнувшись. — Я, пожалуй, схожу в уборную. Он встал со стула. Пол под ногами неожиданно поплыл мягче, чем должен был. Коул сразу поднялся. — Эй, аккуратно. Он поддержал его за локоть. — Я сам дойду, — сказал Джейк. Но Коул не убрал руку. — Всё нормально, я помогу. Они сделали пару шагов. Раздражение медленно начало подниматься в груди Джейка. — Серьёзно. Отпусти. Парень, наоборот, только крепче прижал его к себе. — Ты сейчас еле стоишь. — Я сказал… отпусти. Джейк попытался отстраниться, но движения становились всё тяжелее, словно тело внезапно налилось свинцом. И в следующую секунду кто-то с силой врезал Коулу.  — Глухой что ли? Он сказал убрать руки. Голос прозвучал прямо над головой, низко, тихо, но с таким холодным нажимом, что слова словно прорезали воздух сквозь музыку. Коул резко повернул голову.Сонхун стоял совсем близко. Свет бара падал на него сверху: чёткая линия скул, напряжённая челюсть, глаза тёмные и внимательные, в которых не было ни капли прежней ленивой безразличности. — А ты кто вообще? — усмехнулся парень. Музыка гремела где-то рядом, но вокруг них уже начинала собираться невидимая воронка внимания: люди за стойкой чуть повернули головы, кто-то рядом притих, чувствуя знакомый сценарий назревающей драки. — Тебя ебет? — грубо выплюнул брюнет. Коул хмыкнул и только сильнее сжал Джейка за плечо. — Он сам не против помощи. Джейк попытался оттолкнуть его локтем, но рука будто стала тяжелее обычного. — Я… сказал… — медленно произнёс он, — что сам… — но язык будто вязал. — Последний раз говорю. Коул усмехнулся. — Или что? Ответа он не успел услышать. Движение было быстрым, почти неуловимым — плечо Сонхуна резко подалось вперёд, и его кулак коротко, тяжело врезался тому в скулу. Звук удара вышел глухим, плотным. Коул отшатнулся, выпустив Джейка. Тот едва удержался на ногах и инстинктивно схватился за край барной стойки. — Ты охренел?! — рявкнул он. Он бросился вперёд. Коул попытался ударить его в ответ, широко, почти размашисто, но Сонхун легко уклонился — движение было точным, быстрым. Его ладонь резко отбила чужую руку в сторону, и следующим движением он толкнул Коула назад. Тот врезался спиной в барный стул. Стул с грохотом опрокинулся. Люди вокруг уже начали отходить, освобождая пространство. Музыка продолжала греметь, но теперь она словно звучала издалека, растворяясь в криках и шуме. Коул поднялся быстрее, чем ожидалось. Его лицо перекосилось от злости. — Ты, блять… Он рванулся вперёд снова. На этот раз он всё-таки задел Сонхуна — кулак скользнул по его челюсти, и голова того резко повернулась в сторону.Но ответ последовал мгновенно. Брюнет перехватил его за воротник и резко дёрнул на себя. Колено коротко врезалось в живот. За ним последовал болезненный хрип. Ещё один удар — на этот раз в челюсть — и парень снова пошатнулся, врезаясь в край барной стойки. Стекло звякнуло. Кто-то вскрикнул. — Эй! Эй! — закричал бармен. — Хватит! Но драка уже раскрутилась. И именно в этот момент сверху, со второго уровня, перегнувшись через стеклянное ограждение, появился Джей. Сначала он просто нахмурился, пытаясь разглядеть, что происходит внизу. Толпа двигалась, головы мелькали одна за другой, свет софитов вспыхивал то красным, то фиолетовым, превращая происходящее в рваную картинку из коротких вспышек. Потом он заметил знакомую фигуру. — Погодите… — пробормотал он, резко выпрямляясь. Его взгляд стал внимательнее. Через секунду он уже узнал и второго. — Твою мать… Он резко оттолкнулся от перил. — Детка, я сейчас! — бросил он брюнетке, даже не оборачиваясь. И, не дожидаясь ответа, быстрым шагом направился к лестнице. Каблуки людей стучали по ступеням, кто-то поднимался вверх, кто-то спускался, но Джей почти перепрыгивал через пролёты, лавируя между людьми с той же уверенной лёгкостью, с какой обычно пробирался сквозь толпу на вечеринках. Внизу ситуация уже почти достигла своего пика. Коул снова рванулся вперёд, но Сонхун перехватил его движение ещё на полпути — ладонь резко схватила ткань его куртки, и следующим мгновением он толкнул его назад так сильно, что тот ударился спиной о край стойки. Стаканы задребезжали. — Я тебя убью! — рявкнул Коул, пытаясь вырваться. Сонхун уже собирался ответить ударом, когда между ними вдруг втиснулась третья фигура. — ОПА, СТОП! Джей буквально влетел между ними, раскинув руки, словно пытался раздвинуть двух рассерженных быков. — Спокойно! Что тут, черт возьми, происходит?! Коул, тяжело дыша, провёл языком по разбитой губе. — Этот психованный — твой друг? — усмехнулся он. — Какие то проблемы? К ним наконец прорвались двое охранников. — Всё, разошлись! Один из них сразу схватил Коула за плечо. — На выход. — Отпустите! — огрызнулся тот, пытаясь выдернуть руку. Но охранник уже крепче сжал его локоть. — Пошёл. Коул бросил последний свирепый взгляд сначала на Сонхуна, потом на Джея и позволил себя увести в сторону выхода. Толпа постепенно начала возвращаться к своим делам.Кто-то снова повернулся к бару, кто-то вернулся на танцпол. Музыка вновь стала громче, словно клуб проглотил произошедшее и продолжил жить своей обычной ночной жизнью. Джей медленно повернулся. — Так… — выдохнул он. — Кто-нибудь объяснит мне, что это сейчас было? Но прежде чем кто-то успел ответить, его взгляд упал на Джейка.Тот стоял чуть в стороне, опираясь ладонью на стойку. Глаза были мутными, тяжёлыми, будто он смотрел сквозь пространство. Джей нахмурился. — Эй… — он сделал шаг ближе. — Ты чего такой? — Бля… че то мне плохо… — рассеяно пробормотал Джейк.  Джей мгновенно насторожился. — В смысле плохо? Но прежде чем Джейк успел что-то ответить, рядом уже заговорил Сонхун. Его голос был ниже обычного и звучал жёстче. — Потому что твой друг пил с каким-то мутным типом. Джей повернулся к нему. Старший стоял чуть в стороне, но теперь подошёл ближе, и под холодным светом бара стало заметно, что он тоже не выглядел спокойно. Скулы у него порозовели — то ли от злости, то ли от адреналина после драки, нижняя губа была чуть разбита, а дыхание всё ещё оставалось неровным. Он провёл языком по внутренней стороне щеки и продолжил уже резче: — Я ещё сверху заметил, как этот урод к нему клеился. Он кивнул на Джейка. — И ты, между прочим, должен был быть немного повнимательнее. Последняя фраза прозвучала почти как упрёк. Джей нахмурился сильнее. — Эй, полегче. — Полегче? — Сонхун коротко усмехнулся, но в этой усмешке не было ничего весёлого. — Его могли в грязной кабине отодрать и так же грязно бросить.  Он перевёл взгляд на Джейка. Тот держался за край барной стойки так, будто это была единственная стабильная вещь в помещении. Джей тихо выругался. — Чёрт. Он шагнул ближе и осторожно тронул Джейка за плечо. — Эй, слышишь меня? Джейк кивнул, но слишком медленно. — Его нужно отвезти домой, — сказал Джей уже почти решительно. Он поднял голову на Сонхуна. — Он живёт один, так что… Сонхун мгновенно нахмурился. — Так отвези. — Я не могу, — раздражённо ответил Джей. — Меня там ждут. Он кивнул куда-то наверх, на второй уровень клуба. — Мы только пришли. Сонхун посмотрел на него так, словно собирался сказать что-то очень нелестное. Но сдержал себя и произнес лишь: — Серьёзно?  — Пожалуйста, я твой должник! Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. — Блять, — выдохнул Джей и провёл рукой по волосам. — Просто отвези его, ладно? Я тебе адрес скину. Сонхун медленно перевёл взгляд на Джейка. Тот всё ещё стоял, слегка покачиваясь, и выглядел так, будто прямо сейчас может уснуть, стоя на ногах. Сонхун раздражённо щёлкнул языком. — Отлично. Но всё же шагнул ближе. — Пошли. Он подхватил Джейка за плечи, крепко удерживая его, когда тот чуть потерял равновесие. — Осторожно. — Ой… — пробормотал Джейк, неожиданно тихо засмеявшись. — Ты… такой… высокий. Сонхун закатил глаза. — Ага. — И… красивый… — продолжил Джейк уже совсем рассеянно, глядя куда-то в сторону. — Очень… красивый… Сонхун на секунду замер. Потом тяжело вздохнул. — Понятно. Он бросил быстрый взгляд на Джея. — Его точно чем-то накачали. — вздохнул друг. — Да ты что?! — раздражённо рявкнул старший. Сонхун осторожно повёл Джейка через толпу. Тот послушно шёл рядом, иногда цепляясь пальцами за его куртку, будто боялся потеряться. — Слушай… — вдруг снова заговорил Джейк. — Это же… тот бред… который люди несут, когда… наркотики… Он нахмурился, будто пытался собрать мысль. — Типа… правду говорят… всякое такое… — Угу, — коротко ответил Сонхун, даже не оборачиваясь. — Конечно. — Но у меня… — Джейк тихо хихикнул. — У меня какой-то… другой бред… — Мм, верю. Они наконец вышли из клуба. Ночной воздух оказался прохладным и свежим после душного зала, и Джейк глубоко вдохнул, на секунду закрыв глаза. Сонхун подвёл его к машине и аккуратно усадил на пассажирское сиденье. — Адрес, — сказал он, заводя двигатель. Джейк повернул голову. — Ммм… Он нахмурился, явно пытаясь вспомнить. — Не… помню… Слова прозвучали почти виновато. Брюнет тяжело выдохнул и достал телефон. Через пару секунд он набрал номер. — Алло. — Ну? — сразу ответил Джей на том конце. — Адрес скинь. — Он живой? Парень бросил быстрый взгляд на Джейка. Тот сидел, уткнувшись лбом в стекло, и тихо что-то бормотал себе под нос. — Более-менее. — Сейчас скину. Через несколько секунд на экране всплыло сообщение. Он открыл навигатор, вбил адрес и тронул машину с места. Город за окнами медленно потянулся ночными огнями — фонари, неоновые вывески, редкие машины на дороге. Джейк сидел тихо. Иногда что-то невнятно бормотал. Сонхун бросал на него короткие взгляды. Машина плавно выехала на пустую ночную улицу, унося их всё дальше от шума клуба.