Законы гостеприимства

— Где ваша родина?

— Не знаю: я родился на корабле. Никто не помнит, куда и откуда он плыл. (с)

Снейп хорошо помнил, как прибыли гости в Хогвартс. Они прибыли в сумерках: из середины озера вынырнул мрачный корабль с черными парусами, послышался восхищенный ропот. Ради такого шоу на улицу выбежали почти все обитатели Хогвартса. Дамблдор довольно похлопал в ладоши. – Только огней святого Эльма не хватает, – хмыкнул профессор. – Был бы вылитый Летучий Голландец. – Что ты, Северус, это так необычно! – В самом деле, – согласился Снейп. – Когда я  видел Каркарова в последний раз, он страшно боялся воды. А сейчас он появляется через портал в озере. Необычно, кто же спорит. – Может быть, он притворялся? – Альбус заинтересованно взглянул на Снейпа. – Может быть, я бы не удивился. Когда его хотели перевозить для временного задержания в Азкабан, он устроил такую сцену водобоязни, что его пришлось временно изолировать в св. Мунго под охраной, конечно. Потому что через порт-ключ заключенных не перевозили. Мало ли куда их занесет или охрана отстанет? – Вот ведь какой талант пропадает, – восхитился директор Хогвартса. – Думаю, что Кубок Огня мы принесем сегодня за ужином, а завтра посмотрим, какие заявки он выберет. Я всегда так волнуюсь перед любыми соревнованиями. По-моему, это самое интересное в них – ожидание жеребьевки. – Очень хорошо, только я думаю, что если результаты жеребьевки его не устроят, то сначала у него в команде кто-нибудь заболеет, потом мы окажемся виноватыми в том, что его подопечный заболел, потом выяснится, что вокруг заговор и прочее. До тех пор, пока мы добровольно не согласимся аннулировать результаты жеребьевки. – В этот раз ничего у него не выйдет. Выбор Кубка всегда равносилен магическому контракту, который обратной силы не имеет. Поэтому все, кого выберет этот достойный сосуд, хотят они того или не хотят, должны будут участвовать в турнире. Пока не выиграет один. – Сильнейший? – Не обязательно, Северус. Игорь! Добро пожаловать к нам в Хогвартс! Игорь Каркаров важно поздоровался с Альбусом Дамблдором, обменялся любезностями и прошел дальше, не удостоив Снейпа даже взглядом. – Кажется, он тебя не узнал, – поддел Снейпа Дамблдор. – Просто пока я ему не нужен, зачем меня вообще замечать. У входа в Хогвартс послышался участливый голос Каркарова: – Что с тобой, Виктор? Ты, кажется, простужен? Сейчас мы поужинаем, а на ночь я напою тебя глинтвейном. Если не ошибаюсь, его в Хогвартсе прекрасно готовят. Поляков, что ты встал как столб вкопанный? Мог бы догадаться, что нужно придержать дверь, пока мы с Виктором пройдем в холл… – Кажется, началось, не ожидал, что так быстро. – Я же говорю, талант, – рассмеялся Дамблдор.

***

– А у тебя тут мило, – на пороге класса зелий стоял директор Дурмштранга Игорь Каркаров. – Зашел, чтобы поздороваться. – Здравствуй, – Снейп не соизволил выйти из-за стола, прикидывая в уме, зачем же он  понадобился Каркарову. Кубок Огня от него никак не зависел, сообщить что-то новое про Дамблдора он не мог, потому что с Дамблдором Игорь был знаком столько же лет, сколько и Снейп. «Неужели на самом деле поздороваться зашел?» – Как у тебя дела? – Каркаров присел на соседнюю парту и распахнул плащ. – Прекрасно, – процедил сквозь зубы Снейп. Сам не зная почему, он очень не любил, чтобы на партах кто-то сидел. – Интересно, почему вас когда спрашиваешь как дела, чтобы на самом деле узнать как дела, вы все отвечаете, что прекрасно. Удивительно! – Ты что-то хотел узнать? Если нет, можешь уходить, у меня дела, знаешь ли. – Зачем же так грубо, Север. Хотя ты угадал. Ужин сегодня прошел хорошо, но я как-то не очень ожидал увидеть здесь эту одноглазую ворону ощипанную. – Моуди? Каркаров слегка вздрогнул и поморщился от отвращения. – Что он тут потерял? И как он  тут оказался? Случайно не из-за меня? Снейп неожиданно рассмеялся. – Игорь, узнаю тебя прежним, всё, чтобы ни случилось, должно вертеться только около твоей персоны. Он здесь ЗОТИ преподает с начала года, его Дамблдор лично пригласил еще летом. – Ты так думаешь? – Каркаров скептично скривил губы. – Но тебя я рад видеть. – Это все? – Однако, дорогой Север, у вас тут холодно. Вот мой Виктор Крам уже простужен, слегка. – А что это может означать на самом деле? – с неожиданным ехидством спросил Снейп. Игорь Каркаров пожал плечами и надолго уставился на рукав своего плаща, подбитого серебристым мехом. – От тебя не скроется ни малейшая деталь, мой друг,  – он вдруг с хитрой улыбкой в упор посмотрел на Снейпа. – На самом деле он болен, а простужен слегка. – И чем же это он болен? – Снейпа начал раздражать  ясный, но очень не удобный взгляд, от которого хотелось спрятаться в подвалах и забаррикадироваться всеми столами в классе для зелий. – Тем же, чем и ты, – взгляд стал еще более ехидным. – Вот как, – Снейп нахмурился. – И чем же? – Уязвленным самолюбием. Ш-шш. А вот кидаться столами нельзя. – Ты пытаешься читать мои мысли? Это невозможно. – Очень надо, – Каркаров покачал головой. – Да у тебя на лице все написано, что меня ты ненавидишь, а при малейшей попытке подобраться к тебе, меня ждет очень сильный отпор. У мальчика уважительная причина, он недавно провалил самый важный матч в своей жизни. Правда, он не знает, что это не повод так хандрить. Вот моя интуиция мне подсказывает, что пора уносить отсюда ноги куда подальше. И чем быстрее, тем лучше. И вот это настоящий повод захандрить по-настоящему. – Опять ты со своей интуицией, – проворчал Снейп, который никогда в интуицию не верил, особенно в исполнении Каркарова. «Все ходы вновь наперед просчитал…». – Тоже мне удивил, – Снейп впервые скривил губы в подобии улыбки. – Но ты же зачем-то сюда все равно приехал. – Как видишь, я все еще тут, хотя интуиция меня никогда не подводила, – Каркаров увильнул от ответа и с любопытством обвел взглядом кабинет: – Однако, ты не плохо тут устроился: как всегда жесткий стул, голый стол и ни малейшего намека на уют. Спина не болит? – Нет. – Значит скоро будет болеть, – оптимистично заявил собеседник и, вскочив со стола, красиво подплыл к двери кабинета, где обернулся назад: – Мне пора. Альбус обещал провести экскурсию по вашему Хогвартсу для всех глав прибывших школ. Говорят, что в это время ночи он незабываемо прекрасен. – Идиот, – проворчал Снейп.

***

Залог удачи для шпиона на вражеской территории – правильно выбрать заложника. Каркаров огляделся: в углу за гобеленом дрожали доспехи, на подоконнике какая-то безобидная зверушка доедала другую безобидную зверушку, а вот чуть дальше из стены торчала чья-то полупрозрачная, скажем так, филейная часть. Ага! Каркаров аккуратно вынул палочку и прикоснулся к каменной кладке. Ночные коридоры огласил одинокий вой прочно застрявшего в стене приведения. Каркаров вошёл в пустой класс, где, очевидно, находилась передняя, истошно вопящая, часть. Он не был особенно жестоким человеком, но сейчас эти стенания его совершенно не трогали. Всё, что в данный момент интересовало Каркарова, начиналось на Северус и кончалось на Снейп. Он приступил к допросу. Тот, кто считает, что Пивз не способен на членораздельную речь, никогда не заставал его ночью за кражей лимонных долек из личного директорского запаса, заныканного в стратегических местах по всему Хогвартсу. В такие моменты он может быть удивительно словоохотлив. Но почему-то единственное, что нужно было его пленителю, он отказывался говорить наотрез. Каркаров начал терять терпение. – Пароль! – прорычал он, направляя палочку на призрака, тот отчаянно задёргался. Каркаров перевёл палочку ниже, и из ящика прямо перед Пивзом выплыла лимонная долька. Крак – и желтоватая пыль осела на пол и на полупрозрачный нос. – Исчезающий горизонт, – обречённо пискнул Пивз и захныкал.

***

Портрет с лёгким шелестом отъехал в сторону, и Каркаров застыл на пороге личных комнат зельевара. Никаких охранных заклинаний или ловушек. Странно! Север совершенно не заботится о своей безопасности, либо чересчур доверяет нарисованному стражу. Предположим, для двойного агента такая неосмотрительность простительна, но для учителя?! Этого Игорь не понимал. Каркаров разжёг камин и устроился в кресле. Довольно убогое жилище, как можно было заметить: тут тебе и кабинет, и гостиная, и столовая. Хорошо, хоть спальня отдельно. Он вытянул ноги к огню и почти задремал, убаюканный уютным потрескиванием – годы берут своё... Но вот на слух он пока не жаловался, поэтому присутствие хозяина комнаты заметил сразу. – Что ты здесь делаешь? – Снейп стоял на пороге и недобро щурился. – И тебе добрый вечер, Северус! Как можно так обращаться с гостем? – Скорее, с захватчиком, – мрачно бросил Снейп и прошёл к столу. – Разве Дамблдор не просил оказывать гостям всяческое содействие? Снейп кивнул, потому что пока не видел, где именно здесь подвох. – Чего ты хочешь? – Того же, что и все: любви, Севочка. Снейп скрипнул зубами. – Я имею в виду, в данную минуту. – Всегда, Север. Хорошо, хорошо, не кипятись! Раз ты настаиваешь... Каркаров извлёк из-за обшлага четвертушку листа, увеличил до настоящего размера и начал читать: – Умиротворяющий бальзам – два галлона. Феликс Фелицис – полтора галлона... Примерно через десять минут у Снейпа впервые в жизни закружилась голова от зельеварения. – ... и четыре галлона Перечного, – бодро закончил Каркаров. – Что... что это? – срывающимся голосом проговорил Снейп, хотя уже и сам прекрасно догадался. – Зелья первой необходимости, предоставляемые любому кораблю, терпящему бедствие в территориальных водах магической Британии. Поправка пятая от 17 июля 1437 года. Хогвартс, как понимаешь, – это ближайший порт, в который я могу обратиться... – Каркаров! Ты. Не. Терпишь. Кораблекрушение. – Пока нет. Но местные юные леди, среди которых, кстати, есть и представительницы твоего факультета, просто заполонили мой корабль. Я лично выбросил за борт четверых. И это только за сегодняшний вечер! А если их придёт больше? Мы же пойдём ко дну! Снейп устало опустился в кресло, запоздало отметив, как под ним хрустнули пара десятков непроверенных эссе. Хотелось верить, гриффиндорских. – Каркаров... – Игорь, пожалуйста. – ...мы не первый год знакомы. Что конкретно тебе надо из всего этого списка? – Я могу надеяться, что это останется между нами? – Надеяться – можешь. – Северус! – укоризненно протянул Каркаров и перехватил пергамент поудобнее. – Хорошо! Непреложный Обет дать? – Я тебе верю. Но дело весьма деликатное. Он положил список на стол перед Снейпом и тронул палочкой. Несколько названий вспыхнули пурпурным. Снейп пробежал список глазами. – Для кого это? Можешь не говорить. Крам. Он так плох? Каркаров досадливо поморщился, но отступать было некуда. – Север, а ты уверен, что для отвлечения от ипохондрических мыслей ему это подойдет в таком виде? – Уверен. Он ветрянкой в детстве болел? Каркаров в удивлении приподнял брови: – А я откуда знаю, в столь нежном возрасте я его не видел. Но могу спросить у его родителей, если это так необходимо. Где у тебя сова? Снейп усмехнулся: – Самое место для сов – это мои подземелья. Совсем с ума сошел? В совятне совы все. – А вот у нас… – начал директор Дурмштранга и тут же осекся. Над ним издевались с самым наглым видом. – Скажи ему, что у него ветрянка и дай ему это. Две десертные ложки на полстакана глинтвейна. Смотри не перепутай, – Снейп протянул темного стекла бутыль Каркарову. – Амортенция? – Еще чего, – хмыкнул Снейп. – У меня как в Гринготсе – все настоящее. Зелья, вызывают чувства подлинные, а не наведенные. – Тут тинктуры больше, чем на две ложки. Думаешь, если буду поить силой, то все расплескает? – Силой поить нельзя, только добровольно. Просто я тебя знаю, пока на ком-нибудь еще не проверишь, подопытному давать не будешь. Ты даже чай из блюдца пьешь, боишься обжечься. – Все-то ты про меня знаешь, – рассмеялся Каркаров. – Могу только предупредить, что избранница тебе может не понравиться, но это уже дело десятое. А чтобы сильно потом не отвлекался, устрой ему мозговой штурм и тяжелые физические нагрузки. Самое оно. – Бедный мальчик, – притворно вздохнул Каркаров. – Для его же пользы.

***

– Не потерплю! Уволю! – Игорь Каркаров метался по учительской под пристальным взором своего бывшего соратника. – Четыре чемпиона на Турнире – это чистой воды жульничество! – Ты не министр Магии, поэтому уволить никого не можешь. Сам же слышал, как Бартемиус Крауч умыл руки и сказал, что будет именно так, как выбрал Кубок, даже если эта посудина вдруг что-то там перепутала. – Мне в душу плюнули! – возопил Игорь и замер в очень живописной позе. – У тебя нет души, – меланхолично заметил Снейп, осторожно отодвигая чернильницу, над которой завис обиженный директор с занесенной вверх рукой, в которой был зажат ботинок. «Из крокодиловой кожи. Неплохой ботинок, кстати…» – У всех есть душа! – У меня тоже нет, поэтому успокойся, – в сторону была отодвинута стопка пергаментов, ботинок описал в воздухе замысловатую кривую и полетел в сторону двери. – А ты спокоен как удав! – возмутился непрошенный гость. – Меня это раздражает. – Я уже возмущался сегодня над подозрительным выбором этого старого горшка, но толку от этого вообще-то мало. Тем более он уже остыл. Вот разве что ты в него второй свой ботинок кинешь. Может, он обидится и закипит вновь? – Север! – Да? – Нельзя кидать в магические предметы всякий мусор. И ты прекрасно об этом знаешь. – Однако же кто-то поттеровскую записку туда сунул. – Вот это меня и смущает. Какая этому некто польза от младшекурсника? Только одно мне ясно – кругом враги! И я этого так не оставлю! Где мой ботинок?! – Судя по визгу твой ботинок уже утащил Пивз. Придется тебе ходить по замку босиком. – Ну, знаешь ли! Эй, ты! Прозрачная лягушка, отдавай мой ботинок! – Каркаров вылетел из кабинета. – От Пивза еще ни один ботинок не уходил живым. «Дя!» - раздался восторженный вопль в коридоре и отразился  гулким эхом в других коридорах.

***

Снейп вышел из класса и наткнулся на неразлучную парочку – Каркарова и Виктора Крама. Первый участливо подталкивал Виктора ко входу в класс, а последний упирался всеми силами: – …Это для твоего же блага, мой мальчик! Добрый вечер, Север. – Господин директор, а можно я обойдусь без, эээ, консультации? – Добрый. В чем дело, господа? – Снейп замер на пороге класса, все еще не решив, пускать ли этих ненормальных внутрь или вытурить их из Хогвартса куда подальше. Рабочий день закончился, и он имел полное право на отдых. Так было написано в Магическом Кодексе. – Мы пришли на консультацию, – бодро сообщил бывший соратник и оставил попытки переставить Крама хоть еще на один дюйм вперед. – Сэр? – Крам нахмурился. Как понял Снейп, у Крама тоже была интуиция, поэтому он догадался, что консультация все же состоится. Даже против его воли. – Это не может подождать до завтра? – Нет, конечно, дорогой коллега, – Каркаров похлопал по плечу Крама. – Ну-с, пошли, а то тебе еще повторять поморочные заклинания. А это часа четыре займет. Клянусь, что тебе никто не помешает. – Вы всегда так говорите. – Для твоего же блага! – елейно добавил Каркаров, пропуская Крама вперед. «Мерлин, где же я это уже все слышал?..» – Снейп тяжело вздохнул и вошел в класс.

***

– Ну, что скажете, коллега? – Каркаров обратился к сидящему рядом Снейпу с плохо скрываемой гордостью в голосе. Снейп выглядел мрачным пессимистом, у которого украли последнюю надежду на подтверждение своего пессимизма. – Сумбурно. Виктор Крам облегченно вздохнул, потому что у него сложилось стойкое впечатление, что если он не сдаст этот неофициальный тест по ЗОТИ, выйти из кабинета живым ему не дадут. – Коллега Север хочет сказать, Виктор, что твоя подготовка по ЗОТИ выше установленной министерством магии программы. Виктор сделал вид, что не знает о том, как относится его директор ко всем утвержденным в министерстве магии программам. Главное, что все эти годы он учился не зря. – «Коллега Север» хочет сказать, что если мистер Крам не будет как следует заниматься тренировкой всех выученных заклинаний, доводя их до автоматизма, то грош цена будет его знаниям. – Ну, Север, ты просто пошло придираешься. Или в тебе взыграл местный патриотизм? – Я все выполнил, как было написано в учебнике, – попытался оправдаться Крам. – Да мало ли что в учебнике написано! – вспылил Снейп. – Много идиотов в магической типографии сидит. Молодой человек, вы можете окончить свои последние дни очень скоро от одной опечатки в книжке. – Но как же… – И не морочьте мне голову! – Снейп был в дурном расположении духа. – Север! – Все, что вы мне тут продемонстрировали очень хорошо в тепличных условиях, – Каркаров усмехнулся, но не стал возражать. – А что ты, Виктор, будешь делать, если твой противник во много раз будет тебя сильней, выше ростом и малочувствителен к твоим магическим потугам? – Ну, такое вряд ли возможно, – засомневался Крам. Каркаров открыл рот, чтобы что-то сказать, но Снейп предупредил его жестом: «Заткнись! Иначе убью». – Нужно быть с противником на одном уровне и найти его слабое место, раз предположительно моих сил для борьбы с ним не хватит. Профессор, а вы знаете, какое будет на турнире первое задание? Каркаров опять открыл рот, но ничего не успел сказать, потому что Снейп наложил невербально на него Силенцио. – Конечно, знаю, но вам не скажу. Пошевелите мозгами на досуге. Крам вздохнул: – А кроме шевеления мозгами ничем помочь нельзя? – Можно, – согласился неожиданно Снейп, но Крам зря обрадовался: – Сходите в библиотеку, – Каркаров закатил очи вверх: «Ну, ты и зараза, Север!» «Сам знаю!» – Снейп неприятно ухмыльнулся.

***

Последнюю неделю все преподаватели натыкались в коридорах на Игоря Каркарова. За обедом Хагрид рассказывал, как видел этого дурмштранговца, искусно прячущегося в кущах дерев. – Странные эти дурмштранговцы, я к нему сзади подошел и сказал, мистер, сейчас не сезон за грибами ходить. А он чёй-то заорал от испуга. – А ты как ему это сказал? – поинтересовался Снейп. – Ну, наклонился над ухом и руку на плечо осторожно положил. И чего испужался? Не пойму… Снейп еле сдержался, чтобы не рассмеяться. – Только я потом подумал, может быть, он на драконов хотел посмотреть? – Он про драконов ничего не знает. – Ну, эт я уже понял, потому что он не под теми кустами сидел. – Хагрид, я тебя об одном прошу, не води его в загон к драконам. – Эт почему? – смутился вдруг лесничий. –  А заморским гостям их видеть до соревнований нельзя, директор так сказал. Хагрид вдруг покраснел и смущенно что-то забурчал. – Ну, если он так сказал… да и один раз – это же не считается совсем… и не дурмштранговский директор это смотрел даже… – Ты что-то сказал? – Снейп попытался разобраться в бурчании соседа по столу. – Да ничо такого. – Ну и хорошо. Минерва, передайте, пожалуйста, горчицу.

***

– Игорь, ты теряешь хватку. – Это ты собственно о чем? – О твоих романтических прогулках в окрестностях леса и сидении под кустами. Каркаров заинтересовано посмотрел на Снейпа: – Совершенно не понимаю, о чем это ты. Если ты про секретное задание на первом туре, то про него разве что только ваш Поттер не знает, в чем лично я сильно сомневаюсь. Хагрид целые экскурсии к загону водит. – Да? – Снейп чуть не поперхнулся, хотя, если хорошо подумать, Хагрид вполне мог это совершить, но не в таких масштабах, конечно же. – Сам видел! А еще у вашего Хагрида галлюцинации на почве злоупотребления одеколоном, не смотри на меня так, Север. От него так несет одеколоном, что у меня возникают подозрения – он употребляет его внутрь! Мерлин меня поддержит! – Ты хотел сказать мерлиновы подтяжки, – терпеливо поправил гостя Снейп. У Игоря иногда случались оговорки, хоть он и говорил по-английски почти без всякого акцента. – Да хоть портянки. Видел бы ты, как он уставился куда-то вниз и что-то себе в бороду бурчал громким шепотом. Что он говорил, я не разобрал – у него дикий акцент. Брр. Но у него точно галлюцинации, потому что он пытался кого-то по голове погладить. Снейп онемел окончательно. – Ну, мне так показалось. Если бы я был наивен, я бы предположил, что по вашему Хогвартсу кто-то шляется в мантии-невидимке. А на такие мантии во всем мире сейчас большой дефицит. Поэтому я не верю. На весь мир их всего три штуки осталось. И, если верить книгам, их давно уже и не видел никто. – Англия – страна чудес, – прохрипел, откашлявшись, Снейп. – Я уже заметил. Этот ваш тыквенный сок такую изжогу вызывает, прости Мерлин. Чудеса просто. Вы это специально? Чтоб гости надолго не задерживались? – Игорь! – Молчу, молчу. Из всего виденного тут за последние дни больше всего меня радует Виктор. Успокоился, все время в библиотеке пропадает. Еще бы за ним толпы почитателей не бегали… Хотя пусть бегают, мальчику нужны положительные эмоции. – А если он зазнается? – Да пожалуйста, от этого еще никто не умирал, – легкомысленно махнул рукой Каркаров. – Вот тебе бы чуточка зазнайства точно не помешала бы. Ну, пока! – Пока, пока, – Снейп задумался. Если он правильно понял, этот чертов Поттер теперь тоже знал про драконов. Похоже, турнир становился слишком предсказуемым по предполагаемым результатам. В голове бродили мысли одна другой бредовее. Из всей известной ему информации самым логичным выводом было то, что заявку Поттера подкинул в Кубок сам Дамблдор. И теперь всеми доступными и ненаказуемыми способами дает своему любимому воспитаннику подсказки, оставаясь при этом в стороне и совершенно ни при чем. Спина покрылась холодным потом, и по ней медленно поползли мурашки. «И зачем ему это все нужно?..»

***

Северус Снейп выглядел мрачнее тучи. – Северус, мальчик мой, что с тобой? – участливо поинтересовался Альбус Дамблдор. – Ничего особенного, если не считать, что Каркаров задает мне в последнее время много странных и бесполезных вопросов. – О! – заинтересовался директор Хогвартса. – Что мне нравится, какие песни я пою по утрам… – Очень странно. – Какой мой любимый цвет… – Кстати, какой? – оживился директор. – А вот это неважно, –  сказал как отрезал недовольный Снейп. – Люблю ли я считать звезды при луне… Что вы на меня так смотрите? – подозрительно спросил он. – Да не обращай внимания, Северус, продолжай, – глаза директора загадочно мерцали за стеклами очков. – И еще много, много других глупостей. – Так уж и глупостей, – настроение Дамблдора улучшалось прямо на глазах. – Да,  именно глупостей, потому что все, о чем он так дотошно интересовался за обедом, он и так прекрасно знает. – А откуда? – осторожно спросил непосредственный начальник Снейпа, глядя поверх очков-половинок. Снейп презрительно хмыкнул: – Пять лет общения у Того-кого-не-стоит-называть даром не проходят. По крайней мере, о звездах на небе он бы не спрашивал. – Но это же так романтично. Снейп с недоумением взглянул на Дамблдора: – Очень романтично ползать по грязи в болоте, когда один придурок не смог сориентироваться по звездам, и все аппарировали из-за его неправильных указаний черт знает куда. Каркарову тогда попало по первое число. Больше он на ночные вылазки не ходил, ссылаясь на куриную слепоту. А на самом деле его просто не брали с собой. – Ты так полагаешь? – директор задумался. – Возможно, ты прав. Снейп тоже призадумался, в чем же это он прав. – На твоем месте, я бы попытался узнать у Каркарова, что он задумал. У меня такое впечатление, что он прибыл в Хогвартс не только на магический турнир, но и повставлять мне палки в колеса. Например, переманить тебя в Дурмштранг. Снейп поперхнулся чаем. В чашке одиноко плавала выплюнутая лимонная долька. – Я туда не поеду. – Это я знаю, но он-то не знает. Возможно, он питает беспочвенные надежды, что ты захочешь туда поехать. Ты давал ему повод питать надежды? – Что вы, директор, я и надежды – это несовместимые вещи. – Очень хорошо, мальчик мой. Но за нашим дорогим гостем я бы проследил особенно тщательно. Уж очень он себя нервно ведет. – Он Моуди боится, – Снейп дернул плечом. – Меня он, кстати, тоже нервирует и раздражает. Зачем вы его пригласили в школу? – Согласись, что лучше иметь лихо под боком, чем ждать его прихода с минуту на минуту. – Это вы о чем? – Да так… А ты бы встретился  с бывшим соратником в неформальной обстановке, повспоминал бы о былых временах. Там, глядишь, и выяснил, что это за звезды с луной такие. – Я все понял. И Снейп вышел из кабинета директора.

***

В библиотеке было тихо и спокойно и безлюдно. На первый взгляд. Потому что первым же человеком, которого увидел профессор зелий, был Виктор Крам, корпящий над кучей учебников. Нельзя сказать, что данная встреча была долгожданной. – Добрый день, профессор Снейп. – День добрый, – Снейп с неодобрением посмотрел на Виктора Крама. «Даже в библиотеке негде от него скрыться». – Читаете? – Да, просвещаюсь, – Крам вежливо улыбнулся. – Похвально. – Профессор, я хочу вам сказать, что вы мне очень помогли. Спасибо! – Да не за что. После такого обмена любезностями Крам опять уткнулся в монографию под названием: «Проклятия в офтальмологической практике: Не в бровь, а в глаз». Снейп предпочел покинуть столь «многолюдную» в это время дня библиотеку.

***

– Север, – в личные покои преподавателя зелий ввалился заморский директор в состоянии легкой паники, приближающейся к истерике. – Это ужасно! Снейп молча поставил перед дорогим гостей стопку водки и проводил взглядом живительный напиток в последний путь. Каркаров выпил залпом и выкинул стопку в камин. Камин поглотил лишнюю посуду с чавкающий звуком. Раздался звук отдаленного взрыва. – Камин на прямой линии с кухней. Наверняка домовые эльфы что-то там готовили. Какая незадача, – равнодушно пояснил Снейп. – Ну-с? Что еще? Полы на палубе тебе помыть не требуется? – Все твои шуточки! Меня до кондрашки скоро доведете! Смерти моей хотите!.. Все и не по одному разу… – Еще водки? – Нет, спасибо, мне еще к мадам Максим нужно зайти, выяснить, знает ли она о первом задании что-нибудь новое, – Каркаров порозовел, слегка успокоился и занял любимое кресло Снейпа у камина. – Да ты присаживайся, что ты прямо как не родной и не у себя дома. – Вот уж спасибо, – процедил сквозь зубы хозяин комнаты и сел. – Да, пожалуйста! Виктор меня в гроб вгонит, а ваш Моуди из этого гроба выгонит. Чтоб его деревяшка подогнулась, когда он по лестнице пойдет вверх. Чтоб глаза его бесстыжие лопнули… – Один, кстати, как бы уже и не совсем глаз, – вежливо вставил Снейп, с интересом наблюдая, как гостя развозит. «На голодный желудок что ли выпил?..» – Да чтоб… О чем это я? Ты знаешь, на кого Виктор глаз положил? – Каркаров картинно сложил руки на груди и побагровел словно вареный рак от возмущения. – Нет, ты знаешь? – Неужели на Дамблдора? – Снейп еле сдержал себя, чтобы не улыбнуться. – Издеваешься? – проницательно заметил гость. – Точно издеваешься. Ну да ладно, тебе это еще отольется когда-нибудь. – Я-то тут причем? Не ты ли перед моим носом списком размахивал? Аптечными приказами мне мозги грузил? – Снейпу все это начало поднадоедать. – Нну я. Но ты бы мог и предупредить, что такое вот будет. – А я предупредил, кстати. – Да помню, – устало махнул рукой дурмштранговец. – Виктор в вашу Грейнджер втрескался. – В кого?.. – челюсть у Снейпа просто отвисла. – А вот в нее. А Моуди… – Каркаров закрыл лицо руками. – Кто ж знал, что это его фляжка была? У нас такие же были! По корабельному расписанию положены. Север, что теперь делать? – Ты ему подлил в его фляжку? Зелье?.. И он тебя не убил?.. Ты совсем спятил, – голос отказывался звучать как положено. Снейп понял, что трясет за грудки полоумного директора Дурмштранга только тогда, когда раздался хрип: – Се-ее-ее-во-воо-ччч-кааа п-пп-пе-рее-ре-стт-анннь… – Идиот! Он же от тебя теперь не отстанет! – Да он и раньше, судя по всему, ко мне не ровно вздыхал, – Игорь еле отдышался, но потом все же горько усмехнулся. – Да за какие грехи ты сюда мне на голову свалился, – взвыл Снейп. – Мало мне Моуди с постоянными инспекциями в моем классе и заковыристыми вопросами, так теперь еще и тебя, дурака, от него нужно будет спасать? – А ты будешь? – неизвестно чему обрадовался Каркаров. – Дамблдор сказал, за тобой как за гостем присматривать. Я ему обещал, – хмуро пояснил Снейп. – Северус, а можно я, если что, у тебя тут в покоях прятаться буду? А вдруг он целоваться полезет? Оба одновременно поморщились. – Я не думаю, что полезет целоваться. Моуди в его возрасте может хватить разве что на страстный допрос тебя с пристрастием. – О боженьки… – Каркаров побледнел. – Я его глаз сверлящий терпеть не могу, а если он еще и допрашивать при этом будет. Я ж все как на духу выложу, даже то, чего не было. У меня талант к этому просто. – Я знаю. – Север, ты не прав. Я тогда тебя не со зла сдал, время было такое. Крауч тоже так на суде смотрел… – Я думаю, если бы ты меня не сдал, мне бы тогда не поверили. – Правда? – Каркаров неожиданно воспрял духом. – Скорее всего так и было. Игорь, я тебя об одном прошу, – Снейп серьезно посмотрел на гостя. – Все что хочешь сделаю! – Хагриду только зелье не подливай. Во-первых, на него не подействует – слишком мало осталось, во-вторых, любовь великана – это такая штука… – Я все понял, – Каркаров вздрогнул всем телом. – Я тебя предупредил. Будешь прятаться, ноги о коврик вытирай. А то наследил прошлый раз, зла на тебя не хватает. – Как скажешь. Кстати, коврика у тебя нет. – Со своим придешь, – отрезал Снейп.

***

– Северус! Снейп был уже в дверях Большого зала. Долю секунды он размышлял оглянуться или «не услышать» и всё-таки обернулся. – Господин директор. – Кажется, я не видел тебя за обедом. – Не удивительно. Я же сидел за Флитвиком. Что-то срочное? Северуса всегда раздражал бесцельный обмен любезностями, особенно в исполнении Альбуса, который к тому же именовал это «проявлением заботы». – Урок начнётся через пару минут, – как бы между прочим напомнил Снейп, потому что его предыдущая реплика осталась без ответа. – А кто у тебя? – Второй курс. Хаффлпафф и Райвенкло. – Целеустремлённость и исследовательский энтузиазм... – мечтательно начал Дамблдор. «В кабинете зельеварения», – закончил про себя Снейп. – «Моём кабинете!» – Альбус, мне правда пора! – Да, да. Я только хотел тебя поблагодарить. Ты же понимаешь, то, что вы с Хагридом делаете, это очень важно. – Агрхм? – спросил Снейп, потому что так и не смог выбрать между «Что делаем?» и «Почему с Хагридом?». – Будь здоров! Альбус тронул его за плечо и растворился в бурлящей гормона и магией толпе учеников. Снейп поспешил в подземелья. Там всё было спокойно. И даже первая половина урока прошла как-то на удивление мирно. Может быть, потому, что Снейп всё ещё раздумывал над теми же вопросами. Что у них вообще с Хагридом может быть общего? Разве что в одной школе учились. Так а кто не учился? Он пристально оглядел класс, краем глаза отметив какое-то движение на последней парте. – Мистер Вудстоун, вам есть что нам сообщить? – Проф-ф-фессор, сэр... – испуганно пролепетало рыжеволосое существо, похожее на что угодно, только не на двенадцатилетнего мальчика, и перешло совсем на какую-то тарабарщину. – Джимми говорит, что у вас в столе боггарт. – Благодарю вас за перевод, мисс Квирк. Надеюсь, к следующему уроку мистер Вудстоун достаточно освоится с английским, чтобы отвечать самостоятельно. Минус пять... За спиной что-то громко ухнуло. И именно со стороны стола. – ... баллов с Хаффлпаффа, – как ни в чём не бывало закончил Снейп и медленно двинулся к кафедре. – А всем остальным следовало бы знать, что боггарты обитают только в старых заброшенных зданиях и... – Но, сэр, мы боггартов ещё не проходили! – Как и правила хорошего тона, мисс Квирк? Ещё минус пять баллов. Так вы лучше запомните, что не следует перебивать преподавателей. Поэтому, существование боггарта в школе, я считаю весьма, – Снейп как раз дошёл до стола и резким движением распахнул тумбу, – сомнительным… – сдавленно проговорил он, опускаясь на стул. – Боггарт! – заорал кто-то, и уже через мгновение класс был пуст. – Где? – взвился Каркаров и основательно приложился темечком об крышку. – У меня в столе, – обречённо просипел Снейп, ослабляя воротник. – Что ты тут делаешь? – Сплю. Что, человеку уже и заснуть нельзя? – В кабинете зельеварения – нет. – Северус, мне кажется, ты меня избегаешь. – Потому что ты за мной бегаешь. – Во-первых, не за тобой (с чего ты взял?), а от Моуди. Это во-вторых. – С чего я взял? Только сегодня мы видимся четвёртый раз. Хотя предполагалось, что ты будешь сидеть на своей посудине. Так что вылезай оттуда и пошёл вон. А то... – Что? – Патронуса натравлю, – буркнул Снейп. – А у тебя есть? А какой? – Ты же мне урок сорвал. Ты понимаешь? Хватит! Я пишу Альбусу докладную записку. А второй курс теперь иди сам собирай, объясняй им, что не боггарт, и веди обратно. – Да ладно! – отмахнулся Каркаров, выбираясь и тщательно отряхивая пыль. – Раньше же ты их сюда как-то загонял. Во, смотри, сами пришли! И он юркнул обратно под стол. На пороге топтались пять или шесть второкурсников. – Возвращайтесь за парты и позовите остальных, – бросил Снейп. – И если кто-то решит не... – Нет, профессор, мы... мы не совсем... – Что «не совсем»? – Мы – делегация. – Кто? – Ну, от учеников. Чтобы боггарта посмотреть. Каркаров под столом прыснул в кулак. – Экспекто патронум! – прошипел Северус, со всей силы наподдав «боггарту» каблуком. – Уй! – сказала тумбочка и покорно затихла. – Вот когда будете «проходить» боггарта, тогда и насмотритесь. А у нас урок зельеварения, если кто-то забыл. Все в класс немедленно! Считаю до пяти. С каждого опоздавшего – минус три балла. Раз... – Да, профессор! – пискнула мисс Квирк и вылетела в коридор. – Райвенкло! Быстро! – Два... – протянул Снейп, наблюдая, как испуганные ученики разбредаются по своим местам. – А что с тобой делать, я ещё подумаю, – сказал он тумбочке. – Север, а может... – Не может! – отрезал Снейп, закрывая дверцу. – Коллопортус! Три, четыре, пять. Итак...

* * *

– Иво, я бы к этому рыжему не подходил, – проскрежетал, совершенно охрипший Виктор Крам. – Это почему собственно? – упрямо поинтересовался Поляков. – Видишь, радуется, что этот парень с их факультета выиграл. Не будет он с тобой в орлянку играть. – Ну, немного порадуется и сыграет. – Не сыграет. Он с этим Поттером до сегодняшнего дня почти месяц не разговаривал. Мне Гермиона рассказывала. – Кто? – у Иво брови поползли вверх. Крам закашлялся еще больше. – Они ее друзья. – А ну да, ну да. И по дружбе, значит, месяц он с этим в очках не разговаривал. Наверное, в воспитательных целях. – Типа того. – Зависть – это страшное дело. Ну, на денек я его отпущу, там посмотрим. – Иво, да у него денег отродясь не было! – Так вот с этого и надо было начинать! А то пристал ко мне со своим рыжим. «Ивчо, сделай что-нибудь, а то этот рыжий мне совсем проходу не дает! Я его скоро в супной тарелке видеть буду!» – Да не приставал я к тебе ни с чем, – рассмеялся Крам. – Я ж не виноват, что он сам за мной везде ходит, автограф просит. – Да ну тебя. Что вот с этим делать будешь? – Поляков постучал по золотому яйцу, которое держал в руках Виктор. Раздался металлический звук. Яйцо внутри было полым. – Вот об этом я буду думать завтра. Сегодня у нас будет праздник. – Это у вас будет праздник, а я сегодня на вахте буду стоять. И смотри, чтобы этот кальмар твое чемпионское яйцо не спер. Я за него отвечать не собираюсь!  И не проси! – Ну, если кальмар его к себе в озеро утащит, то я-то ничего спрашивать не буду, а вот директор явно будет не в духе. – Да он как сюда приехал, так еще ни разу в нормальном настроении не был, – Иво печально вздохнул. Крам похлопал его по плечу, выглядело это со стороны немного комично, потому что Виктор был ниже его ростом почти на голову. – Пошли, вахтенный. – Да чтоб я тебе еще помогать вызвался. Сам будешь с этим рыжим разбираться! – Буду, буду.

* * *

– Кто у нас сегодня дежурный? – По кухне? – По тарелочкам. – Я сегодня дежурный. – Поляков, свое ехидство можешь оставить за дверью. Где наши приборы для ученья? Раздавай быстрее, у нас Гондурас на связи! Поляков, ворча, начал расставлять перед соклассниками  деревянные блюда. – Ну, что ж, инвентарь на месте, берем тарелку и наводим на нее мостовые чары. Виктор, ты уже подключился? Как быстро, молодец. Поляков! Один с тобой, перестань есть яблоко, оно же парафиновое, ты ж не маленький уже! – Извините, Мастер, просто кушать очень хочется… – Наряд вне очереди на кухне. Не отвлекаемся, не отвлекаемся. Через полтора часа у нас облагораживающее мероприятие – чистка судна от ракушек. Класс взвыл. – Там же холодно! – И там этот склизкий, бррр. – Я пытался с ним вчера договориться, чтобы днище судна он почистил. Но он не хочет, животное, что с него взять. Поэтому чистить будете вы, а мы с Виктором пойдем в библиотеку. Крам молча закатил глаза кверху, но ничего не сказал. Кто бы знал, как ему осточертела эта хогвартская библиотека. Из  тарелок раздался приятный хорошо поставленный голос: – Добрый вечер. Начинаем наше удаленное занятие. Только попрошу сразу, чтобы Поляков перестал делать рожи перед тарелкой, как в прошлый раз. У меня тут полкласса от смеха чуть не умерло. – Поляков садись к Виктору, чтобы он проследил, как ты не делаешь рожи. – Очень надо, – Крам закатил глаза кверху еще больше. – Записываем. Это большое искусство осушить колодец…