Зачем я сюда пришел?

— Что, Дим!?, — Антон резко встал на ноги и посмотрел на друга, который сидел у него на кухне и улыбался, как Чеширский кот. — То Тох. Через 30 минут мы едем на концерт твоего любимого Попова, а потом у тебя будет проходка к нему на фото, — сказал Дима, наблюдая, как щеки Антона краснеют, а в глазах усиливается паника. — Дим, ты с ума сошел! Я же помру прям там в очереди! Нет, нет, нет, — Антон схватился за голову, а затем закрыл лицо руками. — Я не пойду... Возьми лучше с собой Олега или Макса. — Нет уж. Билеты куплены на твое имя, так что ты поедешь со мной, и это не обсуждается, — Дима встал со стула и подошёл к другу, положив руку ему на плечо. — Не дрейфь. Всё будет хорошо. Вдруг... Попов заметит тебя? — Димааа, — провыл Антон. *** Антон стоял в первом ряду. Рядом с ним был Дима, который всячески поддерживал друга и заставил его надеть рубашку вместо худи. — Бля, Дим, мне кажется, что это не очень хорошая идея была меня сюда тащить... Я чувствую себя некомфортно. — Я тебе сейчас в жопу бутылку вставлю, если ты не заткнешься. Всё будет хорошо. Вон, какой ты модный у нас и высокий, как шпала. — Да блять, Дим... — Не блякай. Всё будет хорошо. Антон тяжело вздохнул и прикрыл глаза. Он нервно перебирал кольца на руках своими ледяными пальцами и ждал начала. Было страшно и волнительно, но страшнее было ждать окончания концерта... ведь там он увидит своего кумира вживую и сможет с ним сфотографироваться. Через 26 минут начался концерт. Антон завороженно смотрел на голубоглазого мужчину. Он залипал на нём, и от этого его щеки снова становились розовыми... но Арсений не обращал внимания на парня в первом ряду. Он делал комплименты парню, который стоял чуть дальше, чем Шастун. Было ли обидно Антону? Нет, ведь он никогда не надеялся на внимание Арсения. Да и, по мнению Антона, тот парень был куда красивее самого Шастуна. Спустя некоторое время Антону удалось немного расслабиться, и он начал танцевать с Димой, подпевать знакомые строчки из песен. Спустя два часа концерт закончился, и Антон вместе с Димой встали в очередь на фото. Они встали в конец, ведь так у Антона было время свыкнуться. Время шло чертовски медленно, и паника Шастуна становилась всё сильнее. И вот Дима стоит рядом с Поповым и через пару секунд отходит, а это значит, что настала очередь Антона. Парень на ватных ногах подошёл к нему и поздоровался. Арсений в ответ улыбнулся и приобнял Антона за талию, после чего пришёл в себя. По телу Антона пробежали мурашки, и фотограф сделал пару кадров, дав знак, что всё готово. Антон уже собрался отстраняться, но Арсений потащил его за собой. Антон вопросительно посмотрел на Попова, а затем на Диму, который стоял и с довольной улыбкой наблюдал за происходящим. Сердце Антона колотилось где-то в горле, оглушая. Смесь страха и непонятного предвкушения туманила разум. Зачем Арсений повел его за собой? Что он собирается делать? Может, это просто глупая шутка? Но взгляд Попова говорил об обратном. Арсений завел парня в свою гримерку и тут же щелкнул замком, отрезая их от остального мира. Он так и не выпустил запястье Шастуна, удерживая его на месте — мягко, но властно. — Ты был таким красивым в зале... — прошептал Арсений, наклоняясь к самому уху юноши. Его голос звучал ниже обычного, вибрируя от скрытого напряжения. — Смотрел на меня так искренне, с таким неподдельным удивлением. — А.. я просто в... — Антон сглотнул, пытаясь собрать мысли в кучу. — В первый раз на концерте. Знаю, знаю, — перебил его Арсений, не отводя взгляда от его глаз. — Твой друг мне говорил. — Дима? Он с вами... — Да, он связался со мной перед началом. Предупредил. — А.. понял... — выдохнул Антон. Он попытался было отстраниться, сделать хотя бы шаг назад, чтобы вернуть себе личное пространство, но Арсений не позволил. Наоборот, мужчина резко притянул парня к себе, сокращая дистанцию до ноля, а затем легко подсадил его на край гримерного стола. Ладони старшего уверенно легли на бедра Антона, сжимая плотную ткань джинсов. Антон судорожно охнул от неожиданности, и в ту же секунду губы Арсения накрыли его губы. Поцелуй не был пошлым. В нем смешались голодная страсть и неожиданная, почти трепетная нежность. Арсений целовал глубоко, самозабвенно, но при этом осторожно, стараясь не напугать и не сделать больно. Шастун окончательно растерялся, не зная, куда деть руки, и в итоге робко положил ладони на плечи мужчины, пальцами цепляясь за ткань. Одним резким движением Попов прижал Антона к себе ещё теснее, вжимаясь всем телом, и решительно скользнул холодными пальцами под его футболку, касаясь горячей кожи. Антон тихо простонал, поддаваясь сильным и властным рукам музыканта. Арсений же, в свою очередь, не останавливался. Он трогал каждый миллиметр бархатной кожи Антона. Почему-то именно с этим парнем хотелось быть нежным, а не как со всеми грубым. — Какой же ты сладкий, — прошептал Арсений прямо в губы Антона, после чего снял с парня футболку. Он хотел видеть его прекрасное тело. Хотел чувствовать, а также попробовать на вкус. Она казалась ему безумно сладкой и бархатистой... — Отпустите, пожалуйста... — из последних сил прошептал Антон, но Арсений не собирался успокаиваться. Улыбнувшись, Арсений начал оставлять яркие засосы на бледной коже. Антон открыл рот в немом стоне. Горячее дыхание на шее полностью выбивало парня из реальности. — Как я и думал.. Не только твои губы сладкие, но и ты сам, Антош... Я думаю, что не отпущу тебя от себя никогда, — Арсений снова принялся целовать шею юноши, пока его руки аккуратно гладили заметно уставшие соски Антона. Шастун не знал, куда себя деть. Все эти ощущения были для него в новинку. Да, он был девственником. Ну а что такого? Он хранил себя для того самого.. и видимо, этот самый — его кумир. И самый первый раз случится в этой гримёрной комнате. Руки Арсения сжали ягодицы Антона, но через пару секунд Попов снял с юноши штаны вместе с нижним бельём. Мужчина оставил юношу полностью нагим. Почувствовав себя не очень комфортно, Антон хотел прикрыться, но Арсений остановил того и прошептал: — Такую красоту грех закрывать, Антош... — улыбнувшись, Арсений встал на колени перед Антоном и медленно начал покрывать гладко выбритые ноги поцелуями. Антон же буквально сгорал от стыда. Он впервые перед кем-то был голым. Дойдя до бёдер, Арсений положил Антона на стол и раздвинул ягодицы. — Ммм.. ты везде гладко выбрит... Для меня старался? — Арсений усмехнулся, а щёки Антона стали красными. Встав с колен, Арсений достал смазку. Прохладная, вязкая жидкость коснулась сфинктера, и по телу Антона побежали мурашки. Сердце замерло, и юноша почувствовал, как в него входит один палец. Попов услышал тихий стон Антона и улыбнулся. Двигал он пальцем медленно. Через пару минут Антон почувствовал, что в него вошёл ещё один палец. Было слегка больно, но терпимо. Ещё через пару минут вошёл третий палец. Было ещё больнее, но боль уходила через некоторое время. — Думаю, ты готов, — прошептал Арсений. Медленно расстегнув брюки, он снял белье. Размазав смазку по своему колом стоящему органу, Арсений аккуратно начал входить в Антона. Миллиметр за миллиметром. Он старался сделать всё, чтобы Антону не было больно. — А.. Арс.. — Терпи, — сказал Арсений и поцеловал Антона в губу, после чего резко, до конца вошёл в него. Антон вскрикнул. Арсений понимал, что тому больно, так что он не двигался. Он ждал, пока боль пройдет. Через пару минут боль утихла, и Антон дал знак, что Арсений может двигаться. **** С того момента прошло полгода. Арсений и Антон начали встречаться, ведь Попов не смог отпустить этого юношу. Уж больно сильно тот понравился музыканту.