Вечного можно убить

Они проиграли. И Стив, когда земляне сосредоточились на списках потерянных, впервые задумался: а может ли вечный умереть? Иные представители его вида затерялись где-то, спрятались, завершившие свою миссию по истреблению девиантов. Хотя, Стив всегда был уверен, что Торн где-то хотя бы одного спрятал. В те давние времена одни бились без оглядки на повреждения, другие оказывали всевозможную поддержку. Стиву и в голову не приходило задумываться: а что, если? Когда оба они оказались вне состава Домо — тогда ещё Тайасла смирился. Он просто вынужден был жить среди людей, к которым неизменно привязывался, которых терял после всего, через что вместе с ними проходил. Так продолжалось вновь и вновь. Чем-то постоянным на этой планете были лишь вечные. Стив давно не видел ни Аяк, ни Икариса, ни Фины, ни кого-либо ещё. Зато стабильно раз в несколько столетий натыкался на Эйрторна. Тот появлялся в его длительном существовании, нарушал привычный уклад, поражал своими достижениями — а потом их пути расходились вновь. Они всё время ссорились. Это всё время были пустяки. Тайасла так ни разу и не сказал, что считает его своим самым лучшим другом — возможно, братом. Он думал, их мелочные склоки ничего не значат. Что такое несколько веков для того, кто живëт тысячелетия? Они встретятся вновь и всë начнëтся заново. Пропустив во сне семь десятилетий Стив знал, как всё будет дальше. Знал, что он вновь привяжется к людям. Знал, что вновь их потеряет. Он защищал и уважал людей всю свою жизнь, начиная прямо с изначальной миссии. Но людские законы… Часто не понимал. Он не считал, что какие-то правила могут перевешивать чью-то жизнь. Все требования, направленные на него, он обычно игнорировал. Обходил любые запреты. Эйрторн правила тоже не любил. В большинстве своëм. Но вот за последние несколько лет как-то сильно изменился. И Стиву чертовски жаль, что он не придал этому особого значения. Он как всегда думал, что поговорить время ещё есть. Что даже если Эйрторн с ним ещё лет сто разговаривать не будет хотеть — время всё равно есть. Тайасла всегда цеплялся вместо этого за прошлое. Он держался за хрупкие человеческие жизни и искренне горевал каждый раз. Тихо. Внутренне. Но проживал каждую смерть. Может, впервые кто-то из людей вернулся из его прошлой жизни. Баки Барнс был чем-то странным и необъяснимым. Люди наконец-то вышли за рамки своих возможностей, приблизились к созданию панацеи от всего, о которой грезили множеством поколений. Стив думал, что однажды ему не придëтся кого-либо терять. Он до смешного наивно верил, что это случится совсем скоро. А потом пришëл Танос. Потом половина мира исчезла. Рассыпались на части. В том числе и те, кого он узнал в этой жизни. И тот, кто явился из его прошлой. Вселенная снова напомнила, что он остаëтся один вновь и вновь. Но в этот раз было хуже. В этот раз он вставал каждый день с кровати и думал и думал и думал и думал — а что, если вечные умирают? Вестей о Тони Старке не было уже две недели. Уцелевшие переживали о том, что он мог погибнуть в битве далеко-далеко от дома. Что он мог исчезнуть так же, как и половина всех живых существ. Что он мог застрять во многих световых годах от дома и умирать прямо сейчас, совершенно один. Стив вновь и вновь думал на повторе: а было бы что-то по-другому? Если бы Стив, просто вспомнив, что люди всё равно умирают, торчал бы эти пару лет где-то возле Тони? Он бы предотвратил его полëт в один конец? Найдëт ли Тони Аришем в конце концов? Считаются ли вечные живыми существами, о которых говорил Танос? И вообще… Могут ли вечные умереть? Когда Кэрол Дэнверс доставляет на Землю разрушенный корабль, Стив боится. Он идëт со всеми к месту посадки, он смотрит широко раскрытыми глазами на опускающийся трап. Когда они со страхом и принятием ждали какие-либо новости целый месяц Стив обводил людей взглядом. Тех, что знали Тони Старка. И задумывался — все они должны были умереть. Прожить по-человечески долгую жизнь и покинуть этот мир на глазах у вечных. А теперь все они ждут вести о гибели того, кто на самом деле был бессмертным. Эта ирония пронзала Стиву живот и выедала его изнутри. Потому что а что если. Когда он видит Тони — просто оказывается перед ним. Он не слышит его. Он просто ловит падающее тело и смотрит влажными глазами. Эйрторн истощëн. Эйрторн вечный и он выглядит так, словно от смерти его отделяют только два шага. Но он жив. *** Они победили. Стив поражëн этим фактом. Он думает, что люди на самом деле могут всё. Что человечество ещё не показало, на что оно способно. Половина вселенной, что была уничтожена пять лет назад, вернулась вновь. А теперь армия из какого-то другого мира растворилась. И всё будет хорошо. Всё хорошо прямо сейчас. Может, момент его жизни, в котором он должен находиться и телом, и разумом — это настоящее. Они победили. Стив смотрит по сторонам и видит способ этой победы. Он не верит. Не хочет верить. То, что заменяет ему душу, отказывается в это верить. Но разум уже осознаëт. И всë-таки. В е ч н о г о ㅤ м о ж н о ㅤ у б и т ь.