The Unchosen One

Гарри разбирал свой чемодан: новые книги, форма, принадлежности. Всё это он купил еще до поезда. В этот раз одежды он взял в два раза больше – ему не хотелось повторять прошлый случай.

***

Он сидел в библиотеке, когда вдруг напротив сел Малфой. — Поттер, – он дождался, пока Гарри поднимет глаза, и продолжил — Отец прислал мне разные книги про зелья и яды. Ты не найдешь их в библиотеке. Я думаю, тебе это интересно. Если хочешь, завтра приду вместе с ними сюда. Драко смотрел ожидающе и непрерывно – он был уверен в своем успехе. Гарри размышлял. Он думал, что тут есть какой-то подвох, но его очень заинтересовали эти книги: если он откажет, то никогда их не прочитает. — Если мне не понравится, больше не предлагай мне ничего, – отрезал Гарри. — Ты не пожалеешь, – сказал Драко и ушел. В его голосе звучала однозначная уверенность. Гарри знал, что понравится. Он откопал информацию про семью Малфоев и про другие семьи, которые только упоминались в библиотеке – узнал обо всём. Но Малфои были другими: каждый наследник был уважаем и совершенен. У них был собственный колхимик и большая библиотека из всевозможных редких книг. Он бы хотел иметь такую же. *** В библиотеке было тихо. Сюда редко кто заходил, и никто им сейчас не помешает. Они сидели плечом к плечу, рассматривая книгу и лишь изредка перекидываясь мнениями. Начиналось всё просто: Малфой восхвалял свою семью, но он не соврал ни в чем, даже не завышал их достижения. Гарри понял это – всё это он уже вычитал в других источниках. — Ты можешь дать мне её? Верну завтра, – предложил Гарри. — Нет, – Драко ответил так, будто совсем не был заинтересован в продолжении разговора. «Понял», – Гарри не стал выпрашивать. Драко его заинтересовал, но сейчас нужно было понять: почему Малфой вдруг стал обращать на него столько внимания? Впрочем, это потом. Они дочитали до главы о кровном яде, и Гарри заметил несоответствие. — Тут говорится, что яд может убивать только одного. Даже если другой выпьет его, он не отравится, – Гарри указал на нижнюю часть страницы, хмурясь. — В учебнике сказано, что яд либо действует на всех, либо нет. Такого же не бывает. — Смотри, – Драко перевернул страницу. — Дальше говорится, что яд – «кровный». Это означает, что в него нужно добавить кровь человека или кровь его рода. Если добавить её в общий кубок, то умрет только тот, чья кровь была подмешана. Драко посмотрел на Гарри: — Я изучал это летом. Не знал, что в этой книге про это написано. Всё-таки её написали не мои предки, а сторонний автор, учителя же врут, чтобы не сеять паранойю среди чистокровных. Гарри пытался найти в его словах хоть что-то, что опровергало бы это всё, но таких аргументов не нашлось. Он чуть кивнул. — Отлично. Теперь я знаю больше, чем знал раньше. Затем они уткнулись обратно в книгу. За этот вечер они больше не разговаривали. *** Гарри проходил по коридору, когда вдруг его окликнули. — Гарри! – Тот обернулся и увидел профессора Люпина. — Видел твое эссе по Защите. Оно отличное! Джеймс бы гордился тобой. Ты такой же умный и талантливый, каким был он в его годы. Люпин говорил это с улыбкой. Он не знал правды и постоянно пытался разузнать, где сейчас родители Гарри. Профессор не нравился Поттеру: он постоянно пытался заговорить с ним, вызвать на откровенный разговор о родителях и бесконечно сравнивал с отцом (редко с матерью) – с обоими алкоголиками. Гарри не злился на него открыто, но и ничего не рассказывал, не желая идти на контакт. — Благодарю, сэр, – голос не дрогнул, лицо осталось беспристрастным – Гарри строго следил за своими эмоциями. — Стараюсь соответствовать фамилии. Люпин довольно кивнул и ушел. А вот планы Гарри изменились: он пошел в пустой заброшенный класс. Ему давно хотелось выплеснуть ярость и потренировать новые заклинания. *** Утро выходного дня было спокойным. Гарри наконец-то мог провести целый день в библиотеке. Сделав обязательные задания на следующую неделю, он стал искать «Хогвартс: История и магическая архитектура». Это было бы отличной книгой, чтобы отвлечься и разгрузить мозг. Найдя её, он сел за стол и погрузился в чтение. Драко подошел бесшумно. — Я так и знал, что ты будешь здесь, – он мельком взглянул на название. — Если хочешь изучить Хогвартс, то в этой книге и половины правды не будет. Он сел напротив Гарри. Тот поднял холодный, изучающий взгляд. — С чего тебе знать? Или в твоей библиотеке есть сведения и про Хогвартс? Гарри не воспринял слова Драко как высокомерие. Они оба понимали правила этой игры: каждый заставлял другого заинтересоваться собой, чтобы получить выгоду и компанию равного себе. — Про это я сказать не могу, ты же знаешь – наша библиотека огромна, – Драко лениво перевернул страницу своей книги. — Но я точно знаю, что есть те, кому не нужна «плохая» история замка. Поэтому в школьных учебниках её вычистили до блеска. — Ну и тогда как я могу узнать правду? Если не знаешь, уходи, — Гарри снова опустил взгляд в книгу, давая понять, что разговор окончен, если Малфою нечего предложить. Драко не ушел. Вместо этого он положил на стол старый фолиант в темной коже, на котором не было ни названия, ни автора. Только герб Малфоев. — В твоей книге написано, что кровные яды – это миф, – негромко произнес Драко. — А здесь написано, как ими пользовались основатели, чтобы защитить свои кабинеты от... недостойных наследников. Гарри замер. Это было именно то, о чем писал дед Флимонт: знания, которые нельзя пропить и которые доступны только достойным. — Я не дам её тебе с собой, Поттер, – Драко едва заметно усмехнулся. — Но если ты лучший ученик, ты оценишь разницу. Они читали эту книгу вместе, как и прошлую: обсуждали детали и делились мнениями. Книга про Хогвартс лежала в стороне – сейчас это было не в приоритете. Он сделал свой выбор. *** Гарри стоял в кабинете зельеварения. Снейп проверял их знания и умение запоминать рецепты зелий. Гарри готовил укрепляющий раствор. Он помнил об этом зелье из той редкой книги, которую они читали с Малфоем. В ней говорилось, что если добавить порошок из рога двурога в момент остывания (а не кипения, как было написано в учебнике), оно превращается еще и в зеркальный щит. Гарри решил это проверить. Когда он доготовил и снял котелок с огня, он добавил порошок. Снейп подошел к нему сразу, как только Гарри сообщил о готовности. Профессор внимательно смотрел на зелье, изучая его. Вдруг он наклонился к самому пару, втягивая запах, словно хищник. Снейп понял, что состав слегка изменился. — Похвально, Поттер. Вы заслуживаете «превосходно», – больше он ничего не сказал и продолжил ходить по классу, следя за другими. Гарри незаметно выдохнул и сел на стул, ожидая окончания урока. Шел урок ЗОТИ. Гарри ненавидел его не потому, что предмет был сложным или Гарри не был в нем лучшим. Его вел профессор Люпин. Сейчас они тренировали заклинание Импедимента на зачарованных манекенах. Гарри уже давно его выучил, причем в нескольких видах. Он стоял почти в конце очереди, за Невиллом. Было непонятно, почему тот стоял не первым, если был героем, но Гарри это не интересовало. Когда подошла его очередь, Люпин опять начал давать ненужные сравнения. — Ну что же, Гарри, посмотрим, унаследовал ли ты скорость от Джеймса. Знаешь, он мог остановить бладжер за секунду до удара. Гарри мысленно закатил глаза. Этот чудак не знает, что говорит. Поттера бесило любое упоминание о родителях, но он не повел и бровью. Сделав ленивый жест палочкой, он произнес: — Импедимента Тоталис! Манекен не просто замедлился – он с грохотом рухнул на пол. Заклинание было таким мощным, что по дереву пошли трещины. Люпин удивленно моргнул. Он ожидал изящного жеста, а получил сокрушительный удар. — О... это было... крайне эффективно, Гарри, – он подошел ближе, чтобы его слышал только мальчик. — Ты используешь больше силы, чем нужно. Я уверен, Джеймс и так гордится тобой. На это Гарри с силой сжал кулаки, развернулся и ушел в конец класса. Урок продолжался. Библиотека вечером была почти пустой. Обычно в ней собирались когтевранцы группами, изучая или обсуждая тему по обязательному заданию. Но Гарри выбирал всегда самый дальний угол. Сейчас перед ним лежал старый учебник, но он не читал его — в голове вертелась только одна фраза: «Уверен, Джеймс и так гордится тобой». Он достал из сумки чистый пергамент и стал выписывать формулы структурной магии. Гарри не знал, как тут оказался редкий справочник в простой библиотеке Хогвартса, но он и не станет это расследовать, как дурень Невилл, – ему было чем заняться. Знания были для него всем. «Знания — это единственная валюта, которую нельзя пропить». Он помнил эти слова всегда. Он строил себя по кусочкам: как выглядит, что делает, как ходит. Письмо деда – это была его единственная надежда. В библиотеке он не чувствовал одиночества, он чувствовал свободу. Здесь среди пыльных книг ему не нужно было притворяться сыном знаменитого Джеймса, сыном героя и наследником великого рода Поттеров. Гарри заполнял пергамент красивым острым почерком. До дня его вступления в род оставалось много времени, но он не собирался терять ни минуты. Когда библиотекарша объявила о закрытии, Гарри последним собрал свои вещи. Он выходил из библиотеки с глубоким спокойствием – ярость ушла, оставив место расчету. *** Драко и Гарри неспешно шли в Большой зал, как вдруг мимо них проносится компания «героев», и Невилл чуть не задевает Драко плечом. — Меня воротит от них, – бросил он раздраженно. — Разыграли какой-то спектакль, где спасли камушек, и страх потеряли. — Ну, если не вдаваться в подробности, то отлично отыграли, – подал голос Гарри. Драко усмехнулся: они явно думают одинаково. — В любом случае всё поймешь. Как только все об этом не догадываются? – фыркнул он. — Они бы точно не смогли. Лонгботтом такой неуклюжий, что запутался бы в собственных шагах там, – пренебрежение вырвалось в его голосе, но он не переживал: Драко незачем это кому-то рассказывать. — Отец рассказывал мне, что был какой-то план, чтобы Избранный думал, что он со своими псами всё сделал сам. Они сели совсем рядом, на края своих столов, чтобы удобно было передавать записки. Обычно они обсуждали книги, прочитанные в перерыве, но сейчас — историю Невилла с философским камнем. «Смотри, он даже есть не умеет, так как же он победил Волан-де-Морта?» – писал Драко. «Он даже заснуть без страха в темноте не может», — Гарри первый раз кого-то обсуждал с кем-то. Почему-то ему становилось легче. «Может, это связано с тем, что я выговариваюсь», – подумал Гарри. После обеда они пошли в библиотеку. Уроков больше не было, и они смогли читать книги и обсуждать их. Завтра все разъедутся, и Гарри мог спокойно поспать и не переживать о своем образе – в прошлом году из его комнаты все соседи уехали. *** Гарри проснулся очень поздно. Вчера все уехали. С Драко он не попрощался – в этом не было нужды, они не друзья. Но, похоже, тот стал ему доверять: это доказывала книга, лежащая под подушкой. Он достал её. По словам Драко, тот уже прочитал её и хочет, чтобы они поговорили о ней после каникул. Он помнил его слова, после которых они разошлись: — Поттер, не потеряй. Эта книга ценнее всех тех, которых мы читали. Иначе возместишь мне ущерб. Гарри точно не потеряет. Он лег и начал её читать. Завтракать не хотелось, а вот прочитать такую реликвию – очень даже. «Архитектура разума и магических потоков» – так называлась книга. Гарри почти с первого предложения понял, что она не только редкая, но и незаконная: в ней учили закрывать разум не как стену, а как зеркало. Можно было проводить анализ чужой магии и много чего ещё интересного. Он решил поблагодарить Драко за это после Нового года. *** Шел последний день каникул. Лонгботтом приехал еще вчера, и сейчас Гарри шел на завтрак. Он решил дождаться Избранного и применить все знания, которые он вычитал из книги. Раз Драко оставил её ему, значит, он тоже что-то замечал и теперь с нетерпением ждет, что Гарри что-то найдет и обсудит это с ним. Гарри сидит за столом и делает вид, что ест, а на самом деле следит за Невиллом. Это было легко сделать: в последний день каникул мало кто приехал. Он «распахнул» свое зрение и увидел у Невилла не просто свечение вокруг, а трансцендентную привязь. Это не просто удача, а внешний контур пропитки. Золотые нити не выходят из него, они в него входят. Кто-то, скорее сам Дамблдор, превратил Невилла в магнит удачи. Пока он в замке, он не может проиграть. Гарри пишет письмо Драко. Кроткое: «Архитектура подтвердилась. У "избранного" внешний приток магии. Питается от замка. Нам нужно понять, как перекрыть кран. Приезжай к вечеру». Отправив письмо, он думал, какие же все дураки, что возлагают надежды на того, у кого нет собственной силы. Ему интересно, что стоит Избранный сам по себе. Его бесит, что его превозносят, как и отца, за добродетельность, которой у того явно не было. Гарри еле дождался Малфоя. Если сначала они не прощались, то сейчас уже встречаются – то есть Гарри дожидается его у порога школы. Драко не спеша подошел к Гарри. — Значит, ты догадался, что именно я хотел, – Драко выгнул бровь. Это был даже не вопрос, а утверждение. — Ты долго, ты же прочитал письмо? Не хочешь поэкспериментировать? – Гарри искал в Драко заинтересованность, но ничего, кроме вопроса, во взгляде он не нашел. — Так вот, давай попробуем перевести эти линии к кому-нибудь другому… — Он не успел договорить, как Драко его перебил. — Теряешь хватку, Поттер, у стен тоже есть уши. Поговорим в библиотеке. Я схожу в комнату, а ты – в библиотеку. Надеюсь, книгу ты взял? Я приду к тебе, – после этого Драко ушел. И тут Гарри осенило: он и вправду потерял хватку, а всё из-за интереса. Он позволил себе снять маску хладнокровия и спокойствия, заменив её искренним любопытством. Это было опрометчиво. Драко всё понял – или нет? В любом случае нельзя так просто раскрываться перед ним. Малфой не другие, он быстро понимает, что к чему. Гарри сел за их обычный стол и стал раскладывать всё, что приготовил для обсуждения. Но когда он положил на стол чистый пергамент, на нем сами собой начали проявляться буквы: «Если ты читаешь это, значит, идешь по верному пути. Твой отец пал из-за того, что хотел быть таким, каким его видел мир. Но ты – мой потомок. Верь в себя, не давай обмануть себя и будь таким, каким мир будет тебя бояться. Флимонт Поттер, твой дед». Гарри удивился. Он не думал, что дед оставил еще одно письмо, но Флимонт точно был сильным волшебником, раз его послание проявилось таким образом. Быстро спрятав письмо в глубине мантии, он достал новый пергамент. Глубоко внутри у него билась одна мысль: «Они обманули всех: Невилла, моего отца, который не смог противостоять им... Очередной слабак. Но меня они не проведут. Я должен спасти себя». Но тут пришел Драко, и всё прекратилось. Они обсуждали, как лучше поступить, изучали план Хогвартса, который принес Малфой, и обдумывали детали. Но ни один не спросил у другого: «Зачем нам это?». — Смотри, в книге написано, что лучи можно перенаправить на неживое, – Гарри указал в текст. — Давай попробуем на какой-нибудь статуе. — Давай во внутреннем дворе, там стоят огромные статуи-стражи. Думаю, получится. Вечером, после ужина, они пошли за троицей. Идя по коридору, в котором никого не было, Драко и Гарри оглушили Невилла, Рона и Гермиону. — Смотри, как светится Избранный. Ты же тоже это видишь? – спросил Гарри. — Не так, как ты, линии совсем тонкие, но да, всё вижу, – Драко прислонил Невилла к стенке. — Не делай резких движений, главное — вытащить линии. — Я помню, – бросил Гарри и начал вытягивать нити магии. Это было физически сложно. Гарри еле справлялся, он медленно вел палочкой, стараясь не дрожать. Как вдруг послышались чьи-то шаги, и Гарри дернулся. Магия вырвалась наружу. У них не получилось: нити до сих пор входили в Невилла, а магия, которая успела вырваться, устроила хаос. Драко схватил Гарри и утащил за собой в выступ в стене, наложив на них заклинания исчезновения. — Не двигайся, – пригрозил Драко. В промежутке показался Снейп. «Вот вечно ему не сидится в своем кабинете», – подумал Поттер и вспомнил, как Северус чуть не поймал его, когда он ночью шастал по Хогвартсу. Снейп проверил пульс Избранного и остальных. Он повернул голову к выступу стены – он смотрел как бы через них. Усмехнулся и ушел. Шаги удалялись, а в коридоре начали происходить странные вещи. — Он знает, – подал голос Драко. — И что мы будем делать? – Он повернул голову в сторону Гарри. — Не знаю. Будем вести себя так, как будто ничего не делали, – Гарри лихорадочно анализировал ситуацию. — Перестанем общаться на некоторое время. Пошли, пока никто не заподозрил, – сказал Драко. Они шли по коридору и чувствовали: от их ошибки замок изменился, он стал другим. Стены будто дышали, огонь в факелах полыхал слишком сильно, а статуи шевелились. Они разошлись по комнатам, и каждый думал о своем.