осень и алкоголь

Киса мерно бился затылком о подголовник, почти попадая в бит играющего на всю громкость трека и сверля взглядом дверь подъезда. В косых лучах августовского солнца пыль на лобовом стекле автомобиля выделялась так отчётливо, что хотелось зажмуриться, чтобы в глазах перестало рябить; но вместо этого он взял лежащий на пассажирском телефон. Но, как только Ваня нажал на номер из быстрого набора, дверь подъезда наконец открылась. Киса с наигранным недовольством откинул телефон на панель, потянулся к пассажирской двери и открыл ту — чтобы Несина со своими километровыми ногтями не дёргала ручку машины, по совместительству дёргая и кисины нервы. Когда Алиса подошла ближе, и разглядеть её можно было уже без угрозы ослепнуть от палящего солнца, Киса еле заметно усмехнулся. Девушка мягко шагала в белых сандалиях, очередной своей длинной летящей юбке в цветочек и белой блузке с тонной рюш. Не сочетались с её милым нарядом только сведённые к переносице брови и откровенно злое лицо. Ваня ухмылялся уже открыто — и, когда Алиса открыла дверь, скользнув на пассажирское, еле сдержался, чтобы не заржать. — Ты бы хоть что-то нормальное врубал, а не плейлист гопника-наркомана! — убавляя громкость играющей музыки чуть ли не до нуля, шикнула Алиса вместо приветствия. — Позоришь меня перед всем двором, — уже более спокойно добавила она. — Так я и подхожу под твои стереотипы — под наркомана раньше, а под гопника и щас плюс-минус, — лениво протянул Киса, даже не думая заводить двигатель. — Хорошая песня, весёлая. Не знаю, что тебя не устраивает. — Я пришёл на дискотеку, чтобы снять тебя и стресс, — передразнила строчку из припева она, чуть добавив громкость. — Весело пиздец. — А чё, грустно, что ли? — заржал Киса, но тут же попытался отобрать у Алисы свой телефон — та поддалась, но Киса с разочарованием увидел, что блютуз она уже выключила. — Бля, ну только не твоего ебучего Глеба… — театрально вздохнул он, пока Несина с ухмылкой подключилась к магнитоле. — Его самого. За то, что ты даже не сказал, что соскучился, — не поднимая глаз, Алиса увлечённо стучала ногтями по экрану уже своего телефона, и через пару секунд из динамиков заиграли первые аккорды «Демонов». — Я соскучился, Несина, — закатил глаза Ваня, потянувшись к скривившей лицо девушке. — Просто ты даже не здороваешься, а сразу влетаешь с претензиями. В мою, на минуточку, тачку — ко мне, такому хорошему… — Отвали, — попыталась оттолкнуть его Алиса, но Кислов всё равно обнял, кладя подбородок на её левое плечо, и девушка даже не успела возразить, как он продолжил: — … и терпеливо ждущему, пока ты собираешься по три часа. — Ты совсем обнаглел, Киса?! — возмутилась Алиса, легонько хлопнув Ваню по руке под его смех и еле сдерживая собственный. — Ты сам приехал раньше, чем мы договорились, у меня было ещё пятнадцать минут! — Ты тоже, кстати, не рассыпаешься в признаниях, как страдала без моего общества, — заметил он, так и не убрав голову с её плеча и вдыхая её сладкие ягодные духи. — А я и не страдала, — усмехнулась Несина, всё-таки обняв парня в ответ, хоть делать это в машине и было дико неудобно. — Но немножко скучала, ладно уж. — А я и не стладала, — передразнил Киса, выпрямившись на водительском сидении и наконец заведя машину, глянув на закатившую глаза Алису. За все годы их близких взаимоотношений та так и не смирилась с Ваниной любовью шутить над её картавостью — не выговариваемой буквой «р» в частности. Алиса добавила громкость музыки, не ответив продолжавшему придурочно усмехаться Кисе; но он не смутился и спокойно выехал со двора. Девушка тихо подпевала игравшему треку, пока звук на этот раз не убавил уже Ваня: — Песни петь будешь с Гендосом, когда он будет уже в кондиции, — не отвлекаясь от дороги, опережая очередную порцию возмущений, произнёс Ваня. — А щас рассказывай, как твои соревнования. — Соревнования, — цокнула языком Алиса, но улыбнулась. — Фестиваль современного танца, Кис, а не соревнования. — Вот вообще похер, — фыркнул тот, выехав на главный проспект. — Всё нормально, — на миг замявшись, отозвалась девушка. — Ты же видел сторис в инсте. Бесконечные репетиции, мастер-классы, я уставала жутко. Ну а потом мои девочки награду получили за лучшую хореографию, у меня будто новые силы откуда-то взялись, — Несина постучала ногтями по приборной панели. — Я изначально не планировала участвовать в конкурсе уже для хореографов. Но команда уговорила, да и так рада была за них и… вот. Тоже выиграла, — девушка улыбнулась, но опустила глаза, расправляя по коленям тонкую ткань юбки. — Да это разъёб был! — эмоционально заявил Киса, улыбаясь, но следя за дорогой. — Я ебал смотреть длинные видосы, но танцульки твои посмотрел целиком — бля, чё уж, я пожалел, что с тобой не сорвался. Надо было поехать — и тебя поддержать, и вообще обстановку сменить. Что-то я заебался бесконечно сидеть дома, — воодушевлённая речь под конец сменилась задумчивой интонацией, и, остановившись на светофоре, Киса перевёл взгляд на затихшую Алису. — Спасибо, Кисонька, — наконец усмехнулась она, но от Вани не скрылось, что жест этот был натянутым. — Но Игорь бы совсем слетел с катушек от ревности… — Заебал уже меня твой Игорь, — максимально недовольно прервал Киса, слишком резко нажав на педаль газа при зелёном свете. — Ещё я у какого-то додика не спрашивал, могу ли поддержать подругу в важный для неё момент. — Кис, ну хватит, — устало вздохнула Несина, смотря в боковое окно. — Он правда хороший. Но поставь себя на его место: если бы у твоей девушки был настолько близкий друг, тебе бы нравилось? — А у меня член не пять сантиметров, чтобы бояться, что она перепрыгнет к другу, — съязвил Киса. — И самооценка тоже нормальная, а не из говна и палок слепленная. — У него тоже… — моментально возразила Алиса, но снова была перебита: — Всё, замолкни, — скривился он. — Я не хочу слушать про хуй твоего ненаглядного. — Я про самооценку, придурок, — девушка несильно хлопнула его по предплечью, закатив глаза, но действительно замолчала. Несина снова добавила громкость музыки, больше не делая попыток завести разговор; но через пару минут старалась скрыть улыбку, и получалось это откровенно плохо — потому что звук снова убавил Ваня, наигранно спокойно произнеся: — Чё даришь Гендосу? И нахера мы едем на этот адрес? — Деньги, что ещё, — Алиса достала из сумки подарочный конверт, оставив его на панели. — А едем за шариками. — О, кайф, — вытащив из кармана джинс сложенную купюру, Кислов протянул её девушке: — Засунь туда же, будет от нас обоих. — Эй, конверт уже подписан от меня, — всё же забрав у друга деньги, закатила глаза Несина, разворачивая купюру номиналом вдвое больше её собственной. — Ну допиши там где-нибудь, где «Алиса» ещё «и Киса». Ручка в бардачке должна быть, — явно не видя проблемы, посоветовал Ваня и тут же приподнял бровь: — Зачем ему шарики, чё за детский сад? — Он говорил, что ему ни разу не дарили охапку нормальных, гелиевых шаров, — найдя ручку и дописывая кличку рядом со своим именем, пояснила девушка. — Так что это не детский сад, это закрытый гештальт. — Ебать, это когда вы вели такие терапевтические разговоры? — припарковавшись у здания, адрес которого Алиса отправила ему утром, хмыкнул Ваня, всем корпусом поворачиваясь к подруге. — До того, как я уехала — когда ты в магазин бегал за ватными дисками, чтобы он набил тебе очередной партак, — фыркнула Алиса, открыв дверь и легко выпорхнув из машины, следуя ко входу. Киса взглядом следил за фигурой подруги, в сотый раз думая, почему они вообще общаются. С его стороны, впрочем, всё было ясно — Киса ощущал себя ебучим мотыльком, который как ненормальный летит на свет, ебашится башкой о стекло китайского плафона, а до лампочки так и не достаёт. Это, конечно, и к лучшему — потому что шансов сгореть при таком раскладе ноль, а о возможности разъебаться до смерти он думать не хотел: то, что он любил Несину любовью абсолютно платонической, дружеской, заметно облегчало жизнь. Киса всегда искренне радовался, что он не в её вкусе — а она, с объективно красивым телом и не менее красивым лицом, не входила в список его потенциальных партнёрш по единственной, но самой очевидной причине: у Кисы был твёрдый принцип не трахаться с друзьями. Зачем это нужно Алисе он всё-таки периодически думал. Не то чтобы скатываясь в самобичевания или философию; но если сейчас он ещё мог приносить сомнительную пользу, то вот как она дотерпела до его превращения в нормального человека — и то по его же мнению лишь в силу возраста, — оставалось загадкой. И хотя Киса привык отгонять подобные размышления одним убеждением, что у Несиной нездоровая тяга к волонтёрству, и пусть она лучше водится с ним, чем помогает реальным алкашам и наркоманам, перебить сидевший глубоко внутри факт не удавалось. Лампочкам мотыльки не нужны. Через пару минут Алиса вышла из здания с охапкой шариков — и Киса чуть в голос не засмеялся от того, с каким серьёзным лицом она тащила летящие за ней жёлто-оранжевые самые обычные шары, но с изюминкой в виде одного блестящего фольгированного шара в форме мультяшного льва. Киса опустил стекло, медленно подъезжая ближе к девушке и высунувшись в окно: — Р-р-р! — зарычал тот, уже не борясь со смехом, но Несина только закатила глаза: — Багажник открывай, шутник херов, — огрызнулась девушка, предвещая продолжение его шуток. — Гештальт из детства ещё ладно — хотя шарики сейчас не отменят факта, что в детстве их один хуй не было. Но блять, тупорыло поздравлять Гендоса в стиле «что за лев этот тигр» будут его однокурсники с шараги, Алис, ты не впишешься, — продолжал ржать Кислов, хоть и вышел из машины. Вопреки словам подруги, шарики тот стал впихивать на заднее сидение автомобиля — Алиса хмыкнула, смотря, как он для надёжности завязал ленточку вокруг дверной ручки, и ответила: — Это Гендос при тебе включает клоуна, а без тебя — вполне душевный парень. Мы с ним оба львы по знаку зодиака — и он, между прочим, с недавних пор в гороскопы верит. — Это у него кризис среднего возраста, — снисходительно усмехнувшись, Киса наконец закрыл дверь машины. — А у тебя всё ещё играющее в жопе детство. — А у тебя зависть — если придерживаться такого принципа, на твой день рождения шарик-баран будет выглядеть как-то двусмысленно, — парировала девушка, мило улыбаясь, хоть и смотрела на Кису снизу вверх. Тот угрожающе шагнул к ней, а она лишь добавила: — Но ты не злись, Кис. Я принимаю тебя со всеми недостатками — даже с датой рождения. Придумаю что-нибудь другое. — Ты щас пойдёшь пешком до этой дачи, — наклонившись к Алисе, пообещал Ваня. — Ну вот, — улыбнулась Несина ещё шире. — Вспыльчивость и импульсивность. Типичный Овен. — Я тебя прибью когда-нибудь, — уже совершенно беззлобно бросил Киса, улыбнувшись от абсурдности ситуации, и пошёл к водительской двери. — Садись, пока не передумал. — Ну прямо аттракцион невиданной щедрости, — не успокаивалась Алиса, намереваясь вывести Кису окончательно. — Давай поспорим, что Гена заценит шарики? — Бля, ну понятно, что он не скажет, что это херня, и как будем объективность определять? — фыркнул Киса, выезжая с парковки. — У него на лице всегда все эмоции написаны, в смысле как? — возмутилась девушка. — Он твой друг или мой? — Наш, — сразу же отозвался Ваня. — Ладно. На пятихатку — потому что ты проиграешь, а танцоры у нас не шибко хорошо зарабатывают. — Ну да, куда мне до айтишника, — закатила глаза Несина. — Спорим. Можешь уже переводить на карту. На светофоре Алиса протянула руку — и когда Киса протянул свою, поймав тонкие пальцы подруги, ребром второй ладони спор разбила. — Стриптизёрши тоже неплохо бабло рубят, Алис, — снова ухмыльнулся он. — С твоими данными уже бы накопила на квартиру, а не жила в пизде города на съёмной. — Кисонька, не проецируй на меня свои скрытые желания, — хмыкнула та, но снова отвернулась к окну. — На смазливых мальчиков тоже хороший спрос, если что, и на мужскую хореографию внимания обращают меньше. — Меня не привлекает такая сфера, — лениво отозвался Ваня. — Я слишком красив, лучше буду смотреться в кадре. Так что, если понадобится дополнительный доход, пойду в порно. — Правильно, — серьёзно кивнула Несина, на что Киса недоверчиво глянул на подругу. — Гейскому сегменту не хватает молодых звёзд. Только мазь от геморроя закупай сразу оптом. — Сука, — не сдержав смех, бросил Киса. — Может, и бренд посоветуешь? У Игорька подсмотрела, или личный опыт? — Блять, какой же ты конченый, — скривилась Алиса, но смешок всё же вырвался. — Говорит та, кто автоматически дал мне самую лоховскую роль в индустрии, — театрально вздохнул Ваня, но снова заржал, когда получил удар в плечо от подруги. Разговаривая о глупостях, оба не заметили, как прошла дорога до на сутки снятого Зуевым коттеджа — и ещё на подъезде к нему вибрация от басов музыки стала ощущаться где-то в груди. Пока Алиса вызволяла из салона так и норовящие улететь шары, Киса вытащил телефон, чтобы написать Гене, что они приехали — но железные ворота открылись, и из них, танцуя, вылетел сам именинник. — С днём рождения, Генка! — радостно заверещала Несина, кинувшись к парню и обнимая того за шею. — Спасибо, Лисёныш! — в тон ей заорал Зуев, закрутив девушку, но быстро ставя на землю: — Ты серьёзно запомнила про шарики, что ли? — А ты сомневался? — широко улыбалась та, вручив абсолютно счастливому Гене связку и с самодовольным видом обернулась на Кису, стоявшего рядом с недовольным видом. — Бля, Алис, мир тебя не заслужил, — ещё раз обняв девушку, промямлил Зуев, отстранившись и сразу добавив: — Ну хз насчёт мира, но мы с этим распиздяем — точно. Гена обнял хлопнувшего его по плечу Кислова и, выслушав поздравление, сразу вручил ему телефон: — Ну-ка, ну-ка, щёлкни нас на память, чтобы шары хорошо было видно, — легонько подтолкнув под спины и Алису, и Кису за ворота, Гена приобнял девушку, выставляя вбок руку с шарами и улыбаясь во все зубы, на что Киса закатил глаза: — Щас ебучка треснет так щериться, — бросил он, и Гена на секунду свёл брови у переносицы. Киса, хохотнув и смотря в экран, добавил: — Передние пряди поправь и ногу немного ближе поставь. — Я? — снова дебильно разлыбился Гена, следуя советам друга и позируя так профессионально, что Алиса рассмеялась — и именно этот кадр поймал Киса. — Не обращай внимания, он мне пятьсот рублей проспорил и бесится, — весело пояснила девушка, отбирая у Кислова телефон и листая сделанные кадры. — Как же круто я всё-таки научила тебя снимать! Твоя будущая девушка должна будет мне в ноги падать за такой подгон. — Ага, пока что вон Гендосина может упасть — я только твои заёбы ради твоей сраной инсты терплю, — фыркнул Киса. Схема с фотографиями была простой донельзя — чем быстрее сфотографировать Алису так, чтобы у неё идеально лежали волосы, ровно стояли ноги и было не перекошенное с её же слов лицо, тем быстрее она отстанет и будет вести себя как обычный друг, а не тёлка с бокалом просекко на свидании в дорогом ресторане. И ради друга Киса готов был стараться — запоминать удачные ракурсы, позы — притом даже, что обычно это слово рассматривал вообще в другом контексте, — и следить, чтобы его пальцы не попадали в объектив. И среди десятков одинаковых по его мнению кадров, Несина всё же выбирала один-два, на которых называла себя красивой и которые потом постила в соц.сетях — и Киса даже немного собой гордился, хоть и считал, что красивая она на всех без исключений. — Какой ты нервный, Кис! Пошли, оформим тебе велком дринк, сразу повеселеешь! — в шутку поймав Кису в захват, Зуев потащил его в дом под звонкий смех Алисы, шагающей рядом. Музыка внутри орала так громко, что чтобы переговариваться, приходилось орать — и Алиса отбилась от парней моментально, перехваченная коллегой Зуева из тату-студии. Киса собирался выпить и утащить девчонку обратно — просто чтобы рядом был кто-то близкий, учитывая, что Гендос, как виновник торжества, внимание будет стараться уделить всем гостям; но после его следующих слов, решил пока что оставить Несину в чужом обществе: — Про тебя Крис спрашивала, кстати, — всё ещё танцуя и ни на секунду не останавливаясь на месте, проорал Гена. — Походу запала, Кисёныш. — Серьёзно? У неё же хахаль какой-то на «Ламбе», — бросил Киса, неосознанно пробегаясь глазами по стоящим тут и там кучкам людей, но не находя среди них огненно-рыжей макушки. — Ну а спрашивала она о тебе на «Мазде», — вручив Кисе стакан с каким-то сомнительным коктейлем, ответил Гена. — Она меня в свою личную жизнь не посвящает, если чё. Я тебе информацию дал, а дальше сам, своими лапками, — чокнувшись стаканами, добавил он. — Это мысли вслух, Гендосина, — усмехнулся Ваня, так и не выловив глазами Кристину. — Пиздуй давай, вон кто-то ещё припиздил. Гена, выпив залпом содержимое стакана и продолжая танцевать, пошёл встречать новых гостей; Киса, не долго думая, догнался вторым стаканом уже привычного виски с колой, в голове прикидывая, что вероятность блевать завтра утром растёт слишком быстро, учитывая, что приехали они минут пятнадцать назад. Из вида Алису он потерял — но, подойдя к двум активно обсуждающим что-то неизвестным ему девушкам, попросил у тех стакан красного вина, бутылку которого одна из них держала в руке. Наградив их фирменной усмешкой и получив до одури предсказуемое хихиканье в ответ, с бокалом вина Кислов удалился моментально — чем явно разочаровал этих знакомых Зуева. Тот вообще, по ощущениям, собрал не только бывших однокурсников и всех, кто когда-либо работал в его тату-студии — обшарпанном выкупленном им за копейки помещении в цокольном этаже бизнес-центра, которое Гендос любил больше, чем родную мать; а ещё и всех клиентов этого заведения. Причём с оговоркой «+1» — иначе объяснить, откуда у Зуева такое количество друзей, Киса не мог. Алкоголь ударил в голову слишком быстро — и хотя Гена явно скупил весь самый дешёвый фастфуд из единственной доставки, которая обслуживала дачный массив, и еды было предостаточно, пил Ваня намеренно на пустой желудок. Всё надоело настолько, что отключить мозг хотелось как можно скорее — и уже затуманенное сознание красной бегущей строкой транслировало перед глазами, что нужно найти Несину. Сделать это оказалось проще, чем Киса успел прикинуть — девушка в компании задержавшей её Кати и ещё пары человек улыбаясь стояла у стены, держа в руках кусок пиццы и смеясь с чьей-то шутки. Ваня в их круг вписался сразу же, отдав вино Алисе — та взяла бокал, усмехнувшись, и притянула к себе парня, заставляя наклониться: — Полчаса назад ты обещал меня прибить. Что за джентльменский поступок? Там слабительное? — перекрикивая музыку, губами чуть ли не касаясь его уха, парировала Несина. — Какого чудесного ты обо мне мнения: я думал, предположишь сразу яд, — ухмыльнулся в ответ Киса, откусив от куска пиццы, что всё ещё держала Алиса. Она засмеялась и смешно сморщила нос, откусывая следом; а Ваня, заметив, что из общего разговора они вдвоём уже выпали, потащил подругу в центр импровизированного танцпола. Алиса пыталась тормозить, но кисины пальцы тянули её запястье слишком настойчиво — и та, схватив салфетку с тумбы и оставив там же корочку от пиццы, всё же сдалась. Кислов положил руку на её талию, ведя в танце под старый трек Леди Гаги — Несина смеялась, пытаясь не расплескать остатки вина из стакана, что всё ещё держала в руке; и прежде, чем Киса закрутил её, взяв за свободную руку, залпом допила содержимое, вручив бокал какому-то проходящему мимо парню. Ваню толкнули со спины — тот чуть не потерял равновесие, таща за тобой и Алису; но устоял под её звонкий смех и ощущая её вцепившиеся в его плечи руки. Их движения были далеки от синхронности, оба явно дурачились, не замечая взглядов других присутствующих, а лёгкость от выпитого алкоголя растекалась по телу сильнее с каждой секундой. Киса вслушивался только в музыку, растворяясь в атмосфере, которой ему так не хватало — Алиса бросила что-то о том, что его словно конвульсии бьют, но желания огрызнуться в ответ не было. Сейчас Киса думал лишь о том, что без неё никакие мероприятия вроде этого ему и в помине не нужны были — по крайней мере, с недавних пор. Ещё года три назад, в разгар учёбы в университете, Кислов бы ни за что не поверил, что придёт к таким выводам: а сама Алиса бы вообще рассмеялась ему в лицо и посоветовала бы лечь в психушку, потому что подобные высказывания могли означать лишь только то, что у Кисы поехала крыша. Но смотря на то, как плавно и отточенно она двигалась в танце, пусть даже и не старалась, как-то совершенно не пошло качая бёдрами и идеально попадая в такт, Ваня всем существом ощущал, как к ней привязан. И точно знал, что несмотря на их перепалки, порой жёсткие шутки и наигранное недовольство друг другом, она привязана не меньше. Музыку вскоре убавили — Гена, стуча ложкой в кастрюлю, созвал всех к столу. Алиса, откинув идеально выпрямленные волосы назад, потащила Кису через холл, быстро заняв им два места недалеко от места именинника во главе стола; и наблюдая за тем, как Зуев притащил свои дурацкие шары и поставил сбоку, Ваня не обращал внимания на садящихся по другую сторону. Кто-то рядом с Алисой попросил передать колу — и только потянувшись за бутылкой он пересёкся со взглядом зелёных глаз с вечной надменностью. Надменностью, которая их обладательнице пиздецки шла. Кристина усмехнулась, подмигнув — явно не собираясь делать вид, что не заметила. Киса зеркально повторил её жест, расслабленно откинувшись на спинку стула — но девушка лениво отвела взгляд, прося сидящего рядом с ней парня налить ей виски. И сколько Ваня не бросал на неё взглядов после, так и не поймал её глаз. Вокруг звучали тосты с похожими шутками — о «клубе двадцать семь», связанные с возрастом Гендоса, о пенсионном фонде и песке, рассыпанном по полу; Ваня почти не вслушивался, смеясь в основном с тихих шуток Алисы, сказанных ему на ухо, и отвечая ей шёпотом, заставляя девушку закрывать рот салфеткой и подавлять смешки. Видеть её такой расслабленной и лёгкой было приятно и как-то тепло; и когда все снова разошлись то танцевать, то просто общаться, Киса потянул Несину на улицу. — Ты видел, что кто-то подарил Гене неоновую вывеску для студии? — весело спросила она, легко подпрыгнув и сев на перила крыльца, пока Киса закурил, облокотившись на них. — Видел, теперь это название ещё угарнее будет смотреться, — усмехнулся Ваня, выдыхая дым в сторону. — Сука, я до сих пор в ахуе, что он реально назвался «Крокодайл». — Я стараюсь думать, что хотя бы «Крокодил», — засмеялась Алиса, несильно болтая ногами. — Ну, там же на английском надпись, значит «Крокодайл», — фыркнул Киса, улыбаясь. — «Крокодил Гена» было бы и смешнее, и запоминалось бы лучше, — снова хихикнула Несина, вытащив из кармана телефон и на секунду нахмурившись, но спешно убрала обратно: — Хотя, в таком случае мастеров, которые арендуют у него места, поубавилось бы. — Слушай, там такие фрики, что хоть «Зелёный слоник» назовись, им похуй будет, — заржал Ваня, искренне наслаждаясь тем, что Алиса засмеялась тоже — и, не предупреждая, затушил окурок в пепельнице, резко обняв девушку. Та коротко и тихо взвизгнула, чуть не упав с тонких перил, но руки Кисы обвили спину так крепко, что она бы и при желании не вырвалась. Девушка инстинктивно обняла его тоже, вцепившись пальцами в плечи и давя ногтями через футболку — но расслабила хватку, почувствовав, как Ваня расслабленно положил голову на её плечо, цепляясь челюстью и тихо говоря: — Заебись, что ты у меня есть, — Киса поправил рукой её волосы, лезущие в лицо, и прикрыл глаза. — Тебе больше не наливаем сегодня? — усмехнулась Несина, но тоже прижалась ближе, касаясь щекой его головы. — Ещё как наливаем. Просто не всегда же нести хуйню с тобой. Иногда хочется и сказать, что я пиздец как ценю всё это вот, — неопределённо объяснил он, но добавил серьёзнее: — Тебя ценю. — Твои пьяные приливы нежности — самая предсказуемая херня в мире, — уже не скрывая широкой улыбки, Алиса погладила по спине. — И я тебя, Кисонька. Моя самая лучшая подружка. — Бля, ты меня то в заднеприводных записываешь, то вообще тёлкой называешь, — пробурчал он, но обнял ещё крепче. — Потому что нельзя говорить, что ты слишком красивый для работы, а потом ждать, чтобы тебя воспринимали как брутального мужика, — невозмутимо ответила Несина, но засмеялась, колотя по спине, когда Киса стал щекотать её: — Хватит, ну пожалуйста! — Охуеть, ты знаешь слово «пожалуйста»? — всё же прекратив и просто обнимая, фыркнул он. — Я ещё и «спасибо» знаю, — Киса и не видя лица знал, что она улыбается абсолютно искренне. — Спасибо, что и ты у меня есть. Тихий момент разрушила музыка, которую кто-то врубил ещё громче — Киса нехотя отпустил Алису, за руку ведя её обратно в дом. Под радостные возгласы Гены, стоящего рядом с группой людей и глазеющих, как один парень настраивает микрофоны для караоке, Киса отошёл к столу с выпивкой, оставив девушку там. На пару часов о Несиной, как и о самом Зуеве, можно было забыть — и если Алиса хотя бы действительно неплохо пела, то Гена просто завывал; но, тем не менее, всё равно ни одна тусовка не обходилась без этого ритуала. Очередная порция алкоголя была проглочена Кисой под вступление «Районов-кварталов» — и, в поисках подходящей компании из таких же противников караоке, заметил Кристину, смеющуюся в пьяных объятиях одногруппника Гены. Впрочем, идеальную улыбку она демонстрировала недолго — и хотя девушка не замечала взгляда Вани, уверенно вытащила сигареты и как-то брезгливо оттолкнула что-то бросившего ей парня, следуя к двери на крыльцо, откуда недавно сам Киса и вернулся. Выпив ещё бокал, он вышел следом, всем видом изображая, что это чистое совпадение — Кристина кинула оценивающий взгляд с головы до ног, но лишь молча выдохнула вишнёвый сигаретный дым. — Не ожидал тебя тут увидеть, — осознав, что разговор она начинать не собирается, лениво протянул Киса после того, как щёлкнул зажигалкой и поджёг сигарету. — Я думал, ты только по люксовым машинам катаешься в свободное время. — Оу, — Кристина выгнула бровь, ухмыльнувшись. — Следишь за мной? — Не преувеличивай, — ухмыльнулся в ответ Ваня. — Просто тяжело не заметить пять фоток из «Ламбы» в сторис за один вечер. — Так тебя это задело? — хмыкнула рыжая. — А что, нужно было плакать дома в подушку, что ты слился? Мне не пятнадцать, Кисуль. — Командировка, Крис, — выдыхая дым и подойдя ближе, мягко отозвался он, игнорируя явную обиду в её тоне. — Да брось психовать, мы же даже на свидание сходить не успели, — рука парня легла на перила сбоку от её талии. — Командировка помешала написать элементарное «уехал, вернусь через неделю»? — на показное безразличие Кристина переключилась так быстро, что Киса даже напрягся. — Вот именно, что не успели. Девушка не сдвинулась с места, и Киса медленно положил руку ближе — предплечьем почти касаясь её талии и не скрывая смотря на выделяющиеся ключицы и в глубокий вырез чёрного топа. Отрицать, что Ефимова могла вести себя как угодно хотя бы потому, что имела невероятно красивое тело с эффектными формами, было глупо. Глупо и точно не в стиле Кисы. — И ты решила меня наказать этой фотосессией? — Киса проверял границы, и сделал шаг, встав уже вплотную. Кристина так и не отстранилась. — А получилось? Она открыто флиртовала — на секунду закусила губу, откинув назад волосы и намеренно оголяя шею, заставив подняться грудь выше, но тут же встала ровнее, словно ничего не было. Киса выдохнул дым, не отстраняясь — а она сама затушила свою сигарету и даже не вздрогнула, когда его рука переместилась на её талию. — Возможно, — бархатно шепнул он. — Но сейчас-то мы оба тут и даже можем всё исправить. Не врубай холодную сучку, Крис. — Я просто вышла покурить, — невинно хлопая ресницами, отозвалась рыжая. — Одолжи, кстати, ещё одну, — не разрывая зрительного контакта, Кристина легко скользнула пальцами в карман его джинс, намеренно задерживая там руку и слишком медленно вытаскивая пачку. — Сука, — Киса шумно выдохнул, прижав Крис к перилам до единого миллиметра. — Не пожалеешь, что специально провоцируешь? — Ой, — улыбнулась она, вытащив сигарету и намереваясь вернуть пачку на место, но Киса перехватил её кисть. — Чё «ой»? — хмыкнул он, стараясь не выдавать, насколько его выводила из себя эта ситуация. — У тебя встал, — Кристина подняла глаза, кладя руку на его затылок и легонько царапая ногтями. — Как мило, Кисуль. — Ты себя со всеми так ведёшь? — рука на талии сжала сильнее, и Кристина неосознанно поддалась вперёд, прижавшись бёдрами к его бёдрам сильнее. — Нет, — ответила она моментально. — Только с теми, кто строит из себя невозмутимого, а в голове уже трахает меня в разных позах. Бесит, когда врут, Кисуль. — Ты нарываешься, Крис. Из моей головы действия переходят в реальность очень быстро. И прекрати, бля, называть меня Кисулей, — хрипло ответил Кислов, чуть наклонившись к ней. — Попробуй включить голову, Кисуль, а не головку — я говорю тебе о том, что ты гораздо проще читаешься, чем тебе кажется. Но не один ты здесь решаешь, во что это всё выльется. — Опасная игра, Крис, — Киса запустил пальцы под пояс её шорт, нащупав резинку белья и потянув то вверх, заставляя девушку заёрзать. — Особенно когда ты пьяная, и слова у тебя явно не фильтруются. — Безопасные не интересные, и проигрывать я ненавижу. А самое херовое в этом то, что ты мне реально понравился, — её зелёные глаза светились не так даже пьяным блеском, а настоящим вызовом. И хотя от последней фразы по спине Кисы побежали мурашки, он бросил насмешливо: — Даже интересно узнать, насколько далеко ты можешь зайти. Он был достаточно трезв, чтобы увидеть, как дрогнули её ресницы, когда он замолчал, не сказав, что это было взаимно. Потому что она явно ждала — и это подтвердилось её раздражённой интонацией: — Тут уместнее слово «глубоко», Кисуль, — бросила она и добавила уже снисходительно: — Можешь даже проверить, если закончишь спекталь под названием «мне похуй», пока не кончил в трусы. — Считай, что выиграла, — схватив её за руку слишком резко, но что она еле слышно шикнула, Киса потащил её обратно в дом, сразу сворачивая к лестнице и даже не глядя на происходящее в холле. Киса не знал, сколько прошло времени, когда сжимал в руке рыжие пряди, запрокинув голову и затылком касаясь холодной стены одной из спален второго этажа; Кристина настолько чувствовала каждый жест, каждый его намёк, подстраиваясь под ритм, что звонящий в кармане джинс телефон он даже не слышал. Рука девушки двигалась синхронно с её губами в блядской ярко-красной помаде так мягко, что Киса не обращал внимание на её вторую руку, вцепившуюся в его бедро до красных полумесяцев от ногтей на загорелой коже; да и лишать её иллюзии контроля ему хотелось в последнюю очередь, когда она после обычных поцелуев опустилась на колени настолько легко. С переменным успехом сдерживая стоны, Киса понимал, что надолго процесс не затянется — и скрывая финальную дрожь в мышцах, когда Кристина отстранилась, смотря на него снизу вверх и до одури медленно облизав губы, впервые подумал, что действительно зря не позвонил ей и не написал в тот день, когда после недели флирта и ночных случайных переписок они собирались встретиться. Ефимова как ни в чём не бывало вытащила из сумки салфетку и прошла к зеркалу, не говоря ни слова — но довольно ухмыльнулась через пару минут, ощущая руки на животе и откидывая голову на крепкое мужское плечо позади себя. — И чё, всё? — почти промурчал Киса, поднимая руки к её груди, но Кристина легко вывернулась из его объятий. — Ну да, а ты чего ожидал? Признаний в любви? — усмехнулась она, идя к выходу из комнаты, вынуждая Кису её догонять. — Я получила ответ на свой вопрос, Кисуль. — Теперь вопросы есть у меня, — опешив на долю секунды, фыркнул Ваня. — В этом и прикол, — Кристина коротко засмеялась. — Может, отвечу позже. Съезжу в командировку… — наигранно задумчиво протянула она, выйдя в шумный коридор. — Ты ебанутая, Крис, — уже откровенно психуя, бросил Ваня. — Это точно, — внезапно согласилась рыжая. — Немного протрезвела и думаю, что реально творю хуйню. — Да нет, просто не ебёшь, чё делать, — нагло ответил он, видя, как недобро блеснули её глаза и сжались губы. — Ты же привыкла, что за тобой бегают, с ума сходят — а щас оказалась по другую сторону. Кристина пару секунд молчала, но после окинула его таким уничижительным взглядом, что Кислова словно прошибло током. — И ты такой же, Кисуль, — усмехнулась она, откидывая волосы на спину. — Я иду выпить, обратно на праздник — а ты догоняешь и тормозишь меня своими проницательными речами. Смотря на то, как она ушла к лестнице, покачивая идеальными бёдрами, Киса хотел разъебать кулаки о стену. Всё ещё разливающееся внутри тепло от оргазма затмила слепая злость — потому что говорил он и о себе тоже. Впервые не он моментально вызывал такси, пока очередная девчонка ничего не подозревая нежилась в душе или жалась к его боку, обнимая и описывая совместные планы на завтра; а она ушла, словно ничего не было. Словно он не гладил её по щеке, чувствуя, как сжимается её горло и как выступают слёзы в уголках глаз, словно не она начала всё это — и это не просто раздражало, это пиздецово выводило из себя. Остановившись у лестницы, он вытащил телефон, чтобы глянуть время и отвлечься — но увидел только два пропущенных от Алисы и сообщение от неё же: «ты где?». Решив, что проще найти её внизу, а не печатать ответ, тем более что завывания в караоке уже стихли, Киса быстро спустился по лестнице. Не обнаружив подругу нигде среди толпы на первом этаже, он заметил пьющего пиво наперегонки с каким-то парнем Зуева — и двинулся к тому. — Гендос, Алису не видел? Тот выставил вперёд указательный палец, жестом прося подождать; Киса сложил руки на груди, облокотившись на стену, пока несколько человек наперебой выкрикивали «Гендос» и «Виталик» — причём за именинника голосовало подавляющее большинство. Выиграл через минуту реально Гена — и под радостные возгласы щёлкнул по лбу проигравшего. Ваня закатил глаза, наблюдая за «призом» с явным непониманием. Спорить с Несиной на копейки вроде пятихатки и то веселее — и её пропажа сейчас не только раздражала, но и заставляла ворочаться какую-то странную тоску в области сердца. — Алиса домой укатила, Кис, — вытерев губы тыльной стороной ладони, подошёл к Кислову Гена. — Мы с ней здесь песни пели, а потом ей позвонил её Игоряша, она поговорила с ним на улице и вызвала такси. — Блять, меня уже трясёт нахуй от него, — не скрывая злости, Киса схватил со стола бутылку пива, залпом выпивая половину и о понижении градуса уже не заботясь. — Любовь зла, Кисёныш. Это Алискин выбор, твоё дело не лезть, — философски выдал Зуев. — Я и не лезу, — не менее зло огрызнулся Ваня. — Она расстроена не была, когда уезжала? — Да не, норм вроде, — задумавшись на пару секунд, отозвался Гена. — А ты-то где был? Она тебя искала. Признавайся, завалил Крис? — играя бровями, в шутку ткнул локтём в бок Кисы он. — В рот я её ебал, — шикнул он, допивая пиво. — У меня от неё мозги кипят, хуй поймёшь, чё она хочет. Зуев стал серьёзным и покачал головой, явно не восприняв буквально первую фразу. Говорить, что зря, Ване сейчас не хотелось — да и орущие о необходимости второго раунда Виталик и остальные не дали бы это сделать и при желании. Оставив Гену в сомнительной компании, Ваня снова вышел на крыльцо, вытаскивая сигареты. Первая мысль написать Алисе и спросить, всё ли у неё нормально, отпала под волной злости. Киса был уверен, что она останется до завтра, как и все в этом чёртовом доме — а она свалила по первому зову своего ёбыря, не сказав ни слова. Недостаточно веский повод, чтобы обижаться на неё на полном серьёзе, но достаточно веский, чтобы пока что убрать телефон в задний карман. Врать себе о том, что игнорировать её он будет долго, Ваня не собирался. Всё равно напишет через пару часов, когда будет совсем в говно. На улице уже стемнело — августовские дни сильно убавились в продолжительности. Киса поднял глаза на бьющегося о гирляндную лампочку мотылька — и почему-то вспомнил, что на предплечье Крис набит как раз мотылёк, сидящий на каком-то всрато неподходящем пионе. Качественная, явно дорогая татуировка, сделанная уж точно не в «Крокодайле» Гендоса — а смысл идиотский. Ебанутый вечер. Начиналось всё веселее.