Тогда тоже шел дождь

Нил не знал какой сейчас день, какой месяц, да и вообще сколько времени. Он устал, ужасно устал. Эндрю, так звали похитителя и по совместительству близнеца Аарона, постоянно приходил к нему, и Нил мог предположить, что это происходило несколько раз на дню. Парень приносил ему еду, воду, читал книги, рассказывал как прошел его день, жаловался на одногруппников и рассказывал о своей семье. О Ники, кузене, который, по сути, сбежал от родителей, взяв ответственность за близнецов, встречался с Эриком, который жил в Германии, и иногда приезжал к ним. Об Аароне, который разрывался по тоске и переживании о Ниле, в этом Джостен был уверен, но Эндрю говорил обратное. — Он первое время пытался дозвониться до тебя, а потом забил. Сейчас ходит с какой-то рыжей сукой. Парень никак не верил в это. Аарон, его лучик солнца, его ангел. Он не мог просто так забыть его, они были счастливы вместе, планировали жизнь после учебы, хотели быть вместе всегда, даже создать семью, но это похищение все разрушило. Поначалу Джостен сопротивлялся при любом движении Эндрю, особенно после первого изнасилования, но блондин был больше и сильнее, хотя ростом ниже. Это повторялось еще несколько раз, но Нил все продолжал брыкаться, никакие раны, синяки, царапины и слезшая с запястий кожа не могли помешать ему. Правда, были моменты, когда Джостену настолько все надоедало, что хотелось просто тихого спокойствия. Просто отдохнуть и поспать. Он говорил об этом Эндрю, просто два слова «я устал», и тогда Миньярд молча кивал, снимал с него наручники и мягко разминал затекшие запястья, а затем и плечи со спиной. Словно это не было реально, словно это их игра, в которой они притворяются. В такие моменты Нил был готов раствориться в Эндрю полностью, принимая его всего. Его гнев, ненависть, заботу, нежность и милоту, но всему хорошему положено кончаться. С началом нового дня все могло продолжиться хорошо, а могло плохо. Нил держался как мог из последних сил, но он сломался. Всего одно единственное фото стало фатальным. В один из дней Эндрю пришел в подозрительно приподнятом настроении, которое Нил не разделял. Парень сидел молча и ждал, пока блондин опять начнет рассказывать о своем дне, именно тогда он показал Джостену фото, где Аарон, ЕГО ААРОН, целовался с той рыжей девкой, о которой говорил Эндрю раньше. В тот момент все перед глазами поплыло, слезы, словно водопад, полились из глаз, а истерика накрыла с головой. Единственным якорем, который был рядом, оказался Эндрю, за которого Нил цеплялся как за последнюю соломинку. Миньярд сразу освободил его руки, и Нил схватился за его футболку на спине, пытаясь вжаться в Эндрю как можно сильнее, чтобы заглушить свою боль, а блондин этому и рад. Он гладил Джостена по волосам, успокаивая, приободряя, говоря, что он всегда рядом, что поможет ему все забыть. И Нил первый раз ему поверил, в который раз теряя сознание в этом ужасном месте. Очнулся Джостен от приятной мелодии, которая разливалась по его ушам. Он приоткрыл глаза и увидел, что лежит на коленях Эндрю, который поглаживал его и напевал эту музыку. Его голос был таким приятным и будоражащим, хотелось погрузиться в него полностью и слушать вечно, но, к сожалению, Миньярд увидел глаза направленные прямо на него, и остановился петь. — Проснулся? — мило спросил Эндрю. Нил медленно кивнул, и на его глазах опять навернулись слезы. — Почему я? Почему не кто-то другой? — спросил рыжеволосый. Этот вопрос был задан уже не в первый раз, но только сейчас Миньярд решил на него ответить. — Потому что Аарон не достоин тебя, Нил. Ты воплощение чего-то невозможного. Может ты не помнишь, но мы уже встречались, когда ты только начал работать в кафе. У меня был плохой день, а ты предложил мне дурацкий кофе-предсказание, и все стало лучше. Глаза Нила раскрылись в удивлении. Он приподнялся, не отрывая глаз от Эндрю, а тот и не держал его. Джостен вглядывался в зрачки Миньярда, пытаясь найти в них ложь, потому что у него была совсем другая информация. — Я думал, это был Аарон, — Нил на секунду замялся и продолжил, — Ну, он так сказал. — Он так сказал, — грустно ухмыльнулся блондин. — Я ему рассказал об этой истории, о том, что, оказывается, бывает как в сказке, можно влюбиться с первого взгляда. А у меня, Нил, никогда не было сказки. — Но зачем это ему? — Не знаю, может хотел быть единственным сыном, может ему не нравилось, что я начал жить как обычный человек, без вечных страхов и травм. Может хотел мести. Возможно, еще что-то. Я об этом не спрашиваю. — Мести? — непонимающе спросил Нил. Эндрю тяжело вздохнул, словно приходилось объяснять таблицу умножения школьнику. — У него не складывалось с отношениями из-за меня. Но, Нил, это были плохие люди, они бы причинили ему боль. Нил как можно осторожнее положил свою ладонь на чужую щеку, мягко поглаживая, принимая ответ блондина. Хотя и не мог поверить в это. Миньярд прильнул к руке парня и ластился как кот, которого не гладили несколько лет. — Зачем тогда ты так поступил? Раз я тебе нравлюсь, зачем делаешь больно? — Нил пытался быть как можно мягче и спокойнее, но внутри бушевало пламя, которое он всеми силами пытался погасить. Оно могло привести к чему угодно, истерике, гневу, досаде. Почему, почему, почему?! — Насилие это единственный язык любви, который я знаю. — Но это всегда можно изменить, — с надеждой сказал Джостен. — Просто попробуй. — Как… как мне это сделать? Они смотрели друг на друга несколько секунд, которые длились множество лет. Нил мог увидеть в глазах блондина сожаление, хотя до этого в нем были только превосходство и раздражение, но не сейчас. Джостену в голову пришла глупая идея, но, возможно, получится. — Отпусти меня, — прошептал Нил еле двигая губами, не сводя взгляда с Эндрю. Мгновение и до этого такой яркий и сочувственный свет его глаз потемнел, а кроме жестокости в нем ничего больше не было. — Я знал, что ты не поймешь, — без крика, без раздражения, не выражая вообще никаких эмоций, сказал Миньярд и сбросил рыжеволосого с колен на пол. Нил пару секунд пытался проморгаться и осознать, что вообще произошло. Спусковой крючок был нажат, пуля выпущена, и Джостен не стал больше сдерживаться. — Да, я не понимаю, потому что ты даже не позволяешь это сделать! — кричал он на блондина, который уже готов был выйти, но только успел вставить ключ, как слова Джостена остановили его, и Эндрю обернулся. — Я тебе нравлюсь, возможно, ты даже любишь меня, но тогда почему не сделал первый шаг! Почему не подошел, когда узнал о нас с Аароном, почему не рассказал правду! Если это вообще правда! Глаза Эндрю налились кровью, хлесткая пощечина прилетела по лицу Нила, когда тот только встал. Голова дернулась, но сейчас Джостен не собирался отступать. Хватит быть тряпкой и подстилкой, надо выбираться из этого дерьма, где бы он ни был. Нил резко кинулся на Миньярда, несмотря на его силу. Блондин с грохотом упал, и парень стал наносить удары по его лицу, окрашивая все вокруг кровью, к сожалению, это не могло продолжаться долго. Как Эндрю опомнился, он перевернул их и оказался сверху Джостена, так же нанося удары. Затем опять рыжеволосый взял первенство. Они крутились так еще какое-то время, раненные в крови, пока Нил не решил схитрить. Оказавшись в очередной раз снизу, он притворился, что отключается, а когда Эндрю подуспокоился и расслабился, нанес последний удар. Недалеко лежала тарелка с едой, Джостен еще при первом ее виде приметил, что та необычайно тяжелая. Тогда в голову пришла глупая мысль, что тарелка принадлежит Эндрю, и что тот параллельно с обедом заменяет ей гантели. Утварь с размаху прилетела Миньярду прямо в висок, разбиваясь, и блондин свалился с Нила, не двигаясь. Место удара мгновенно распухло, а кровавые дорожки скатывались по лицу и волосам парня, окрашивая все в красный и создавая необычайно большое пятно под его головой. Адреналин фонтаном плескал в крови, а Джостен пытался всеми силами заткнуть его. Дыхание не могло восстановиться, а в мыслях пролетало только одно, он убил человека. ОН. УБИЛ. Дрожащими пальцами рыжеволосый потянулся, чтобы проверить пульс, но тело дернулось, и Нил сразу убрал руку. Надо уходить. Парень, спотыкаясь, кинулся к двери, в которой уже торчал ключ, и в этот момент Нил понял, как же ему повезло. Пару поворотов, и вот уже дверь открылась, и перед ним предстала лестница, видимо из подвала, по которой Джостен поспешил подняться. Но восторг быстро сошел на нет. Наверху его ждала еще одна дверь, на этот раз закрытая. Рыжеволосый стал пытаться выбить ее плечом, которое и так изрядно болело, но выбраться сейчас было главной задачей. Несколько ударов. Ничего. Еще раз, и опять ничего. Ощущение, что эта дверь из реального дуба, а не имитации. Джостен попробовал еще раз и застыл, услышав шорох внизу, но одновременно с этим он услышал голоса за дверью и стал прислушиваться. — Он какой-то странный в последнее время, ты не замечал? — грустно спросил первый голос. — Ники, он всегда странный, — раздраженно ответил второй. — Ты, кстати, тоже. — Нил пропал, все его вещи на месте, а его нет, я беспокоюсь, и нет, я не веду себя странно, я веду себя адекватно, — еще больше бесился второй. — Оу, так ты признаешь, что он был твоим парнем, — с неким восторгом пролепетал первый. — Помогите! — что есть силы закричал Нил, и голоса прекратились, — Я в подвале или где-то еще. Пожалуйста, Аарон! — взмолился парень. За дверью послышалась беготня и еще больший шорох. А Эндрю внизу уже полностью поднялся на ноги, и лучше бы Нил не оборачивался, чтобы разузнать обстановку. Сейчас на лице блондина не было ни капли нежности, ни капли милоты, только холодная режущая кровавая улыбка. Все лицо Миньярда и волосы были в крови, а в руках Джостен заметил какой-то отблеск. Нож. — Да где же этот чертов ключ! — слышал Нил из-за двери голос Аарона, а сам не отрывал взгляда от Эндрю, который молча приближался к нему. — Скорее, — попросил Джостен, либо думал, что сказал это вслух. Его ноги подкосились, и он сполз по двери, загнанно дыша. Так и закончится его жизнь. В ебучем подвале его парня, от рук близнеца, который его насиловал, потому что любил. Нил зажмурился, когда понял, что их с Эндрю отделяет всего лишь пара метров. Он сделал вдох, и дверь позади него открылась. Джостен повалился назад, и две пары рук оттащили его назад за секунду до того, как нож должен был оказаться в его животе, но был с силой вогнан в пол. Джостен посмотрел по сторонам, замечая знакомую обстановку дома, а затем увидел напуганные глаза Аарона, и Нила просто не стало. Рыжеволосый схватился за блондина, как недавно за Эндрю, и стал рыдать. У него получилось, он выбрался, и Ари рядом. Отдаленно он слышал как Аарон успокаивал его, как Ники сначала ужаснулся состоянию Эндрю, а потом наехал на него с претензиями, что вообще происходит. Нил не мог успокоиться, он дрожал как осиновый лист, боялся и радовался одновременно. Он чувствовал себя в безопасности рядом с Аароном, и в то же время нет, потому что они были похожи, слишком похожи. Эндрю сделал ему много чего плохого, и в то же время он постоянно приносил ему вкусную еду и ухаживал за ним. Даже принес несколько книг, чтобы не было так скучно. А Аарон? Правда ли то фото, переживал ли он вообще. Может ему дела и не было. Просто нашел себе новую игрушку и все. Но в то же время не мог он так смотреть на Нила, если бы ему было плевать, если бы он не ждал его. Все эти мысли разом всплыли в разуме Джостена, и организм не придумал ничего лучше, как отключиться, чтобы сохранить его психику.