Цветы персика

Ши Шуй летела по коридорам клана Сыгу так, будто за ней гнались все демоны Поднебесной. На самом деле за ней никто не гнался, просто если она останется здесь ещё хоть на минуту, то кого-нибудь прибьёт. Сяо Цзыцзинь, со своим вечным «я знаю лучше», уже доедал последние крохи её терпения. Светло-сиреневое ханьфу мелькнуло в воротах и выплыло на улицу. Городской шум ударил по ушам, но сегодня даже он не успокаивал, а бесил. Другие кланы бесчинствуют, а поиски Главы, кажутся бесконечными. А ведь порой, когда Целитель Ли Ляньхуа смотрел или говорил что-то, Ши Шуй ловила себя на мысли, что видит перед собой Ли Сянъи. От этого становилось ещё тоскливее. Она сжала в руке крайрукава, где лежало очередное любовное послание. Ну почему все эти горе-поклонники только и умеют, что строчить письма? «Ваша красота затмеваетлуну», «Ваши боевые навыки непревзойденны». А подойти, заговорить нормально — ни одного. Трусы. Погружённая в свои мысли, Ши Шуй не заметила, как вышла прямо на дорогу. Резкий скрип повозки и крик возницы заставили её отшатнуться. Она дёрнулась в сторону, едва не потеряв равновесие, и в этот момент из рукава выскользнул конверт. — Чтоб тебя, — выдохнула она, провожая взглядом уносящуюся повозку. Письмо валялось на пыльной земле. Ши Шуй наклонилась, подняла его и уже хотела разорвать прямо здесь, добавив к списку сегодняшних разочарований. Но рука замерла. Что-то былоне так. Девушка сама не поняла, что именно, но конверт не полетел в грязь. Вместо этого она, сама себе удивляясь, распечатала его. «Ши Шуй, надеюсь, это письмо застанет тебя в добром здравии. Давно не виделись. Как дела в клане? Всё ли спокойно? Если у тебя найдётся время сегодня, может, встретимся на том же месте, у южных ворот? Если, конечно, ты не против. Я буду ждать. Ян Юньчунь.» Против воли уголки её губ дрогнули и поползли вверх. Ян Юньчунь. Цензор Ян. После той встречи в поместье Юй они действительно стали сталкиваться подозрительно часто. Сначала Ши Шуй думала — случайность. Потом перестала думать. С ним было легко. Он нелез с глупыми комплиментами, не пытался казаться кем-то другим. Он просто говорил, и ей было интересно слушать. А ещё он смотрел на неё так… Ши Шуй отогнала эту мысль, но щёки уже предательски теплели. Сегодня. Встреча назначена на сегодня! Она глянула на солнце. Время уже подходит. Письмо исчезло врукаве, а Ши Шуй, забыв про всю свою злость и раздражение, почти бегом направилась к южным воротам.

***

Ян Юньчунь стоял у старого фонаря и старался дышать ровно. Получалось плохо. За последний час он, кажется, пересмотрел все товары на ближайших лотках, изучил каждый камень под ногами и теперь точно знал, сколько времени нужно солнцу, чтобы доползти до линии крыш. А Ши Шуй всё не было. Он сунул руку в ханьфу и нащупал шпильку. Тонкая, серебряная, с изящной веточкой персика на конце. Лепестки были вырезаны так искусно, что казались живыми, а в сердцевине каждого алел крошечный розовый камушек. Он купил её ещё неделю назад и с тех пор носил с собой, как талисман. Сегодня он решился. Скажет. Всё скажет. Страшно до дрожи в пальцах, но если не сейчас, то когда? Если она, конечно, придёт. Шаги за спиной заставили его вздрогнуть. Он поспешно сунул шпильку обратнои обернулся. Ши Шуй стояла в двух шагах, чуть запыхавшаяся, с лёгким румянцем на щеках. Сиреневое ханьфу делало её похожей на весеннее облако. — Ты пришла, — выдохнул он и тут же спохватился, — То есть... здравствуй. — Здравствуй, — она приподняла бровь, — Судя по лицу, ты не ожидал меня увидеть. — Ожидал. Просто… — он запнулся, —Думал, может, занята и уже не придешь. — Была занята. Хотела кого-нибудь убить, — Ши Шуй говорила спокойно, но в глазах плясали смешинки, — Но решила, что встреча с тобой лучше. — Лестно слышать, что я хотя бы не хуже убийства. — Не наглей. И надеюсь, я не заставила ждать себя слишком долго? — Совсем нет, Госпожа Ши. Я как раз размышлял о том, как лучше всего описать красоту сегодняшнего дня, — ответил Ян Юньчунь, с легкой усмешкой взглянув на нее и внезапно перейдя на более формальное обращение. — И что же Вы придумали? — Ши Шуй приподняла бровь, решив поддержать его тон. — Что он не идет ни в какое сравнение с Вашей красотой, Госпожа Ши, — ответил он, не отводя взгляда. Ши Шуй фыркнула, но в ее глазах мелькнул огонек. — Вы слишком льстивы, Цензор Ян. Боюсь, я привыкну к вашим комплиментам. Между ними повисло молчание. Но оно не было тягостным. Они медленно направились вперед по дороге. — Собрание было тяжёлым? — спросил он наконец. — Сяо Цзыцзинь – осёл, — с вновь проявившимся раздражением прошипела девушка. — Понятно, — он усмехнулся, — Значит, тяжёлым. Ши Шуй фыркнула, но промолчала. Они вышли на главную улицу, где уже вовсю шумела ярмарка, а торговцы наперебой зазывали покупателей. — Прогуляемся? — предложил Ян Юньчунь. — А тыменя угощать будешь? — в тон ему ответила Ши Шуй. — Придётся. А то ещё решишь, что встречаться со мной хуже, чем убивать. Она рассмеялась. Легко, звонко, сама от себя не ожидая. Он покупал ей леденцы на палочке, жареные рисовые шарики, какие-то мудрёные сладости, названий которых Ши Шуй даже не запоминала. Она ела и ворчала, что растолстеет. Юньчунь говорил, что не страшно. Она обещала его побить, если он не заткнётся. А он обещал потерпеть. — Ну же, попробуй! — Ши Шуй все не оставляла попыток накормить своего спутника пирожным. — Благодарю, конечно, но мне не хочется. — Это очень вкусно, — настаивала девушка, — Всего кусочек! Но Цензор Ян продолжал отнекиваться. Тогда Ши Шуй решила идти на крайние меры. — Смотри, что они там делают? — Где? — обернулся в указанную девушкой сторону, — Наверное, ты ошиблась, там ничего такого н... Пока он говорил, Ши Шуй проворно запихнула в его рот сладость, от чего Юньчунь чуть не подавился, с лёгким укором смотря на нее. Однако девушка лишь задорно рассмеялась и они продолжили свой путь. У лотка с заколками Ши Шуй задержалась на мгновение дольше, чем стоило. Ян Юньчунь заметил, но промолчал. Только рука сама собой потянулась к ханьфу, гдележала его шпилька. Потом. Не здесь. Несколько раз, пробираясь сквозь толпу, он касался её рукава или плеча, поддерживая, чтобы не толкнули. И каждый раз Ши Шуй чувствовала, как по коже бегут мурашки. Глупо. Она взрослая женщина, однаиз глав Академии Байчуань, а тут от случайного прикосновения чуть дыхание не сбивается. Он тоже это чувствовал. Пальцы покалывало от желания взять её за руку, но он сжимал их в кулак и прятал за спину. Так прошло несколько часов. Солнце клонилось к закату, толпа поредела, фонари горели ярче, отбрасывая длинные тени. — Пойдём со мной, — вдруг сказал Ян Юньчунь, —Я хочу тебе кое-что показать. Ши Шуй посмотрела на него. В его глазах было что-то, от чего слова застряли в горле. — Далеко? — Не очень. Она кивнула. Они вышли за городские ворота, и сразу стало тише. Только ветер шумел в траве да где-то далеко перекликались птицы. Ян Юньчунь шёл вперёд, уверенно, будто знал дорогу наизусть. Ши Шуй следовала за ним и вдруг поймала себя на мысли, что ей всё равно, куда он её ведёт. С ним было спокойно. Тропинка нырнула в небольшую рощу и вывела на поляну. Ши Шуй ахнула. Совсем тихо, почти про себя, но он услышал. Посреди поляны стояло персиковое дерево. Оно ещё не зацвело в полную силу, но нежные розовые бутоны уже наливались и кое-где распускались, окрашивая ветви в разные оттенки розового. В вечернем свете это казалось волшебством. — Как ты нашёл это место? — спросила она шёпотом. — Случайно, — он стоял рядом, тоже глядя на дерево, — Месяц назад набрёл. И почему-то сразу подумал о тебе. Ши Шуй повернула голову. Ян Юньчунь смотрел на неё. Взгляд был таким, от которого внутри всё переворачивалось. — Ши Шуй, — начал он, и голос его чуть дрогнул, — Я… Я должен тебе сказать. Она молчала, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. — Я не умею писать красивых писем, — он усмехнулся, но усмешка вышла нервной, — Не умею слагать стихи. Я просто… Я не могу перестать думать о тебе. Каждый день. Каждый час. Я жду наших встреч, как мальчишка. Ты стала для меня очень важной… Я люблю тебя. Он достал из ханьфу шпильку. Ту самую, с персиковой веточкой. В сумерках розовые камушки слабо мерцали. — Я хочу, чтобы она была у тебя. Не знаю, имею ли я право просить... Но я прошу. Будь со мной. Ши Шуй слушала и не верила. Он стоял перед ней, смотрел в глаза и ждал. Самый смелый из всех, кто писал ей письма. Единственный, кто осмелился подойти. — Ты понимаешь, — голос её сел, пришлось откашляться, — Со мной будет не легко. Я злая, вредная, меня всё бесит, я могу нахамить, могу ударить. Я вообще не подарок. — А я и не ищу подарок, — он улыбнулся, и улыбка была тёплой, согревающей, — Я ищу тебя. Ши Шуй смотрела на него и чувствовала, как глаза начинает пощипывать. Глупо. Не время. — Я тоже... — она запнулась, — Я тоже о тебе думаю. Всё время. И когда ты не рядом, мне словно чего-то не хватает. Ян Юньчунь шагнул ближе. — Значит, примешь? Она кивнула, глядя на шпильку. — Поможешь? А то я сама себе причёску испорчу. Он рассмеялся — облегчённо, счастливо. Подошёл вплотную. Ши Шуй замерла, чувствуя его дыхание у своих волос. Пальцы его осторожно коснулись заколок, нашли место и закрепили шпильку. Веточка персика теперь красовалась у неё в причёске, розовые камушки вспыхивали в лучах заката. — Красиво, — сказал он тихо. — Шпилька? — Ты. Ши Шуй подняла на него глаза. Между ними не осталось расстояния. Он осторожно, словно спрашивая разрешения, коснулся её щеки. Она не отстранилась. Тогда он наклонился к ней, и его губы коснулись ее. То был легкий, нежный поцелуй, полный надежды и обещаний. Ши Шуй ответила на него, и в этот момент весь мир перестал существовать. Они стояли под персиковым деревом, в объятиях друг друга, словно два цветка, распустившихся навстречу солнцу. Впереди их ждали трудности и испытания. Но они были готовы встретить их вместе, рука об руку, с любовью в сердце. Ведь они нашли друг друга, и это было самым главным. Отстранившись, Ян Юньчунь обнял её, и Ши Шуй уткнулась носом ему в плечо, вдыхая запах травы и вечерней прохлады. Злость, раздражение, бесконечная суета — всё осталось где-то там, за воротами города. Здесь был только он, она и персиковое дерево. — Я всё ещё злая, — пробормотала она. — Знаю, — он погладил её по спине, — Я справлюсь. — И вредная. — Представляю, как нам будет весело. Она фыркнула, но не сдержала улыбку. Подняла голову и посмотрела на него. Глаза её сияли. — Тогда пойдем? А то стемнеет совсем. — Пошли, — он взял её за руку. Персиковые цветы осыпались вокруг них, словно благословляя их союз. И в этот момент Ши Шуй поняла, что нашла не только любовь, но и дом. Дом в сердце Ян Юньчуня.