Заказ

《Сливная яма》 Дверь в ночлежку называлась «Черным Ртом». Скэриэл каждый раз думал об этом, когда перешагивал порог. Здание, вросшее в землю по самые окна, будто древний больной зверь, сжирало тех, кто входил внутрь, а наружу выползали только тени. Внутри полутьма, сырость и ее извечная спутница плесень. Здесь смешалось всё: кислый пот немытых тел, вонь гниющей еды, запах дешевого пойла и тот особый, тоскливый дух, который оставляют после себя люди, которым уже некуда идти. Вдоль стен, на гнилых нарах, в три ряда лежали, сидели и просто существовали тела. Скэриэл скользил по ним взглядом, сканируя, оценивая. Сегодня, как и каждый его визит сюда цель у него была одна - выбрать «материал» для выполнения нового заказа. У входа, на единственном стуле без ножки, привалившись к стене, дремал старик с лицом, похожим на печеное яблоко. Руки его, узловатые, как корни, все еще сжимали пустую бутылку. Он не кашлял. Не подходит. Дальше, в углу, молодая женщина качала сверток. Из свертка доносился слабый, надрывный писк, похожий на скрип несмазанной двери. Женщина смотрела в одну точку перед собой и не видела ничего. На вид молодая, некрасивая, видно что жизнь изрядно её измотала. Странно что она не избавилась от ребёнка сразу после его рождения, очевидно что прокормить она не может даже себя, но Скэриэлу не было жаль ни её, ни ребёнка. Слишком эта ситуация распространена в Запретных землях, чтобы горевать по каждой безвинно загубленной жизни. В любом случае эта женщина не подходит для его сегодняшней миссии. В центре зала, вокруг ржавой бочки, в которой лениво тлели какие-то обрезки, грелись несколько мужчин. Они не разговаривали. Просто смотрели на огонь, как смотрят на него животные-тупо, бездумно, отдаваясь единственному источнику тепла. Тени от огня плясали на их лицах, делая их похожими на ожившие маски. Один из них, молодой парень, может, чуть старше самого Скэриэла, мелко и часто тряс головой. Пальцы его дергались, скребли воздух, словно он пытался играть на невидимом инструменте. Глаза были белые, выцветшие. Ломка. Скэриэл прошел мимо. Такие опасны, могут и убить если им покажется, что с тебя можно вытрясти немного мелочи. Не подходит. Скэриэл завернул за угол, туда, где нары стояли реже, а темнота была гуще. Здесь по обыкновению обитали самые безнадежные "постояльцы", те которых сторонились даже завсегдатаи этого места. И не без причины. Здесь можно сказать умиральная яма. Сюда приходили тяжело больные, те кто больше не мог найти ни работу, ни пропитание на улице. Они были слишком больны и слабый для этого. Поэтому чтобы не умирать на улице, они приходили сюда. Он увидел его в углу. Старик, низший, кашлял так, будто собирался выхаркать наружу свои лёгкие. Влажный, булькающий звук, от которого у любого другого свело бы желудок. Вот- это оно. Скэриэл подсел рядом. – Поделишься огоньком? – спросил он, протягивая сигарету. Старик поднял мутные глаза. Ему было все равно. Он чиркнул спичкой, и в тот момент, когда Скэриэл прикуривал, жадно втягивая дым, старик зашелся очередным приступом кашля, забрызгав слюной и кровью щеку парня. Скэриэл даже не вздрогнул. Он просто закрыл глаза, чувствуя, как влага оседает на коже. Дело сделано, самая лёгкая часть плана позади. Полукровка часто выбирает это место для поиска подходящего материала, оно идеально для этого подходит. Ночлежка полна больных и убогих, потерявшихся в жизни людей. Никто его здесь не узнает,никто не запомнит, все заняты собой и своими проблемами. Следующие трое суток Скэриэл выслеживал свою новую цель. Это был высокий, светловолосый мужчина, с осанкой человека, который никогда в жизни не наклонялся за упавшей монетой. Дорогое пальто, ботинки, блестящие даже сквозь серую уличную грязь. Адриан Ренквист-младший. Ему было около тридцати, и он был наследником крупной нефтехимической компании своего отца. Чем именно он перешёл дорогу мистеру Эн, Скэриэл не знал, да и не было особой разницы на самом деле. Заказ есть заказ. Полукровка чувствовал, как в груди зарождается жар. Тело ломило, но силы ещё оставались, нужно поторопиться. На третью ночь чистокровный, как обычно, остановился у входа в бизнесс центр и ждал такси. Скэриэл, шатаясь, налетел на него, вцепившись в рукав дорогого пальто, чтобы не упасть самому. – Отцепись от меня! -брезгливо дернулся чистокровный, стряхивая его руку, словно прикоснулся к нечистотам. – Прошу прощения, мистер... - прохрипел Скэриэл, отступая в тень. Прикосновение длилось не больше секунды. Но этого хватило. Он успел оставить на безупречном рукаве частичку той самой влажной слизи, которой его наградил старик. Теперь дело времени. Через два дня вся жёлтая пресса пестрила заголовками об очередной скоропостижной и необьяснимой смерти молодого и перспективного наследника многомилионной корпорации. На следуйщие несколько дней город наполнится сплетнями и пересудами. Всем интересно как такое вдруг могло произойти и были ли в этом деле замешаны переносчики смерти. Но домыслы так и останутся лишь догадками, потому что доказать что либо не представляется возможным. Домой, в Запретные Земли, Скэриэл добирался уже на автопилоте. Зайдя в коридор он устало выдохнул и прижавшись спиной к стене типо сполз на пол. Он дома, наконец-то. Следующие часы слились в один сплошной кошмар. Скэриэл в своей кровати метался в жару, не мог найти себе места. Эдвард, со спокойным выражением лица, но тревогой в глазах делал все, что в его силах, чтобы облегчить состояние своего подопечного. Ставил капельницы с антибиотиками и электролитные растворы. Обтирал мокрой тряпкой, поил водой, каждые 4 часа давал жаропонижающие. Он знал, что Скэриэл выкарабкается, всегда так было, но страх за жизнь полукровки все равно всегда накрывал его с головой. А вдруг именно в этот раз, что-то пойдёт не так. Джером сидел на диване в прихожой, обхватив колени руками, и смотрел в пустоту. Он чувствовал себя бесполезным. Переживал,но понимал, что сейчас ничем не может помочь и просто надеялся, что все будет нормально. Он прийдет к Скэриэлу, когда будет можно, и не отойдёт от него, пока будет такая возможность. Скэриэл пришел в себя только к вечеру следующего дня. Открыв глаза он увидел лицо Эдварда, тот сидел на стуле возле его кровати и читал книгу, поза его была напряженной, на переносице застыла морщина, а глаза застыли в одном положении. Скорее всего он не читал, а просто занял чем то руки. Когда Лоу - старший заметил пробуждения своего пациента, поза его стала куда более расслабленной, морщинки разгладились. – Живой? - хрипло спросил старший. – Угу, - еле слышно отозвался Скэриэл. Эдвард облегченно выдохнул встал, ласково потрепал полукровку по волосам и вышел из комнаты. Через минуту в эту же дверь почти на цыпочках вошёл Джером. Он шёл так осторожно, будто боялся кого-то разбудить. Присел на еще тёплый стул и осторожно взял Скэриэла за руку. Они долго развоваривали в основном ни о чем, больше конечно низший, у Скэра еще было мало сил. Джером читал стихи в слух, рассказывал нелепые анекдоты и жаловался, на то, что в ближайшем магазине закончился любимый сорт яблок Эдварда. Произошедшее они не обсуждали, а что тут обсуждать, все что можно было сказать по этой теме, было сказано уже давно. Зачем сейчас задевать сложные и тяжёлые разговоры, которые все равно ни к чему не приведут. Восстановление шло быстро, уже на следующий день Скэриэл смог сидеть, а еще через два - встал. Он чувствовал себя выжатым, пустым, но живым. Вечером третьего дня, когда Скэриэл впервые за долгое время вышел к ужину, в их доме воцарилась особенная тишина. Они заказали пиццу и много газировки, смотрели какую-то камедию, расположившись на диване в гостиной. На экране какой-то мужик в дурацком парике пытался залезть на дерево, чтобы спрятаться от разъярённой женщины с кастрюлей. Женщина орала, неприятно так, что хотелось закрыть уши. – Это гениально, - выдохнул Джером, впиваясь зубами в первый кусок пиццы. – Он сейчас упадёт! Мужик действительно упал. Джером хотел было посмеяться, но чуть не подавился. Скэриэл жевал пиццу и смотрел на людей, которые его окружают. Эдвард сидел на полу, прислонившись спиной к дивану, и с сосредоточенным видом уничтожал свой кусок, изредка фыркая в экран. Джером хохотал так, что тряслась вся мебель, разбрызгивая газировку из бутылки. Его даже не волновало, что он сам же это и будет убирать. – Ты лопнешь, – заметил Эдвард, косясь на нисшего. – Не лопну! – Джером сделал огромный глоток и икнул. – Ой. Скэриэл не выдержал и рассмеялся. Смех вышел хриплым, надорванным, но настоящим. Он дома. Его окружают дорогие ему люди, пусть в слух он этого и не признает, но он действительно дорожит каждым из них. И пусть впереди у них ещё длинный путь по осуществления его плана. Возможно кто-то из них не доживёт до того будущего который Скэриэл мечтает построит. А быть может и не будет никакого этого самого "будущего" ведь они идут по очень опасной дорожке. Нельзя затевать государственный переворот и надеяться только на хеппи энд как в сказке. Но полукровка поставил себе цель и знает, что не остановится не перед чем, чтобы её достичь. На экране опять происходили какие то глупости. Закадровый смех разрывался истерикой. Джером вместе с ним иногда посмеивался, уткнувшись лицом в плечо Скэриэла. Эдвард поймал взгляд полукровки и чуть заметно улыбнулся. Одними уголками губ. Скэриэл чуть улыбнулся ему в ответ. В комнате было темно, только свет от телевизора плясал по стенам. Пахло пиццей, остывающим чаем и чем-то ещё. Тем чего они не чувствовали уже довольно давно. Спокойствием.