Четыре валентинки для Уилла Байерса.

Наконец-то наступил тот самый прославленный праздник любви, который особенно популярен среди подростков. Они только начинают изучать этот мир и постигать такое чувство, как любовь. Первые отношения, первые поцелуи и расставания. Этот день – чудесная возможность признаться кому-то в своих чувствах или просто напомнить своим друзьям и родным о своей любви к ним. В этот день вся Америка окрашивается в розовые и красные оттенки, утопая в украшениях и подарках в форме сердец. Всё вокруг так и пестрит от любви и доброты. И даже такой маленький городок, как Хоукинс, этот праздник, конечно же, не обошёл стороной. Весь корпус младшей школы сейчас увешан праздничной атрибутикой. Атмосфера любви так и искрит в каждом углу.  Члены партии только недавно собрались у дверей учебного заведения. Синклер и Хендерсон как всегда что-то яро обсуждают, Уилер периодически раздражённо вставляет пару фраз, а Байерс просто спокойно шагает за ними чуть позади, слушая вечные перепалки друзей. – Я практически уверен в том, что никто не собирается дарить валентинки всему классу, как нам говорят учителя. – размышляет вслух Дастин, когда они заходят в здание школы. – Ну серьёзно! Кто станет тратить время на то, чтобы сделать подарки своим тупым одноклассникам?! – он активно жестикулирует руками, показывая своё искреннее несогласие со школьными традициями. – Согласен. Это же бред! – тут же подхватывает чужое недовольство Лукас. – Мы уже давно выросли из этого! Мы ведь всего через пару месяцев уже переводимся в среднюю школу! – Мерзость. – недовольно произносит Уилер, тут же невольно обращая на себя чужое внимание.  – Что мерзость? – не до конца улавливая хода его мыслей, задаёт вопрос Синклер.  – Весь этот праздник! – взрывается Майк, указывая рукой на первое попавшееся из множества украшений в здании. – У меня скоро глаз дёргаться начнёт от этих вырвиглазных украшений! Все резко начинают талдычить о любви и строить из себя хороших! Мерзость! Противно! – помахав руками в воздухе во время своей пламенной речи, он ускоряет шаг, чтобы быстрее добраться до своего шкафчика. – Ты так говоришь только потому, что девочки тобой не интересуются и обходят стороной! – Хендерсон подходит ближе к парню и утешительно хлопает его по плечу.  – Да к чёрту этих девочек! – Уилер резко дёргается и скидывает с себя чужую руку. – Мне и без них хорошо живётся!  – Ой, да ладно тебе! Ты просто завидуешь тому, что я самый привлекательный из нас и все девчонки обязательно достанутся мне! – произносит Лукас, когда нагоняет своего недовольного друга и шутливо пихает его в бок, подмигнув.  – А почему это сразу ты?! – тут же не соглашается с чужим мнением Дастин.  – Ну, а кто ещё?! – искренне недоумевает Синклер и показательно поправляет свою кофту, выпячивая грудь, словно он самый завидный красавчик на районе. – Придурки. – закатив глаза от недовольства, произносит Майк и подходит к своему шкафчику.  – Они смешные. – посмотрев в сторону друзей, находящихся в самом разгаре их очередного конфликта под названием «кто круче», усмехается Уилл. – Не вижу ничего смешного в тупости. Только о девчонках и думают, хотя им на них искренне плевать. – Уилер с искренним непониманием на лице переводит взгляд на Байерса. Не успевает Уилл ему хоть что-то ответить, как их тут же прерывает громогласный возглас их шепелявого друга: «Ха! Выкуси, Синклер!». Все взгляды партии тут же приковываются к нему. Из дверцы его шкафчика на пол только что упала розовая бумажка в форме сердца. Лукас тут же подлетает ближе к своему другу.  – Да ну нафиг! – удивляется Синклер, заводя руки за голову. – Колись! Сам себе подложил! – не веря в происходящее, произносит он. – Да я бы никогда! – возмущается Хендерсон.  – Читай уже! – раздражённо раздаётся из-за спины счастливчика. Это Майк, который тоже загорелся любопытством и с Уиллом на пару подошёл поближе к друзьям, чтобы рассмотреть предмет из бурных обсуждений.  – Да читаю-читаю! – взяв поудобней валентинку в руки, произносит Дастин. – Это будет единственная валентинка, которую ты получишь, беззубый! Надеюсь, что ты даже не думал, что тебя кто-то может поздравить в этот день! Ха! Фрииик!  Парень с трудом дочитывает этот текст. Пальцы сильно впиваются в ни в чём не повинный кусок бумаги, который тут же рвётся под чужим натиском. Хендерсон решает не останавливаться на этом и сразу же рвёт бумагу на несколько частей, тут же выкидывая эти ошмётки в мусорку, со злостью пнув её.  – Мать вашу! – взрываясь от раздражения произносит Дастин. – Сами они фрики! – бесится он и подходит к своему шкафчику, набирая в руки нужные тетради и учебники и со злостью закрывает эту дверцу. Надо же было так опозориться перед друзьями.  – Ха! Я так и знал, что никто тебе валентинку не подарит! – злорадствует Лукас, открывая свой шкафчик. На него в тот же момент падает листок бумаги. – О! – радостно восклицает он, демонстрируя Хендерсону бумажку чёрного цвета. – Странный выбор цвета, однако...  – Говорю же! Придурки! – махнув в чужую сторону рукой, Уилер недовольно обращается то ли к себе, то ли к Байерсу, который встаёт рядом с ним. Они возвращаются к своим шкафчикам, подальше от своих недалёких друзей. – Дегенераты! Очевидно же, что это очередная издевка!  – Наверное, им просто хочется верить в то, что им могут что-то подарить. Это нормально. – добродушно произносит Уилл, пожимая плечами. – Бесит. – произносит Майк и, открыв свой шкафчик, тоже обнаруживает у себя тёмно-зелёного цвета бумажку. – И мне подсунули! У них там совсем с выбором цветов туго?  Байерс подходит к нему ближе и переводит взгляд на бумажку. В какой-то степени даже интересно, что эти задиры выдумали в этот раз. «Надеюсь, что ты понимаешь, что у тебя никогда не будет своей принцессы, которая своим волшебным поцелуем превратит тебя обратно в человека, лягушонок! Так и помрёшь гадким, склизким и зелёным!».   Майк тут же комкает неугодную бумажку и кидает её об стену, начиная копаться в шкафчике в поиске нужных принадлежностей. Где-то в глубине души всё же остаётся неприятный осадок. – Ты сегодня вспыльчивее, чем обычно. – подмечая очевидное, произносит Уилл. – Всё в порядке? Твои родители снова ругались всё утро? – беспокоясь за друга, произносит он, заглядывая ему в глаза. Уилер тут же вздрагивает. Это действительно настолько заметно или это Уилл как всегда замечает даже самые небольшие изменения в его поведении? Его щёки слегка покрываются румянцем и он тут же от него отворачивается, закрывая шкафчик.  – Я... Всё хорошо! Просто всё такое розовое, что аж бесит. – придумывает отговорку на ходу Майк. – И вообще! Не тяни кота за хвост и показывай, что эти недоумки додумались подсунуть тебе. – он искусно переводит тему.  Байерс кивает головой и подходит к своему шкафчику, растворив дверцу. Уилер становится позади него, чтобы было удобнее рассмотреть эти «поделки» от Троя и его прихвостня. К удивлению обоих парней, в шкафчике оказываются несколько валентинок, а если точнее, то целых три. Одна из них сильно выделяется: она неаккуратно выкрашена, кажется, в цвета радуги. Парень решается начать с неё.  «Желаем, чтобы какой-нибудь такой же противный педик как и ты, показал тебе всю свою любовь сегодня в какой-нибудь подворотне!»  Уилл неприятно морщится. Он прекрасно понимает, что именно имеется в виду под  этими строчками. Время идёт, а все вокруг не прекращают считать его квиром. Порой он искренне не понимает, что сделал не так и за что с ним так поступают. В раннем детстве это особенно задевало, но сейчас он как-никак, но уже привык к этому.  А вот Майк, наоборот, привыкать к этому не горит желанием. Хотелось бы ему, чтобы он мог выбить из этих сраных ублюдков всё дерьмо. Как же сильно он их ненавидит. Парень может стерпеть такое отношение к себе, но никак не к самому близкому для него человеку. Он тут же вырывает у друга эту бумажку и рвёт её на кучу маленьких частей и сминает в руке, другой рукой он хватает Уилла за руку и тащит в непонятном направлении. Байерс успевает лишь неаккуратно закрыть свой шкафчик и быстро нагоняет его. – Вы куда?! – в унисон кричат им в след Дастин и Лукас, которые только что на пару крыли не самыми хорошими словами того, кто подсунул им эти «валентинки». У Синклера, очевидно, тоже было написано очередное оскорбление и он тоже не был в восторге от этого. – В туалет! Хочу смыть это дерьмо! – тут же отвечает парень. –  А потом смешать с говном и заставить Троя сожрать это на глазах у всей школы. – добавляет он и влетает в туалет. К сожалению, последнее предложение – это лишь его мечты. – Я тоже хочу! – кричит Лукас и тоже забегает в туалет.  И вот уже вся партия столпилась у одного бедного унитаза. Майк выкидывает туда все остатки от этого радужного нечто и нажимает на кнопку смыва, что-то недовольно бурча. Когда первая партия обрывков бумаги безжалостно смывается в канализацию, ближе к туалету подходит Синклер и тщательно разорвав бумажку, тоже смывает.  – А у тебя что было? – решает поинтересоваться Уилер. Он смог немного успокоиться. – Что-то про то, чтобы я катился к себе на родину. Честно, не хочу даже вспоминать. Такой бред! – отвечает ему Лукас.  – Вот именно! – подхватывает Хендерсон. Эта двоица снова начинают материть своих обидчиков и первыми удаляются из туалета.  – Там ещё две осталось... – вспоминает Байерс и чуть сильнее сжимает руку друга.  Майк, как потащил своего товарища за руку в туалет, так и не решился его отпустить. Парень часто любил первым инициировать физический контакт с другом, и брать его за руку было одним из самых частых явлений. А сейчас это даже в какой-то мере действовало на него как успокоение. – Если там снова будут очередные оскорбления, то совершим ещё один поход в этот туалет. –  смягчая свой голос, произносит Уилер и в ответ чуть сильнее сжимает чужую руку. – Пошли к остальным. Не хочу тут долго находиться. – он размеренным шагом направляется на выход из туалета.  Когда они вновь оказываются у шкафчика Уилла, то Майк всё же решается отпустить чужую руку. Не потому, что хочет, а потому, что про его друга и без того ходят не самые лучшие слухи. Если увидят, что он держится с другим парнем за руку – у людей окончательно снесёт крышу. Байерс достает оставшиеся бумажки из шкафа, рассматривая их. Дастин и Лукас тоже не остаются стоять в стороне и заметив, что один из их друзей обладает ещё парочкой этих цветастых сердечек, подходят ближе. Удивительно, но это действительно оказываются настоящие валентинки. Обычные бумажки с признаниями в симпатии от девчонок. Ничего необычного. В одной из них упоминается, что если Уилл придёт сегодня на бал в честь 14 февраля, то эта девочка была бы рада потанцевать с ним. Он уже пару раз натыкался на взгляды этих девочек на себе, поэтому, не сказать, что он очень этому удивляется. Это мило, но он не уверен, как правильно ответить на эти признания в своей адрес.  – Да ну нафиг! – поражается Дастин.  – Офигеть! – подхватывает Лукас. – Вот вам и самый популярный парень из нас... – Ага... – гипнотизируя взглядом валентинки в руках, мямлит Байерс. Пока другие в партии рады его «успеху» и, наверное, хотели бы оказаться на его месте, то он не очень уверен в том, что ему это по душе. Ни одна из этих девочек никогда не вызвала у него и капли интереса. – Хм... Бал... – обращает внимание на упоминание этого мероприятия Хендерсон. - Не знал, что пятым классам туда тоже можно. – Мы же пойдём?! – тут же загорается идеей Синклер.  – Вот там то девочки наконец-то обратят на меня внимание! – воодушевляется Дастин. – Я в деле! – На меня в первую очередь! – уже продумывая образ у себя в голове отвечает Лукас. – Майк, Уилл, вы с нами?  – Я... Эээ... - Уилла застают врасплох. Сегодня в планах появляться на подобного рода мероприятиях у него уж точно не было.  Уилер недовольно копается в своих карманах и быстро что-то запихивает в шкафчик. Он набирает себе в руки нужные предметы для предстоящего урока и небрежно захлопывает шкафчик. Байерс, ранее стоявший недалеко от него, вздрагивает от неожиданного и оглушительного звука, только что разлившегося над ухом. – Я пас. – словно отрезая последующие уговоры и предложения в своей адрес, недовольно выпаливает Майк. – Я в класс. Скоро звонок. – не дожидаясь чужой реакции на свои действия, он тут же уходит в класс.  Байерс следует его примеру и, оставив валентинки в шкафчике, пока не придумав, куда их девать, берёт нужные принадлежности и удаляется вслед за ним. – Зануда. – уныло говорит Хендерсон.  – Ага. – соглашается с ним Синклер.  Оставшиеся в школьном коридоре парни долго не медлят и точно так же направляются в класс. Они увлечённо начинают обсуждать предстоящий бал и не планируют затыкаться на эту тему ещё очень долго. У них впереди целый учебный день.