Игра в отношения

Джон привёл его в самый дорогой ресторан, который был в Хэнфорде. Если вы не бронировали заранее, то большая сумма может решить вопрос, и вам освободят какой-нибудь столик. Хариссу было это сделать проще простого, поэтому уже скоро они заняли столик возле большого панорамного окна на втором этаже. Лололошка с интересом рассматривал здешнюю обстановку и людей, которые сидели за соседними столиками, одетые в дорогие платья и костюмы. Он не смущался того, что стиль у него был далёк от их, несмотря на то, что они с Харрисом в принципе не выглядели как те, у кого мало денег. И всё же они здесь не на официальной встрече, а на свидании, на которое не обязательно надевать костюмы или парадную одежду. Официант сразу принёс им меню и удалился, попросив позвать его, когда они сделают выбор. — Что будешь заказывать? — Поинтересовался Джон, наблюдая за тем, как Ло изучает меню. — Я не знаю, если честно, — Признался Дейвисон и впервые спросил у своего партнёра совета: — У тебя есть предложения? Ты, наверное, чаще тут бываешь. — Нет, впервые, — Ответил Джон, отвлекаясь на своё меню и уже выбрав несколько вариантов блюд. — Пробовал креветок? — Нет... — Тогда их тоже закажем, — Кивнул сам себе парень. Лололошка решил предоставить выбор Харрису, а сам задумался над недавно услышанными словами. — То есть ты ещё не бывал здесь? — Спустя минуту спросил Ло, на что Джон отвлёкся. — Нет, — Харрис вначале не понял, к чему был этот вопрос, но потом догадался. Внутри будто разлилось тепло и приятно покалывало в районе груди. Джон расплылся в улыбке, накрывая чужую руку своей. — Ты первый, кого я привёл сюда. — ... Необязательно было это озвучивать, — Ответил Дейвисон, утыкаясь в своё меню, предпринимая одну неуспешную попытку высвободить руку, но после просто смирился. Официант подошёл к ним сам, поэтому Джон озвучил все блюда, которые выбрал, и вскоре им их принесли. В придачу с красным вином, который ярко переливался в гранях бокала. — Вино? — Лололошка слегка нахмурился, а Харрис наклонил голову немного вбок. — Почему нет? Только не говори, что пьёшь его впервые, — Усмехнулся он, на что его партнёр хмыкнул. — Конечно нет. Лололошка не будет признаваться, что немножко приврал, в своей жизни он пил только несколько банок пива и то, когда они с Диланом устраивали совместные вечера, залипая в игры. И также не произнесёт, что уже после одной банки его конкретно развозило. Честно говоря, Дэйвисон должен признаться, что ходить в ресторан действительно довольно интересно и вкусно. Все блюда такие разнообразные, хоть здесь и небольшие порции, но главное счастье в том, что не тебе за них платить. С Джоном нашлось, о чём поговорить и поддержать беседу, даже как-то слишком много всего. У них совпадали, как оказывается, интересы в еде, стиль, времяпровождение, любимые фильмы и даже актёры. И после первого же бокала вина Лололошка, как и ожидалось, уже почувствовал, как рассудок медленно затуманивается, настроение поднимается ещё выше, а язык расплетается и несёт всякую чушь. Либо же что-то сокровенное. То, чего без алкоголя он никогда бы не рассказал. — Вот почему ты думаешь, что твой отец всё это время следил за нами? — Спросил Дейвисон, направляя туманный взгляд в окно. — Потому что я его знаю. Он не пожалеет никакие средства, так что нанять скрытого фотографа ему не составит труда. Поверь, он это сделал. Чтобы потом были доказательства того, что я ему врал насчёт своей второй половинки, — Джон, в отличие от Ло, не так быстро поддавался алкоголю. Лололошка поковырялся в своей тарелке, почти уже пустой, а после сделал ещё глоток красного вина, и Харрис забеспокоился, что четвёртый бокал уже как-то много. — У меня на самом деле нет родителей, — Вдруг произнёс он, и Джон сначала не понял, про что он. — Ну, вернее, есть, но они ненастоящие. Не родные. Я до пяти лет провёл в детском доме и своих настоящих родителей не знаю. Меня забрали оттуда двое людей, они не были родственными душами. У них никак не получалось завести ребёнка, и им посоветовали взять кого-то из детдома. Ну, ты знаешь, часто же так бывает, что ты берёшь оттуда ребёнка, а потом у вас получается завести своего, — Парень усмехнулся, подперев голову рукой и смотря прямо на Харриса, но тому казалось, что Ло сейчас не здесь, и полностью погрузился в воспоминания. — Так случилось у них. Когда мне было десять, мне сказали, что у меня будет, возможно, младший брат или сестра. Ну, я обрадовался, почему бы и нет? Ещё не подозревал, какие трудности возникнут в будущем. У меня родился брат, всё внимание было уделено ему, любовь, ласка, нежность, всё только для него. Для меня в их семье будто и не осталось места, и я снова стал чужим. А ведь до этого у нас всё было так хорошо, и я чувствовал себя таким счастливым... — Дейвисон улыбался, но Джон понимал, что это лишь защитная реакция. Как больно тогда было ребёнку лет одиннадцати, когда родители забыли о нём? Он снова положил свою руку на чужую и в немой поддержке сжал. Лололошка опустил взгляд на их сплетённые пальцы и надолго уставился на них, продолжая рассказывать давнюю историю, которой делился только с Диланом: — План моих родителей был выполнен, и у них теперь был свой ребёнок. Как-то раз я услышал, что они обсуждали возможность сдать меня обратно в детский дом, но тогда бабушка по папиной линии остановила их. Пыталась устыдить, но в итоге ничего толкового не вышло, но они хотя бы не отдали меня обратно. Но сейчас я не знаю, может, так было бы даже лучше. В общем, бабушка меня очень любила, и я был очень привязан к ней. Она единственная, кто видел во мне не чужого ребёнка, а своего внука. Конечно, моего младшего брата она тоже лелеяла, но, видя, как ко мне относится её сын и невестка, старалась больше всего внимания уделять именно мне. Конечно, отцу это не нравилось, и теперь уже он сам упрекал бабушку в том, что она проводит с каким-то чужим отбросом больше времени, чем с родным внуком. — Они просто ублюдки. Кроме твоей бабушки, она, видимо, очень хорошая, — Добавил Джон, поглаживая нежную кожу руки большим пальцем. Лололошка улыбнулся. — Верно, она была лучшей. Но, к сожалению, ничего не длится вечно, — В синих глазах отобразилась тоска. — Когда мне исполнилось шестнадцать, она умерла. — Соболезную... — Харрис поджал губы, понимая, что Ло тоже пережил утрату близкого и любимого человека. В этот момент ему показалось, что их судьбы частично связаны и очень похожи друг на друга. — М-м-м... — Парень помолчал, и глотнул ещё вина, прежде чем продолжить: — Каким мог вырасти мой брат, если всю жизнь наблюдал, как его родители упрекали меня во всём и в открытую ненавидели? Конечно, он стал таким же и подражал им. Не знаю, любил ли он меня когда-нибудь, может, когда был совсем маленьким? Однако это всё давно в прошлом. Когда бабушка умерла, мне пришлось справляться совсем одному. Нашёл подработку, накопил на свой собственный ноутбук, деньги я, конечно же, прятал от родителей. Они ничего об этом не знали, как и о ноутбуке. Меня радовало только одно - то, что они не обращали на меня внимание и видели во мне пустое место. Так мне было даже легче. Так как я закончил школу, то решил поступить в колледж, а потом... Жить как-нибудь. Родители стали часто ругаться, поэтому, не имея возможности съехать, потому что на съёмную квартиру мне не хватало, я проводил вечера в игре, которую нашёл в интернете. Там я познакомился с одним игроком, и у нас как-то само собой завязалось общение. Мы обменялись номерами, переписывались. Это помогало мне чувствовать себя более значимым ощущать чувство, что я кому-то всё-таки интересен и нужен. Ну как ты, наверное, догадался, этим парнем был Дилан, — Ло тепло улыбнулся, и Харрис теперь понял, насколько он и его друг близки и сколько всего их, скорее всего, связывает. — Мы с ним встретились в реале только после нескольких лет, когда я уже закончил колледж. Дилан как раз тогда поступал в университет «Лаки чармс» и собирался подать заявку на проживание в общежитии. Он знал о моей ситуации с родителями, я с ним многим делился, поэтому предложил мне тоже поступить туда же, и мы будем просто делить комнату. — Ты... Долго думал над его предложением? — Осторожно спросил Джон, на что Дейвисон покачал головой. — Я согласился сразу же, как услышал, честно говоря, почему-то я даже об этом сам не задумывался. Единственное, в университете уже был полный набор и мест не хватало только на экологическом курсе. Именно поэтому я и поступил туда, чтобы просто дали возможность мне жить в общежитии вместе с Диланом. 31 августа я с огромным скандалом ушёл из дома своей «семьи», которую никогда таковой и не считал. И знаешь, тогда я был так счастлив. Так рад видеть, как они бесятся из-за меня и не в силах ничего сделать, — В этот момент рассказа Лололошка выглядел расслабленным и счастливым. — С тех пор я три года не возвращался туда и не собираюсь. Им было плевать на меня, они меня не любили, моё отношение к ним идентичное. — Мне... Жаль, что ты столкнулся с таким... — Запинаясь, ответил Джон, потому что просто не знал, что нужно сказать сейчас. Что будет правильнее? — Агх, да забей, — Он махнул рукой, и его поддёрнутые пеленой глаза с настойчивостью уставились на него. — Ну, я рассказал тебе свою историю. Может быть, ради приличия расскажешь что-нибудь про себя? А то, кроме как-то того, что ты богатый и отец у тебя мудло, я не знаю о тебе ничего. Это просто предложение, я не настаиваю, — Пробормотал Лололошка, укладывая голову на сложенные на столе руки, но так и не отпуская чужую. Их никто не мог увидеть с этого ракурса, да и даже если бы мог, Лололошке было плевать. Харрис поджал губы, отведя взгляд. После стольких услышанных откровений, которые парень ему доверил... Как можно остаться безучастным? — Моя история будет проще и поменьше твоей, — Сказал наконец Джон и, вдохнув больше воздуха, начал свой рассказ: — Мой отец и моя мать были родственными душами, которые сумели друг друга найти. Они встретились, когда вместе учились на высшее образование. Им было уже почти по тридцать лет, и, как оказалось, оба искали половину своей жизни своего истинного. Конечно, обретя друг друга, они очень обрадовались и поняли, что даже несмотря на метки, влюбились бы в друг друга, если бы встретились в другом мире, без родственных душ. Но мама была из бедной семьи, а отец из влиятельных людей. Мой дедушка пытался противостоять их союзу, желая подобрать сыну хорошую кандидатуру в жены, но тогда Габриэль был очень настойчивым, он сумел всё-таки убедить своего отца в том, что он будет счастлив только с этой женщиной. В итоге они поженились через год, у них родился я, и мы были счастливой семьёй. Меня любили, ничем никогда не обделяли, — Джон прервался, будто ожидая подколки со стороны Лололошки о том, что это заметно, но парень просто внимательно смотрел на него и слушал. Это заставило Харриса продолжить говорить: — Я был счастлив. Вот только продлилась моя счастливая жизнь в полной семье недолго, так как моя мама умерла, когда мне было семь лет. В этот момент его руку вдруг сильно сжали, и Харрис не сдержал лёгкой улыбки. Сглотнув, он продолжил: — Оказалось, что у неё был рак 4 степени, и она скрывала свою болезнь от нас. Не хотела, чтобы мой отец всю свою жизнь пытался искать лекарство для неё. Не хотела, чтобы его внимание с меня переключилось полностью на неё, это я прочитал в её записке, которую она заранее оставила мне. Габриэль, конечно, тоже прочёл её. И то ли он был сломлен смертью своей жены, то ли эта записка всё-таки в нём на что-то повлияла... Он, кажется, стал винить во всем меня. Он не говорил этого прямо, но я видел это по его глазам, по его холодному тону голоса, действиям и тому, как быстро он от меня отдалился. Отдал на воспитание прислуги, и так продлились долгие годы. Лишь когда мне исполнилось семнадцать, он вдруг заговорил о наследстве, то, что оставит мне компанию, только если я буду усердно учиться, не подведу его и так далее. Ты не представляешь, каким было моё желание тогда его послать ко всем чертям, ведь я сам хочу решить, как будет строиться моя будущая жизнь. Что сейчас, что тогда, я не хочу, чтобы моей жизнью руководствовался человек, хоть и мой отец, который бросил своего ребёнка и просто вычеркнул его из своей жизни на долгие годы, будто мы жили не в одном доме, а на других концах мира друг от друга. Он даже не представляет, как мне было больно без матери. Что не только он там страдал, в своём чёртовом кабинете. Мне даже его компания уже не нужна. Я смогу построить свою, я это знаю, уверен в себе. Мне просто хочется показать ему, что я могу быть счастлив без него. Без его подачек и денег. Пусть он там сам мёрзнет в своём «ледяном дворце» и превратится в ледяную статую, а я буду жить в тепле и... Любви, — На последнем слове Джон посмотрел на Лололошку, и они долго занимались гляделками. Дейвисон играл с их пальцами некоторое время, и Харрис не мог знать, что творилось в этой голове. Зато точно мог определить собственные. Бурю из чувств, которая его захлестнула, заставив высказать хоть и не прямое, но признание. Признание в том, о чём Джон сам понял только сейчас. Всего за пять дней случилось то, чего уже не вернуть назад. Шёпот чужих разговоров за дальними столиками наконец нарушил слабый голос Ло, который снова уставился в окно, смотря, как звёзды усыпали ночное небо, а луна ярко освещала мир: — Джон, скажи... Почему ты меня ненавидишь? — Что?.. Харрис замер, смотря на изучающего его лицо парня. Он молчал, дожидаясь ответа, и Джон не мог молчать вечно: — Я... Я не могу назвать эту причину достойной ненависти, но, к сожалению, я понял это только сейчас. Когда я впервые увидел тебя на первом курсе в коридоре, окружённого толпой ребят, с которыми ты так дружелюбно общался... Я подумал: «Вау, новичок, а уже столько знакомств». Я задался вопросом: почему? В тебе ведь не было ничего особенного. Просто равнял тебя на себя. Со мной-то дружили только потому, что у меня много денег, и мой папочка может вытащить откуда угодно. Ну, это они так полагали, — Джон фыркнул, но после его взгляд потух. — Наблюдая, как к тебе все тянутся без твоего особого труда, я начал тебе завидовать. Глупо и тупо, я понимаю. Но меня тогда это так разозлило, что я возненавидел тебя. Вот так просто взял и возненавидел за такую ерунду. Сейчас, как понимаю это, становится так дерьмово... — Харрис криво усмехнулся. Дейвисон смотрел на него очень долго, и Джон уже подумал, что тот заснул с открытыми глазами. Ну, а что, бывает ведь. — Знаешь, я всегда знал, что ты идиот, — Хмыкнул Лололошка, но в этот раз в его тоне прозвучала лишь насмешка. Не было ни злости, ни обиды. — Хочешь знать, за что я тебя ненавижу? — Разве не из-за этого? — Приподнял бровь Джон, выглядя обескураженным. — Не только. После нашей случайной встречи в коридоре у меня появилась буква имени. Я это заметил, а ты, вероятно, нет, — Вот это уже звучало с обвинительной интонацией. Харрис напряг память и припомнил события трёхлетней давности. Кажется, тогда он и вправду столкнулся с кем-то в коридоре, в начале учебного года, но ночью он был на вечеринке, поэтому, когда на утро заметил, что буква имени его родственной души появилась на запястье, то решил, что встретил её в клубе. Но ему было всё равно, потому что искать он не планировал. — Я заметил на следующий день, но не хотел искать. — А вот я искал, — Ло перевернул их с Джоном руки и провёл пальцем по букве «Л» на чужом запястье, от чего у парня напротив пробежали мурашки. — Сложил два и два и понял, что это ты. Проверял, специально пересекался с тобой, и каждый раз моё запястье словно горело. А тебе вообще похуй было, как я понял. Джон поджал губы, не зная, хорошо или плохо, что Ло сейчас не следит о том, что говорит. — Просто я так мечтал найти свою родственную душу, а по итогу истинный человек насмехался надо мной и ненавидел, заставляя понять, что даже ему я не нужен, — Дейвисон говорил с лёгкостью, будто сейчас это для него не имело значения, но Харрис понимал, что ему всё ещё больно. — Тогда я так хотел въебать тебе «Да блять, что я за мудак?..» — Подумал он. Относился так к человеку, который видел в нём свою последнюю надежду на любовь. И получается, Лололошка знал, что он его половинка уже давно, и просто принимал всё как есть. Даже согласился быть с Джоном в фиктивных отношениях, хотя явно понимал, что это будет приносить неприятные ощущения. Твою же мать, и как он не заметил в тот раз, в библиотеке, что Ло совсем не удивился, что он его истинный? — Как уйдём, можешь ударить меня, — Вдруг сказал он, на что Дейвисон вскинул брови в удивлении, но потом усмехнулся. — Заметь, ты сам это предложил. Джон посмеялся и поднёс его руку к своим губам, оставляя лёгкий поцелуй. — Тогда не будем медлить. Пошли? — Ага. Харрис оплатил счёт и даже оставил чаевые, выходя с парнем под руку на улицу. Лололошка поёжился от ночного ветра, и Джон прижал его к себе за плечи, не встретив сопротивления. — Холодно? — Спросил он с нежностью в голосе. — М, немного, — Ло покачнулся в сторону, но хватка партнёра удержала его. Они отошли от ресторана на достаточное расстояние, остановившись у входа на парковку. Рядом не было ни души, вроде как, так что никто не увидит, как Джона Дейви Харриса бьют по морде. — Скажи, когда- Хлесь. Щёку парня обожгла очень болезненная пощёчина, в которую, видимо, вложили всю силу. От того, как голова Харриса резко повернулась в сторону, послышался даже лёгкий хруст. Джон явно не ожидал, что Лололошка с таким рвением и силой ударит его. Он ошалело взглянул на парня, медленно прикладывая руку к своей щеке, которая сильно щипала и болела, словно ему прописали кулаком в лицо, а не ладошкой. — Извини, если сильно, просто я действительно давно хотел это сделать, — Ло же улыбался, словно совершил что-то нечто весёлое. Впрочем, видимо, для него удар по чужому лицу этим и был. — ... Я учту на будущее сильно не злить тебя. — Правильные мысли, — Дейвисон кивнул, а потом снова дрогнул. Ему надоело стоять на холодной улице. — Пошли быстрее в машину. — Эй, но мне больно. Я не ожидал, что ты настолько сильный. — Ой, успокойся, я же тебя не ножом пырнул. — А ты мог?.. — Лишь допустив мысль о том, что Лололошка действительно когда-то об этом задумывался, Джона пробрала мелкая дрожь. Однако он откинул эти бесполезные и немного пугающие мысли и поспешил за парнем, который уже отдалялся от него, так и не ответив на вопрос. Когда они уже почти подошли к машине, к ним вдруг подошла девушка. — Джон! Тот предпочёл бы оглохнуть, чтобы не слышать этого голоса. Он хотел проигнорировать, но, к несчастью, девушка была настойчива и переградила им путь. — Привет! Я увидела твою машину и решила подождать, — Сказала Молли, та самая девушка, с которой отец хотел его поженить, и она же являлась его поклонницей, которую Харрис уже выносить не мог. — А вы..? — На свидании, — Резко ответил Джон, прижимая Лололошку ближе к себе. Молли замерла, недовольным взглядом пробираясь по Дейвисону, который в ответ ей закатил глаза. — Джон, ты, конечно, прости, но я не верю, что ты мог пойти с ним на свидание по доброй воле, тебя что-то заставило, да? Не волнуйся, я никому не расскажу! — Девушка вцепилась в его вторую руку. Харрис нахмурился и вздохнул, собираясь поставить Молли на место, но неожиданно вмешался Лололошка. Он сам поддался вперёд и оттолкнул девушку от Джона. — Слушай, тебе бы манерам поучиться и снять свои розовые очки, — Сказал он, смотря на неё сверху вниз. Буквально, ведь был выше неё. — Почему ты влезаешь? Я не с тобой разговариваю!.. Джон..! Ло вдруг развернулся и вцепился в воротник бордовой рубашки парня, притягивая к себе и яростно целуя в губы. Джон застыл на секунду, не веря, что всё это реальность. Он прикрыл глаза и ответил, улыбаясь в поцелуй и углубляя его, устраивая свои руки на чужой талии. Харрис проник языком в чужой рот, сплетаясь с чужим в диком танце, желая насладиться этим моментом как можно дольше. Он словно вкусил запретную сладость и не собирался так просто с ней прощаться. Ло, кажется, и не был против, расслабленно находясь в его руках. Лишь после того, как воздух почти закончился, Дейвисон отстранился, напоследок игриво укусив чужую губу. Он, вполне довольный, повернулся на шокированную Молли, ставшей наблюдательницей всей этой сцены. — Это было достаточно понятно, чтобы ты отстала от моего мужчины? Или повторить? Джон едва не пожелал, чтобы эта девушка ответила отрицательно, и тогда Ло бы снова поцеловал его. Но Молли и слова вымолвить не могла, лишь её глаза выражали злость, обиду и разочарование. Лололошке этого было достаточно, поэтому он поднял голову и понял, что Харрис смотрит на него с восхищением. — Поехали, — Приказал Дейвисон и Джон тут же нажал на ключи, разблокировав дверь и открыв её, помогая парню сесть. А после, не смотря на всё ещё наблюдающую Молли, счастливый сел за руль. Выехав на дорогу, Джон всё не мог усидеть на месте, поглядывая на Ло, который смотрел в окно, отвернувшись от него. Просить продолжения поцелуя он не мог, сам-то толком до конца не осознал, что произошло недавно, а пьяный Дейвисон и подавно. Лололошка вдруг похлопал по карманам и вытащил оттуда брелок с двумя обнимающимися котятами. Пока они стояли на светофоре, он протянул руки и повесил их на переднее зеркало. — Будет тебе напоминанием, что ты лузер, который проиграл мне в тир, — Пояснил немного бессвязно Ло, и Харрис улыбнулся, бросая взгляд на двух коричневых котят. «Мило» — Подумал он и ощутил, как на его плечо опустилась чужая голова. Парень обнял его за руку и, прикрыв глаза, устроился на «подушке». — Эй, Ло, ты ведь не забу...дешь?.. — Только хотел спросить Джон, как услышал тихое, размеренное дыхание. Его партнёр заснул. — ... Всё, что сегодня было... Хаа... Сзади раздался сигнал клаксона, призывая его двигаться, ведь уже горел зелёный. Харрис, поджав губы от лёгкой досады, старался особо не двигать правой рукой и осторожно переключал передачу. Он очень надеялся, что Лололошка завтра будет всё помнить.