Ангбанд

      При неровном свете свечей Аэрин сидела на кровати, расчесывая волосы и задумчиво разглядывая тени на стене, когда вдруг скрипнула дверь, и ближайшие к ней свечи погасли. Откинув портьеру — вещицу из других миров, с которой девушка не смогла расстаться, в комнату тихонько зашёл Линдир. Аэрин улыбнулась и отложила гребень в сторону. — Здравствуй, Линдир. Ты сегодня очень поздно. — Все никак не могут обойтись без моей помощи, — он закрыл дверь, взял горящую свечу и зажег от нее потухшие, — зачем тебе столько свечей? Есть же лампы, они гораздо ярче и удобнее. — Не знаю, со свечами прикольнее, — девушка встала с кровати, поплотнее запахнула халат и подошла к окну. — Что за слово дурацкое? Оно же ничего обсолютно не описывает, — Линдир поставил свечу на каминную полку и подошёл к Аэрин. — Ну, так и моя любовь к свечам совершенно дурацкая, я не могу ее как-то объяснить. Просто красиво. У свечей ещё такой свет неровный… И запах приятный. — Наших свечников твое возвращение обогатило, — он положил руку Аэрин на плечи. — Да пускай, мне не жалко. А может самой их делать? Воска у меня предостаточно, нитки тоже где-нибудь найдутся, — Линдир рассмеялся, а затем притянул ее к себе и крепко обнял; Аэрин уткнулась лицом в его грудь и удовлетворённо улыбнулась. — Почему даже будучи эльфом я все равно низкая? Несправедливо, — буркнула она, — причем ладно ещё, если бы я была очень низкой, можно было бы хоббитом притворяться или гномом, но нет же, просто что-то непонятное. — Можно человеком притворяться. А вообще мне нравится твой рост. — Конечно, это же ты высокий, — она отошла от окна в глубь комнаты, — я хотела перед сном чуть-чуть прошлое порассматривать, посиди тут пока, я тебе потом все расскажу. — Хорошо. Только во всех подробностях. Что сегодня будет? — Утумно, — Аэрин села на пол, прислонившись спиной к кровати, положила руки на колени и закрыла глаза. Привычно погрузилась в нирвану, а затем поймала лёгкий поток времени и направилась по нему в необходимую точку.       Порыв ветра из окна задул свечи, и Линдир направился к камину, чтобы зажечь их снова, но в темноте не заметил стул и споткнулся, с трудом устояв на ногах. Стул с грохотом упал на пол. Аэрин вздрогнула всем телом и открыла глаза.

***

      Открыла и тут же закрыла, ослепленная ярким дневным светом. Осторожно открыв глаза, она проморгалась и затем осмотрелась по сторонам.       Аэрин сидела на берегу горного потока, не широкого, но мощного и стремительного, а вокруг возвышались скалы. Было холодно, и она уже успела озябнуть, потому как одета была в лёгкий халат, накинутый поверх ночной сорочки. Уняв нервную дрожь и встав на ноги, она хотела пройтись и выбрать место поудобнее и побезопаснее, чтобы спокойно разобраться с тем, куда ее снова занесло, но, пройдя всего несколько шагов, от этой затеи отказалась, ибо идти босяком по ледяному неровному камню себе дороже, и села берег потока, запустив в него руку.       В воде она ощутила ровно ничего — ни Улмо, ни его майар над этими водами не властны, так что либо она попала прямо в Утумно, либо в какой-то совсем неизвестный мир, что вряд ли. Вытащив руку из воды, Аэрин обтерла ее полой халата и подышала на нее, чтобы согреть. Не особо помогло, не хотя бы теперь она хотя бы чувствует собственную ладонь.       Чуть успокоив новую волну паники, девушка постаралась снова поймать временной поток. Ненадёжно и слабо, но она ощутила его и попыталась пойти против течения, чтобы вернуться обратно, как вдруг ощутила мощную волну чужой магии. Она была гораздо сильнее всего, что Аэрин когда либо ощущала рядом с собой и, в отличие от светлой магии Улмо, обволакивающей, словно теплые воды тихой лесной реки, была темной и угрожающей, как океанский шторм.       Чертыхнувшись про себя и огромным усилием воли сдержав глупый порыв притвориться мертвой, Аэрин начала судорожно придумывать легенду на случай, если Мелькор решит поговорить с ней, а не сразу убьет.       Выйдя из подземелий своей твердыни, темный Вала почувствовал всплеск чужеродной энергии, сразу почти полностью исчезнувший. Недобро усмехнувшись, Мелькор быстрым шагом направился в сторону его источника.       Выйдя из-за поворота, он увидел девушку, одетую в белые одежды. Она сидела на берегу речушки, повернувшись к нему спиной. Не похоже было, что она принадлежит к роду майар, но больше вариантов не было. Девушка не слышала или делала вид, что не слышит его шагов, поэтому Мелькор подошёл и сел на камни рядом с ней. — Кто ты, и что делаешь в моих землях? — Не знаю, — незнакомка обратила на него мутный взор серых глаз, — я проснулась на дне реки, а теперь сижу тут. — И что же, ничего не помнишь? — Мелькор усмехнулся, просто чтобы почувствовать себя хозяином ситуации — девушка совершенно его не боялась, и похоже, не имела никакой цели. — Воспоминания о других мирах проносятся перед глазами и угасают так быстро, что я не успеваю ничего уловить. Почему у вас здесь нет солнца? — Девушка посмотрела ввысь, на небосвод, на котором не было ни облачка, ни солнца. — Нет чего? — Воистину странная девица, но от нее и польза может быть, осталось выяснить, какая. — Солнца. Оно такое круглое, яркое и греет, — Аэрин вновь посмотрела на него, стараясь придать лицу удивлённое выражение. — У нас такого никогда не было. — Почему же здесь светло? — Такой разговор даже забавлял, и Аэрин наконец-то расслабилась. — Валар создали светильники, они и освещают Арду. — Арда — это ваш мир? А кто такие валар? — Арда — наш мир, а валар — Власти Арды. Я из их числа, но к созданию светочей не причастен, мне и без них хорошо было. — Но без них же ничего не видно! Или ты можешь видеть в темноте? — Я родился в Пустоте, думаешь, там было светло? В отличие от других, моему сердцу по прежнему мила тьма. — И она одна? — Аэрин улыбнулась. — Что? — Мелькор вообще не мог припомнить, когда последний раз удивлялся, тем более так много раз в течение одного разговора. — Есть зазнобушка у тебя? — Даже если он теперь убьет ее, Аэрин не будет сожалеть, потому что сумела смутить самого Мелькор — Нет, зачем? — То-то я и смотрю, тоска у тебя в глазах, одиночество, — девушка снова устремила взгляд вдаль, — неужто никого совсем нет у тебя? Ну хоть друга или брата? — Есть у меня брат, только он святоша, я с ним дел иметь не хочу. Ты говорила про другие миры. Их много? Я думал, Эру создал лишь Эа. — Конечно, их много. Я не знаю, кто такой Эру, но если он создал один мир, то почему бы не создать ещё? А друзей у тебя почему нет? — Забавно конечно говорить на столь интимные темы с темным вала, но он вроде не сердится совсем, так что можно продолжать. — А зачем они мне? А другие айнур спускались в новые миры? — Что же ты, до скончания веков будешь одинокими? Ты живёшь здесь? В этих горах? Здесь не с кем поговорить или помолчать, ты сойдешь с ума. Кто такие айнур? — Те айнур, что спустились в Арду, стали называться Валар. Я ушел от них, потому что не нуждаюсь в обществе, тем более в обществе таких ханжей. И у меня есть мои последователи. — И все же ты одинок, — констатация факта, — заведи себе хоть котенка. — Кого? — Аэрин закатила глаза и улеглась на камни. — Животное какое-нибудь милое. Можно и не котенка, если у вас таких нет. Чтобы было с кем поговорить и провести время, а не сходить с ума в одиночестве. — Это не по мне. Так что на счёт Айнур в других мирах? — Ну, там бывают боги, наверно, это что-то вроде ваших Айнур. Правда, в тех мирах, о которых я ещё что-то помню, боги к людям не спускаются и не говорят с ними, хотя в их честь и строят храмы и приносят жертвы, бывает. — В нашем мире люди ещё не проснулись, а между тем он создан первым, — Мелькора начинала раздражать ситуация, в которой он задаёт вопросы и трепетно ждёт ответов, но такая информация стоила того, чтобы ее добивались. — Может, события развиваются с разной скоростью, в конце концов, ваш создатель — как бишь его? — наверняка создавал новые миры с учётом ошибок, совершенный при создании вашего мира, — вообще этот разговор уже начинал утомлять, и становилось сложно рассказывать по новой истины, которые она уже тысячу раз рассказала друзьям и родным. — Его зовут Эру, и я не думаю, что он мог совершить ошибки, — судя по всему, в этом Мелькор был твердо уверен, что очень удивило Аэрин. Возможно, вала ещё не окончательно разочаровался а Илуватаре, а может просто не хотел ей в этом признаваться. Если бы она не знала, с кем говорит, то даже и не догадалась бы о его том, сколь гнила его душа. — Чудно, — после неловкого молчания ответила девушка, — кажется, тебя зовут Мелькор? — Вала удивлённо приподнял брови, — Расскажи о себе, пожалуйста. Я начну свое знакомство с миром со знакомства с богом, — пусть она и ступила на опасную дорожку, это будет интереснее, чем говорить о сотворении мира. Быть может, он быстрее уйдет, и она сможет вернуться домой. — Это правда, меня зовут Мелькор. Но откуда тебе это известно? — Определенно она не простая девушка, и опять-таки определенно стоит привести ее в Утумно, а там уже разбираться. — Просто знаю, только не знаю, откуда. Кажется, так было в каждом из миров, куда я попадала. Эти знания приходят кусками, а затем перестают приходить, — скоро она запутается, так что надо прекращать этот балаган, только как? — Хочешь, я покажу тебе Утумно — мою крепость? — " Ага, щас» — подумала Аэрин — там я отвечу на все твои вопросы о нашем мире. — Нет, благодарю покорно. Я не люблю отходить от воды, в ней моя жизнь и вообще я ее очень люблю. Приходи завтра, и мы ещё поговорим, если я не уйду. Тогда ты расскажешь мне о вашем мире. — Как знаешь, — Мелькор поднялся на ноги, отряхнул снег с одежд, — до завтра, — и ушел.       Аэрин подождала, пока его шаги стихнут, и, облегчённо выдохнув, закрыла глаза, выровняла дыхание и в третий раз поймала временной поток. Усилием воли он повернула его вспять, а дальше просто молилась всем богам.       Внезапно порывы ледяного ветра сменились на теплый, спокойный и благоухающий воздух ее комнаты. Рядом послышался радостный тихий возглас. Аэрин открыла глаза и села, сразу оказавшись в объятиях возлюбленного. — Долго меня не было? — Она блаженно улыбнулась и прижалась к Линдиру в попытке согреться. — Не очень, — он кинул взгляд на настенные часы — ещё одну полезную безделушку из другого мира, — но я чуть с ума не сошел. Я думал сначала пойти к лорду Элронду, но затем решил остаться здесь и подождать, вдруг ты сама все решишь. Что произошло? — Я оказалась в том месте, которое хотела рассмотреть, сидя на полу в своей комнате. — В Утумно? — Он в ужасе крепче прижал к себе девушку. — Нет, у меня пока не получается сразу увидеть нужное место, я сбиваюсь, так что я оказалась где-то в горах, прямо возле крепости. Я говорила с Мелькором, — она задрала голову, чтобы увидеть реакцию Линдира; тот не не разочаровал.

***

      В течение нескольких месяцев Аэрин старательно изучала новую способность, по большей части посещая Мелькора и Дориат. В Менегрот она не совалась, а вот побродить по лесу любила, и даже брала иногда с собой Линдира — как случайно оказалось, она и так умеет.       В беседах с темным вала она пыталась понять, что движет им, что заставляет его идти против Эру, но так ничего и не поняла, однако убедилась, что любовь ему таки не чужда, вопреки его уверениям. Правда, Мелькор осознал это не сразу с появлением в его жизни Майрона, а гораздо позже, и не без помощи самой Аэрин.       И если Мелькор был совсем не против общества неизвестного существа, обладающего не совсем понятными способностями, то Майрона Аэрин, называвшаяся Иссилиэль, жутко раздражала, и не то чтобы у этого была какая-то причина, просто Мелькор может и с ним по душам поболтать, и вообще они же ничего о ней не знают.       Именно по причине этой ненависти, обоснованной или нет, в свое очередное посещение Ангбанда Аэрин встретила Майрона раньше кого бы то ни было. Не сказав ни слова, он сделал непонятный жест рукой, и в следующее мгновение они оказались где-то в подземельях. — Доброе утро, Ту. Как поживает Мелькор? — Прекрасно поживает, не волнуйся, — его ужасно раздражает это имя, которым никто, кроме нее, его не называет, — так что мы не будем его беспокоить и поговорим здесь. — Зачем же было утруждаться и переносить нас сюда? Мне кажется, наверху нам было бы удобнее говорить, — сейчас Аэрин откровенно издевалась, изображая непонимание, поскольку, если дело примет серьезный оборот, она всегда сможет исчезнуть, хотя искренне надеялась, что этого делать не придется, потому как в Ривенделле в последнее время стало совсем нечего делать. — Чтобы ты снова наплела чепухи? Пока я отвечаю за безопасность Мелькора, в Ангбанде не будет тех, в ком я не уверен. В тебе я не уверен, Иссилиэль. Поэтому посидишь в темнице, пока не ответишь на все мои вопросы. — Какие вопросы? — В полумраке подземелья ноготочки разглядывать не удобно, но надо держать марку. — Те, которые я задавал не единожды. Думаешь, я не смогу понять когда мне лгут? — Вообще да, — она нагло улыбнулась, — а если серьезно — думаешь, Мелькор не способен понять, когда ему лгут? Он знаком со мной гораздо дольше, чем с тобой, — забавно, но это правда, несмотря на то, что она с ним знакома несколько месяцев, — наверно, если бы мои ответы его не удовлетворяли, я бы сейчас тут не стояла. И вообще нигде не стояла бы. — Кто ты? — Оборвал Майрон словоизлияния Аэрин. — Дух воды, не ясно? Между прочим, если ты собираешься долго меня здесь держать, тебе придется обеспечить мне водичку. — Не ясно. Я знаком с духами воды и знаком даже с Улмо, ты на них не похожа. — Да мне то какое дело? Я никогда не говорила, я что творение Эру, как вы — она облокотилась на стену с максимально безучастным видом. — Но имя у тебя эльфийское. — Может, в других мирах ваш эльфийский — обыкновенный кельтский или древнеанглийский. Слушай, если я тебе так не нравлюсь, поговори об этом со своим ненаглядным, Ту. Я прихожу сюда, потому что мне здесь нравится, а он не против. Не думаю, чтобы ты сомневался в его способностях, так в чем же дело?       Не отвечая, Майрон развернулся и быстрым шагом ушел во тьму коридоров; где-то захлопнулась решетка. Аэрин оглядела большой зал, ставший ее темницей — здесь не было ровно ничего, кроме голых каменных стен да каменного же пола, в неровностях которого скопилась вода и, судя по всему, кровь. Девушка поежилась, а затем закрыла глаза и перенеслась в свою комнату.       Там она уселась в кресло и недолго размышляла, а после вышла из комнаты и покинула город, чтобы навестить питомца — варга, который из-за своих размеров уже давно не мог жить в Ривенделле.

***

— Давно Иссилиэль не появлялась, — между делом заметил Мелькор, сидя за столом с Майроном и развлечения ради выцарапывая ножом что-то на столе. — Опять Иссилиэль, — раздражённо ответил Майрон и кинул вилку в тарелку, откинувшись на спинку стула, — зачем она тебе? — Мне интересно с ней говорить. Она не боится меня и считает себя равной мне, чего себе даже ты не позволяешь, — вала пожал плечами и отложил нож в сторону. Этот разговор давно назревал. — Потому что я не равный тебе. И я считаю ее подозрительной. — Помимо магической силы есть и другие характеристики, Майрон.       За дверью послышался шум, и Мелькор, жестом приказав Майрону сидеть на месте, открыл дверь. Несколько орков топтались в коридоре, не решаясь зайти. Вала собирался заговорить с остолбеневшими орками, когда услышал гулкий шум с нижних этажей.       Вода плескалась у пятой ступеньки. Мелькор стоял на шестой, с недоумением осматривая подземелье своей крепости, превратившееся в бескрайнее подземное озеро. Тихо подошедший сзади Майрон выдал какое-то неразборчивое ругательство. — Откуда здесь вода? — Мелькор недовольно посмотрел на майа.       Майрон пробормотал что-то невразумительное, а затем предложил испарить воду. Вдруг на проплывавшей мимо доске возникла Иссилиэль. — Как поживаете, мальчики? — Она коснулась рукой воды и доска поплыла к лестнице, — Я тут небольшой потоп устроила, просто мне подумалось, что в экзекуторской, где ты меня запер, Ту, — она улыбнулась, глядя на кислое лицо Майрона, — очень грязно. — Это же экзекуторская, там должно быть грязно, — язвительно ответил майа. — А как же твоя любовь к порядку? — А зачем ты ее запер? — Перебил Мелькор девушку, удивлённо взглянув на Майрона. — Он просто очень за тебя переживает, Мелько, я не в обиде, — махнула рукой Аэрин, не дав рыжему ответить.       Молчание длится около минуты. Аэрин ехидно снизу вверху посматривает то на одного, то на другого, Майрон пытается вернуть остатки было уверенности в том, что поступать надо было именно так, Мелькор же стоит в глубоком шоке. — Я ей просто не доверяю, — развел руками Майрон, — чует моей сердце, что она врёт. — А мне говорили, что у тебя его нет, — издевательским тоном сказала Аэрин, — по-моему, ты просто ревнуешь. Мелько, надо было заводить котенка, как я советовала. Вряд ли он стал бы проявлять такую агрессию по отношению к котенку. К тому же, он сам немного котенок. — С чего это ревную? К девчонке? — Ну, пока что ты единственный мальчик, на которого он обратил внимание, а девчонок много было, — Аэрин рассмеялась и сменила позу, от чего доска накренилась и девушка чуть не упала в воду.       Мелькор усмехнулся, затем взял Майрона за руку и, судя по всему, передал ему какую-то сногсшибательную тираду по осанве, потому что Майрон побледнел, покраснел и в конец засмущался. Аэрин с улыбкой смотрела на них с воды, пока они смотрели друг другу в глаза, держась за руки. Как только ей показалось, что они закончили диалог, она осторожно встала на своем импровизированном плоту, театрально взмахнула руками, и вода начала спадать. — При мне только не целуйтесь, пожалуйста, а то я буду чувствовать себя неловко. — Ты, наверно, затопила всех пленников, — сказал Мелькор, — теперь Майрону будет не с кем развлекаться. — Фу, как это грубо, — девушка отряхнула несуществующие пылинки с платья, — я их просто отпустила. Все равно их там было немного, вы ничего от этого не потеряете. Ну что ж, не буду вам мешать любиться, до скорой встречи, — она помахала рукой на прощание и исчезла.       Майрон, переведя взгляд с пустого места, оставшегося от Иссилиэль, на Мелькора, обвил рукой его шею, прижался посильнее и затянул в поцелуй.

***

— Мне кажется, твои путешествия в Ангбанд становятся все опаснее. Ты забываешь о том, что его владыки — олицетворение вселенского зла. Как бы мило не беседовал с тобой Моргот, он по прежнему Враг. Между прочим, причина смерти огромного количества твоих предков, — сидя по деревом, говорил Линдир — Я знаю. Мне говорили, что я слишком много читаю, — попыталась отшутиться Аэрин, — теперь я ничего не могу с этим поделать. Они конечно жестокие и мыслят довольно радикально, но вызывают симпатию с первых страниц. Я не просто так вру им о своем происхождении, между прочим. — А что думает об этом твой учитель? — О, очень много чего. Мы с ним придумали один план, но пока без подробностей, так что я тебе ничего не расскажу, — рассказывая, Аэрин плела венок. — И это связано с хозяевами Ангбанда? — Да. Знаешь, у нас там, — она махнула рукой в неопределенном направлении, — говорили: «Господь хочет не смерти грешника, а чтобы он обратился от своего пути». Короче говоря, с Мелькором вряд ли что-то сделать можно, а вот Майрон может спастись, — она устало вздохнула и облокотилась о ствол дерева. — Спастись? — Ну, не гореть в адском пламени и все такое. Хотя ему то в пламени ничего, думаю. Никто не знает, что случится с ним после уничтожения кольца, но если он уничтожит его сам… Улмо считает, что-то изменится.