Грозовой перевал

В полях стояла рябь, а птицы напряженно грохотали и суетились на ветках деревьев, словно весь лес сотрясался от напряжения. Что-то происходило, неумолимое, недоступное человеческому чувству и взору. Ни один человек не смог бы понять, что происходит и чего ждать. Даже собаки, привыкшие к человеческой ласке, старались забиться в укромный угол или залезть под половые доски, а в голубятне стоял гул и ропот. Деревья шептались кронами, предупреждая всех: вот-вот, еще немного - и случится, только прислушайтесь. Шаг за шагом, ближе и ближе, ломая сучья и наступая на ручейные камни, оно шло. Внезапно наступила тишь. Поля притихли, рябь встала, мыши полевки навострили уши и поспешили в норы. Собаки перестали скулить. В голубятне послышалось лишь одинокие взмахи крыльями. Птицы в лесу вернулись в гнезда. Вот она - та самая глубокая Английская тишь перед бурей, которую можно услышать лишь на близ Перевала, ни в Скворцах, ни в Ливерпуле, такого отродясь не было и не будет. Такое состояние природы: тихое мрачное, страшное своей сменой состояния. Солнце затягивается темными мрачными тучами, а еще прежняя теплая зелень не омрачена синевой дождя и вся природа встает в ожидании раската. Если ты далеко от дома, бежать уже нет смысла. Кетрин и Хитклиф знают это с детства: никакие побои, ни крики не пугали так, как страх ненароком в ливень увязнуть в болоте или не дай Бог упасть в глубокую облезлую яму, где одному, а то и вдвоем не выбраться. Хитклиф и Кетрин, сбежали от нового хозяина поместья. Кому не в радость заместо молитв и вечных тумаков, повеселится в зеленых оврагах украшенных оводами камня и сланца, быстро крошащегося в руках при малейшем касании, улечься в мху, как на махровом одеяле, и отковыривать камни, растирая их в мелкие осколки по ладоням. Наесться черники до состояния тошноты, или поймать паука с плеча Хитклифа с визгами страха и восхищения. Самое неприятное было возвращаться домой, нет безусловно дом есть дом, нет ничего лучше Грозового Перевала, об этом и никогда думать никто не смел, но там был Хиндли, с его неприязнью к любому ребенку в доме. Раньше было по-другому - хотелось возвращаться. Хоть отца порой сложно было понять и осознать причину его поступков, дети его любили. Под конец жизни он стал сдавать и его безукоризненная любовь к Хитклифу, сделала ему только хуже. Хиндли его возненавидел до скрипа зубов. Когда же он стал хозяином дома он стал ненавидеть Хитклифа больше всех. Когда по полям пошла рябь и все будто замерло в ожидании бури, Кетрин и Хитклиф заблудились. Не может такого быть, это же родное и родных, знакомое с детства место, но только когда к чему то слишком привыкаешь, теряешь осторожность. Когда дети как обычно дурачились в лесу, после пашни Хитклифа. Кетрин, идя по знакомой тропинки напевая под нос глупую песню, а ветки тернового куста назойливо лезли ей в глаза, она заметила шелест в высокой траве, вооружившись ближайшей палкой, отодранной с куста, и позвав Хитклифа , она быстро разворотила траву. Оказалось, что в там было поселение притеплившихся медведок, которые совсем недавно обзавелись потомством. Медведки решили погнаться и уточнить цель визита Кетрин. Истошно завизжав и бросив палку, она быстро схватила за руку, подошедшего на зов Хитклифа, и рванула прочь. Так легко они потерялись там, где казалось, что они знают всё. …Шелест листвы стал тише, а мыши-полевки поспешили в норы. Кетрин и Хитклиф отчаянно блуждали по лесу. Кетрин точно уверенная, что знает как найти дорогу до дома, шла быстрым шагом и в точном направлении, Хитклиф еле-еле не терял из виду свою проводницу, уклоняясь от густого куста. - Почти пришли, совсем немного и мы увидим овчарню! - останавливаясь, чтобы перевести дух от дороги, пролепетала Кетрин. - Что-то я сомневаюсь - пробурчал, ссутулившись Хитклиф. - Видишь, тут мох на дереве, тупица. Это значит, что мы идем правильно - сказала Кетрин, упираясь в колени и вытирая вспотевший лоб. - Может мох растет где ему вздумается? - отворачиваясь, прошипел он. Ноги Хитклифа гудели от напряжения, очень хотелось сесть или даже лечь на прохладную лесную землю, но он стоял, всем видом показывая, что он ни капли ни устал. Кроны деревьев перекрывали обзор на небо, но даже так было видно, что тьма облаков заволакивает синеву. - Можешь тогда идти, куда хочешь! - вспыхнула Кетрин - Хоть на север, хоть к черту на рога! Она рванула вперед, не оборачиваясь на опешившего Хитклифа. Наступающая темнота погоды делала тени леса больше и мрачнее, отнимая солнечный свет с открытых участков местности. Сжав зубы Хитклиф пошел за ней. - Стой! А если ты куда-нибудь провалишься? - хватая ее за рукав потертой блузы, рявкнул он. - Тебе не все равно? - прошипела она, дернув руку - Отпусти - Не отпущу. Между ними повисло молчание. Облака ползли низко и тяжело, а первый порывистый ветер трепал кроны деревьев. Хитклиф смотрел на нее упрямо, не разжимая пальцы. - Тогда не путайся под ногами и иди быстрее! Дурачье - сдерживая раздражение, ответила Кетрин. - Или что? - ухмыльнулся Хитклиф, ускоряя шаг вслед за ней. Не успела Кетрин ответить, как на ее раскрасневшееся лицо упали первые капли дождя. Небо разразилось летним ливнем, будто кто-то перевернул ведро. На головы Хитклифа и Кетрин словно вылило обух воды. Лес разбушевался гоготанием птиц. Всё будто и ждало этого: смывая старую грязь, затапливая бесхозные норы мышей - это было сродни очищения и новой жизни для природы. Вдали послышался раскат грома, а затем треск сломанного дерева. Они тут же рванули под ближайшее широкое дерево, которое хоть как то могло укрыть их от дождя. Ноги скользили от мокрой грязи и проваливались в мягкие неглубокие ямки. Под кроной большой ели с пышными иголками, которые отчасти защищали от воды, они смогли перевести дух. Вся итак потрепанная одежда, стала выглядеть хуже: бедные юбки Кетрин, напоминали мокрые половые тряпки, а Хитклиф красный, как рак сидел на корточках, тормоша мокрые волосы, словно собака. Усевшись на влажную траву и листья, Кетрин, покрылась гусиной кожей от холода и обняла мокрые колени. Она злобно зыркнула на Хитклифа. - Это ты все виноват! - её глаза заблестели, а губы начали дрожать - Мы помрем тут из - за тебя! Она зло ударила его в бок, так что он свалился плашмя на траву - так он стал еще больше напоминать мокрую побитую собаку. Хитклиф никак не отреагировал. Одинокие капли с иголок срывались ему на лицо и одежду. Его темные волосы от воды стали совсем смоляно - черными, а кожа от холода сильно побелела, он был совсем на себя не похож. Кетрин смотрела на него с гневом и страхом одновременно, ее руки были сжаты в кулаки, как будто снова готовые дать пощечину. Ветер задувал под дерево, раскачивая его, а иголки больно кололись и падали зашиворот. Казалось, что весь лес из гостеприимного дома, обратился в злого проказника, который не хочет их видеть. Тучи совсем заволокли солнце, образовав мрак. Было слышны раскаты грома и треск качающихся деревьев. Хитклиф нахмурил брови и не двигался. - Ты чего? - толкнув его в плечо, рявкнула Кетрин - Считаю - Что считаешь? - завизжала она - Нас тут насмерть зальет! - Гром - ответил Хитклиф, наконец обратив внимание на нее - Скоро до нас дойдет, надо уходить Он напряженно посмотрел ей в глаза и взял её за руку. - Если мы сдохнем- это будет по твоей вине, - зло прошептала она, дергая руку. - Если мы умрем - значит так надо Она вырвалась и шагнула под дождь. Порывистый ветер задувал под кожу, а дождь лил беспросветно. Под ногами кишели муравьи, спешно покидая свое затопленное жилище. Ласточки низко кружили над кронами деревьев, так близко, что казалось - словно вытянешь руку и поймаешь их. Кетрин прикрыла глаза и высунула язык. Дождь был на вкус металлическим - как кровь, когда порезался об бумагу и по привычке суешь палец в рот. Она сплюнула. Хитклиф спешно вылез из под ели, скользя по мокрой земле. Его кожа стала совсем меловой, а смоляные глаза, без видимого зрачка смотрели прямо в душу. Он был одновременно пугающим и уязвимым. Кетрин взглянула на него из под прикрытых век. - "Вот почему его зовет бесом Хиндли" - подумала она Ветер хлестал по лицу, дождь шел стеной, а мокрый лес шумел вокруг. Были слышны сильные раскаты грома, вызывающие желание скорее сбежать. И все же несмотря на бурю, она стояла рядом с ним и чувствовала, что в этом странном хаосе их что-то держись вместе, словно некая связь, которая не может оборваться, даже если ее ударит молнией хоть дважды. Он взял ее за руку и сжал ее пальцы. - Пойдем, я нас выведу - голос Хитклифа был тверд. Он говорил так уверенно, будто и вправду знал где путь. На Кетрин вдруг сошла вся усталость за день и начало клонить в сон. Ей вдруг почудилось, будто все это белая горячка и ей просто кажется… но теплая ладонь Хитклифа выводила ее из этого забытия. - Я не хочу помереть в болоте или в норе со змеями - голос Кетрин дрогнул. - Я тебя не брошу. Никогда - он взял обе ее руки и начал растирать, чтобы они не окоченели - Если ты упадешь я болото, я упаду следом, если ты попадешь в логово змей - я прыгну за тобой - Да? - шепнула она, прижимаясь к его рукам. - Да - ответил он твердо, сжимая ее пальцы рук сильнее, будто этим мог удержать их обоих. Хитклиф пошел вперед. Дождь лил стеной, а каждый куст превращался в скрытую угрозу. Лес шумел, словно живое существо. Птицы сидели в гнездах и чистили перья. Собаки лаяли на гром и купались в лужах. Кроны деревьев шелестели и рассказывали друг другу секреты. Ручьи бились с бешеной скоростью, а камни осыпались со скал и разбивались на тысячи осколков. Из под темных туч пробивались тонкие лучи солнца. Было слышно как гром удаляется. Треск качающихся деревьев разносился по округе. Они шли вперед, а трава больно рассекала ноги до мелких жгучих порезов. Густой лес стоял словно стена и все время приходилось отодвигать заросли кустарника руками. Кетрин замедлилась. - Слышишь? - Слышу что? - раздраженно отмахнулся Хитклиф. За шумом дождя и лесного гула. Был слышен тонкий звук шелеста высокой травы и блеяние овец. - Это овцы в поле! - радостно воскликнула она, упераясь лбом в его плечо, вода стекала по лицу с насквозь промокших волос. Кетрин тихо рассмеялась, лицо Хитлифа стало мягче, а на губах появилась улыбка. Сквозь густую листву деревьев проглядывали мутные солнечные лучи, а дождь превратился в мелкую колючую пыль, неприятно бившей в лицо. Лес стал напоминать поле битвы, где- то валялись вывернутые стволы деревьев. Корни был выкорчеваны из земли, образовывающие зияющие ямы. Под ногами кишели насекомые: муравьи спасали свое потомство, пчелы с мокрыми сломанными крыльями не могли подняться в воздух. Кетрин взяла его за руку и посмотрела в глаза, у нее всегда была светлая аристократичная кожа, без намека на темный «рабский» оттенок, в отличии от Хитклифа. На ее носу совсем светлой рябью виднелись рыжеватые веснушки - такое было только летом. Кетрин резко обняла его, обвив руками шею, почти стискивая до легкого удушья. Он ответил тем же - с детской робостью и благодарностью, за то что они пережили этот день. Адреналин бурлил в крови, отдаваясь покалыванием в пальцах. Они быстро двигались в сторону поля, откуда им показалось блеяли овцы. Они не были полностью уверены, что идут правильно, но выбор ситуация не давала. Ветер приносил запах земли и озона, вокруг был слышен щебет птиц. Губы Хитклифа мазнули по ее щеке. Он был совсем чумазым, а на щеку прилипла трава, было видно как он напряжен. Кетрин отошла, не смотря ему в глаза. - Нам надо идти. Хиндли нас точно убьет - сказала она и двинулась вперед. - Я возьму вину на себя. - ответил Хитклиф, нагоняя ее - Когда нас поймают я отвечу - Да он из тебя рагу сделает, дурак - зло прошипела она - Он только этого и ждет, ты совсем с ума сошел! - Ну и что… - почти себе прошептал он - Лишь бы ты цела осталась        Кетрин на миг замерла и тут же рванула прочь к полю. Злые слезы жгли глаза, а осока больно резала голые щиколотки. Она знала, что когда они вернуться домой, он будет не гостеприимнее леса. - Подожди! - почти заверещал Хитклиф и рванул за ней, пробираясь через мокрую траву. При каждом шаге грязная вода затапливала ноги, а брызги добирали до колен. Сквозь шум леса было слышно только тяжелое дыхание Кетрин и Хитклифа, смешанное со звуками ломающихся веток. Он почти догнал ее, схватив за локоть, чтобы удержать от падения в грязь. - Я тебя не отпущу! - выдохнул он - Никогда! Их мокрые взгляды встретились. В этот момент ничего не имело значения: ни наказание дома, ни буря, им было все равно. Они были вместе. Быстро колотящееся сердце Кетрин, казалось бы сейчас выскочит из груди. Она посмотрела на Хитклифа будто новым взглядом - её словно прошибло молнией. Кетрин и Хитклиф были так близко, что их волосы смешивались - его черные мокрые кудри падали в ее темные от воды кольца волос. - Надо идти - прошептала Кетрин - Нам итак не сдобровать дома, надо вернуться до заката Они шли быстрым шагом, скользя по траве, ориентируясь на звуки блеяния овец и шум травы. Спустя четверть часа они вышли к светлому большому полю. Ветер трепал волосы, а дождь почти спал, на местность начал падать негустой туман, в преддверии заката. - Я же говорил мы выберемся - сказал Хитклиф, слегка улыбаясь - А то что будет дома, это уже меньшее из всех зол. - Не говори так! - быстро ответила Кетрин - Я не могу смотреть как он тебя бьет.. - Это не важно - хрипло сказал он - Главное, что ты цела Кетрин не знала как реагировать, она поджала губы и отвела глаза. Ей очень хотелось, чтобы этот день скорее кончился. Они шли к дому по скользкой высокой траве. Поле перед ними казалось почти безмерным и спокойным, как океан, но вдали тучи еще гремели, а каждом вздохе слышалось гроза, которая только начала отступать. Ноги гудели от усталости, а адреналин только начал отступать. За их спинами вдалеке оставался шум деревьев и гул леса. - Давай скорее - тихо сказала Кетрин - Пока солнце не село - Бежим - почти весело сказал Хитклиф, но его глаза оставались серьезными и мрачными. Он схватил ей за руку, и они помчались по скользкой высокой траве поля к Грозовому Перевалу. Ветер разносил запах земли и сырости, а вдали еще слышались последние раскаты. Впереди виднелся силуэт дома, в окружении мягкого вечернего сумрака и тумана.