карманное озеро огня

      Он думает всю ночь об огне. Тёплом, потрескивающем призывно. Особенно сильно думает, когда обнимает Танелиира поперёк груди. Такой ли он тёплый как огонь? Локи внимательно вглядывается в его лицо. Спокойное. Тот, другой глаз, не следит за ним. Локи оставляет совсем крохотный поцелуй на щеке Танелиира, и позволяет себе уснуть. Завтра, всё завтра.       Сливать бензин из машины странно. Локи такого никогда не делал. Ну, справедливости ради, мысль добыть огонь так пришла не сразу. Он почувствовал как эта жидкость становится огнём когда в машине проворачивают ключ. Ветер сегодня холодный, а он не нашёл ничего лучше шорт, и потому слегка ёжится. Хорошо, что хоть свитер есть. Да, он всё ещё йотун, но когда ветер был милосерден? Последние капли стекают со шланга, и Локи уже торопится замести немногочисленные следы. Вытаскивает эту длинную искусственную змею, слишком резко хлопает маленькой дверцей бензобака, будто прятать злобных масляных духов так уж необходимо, и скрывается в мутно-тёмном дверном провале дома. От слишком яркого снега видно совсем мало, и Локи вынужден бестолково стоять посреди коридора и хлопать глазами, чтоб вернуть себе зрение.       В ванне он запирается. Редкость. Дома никого нет, да и замки эти глупые, хлипкие, но хоть немного прятаться можно? Он шмыгает носом с холода и затыкает слив плотной резиновой крышкой. Выдыхает, откручивая крышку канистры, и сливает содержимое. Похожее на слишком бледное золото. Выцветшее будто. Оно заполняет ванну равномерно, плещется, совсем как вода. Но это не вода.       Жидкий огонь.       Локи чувствует как игольчатой сеткой рассыпаются мурашки нетерпения. Когда в канистре пусто, то звенит об пол она просто оглушительно. Локи дёргает плечами и раздевается. Он не думает ни о чём кроме огня.       Тёплого.       Близкого.       Эти слова вызывают особо крупные мурашки. Как волдыри. Это замедляет его первый шаг. А вдруг его кожа покроется этими водянистыми шарами? Локи хмурится и смотрит на свои руки, потом на живот и ноги. Он не хочет такого. И, к собственному удивлению, знает твёрдо, что огонь так с ним не поступит. Огонь обнимет его. Первый шаг в пока спокойную жидкость заставляет слегка поджаться. Он опускается в ванну полностью, аккуратно вытягивает ноги. Огонь даже так слегка жжётся. Локи облизывает губы, рассматривая своё тело под золотистой плёнкой. Под такой плёнкой оно кажется большим.       Искажение. Вода искажает. Делает больше.       Огонь нет. Огонь обнажает. И греет.       Локи неосознанно улыбается этой мысли. И тянется к маленькому карману на свитере. Там зажигалка. Его влажные руки оставляют пятна на свитере. Будут ли они так же завораживающе блестеть на Солнце? Локи не знает, но точно не будет стирать свитер пока не узнает.       Он смотрит на зажигалку. Он уже выливал содержимое другой такой же. Чтоб сравнить. Там была прозрачная вода. Ну, топливо, если точнее. Локи щёлкает колёсиком и бросает её в жидкий огонь. Ванна моментально заполняется огнём. Локи выдыхает полностью. Ему тепло. За последний месяц впервые так тепло и спокойно, что он невольно улыбается. Огонь обнимает его. Гладит его ладони, крепко держит за бёдра. Так спокойно, что он почти забывается в этом ощущении. Почти засыпает. Устраивает голову на бортике и держит глаза закрытыми долго-долго.       Дверная ручка щёлкается. Проворачивается в своём вечном гнезде. Да, и её тоже можно будет освободить. Локи приоткрывает один глаз, неощутимо, без век. Силуэт Танелиира вырисовывается постепенно. Огонь слепит как снег? Локи хмыкает. Почём ему знать такое? Танелиир обходит его свитер. Садится на край ванны. Локи следит за ним одним глазом потому что не хочет будить второй.       – Ты замёрз?       Локи кивает. Зима кажется ему вечной, хоть и началась пару недель назад. Или нет? Когда она началась? Это заставляет его нахмуриться, вновь провалиться под лёд размышлений, отчего глаз тут же закрывается.       – Долго будешь тут?       Глаз открывается с таким усилием. Забавно сильно хочет спать. Но когда спрашивает Танелиир, так спокойно и понятливо, то ответить нужно непременно. И потому Локи пожимает плечами. Он не знает как долго. Пламя тянет внимание на себя. И Локи смотрит. Оно горит ровно. Прекрасные алые пики. Так похоже на пирожные, где пики зудяще-белые и из нежного крема; так похоже на его грудь, где пики то из мидгардской плоти, то из бесконечных льдов; так похоже на снежные пики за окном этого маленького домика. Локи проводит рукой по своей груди, чуть ниже, к бёдрам. У огня сильные руки. Тёплые. Локи облизывает губы. Он знает ответ на вопрос, что вертится в его голове, но он же может задать его? Всегда можно было.       – Не могу добыть из тебя?       Танелиир только кивает. Если Локи добудет его из него или Эна, то испортит оболочку. Конечно, никто этого не желает. Но Локи желает огня. И теперь знает как добыть законно и почти безопасно. Танелиир убирает несколько прядей с лица Локи и целует в лоб. Так же тепло и бережно как огонь.