Беллатриса Вольтури. Отпуск в Африке

      Клан Вольтури принял желание разойтись. Ибо такой острой нужды в представителях власти больше не было! И ведь всегда можно собраться вместе, если того потребуют обстоятельства, к тому же, вся собственность и владения, всё оставалось в прямом доступе. Решили Вольтури, что будут работать среди маглов и волшебников, предаваться их развлечениям, в общем, станут вести полностью скрытый образ жизни, растворятся среди людей, чтобы узнать получше этот мир. Беллатриса с Феликсом и Люциусом тоже образовали свою маленькую семью. И конечно, захотели они совершить свадебное путешествие, а заодно навести мосты с племенем людей-леопардов, которые обитали в джунглях Африки…       Как же хорошо было Беллатрисе с Люциусом, когда не нужно было больше воевать, не было Волдеморта, заставляющего выполнять жуткие и трудновыполнимые задания под угрозой Круциатуса. Теперь это всё было в прошлом, бывшие Пожиратели, а теперь вампиры могли жить собственной жизнью, предаваться страсти и просто самим решать, как им жить дальше, без оглядки на гражданскую войну. Разделившую Волшебное сообщество.       Отпуск в Африке вполне соответствовал интересам Вольтури, это делало их сильнее перед оборотнями, с которыми клан вампирских владык вёл долгую войну. Так решили, что можно как-то узнать получше оборотней, а также попробовать не допустить единства между ними. Победить, конечно, не получится, но стать намного сильнее, чтобы можно было бросить вызов в случае чего – это было вполне достижимым делом.       И тогда было решено отправиться в африканские джунгли, к тому же, имея дар Ищейки и Суггестора, можно было думать, что предприятие вполне может выгореть. К тому же, племя людей-леопардов явно владело многочисленными секретами, и Вольтури хотели узнать о них побольше. Поэтому решено было отправить Беллатрису, Феликса и Люциуса в качестве дипломатов.       Люди-леопарды не особо знали вампиров, поклонялись лишь своему божеству, Демону-Леопарду, чёрной обсидиановой статуе, через которую и говорил с ними грозный дух. Именно служение ему было целью их жизни, а Вольтури не привыкли, что есть те, кто не признаёт их власти. Так что этот жест был и дипломатией, и демонстрацией силы и мощи.       И как раз совпало так, что у Леопардов был летний поход, в котором они похищали возможно больше пленных, чтобы силой своих заклинаний, ядов и зелий обратить их в новых слуг божества, расширить свою семью. А значит, Белла, Люциус и Феликс могли увидеть эти таинства племени, услышать голос статуи, в общем, лицезреть все самые интересные секреты, если на то будет воля клана.       И вот, наконец, они прибыли в джунгли, где скрывались Люди-Леопарды. Вокруг стояла жара, но для вампиров она – всего лишь декорация, не более, ведь у них нету смертных чувств… Дар Беллы работал безупречно, она видела мир, как сплетение пульсирующих нитей…  – Я чувствую их, – прошептала она. – Магия и сырое мясо, странная смесь. К тому же, они совершенно не прячутся. Просто не считают нужным замечать нас. Феликс при этом разминался перед битвой, он знал, что когти и зубы людей-леопардов пробивают кожу вампира, так что схватка, если она случится, будет настоящей. И эта мысль придавала ему азарта после вечной скуки в Вольтерре. – Пусть только попробуют проявить неуважение к послам, – пробасил он. – Аро, конечно, хочет союза, но можно и оставить парочку оторванных голов в качестве визиток. – Тише, Феликс, – подал голос Люциус. Зачем драться, когда можно решить эти дела с помощью обаяния? Наша цель – смешаться с ними, а не настраивать их против себя. Пещера встретила их тишиной. Тени на стенах шевелились неестественно – десятки глаз сверкали в темноте. Первым вышел вождь, его кожа покрыта ритуальными шрамами в форме когтей. – Вампиры. – Он произнёс это как проклятие. – Ваш клан пил кровь моего народа век назад.       Беллатриса шагнула вперёд, игнорируя рычание. Ищейка уже рисовала карту в её сознании: ловушки за скалой, воины на потолке, сердце логова – алтарь с чёрным кристаллом. – Мы пришли не за войной, – её голос звенел сталью, – а хотим союза. Вольтури изменились. – Она бросила амулет к его ногам. – Это доказательство. Люциус поднял руку, и внушение окутало зал волной спокойствия. Вождь вздрогнул — телепатия леопардов сопротивлялась, но суггестор давил тоньше. – Вы служите Демону-Леопарду, мы – свободе. Волдеморт сожрёт оба мира, если его не остановить. Кроме того, заключив между собой пакт, и мы, и вы, оба будем сильнее, а значит, сможем противостоять и Волдеморту, и тем, кто нам не покорится, ведь именно сила даёт уважение.       Они спустились в низину, где между скал притаилось поселение, невидимое ни для каких поисковых чар волшебников. Это и был один из основных центров племени. На площади стоял алтарь, а на нём – обсидиановая чёрная, как уголь, статуя, изображавшая лежащего леопарда. Казалось, что она вбирала весь свет вокруг, так что камень казался живым и грозным. Рядом кипела работа: люди-леопарды готовили в котлах ароматное варево, состоявшее из одним им ведомых трав, превращающее обычных маглов и волшебников в таких же людей-леопардов, как они. Беллатриса видела и клетки, стоявшие рядом, а в них – несколько волшебников, а также обычных магловских путешественников. Сомнений быть не могло: пленным предстояло быть посвящёнными в воинство Демона-Леопарда.       Один из воинов племени вскрыл вену леопарда над чашей с зельем, добавил туда яд убитых змей и заставил пленного выпить это варево. Кости пленного захрустели, он закричал, что было приятно Беллатрисе. Это было не обычное оборотническое превращение, а переплавка в нечто иное – в слугу непонятного и грозного божества.       Но тут их атаковали молодые оборотни, не принявшие переговоров. Когти царапали каменную кожу Беллатрисы, оставляя огненные полосы. Люциус ломал их разум приказами, заставляя биться друг с другом. – Интересные питомцы, – она перекусила глотку нападавшему, плюясь ядом. – Надеюсь, остальные умнее. Не все приняли волю вождя, некоторые всё-таки не доверяли вампирам.       Но в этот момент обсидиановая статуя окуталась тёмно-фиолетовым маревом. Из неё зазвучал грозный голос с рычащим акцентом: – Мертвецы старой Европы… Вы пришли просить мира у тех, кто не знает войны, ибо мы – сама природа! Вы хотите жить, как люди, сохраняя свою жадность, но я вижу вас насквозь…       Беллатриса выступила вперёд, её Дар ищейки вошёл в резонанс с магией статуи. – Мы пришли не просить, – дерзко ответила она. – Мы хотим предложить сделку! Ваши когти и зубы могут ранить вампира, по силе и скорости мы тоже практически равны, но наши знания и влияние могут помочь вам стать королями континента. И мы готовы дать Людям-Леопардам доступ к сокровищнице Вольтерры, к знаниям и возможностям клана властителей вампиров. – В тебе говорит кровь жрецов, Беллатриса Вольтури. Твой муж – сталь, твой сын – яд, а ты – ключ. Подойди. Демон хочет знать, какова на вкус твоя преданность.       Беллатриса подошла вплотную к статуе, игнорируя предупреждающий рык и угрозы воинов племени. – Аро чтит древние традиции, но ему важен результат. Ваши люди умеют убивать, а мы можем повелевать и защищать.       Внезапно Беллатриса тоже окуталась фиолетовым пламенем, исходящим от статуи, после чего Демон дал вердикт, что в её речах нет лжи и коварства, все её мотивы идут от чистого сердца и вполне справедливы. А так как боги обычно не любят особо вмешиваться в дела смертных, не желают ограничивать свободу тех созданий, которые им поклоняются, то можно попробовать заключить сделку при условии, если это не будет использовано для нарушения баланса сил.       Так что вскоре согласие божества было получено, Вольтури теперь могли нанимать Людей-леопардов для защиты своих владений и интересов, при этом обеспечивали политическое прикрытие от магических министерств, оборотней и прочих, кто хочет получить их секреты без разрешения.       Вождь племени, конечно, тоже не остался в стороне, повелев устроить праздник в честь гостей. И на этом празднике им были вручены амулеты и рассказаны секреты составов для обращения. Люциус понимал, что это одно из самых главных завоеваний, позволяющее создать слуг, которые будут смертными, при этом обладают могуществом оборотней и эмпатической связью с ним и другими Вольтури, а это ещё больше укрепляло влияние Люциуса, как архитектора связей в клане.

Эпилог. Отпуск удался

      На террасе замка Беллатриса наблюдала, как Феликс создавал и тренировал новых гвардейцев. В её мыслях навсегда остался холодный отблеск обсидиановых глаз статуи Демона-Леопарда. Теперь она более – не слуга Тёмного Лорда и сражается не просто в гражданской войне волшебников, а за мировую Империю порядка, невидимый орден, который может бросить вызов любым волшебникам, оборотням или вампирам. Отпуск прошёл блестяще, поручение было выполнено! И откуда-то издали, будто подтверждая её мысли, послышался рёв леопарда. Это сулило начало нового плодотворного союза.