Ложь во спасение (от Леонарда)

Часть 2: Троп 3 недели: Внезапное разоблачение Персонаж длительное время хранит какой-то личный большой секрет. И, ввиду каких-то внезапных обстоятельств, он оказывается раскрыт.

***

      Леонард медленно спускался по лестнице на нижний этаж, где располагался отдел по производственным травмам. За ним с поникшим лицом шёл, словно на казнь, Чехов: с каждой ступенькой он становился всё бледнее, а душа уходила всё ниже в пятки.

«Чёрт, не нужно было трогать тонер… Теперь придётся как-то отмазываться, чтобы не попасть в его лапы… А если он узнает мой секрет, что я его боюсь? Прощай, наша дружба»

      Вместе они вошли через металлические двери и оказались в коридоре бежевого цвета, по обоим сторонам которого было по две двери. Паша прекрасно знал, что находится за этими дверями: это были кабинеты работников, в которых офисы совмещались с процедурными кабинетами.       В конце коридора было видно открытый зал для обсуждений с большим столом, маркерной доской, небольшим кабинетом, в которых проводили анализы крови за закрытыми дверями, а сбоку от большого стола для собраний располагалась небольшая кухня для обеда сотрудников отдела. Это помещение Паша тоже хорошо знал: в прошлом месяце он настраивал там интерактивную доску для удобства персонала. — Идём, я покажу тебе мой компьютер, — вернул его в реальность Лео и двинулся дальше по коридору. Ключом Леонард открыл свой кабинет, выполненный в мягком белом цвете, и они вошли внутрь. Внутри стоял еле уловимый запах лекарств и чего-то… Чужого. Чужого для айтишника, не особо жалующего такие места и людей типа Леонарда Маккоя. Конечно, за пределами стен отдела по производственным травмам, Леонард и Павел довольно часто общались, по большей части, конечно, благодаря общей дружбе со Скотти. Но Чехов, ещё с подросткового возраста испытывающий откровенный дискомфорт от различных медицинских манипуляций, старался избегать посещения отдела по производственным травмам без самой крайней необходимости. — Располагайся за моим столом, — Лео пропустил младшего в кабинет, словно кошку на новоселье. — Честно: не знаю, что я там нажал, но в какой-то момент экран просто загорелся синим и отключился, и каждый раз, когда я пытаюсь включить компьютер, он показывает какой-то странный текст и отключается снова. — Хорошо, я починю, не переживайте, — подошёл к рабочему столу руководителя отдела Павел. — Почему ты продолжаешь звать меня на «Вы»? Мы же до этого обговаривали — раз уж Джим хочет, чтобы мы все были друзьями, то давай звать друг друга на «ты». — Постоянно забываю, прости.       Пашка сел в удобное кресло, придвинулся к стационарному компьютеру и включил его. Маккой стоял рядом, положив одну руку на спинку кресла, а второй уперевшись о стол. Он на мгновение перевёл взгляд на перчатки, которые парень так и не удосужился снять, и сказал с небольшим упрёком: — Да сними ты уже перчатки, Чехов. Они же грязные, это негигиенично. — Я не трогал ничего грязного, не переживай. Сейчас быстро всё починю и вернусь обратно к Скотти. — И тебе так удобно? — Вполне.

«Кажется, этот мастер по компьютерам что-то от меня скрывает под своими перчатками… Иначе почему он их не снимает?»

      Парень быстро начал копаться в системе, вызвав парой нажатий командную строку и став анализировать все последние действия на этом компьютере. Решение нашлось за пару минут: Чехов запустил несколько процессов, чтобы вернуть последнюю сохранённую версию на компьютер. Он поднял глаза на сосредоточенного Леонарда и слегка улыбнулся: — Вот и всё. Осталось подождать минут десять, и, если нет других проблем, комп вернётся к своей последней сохранённой версии. Работать будет. — Что у тебя там под перчатками, Чехов? — Руки. — Смешно, определённо смешно, — Леонард обхватил одной рукой запястье правой руки айтишника, а второй стянул тканевую перчатку. К счастью для Чехова, на правой руке было практически не видно покраснений, поэтому Лео, оглядев руку со всех сторон, прищурился: — Ну и какой смысл тогда сидеть в перчатках, если у тебя всё нормально? — Просто не хочу их по сто раз снимать и надевать обратно. — Сними-ка левую перчатку, — вдруг скрестил руки на груди старший и начал внимательно изучать реакцию младшего на его, казалось бы, лёгкую просьбу. — Ты же видишь, что всё нормально с руками. — С правой, да, вижу. Снимай левую, пока я сам с тебя её не снял.       Паша, понимая, что у него уже нет выбора, начал очень медленно снимать перчатку, попутно ощущая на себе сканирующий взгляд Леонарда. И, конечно, стоило парню снять левую перчатку, руководителю отдела по производственным травмам открылся отличный вид на красную раздражённую кожу. Он подобрался к парнишке немного ближе, чтобы лучше разглядеть его красную от раздражения руку: — А это что? — Что? — повторил за ним светловолосый. — Не надо делать вид, что ты глупый, Паша. Что с твоей рукой? — Я просто сгорел на работе.

«Прошу, оцените мои попытки в юмор от одного до десяти…»

— А если серьёзно? — Да там… — Конкретнее? — уже серьёзнее спросил старший, не давая айтишнику соскочить с темы разговора. Парнишка тяжело вздохнул: — Мы чинили принтер, я достал руками сломанный картридж… И этот порошок… Он был на моих руках. — Тебе на руки высыпался тонер от картриджа и ты, вместо того, чтобы прийти сюда и просто попросить помощи, предпочёл надеть на уже раздражённую кожу перчатки, чтобы ухудшить ситуацию? — Что-то вроде, — пожал плечами айтишник. — Вставай, — позвал его за собой Маккой, отойдя от своего рабочего стола. — Зачем? Я ещё не закончил с твоим компьютером. — Не беси меня сейчас, Паша. Я просто поражаюсь твоей халатности по отношению к самому себе. Садись на стул и клади руки на столик. — Я их уже помыл, а покраснение потом пройдёт, — начал пытаться увильнуть Паша. Внутренне он уже понимал, что ему никуда не деться, но всё ещё принимал попытки отвертеться от внимания брюнета. — С каких пор ты кроме IT ещё занимаешься медициной? Вперёд, садись на стул, руки клади на стол ладонями вверх, я долго ждать не буду.       Парень, осознав свою беспомощность в сложившейся ситуации, всё же встал из-за компьютера, прошёл к части с процедурным столом и, сев на мягкий стул, положил свои пострадавшие руки на небольшой металлический столик.       Леонард уже потянулся к своему халату (который он был обязан надевать при любых видах осмотра и мед. манипуляций), как Чехов вдруг сказал ему: — Это необязательно: ты ведь не с официальными клиентами сейчас. — Предпочтёшь, чтобы я разделся? — взглянул на парня с приподнятыми бровями хозяин кабинета.

«Чёрт, он вообще слышал, что я ему сказал, или решил так поиздеваться надо мной?»

      И всё же, не нарушая протокол, Лео накинул свой халат, закатав рукава до локтей. Он, включив специальную кольцевидную лампу с большим увеличительным стеклом в центре, согнул её над столиком так, чтобы иметь возможность хорошо видеть руки Паши. Натягивая на руки перчатки, Леонард мельком взглянул на поникшего парнишку: — Я, как только разберусь с твоими руками, схожу и хорошенько отчитаю Скотти за халатное отношение к его рабочим обязанностям. Как можно быть руководителем отдела безопасности и технической службы, и не знать базовых правил обращения с различными химическими составами? — Он не виноват… — И не вздумай его защищать. Он не уследил за тобой, а значит, ему нужно прочитать лекцию по безопасности во время ремонтных работ… Тебе, кстати, тоже. Ты же вечно пропускаешь инструктажи из-за того, что работаешь удалённо. Айтишник еле заметно закивал, нервно сглатывая слюну. Маккой же, аккуратно обхватив руками обе ладони сотрудника, начал подносить их ближе к увеличительному стеклу и разглядывать со всех сторон под ярким светом лампы: — Когда тонер попал тебе на руки, что ты сделал дальше? — Пошёл к раковине и стал смывать краску холодной водой, потом мыл руки с мылом. — Какой же ты молодец: сделал всё для того, чтобы вызвать раздражение на коже. Лео перешёл к тонким пальцам парнишки и, рассмотрев их со всех углов, поднял глаза: — А теперь, пока ты тут сидишь, я объясню, что ты сделал не так. — И что же? — Абсолютно всё. Первое — если на руки попадает сухая химическая смесь, порошок, краска из тонера — её нужно сразу смахнуть сухой тканью, или щёткой, и не размазывать. Дальше нужно было промывать руку проточной холодной водой минимум двадцать минут и ничем не тереть её. Тогда бы тонер не впитался, а смылся потоком воды. И последнее, что ты сделал неправильно: начал чесать руку. Я вижу по следам на коже, что ты расчёсывал её с большим энтузиазмом, чего нельзя было делать ни в коем случае. — Понял, виноват. Извини. — Извиняйся перед самим собой, что не знаешь элементарную технику безопасности. Отпустив руки парнишки, брюнет начал копаться в маленьких ящиках под столиком и, пару секунд спустя, достал тюбик с какой-то мазью. Маккой выдавил на руку парню немного крема, и начал мягко его втирать: — Запоминай, как я это делаю. Дома будешь делать это самостоятельно два раза в день. Я отдам тебе этот тюбик, чтобы тебе не пришлось его искать по аптекам. — Хорошо, спасибо. — И не надо переживать: через пару дней, если не будешь трогать и чесать повреждённую кожу, всё пройдёт. — Я и не переживаю, — ответил негромко пострадавший. — Да, я вижу. И руки у тебя холодные потому, что ты не переживаешь, правильно я понял? — Они всегда такие. — Паша, если у тебя всегда руки холодные, то это уже тревожный звонок и повод сходить к врачу. Затем Лео открыл упаковку с бинтами и начал наносить повязку, обматывая повреждённый участок кожи: — Снимешь повязку сегодня вечером, нанесёшь крем… И не вздумай даже прикасаться к своей руке, если она начнёт зудеть! Иначе вместо мази я тебе дополнительно, в качестве бонуса за халатность по отношению к своему здоровью, проколю комплекс витаминов. Внутри парня всё похолодело, а кровь из рук и ног отлила окончательно, будто её кто-то намеренно выкачал: — Понял, не надо меня запугивать. Лео встал со своего места, что начал делать и айтишник. Старший тут же повернулся и пригрозил ему указательным пальцем: — Я тебя никуда не отпускал, Паша Чехов. И пока брюнет копался в шкафу с разными лекарствами, Паша начал чувствовать в голове какую-то подозрительную лёгкость. К несчастью, он знал, что это значит, так как проходил через такие ощущения уже не раз.

«Только не в обморок… Только не здесь и не с ним… Чёрт, вот я попал…»

Паша попытался встать, опираясь обеими руками на передвигающийся столик. Маккой обернулся на шум: — Кажется, в воспитательных целях мне всё же придётся прокапать тебе витамины. Чехов? Чехов! У парня ушла земля из-под ног, а зрение будто отключилось, показав хозяину чёрный экран вместо картинки. Павел Чехов потерял соединение со своим главным сервером.

***

      Чехов очнулся от массирующих движений на его голове: айтишник лежал на кушетке, а Маккой ватными дисками что-то втирал ему в виски. — Всё-таки упал? — вздохнул младший и прикрыл глаза, чувствуя стыд за то, что с ним случилось прямо на глазах у Маккоя. — Да, упал, — кивнул Лео. — И ещё так уверенно двинулся к выходу, будто за дверью тебе бы стало легче. — Мне нужен был свежий воздух. — А у меня в кабинете с открытым окном его недостаточно? — прищурился старший. Паша приподнял голову и заметил, что его рубашка была расстёгнута, обнажая ключицы, а галстук, который парнишка так важно носил в офисе, вообще лежал в стороне. — Зачем ты снял его с меня? — Чтобы тебе легче дышалось. Ты же сам сказал, что тебе нужен был свежий воздух, — Леонард отложил ватные диски и обхватил левое запястье коллеги, развернув свою правую руку с наручными часами, чтобы видеть бегущую секундную стрелку. — Да со мной всё нормально, Лео, — начал выкручивать руку из захвата младший. — Я вижу: сначала всеми силами скрывал свою руку от меня, теперь лежишь после обморока с пульсом за сотню. Ничего не хочешь рассказать, господин ятрофоб? — Я не ятр… — Да, я так и понял, можешь не продолжать, — отпустил его руку старший и встал со стула, снова направившись к шкафам с лекарствами.

«Попал я: теперь он ещё всем растреплет, что я, как ребёнок, падаю в обмороки от страха перед всякими медицинскими манипуляциями… Стыдно-то как…»

      Пашка присел на кушетку, оценивая все возможные пути побега и все возможные предлоги для того, чтобы незамедлительно покинуть стены этого отдела, но Леонард, не оборачиваясь, сказал: — Не вздумай: я всё вижу, Чехов. Паша заметил, что его самого, как и лицо Лео, хорошо видно через лёгкое отражение в дверцах стеклянного шкафа.

«Вот же цербер…»

      Брюнет выдавил какие-то таблетки из разных блистеров, закрыл шкаф, а затем вернулся, протянув сотруднику две таблетки и пластиковый стакан, наполненный холодной водой: — Пей. — Что это? — Антигистаминное, чтобы раздражение и жжение в руке быстрее прошли. И вторая, чтобы ты больше нигде случайно не упал в обморок. Уж лекарств-то ты не боишься?       Хмыкнув, айтишник взял таблетки, закинул их в рот и запил водой, изо всех сил стараясь унять дрожь в руках. Лео сел на стул рядом с ним: Чехов заметил, что на брюнете уже не было халата, а осталась только светлая рубашка с закатанными по локоть рукавами. — Почему нельзя было сразу сказать: эй, Лео, ты знаешь, я тебя очень сильно боюсь, поэтому не мог бы ты не доводить меня до обморока своими угрозами? — Я не думал, что это снова случится… — Так это не первый твой обморок? — Нет, не первый. — У меня была стажёрка, когда я ещё работал в клинике: так вот она от вида чужой крови постоянно падала в обмороки. Но она изо всех сил старалась бороться с этим страхом, поэтому специально спрашивала разрешения присутствовать на каждом процессе сдачи крови. Через неделю она уже научилась аккуратно отходить к кушетке и мягко на неё падала, когда снова чувствовала, что теряет сознание. Через месяц она перестала падать в обмороки и в итоге спокойно научилась сама брать кровь у людей. — И к чему тут эта история? — нахмурился Пашка, взяв в руки свой галстук и начав застёгивать рубашку. — Вместо того, чтобы убегать от того, что тебя пугает, лучше научись сталкиваться со страхом и бороться с ним. Тогда твой страх перестанет доводить тебя до обмороков. — И что, мне приходить сюда каждый день, чтобы снова падать на пол в течение месяца? — Нет, конечно, — усмехнулся старший. — Но если вдруг снова решишь натереть руки тонером, не жди, пока проблема решится самостоятельно. Я, может, и выгляжу угрожающе и постоянно на всех кричу… Но с тобой буду помягче, обещаю.

«Как-то это прозвучало… Двусмысленно…»

— Ладно, договорились, — кивнул парень, вернув галстук на его законное место. — Я проверю твой компьютер ещё раз, и пойду доделывать свои дела. А то Скотти просил помочь ему… — О нет, Паша, ты пойдёшь не один. Мы пойдём вместе. Мне как раз нужно отчитать Скотти за его несоблюдение правил техники безопасности. — Может, не надо? — Конечно надо. Если тебе уже лучше, то идём.

***

      Вечером, перед концом рабочего дня, Леонард и Скотти, по просьбе Джима, ещё раз прочитали всему коллективу лекцию по технике безопасности на рабочем месте. Большинство коллег, уже сотню раз слышавшие эти правила, сидели, погружённые в свои мысли. Паша сидел рядом с Хикару Сулу, подчинённым Кристофера в отделе продаж. — Так что, вы всё отремонтировали с Монтгомери? — шёпотом спросил Пашку брюнет. — Можно и так сказать: всё, что можно было поправить, поправили. — Слышал, у Маккоя опять были нелады с компом, и ты ходил к нему почти на час. Что у него там было? — Слишком много загрузок с сомнительных сайтов: всю операционку облепил какой-то дрянью. Сулу почти беззвучно засмеялся, чтобы не привлекать к себе внимания, а Паша лишь слегка улыбнулся. Завтра их ждала проверка, к которой они так бережно готовились весь день. Джим и Спок стояли рядом, и шёпотом что-то активно обсуждали, пока Паша думал о том, что случилось на нижнем этаже. Леонард теперь знал его секрет, как и Монтгомери.

«Скотти, зная его характер, никому не расскажет про мой страх… А вот Леонард… Будет ли он хранить этот секрет или через пару дней информация о том, как я рухнул у него в кабинете на пол, разлетится по обоим этажам? Посмотрим…»

***

      Проверка OSHA заставила всех работников взволнованно передвигаться по офису весь следующий день. Вечером, примерно за полчаса до конца рабочего дня компании, в кабинет к Джиму вошла девушка со слегка волнистыми тёмными волосами и прямой осанкой: — В ходе первичной проверки мы не выявили никаких неполадок, поздравляю, Джим. Через неделю мы пришлём вам на почту результаты измерения влажности и загрязнённости воздуха, а также соблюдения температурных норм и норм освещения на рабочих местах. До свидания, мистер Кирк. — И вам всего хорошего! Спасибо, что всё так тщательно проверили. До свидания! Стоило девушке выйти из кабинета и скрыться из вида директора, Джим радостно подпрыгнул и со всё ещё слегка трясущимися руками написал сообщение в чат: «СРОЧНОЕ СОБРАНИЕ В ЗАЛЕ ПРЯМО СЕЙЧАС! КТО НЕ ПРИДЁТ — ТОМУ ВЫГОВОР!»

***

      Джим с большой и нескрываемой радостью рассказал всем собравшимся в том же зале работникам, как девушка из инспекции уведомила его об успешном прохождении первичной и основной проверки. — Именно поэтому я поздравляю всех нас с успешной проверкой от OSHA. Вы отлично потрудились, молодцы! — начал хлопать всем собравшимся в зале сотрудникам директор. — Поэтому сегодня можете уйти немного раньше. Возвращайте на свои столы всё, что не должно на них стоять. Свободны, дамы и господа. В ответ сотрудники похлопали своему директору Кирку, и с радостными лицами начали расходиться по своим рабочим местам.       Чехов, стоило ему выйти из зала, тут же был пойман Скотти, который снова оттащил его в сторону: — Эй, Паша, мы тут с Леонардом хотим сходить в один бар, отпраздновать наш успех. Присоединишься к нам? Рядом с Монтгомери стоял с улыбкой Маккой и смотрел мягкими глазами на айтишника. — Только я алкоголь не пью, — ответил смущённо младший. — Мы найдём для тебя что-нибудь безалкогольное, не парься, — заулыбался Скотт и, хлопнув парнишку по плечу, пошёл в сторону своего кабинета. — Через двадцать минут около главного входа. Не опаздывай! Леонард и Паша остались стоять друг напротив друга: один — дико смущаясь, а другой всеми силами пытаясь его не пугать своим внешним видом. — Если ты переживаешь за свою тайну, то не волнуйся: она не выйдет за пределы моего кабинета, — опередил Чехова старший и протянул руку в дружественном жесте. — Просто расслабься и давай продолжим дружить так, как мы дружили до этого. Согласен? Паша сразу же согласно закивал и пожал старшему руку: — Согласен. — А руки и правда холодные. Тебе нужно что-то делать с этим, серьёзно.

***

      Они втроём сидели в баре: на фоне играла громкая музыка, а за другими столами располагались компании отдыхающих работяг, а также группы молодых людей, пришедших выпить и просто расслабиться. Весь этот гвалт, расслабленная атмосфера и запах алкоголя действовали на Пашу успокаивающе. Он сидел между Скотти и Леонардом, даже не пытаясь вникнуть в их разгорячённый спор. — Я ведь прав, а, Чехов? — вдруг начал тормошить Пашку за рукав ветровки инженер. — А о чём вы вообще спорили? — честно спросил айтишник. — Да ты посмотри на него: он где-то плавает на своей волне вообще, — рассмеялся Скотт и вздохнул. — Эх ты, Паша… Собеседник из тебя так себе!       Спор продолжился, а Чехов не переставал думать о своей небольшой фобии, которая, пусть и так неудачно, но раскрылась перед тем самым человеком, которого Павел так сильно избегал. Избегал раньше. Сейчас же эти двое сотрудников их компании, которые, хоть и несерьёзно, но разгорячённо спорили об очередной глупости, дарили Пашке спокойствие и уверенность в том, что маленькая тайна молодого сотрудника и мастера по компьютерам останется между ними троими.