Мельница судеб. Если бы не ты.

Pov. Костя. А начиналось все как в сказке... Знаете какой? "Принц и нищий" -- ни больше ни меньше. Нет, мы с Ваней совсем не похожи, и никто не собирался нас менять местами, чтобы чему-то принца научить, или для чего там это все затевалось, я не в курсе, честно. Я парень простой, даже более чем, живу в детдоме, и у нас здесь даже доброй нянечки не нашлось, которая нам могла бы сказки читать, так что всё, что с ними связано, прошло мимо меня. Но про "Принца и нищего" я в курсе, уж не помню даже откуда, и мы с Ванькой, прямо, их живое воплощение, и это не преувеличение. Он -- красивый, богатый, из очень и очень приличной семьи, и шепоток: "Ох, ты ж, принца какого Сонечка вырастила!" -- можно услышать ему вслед регулярно. А я... Вот что обо мне сказать? А нечего. Совсем. Я Костя, мне семнадцать, живу в детдоме, ни кола ни двора за душой, нищий в самом натуральном, каноническом понимании этого слова. У меня нет ничего... Вот совсем... Только горячее сердце и душа в которой давно, уже три года живёт любовь к тому, кто на меня никогда и не посмотрит. Его судьба другая ждёт, яркая, полная радостей и сюрпризов, в ней мне места нет. Он сейчас школу ,закончит, поступит в универ, там соула своего встретит, какую нибудь красотку нереальную, и все у него в жизни как надо будет, правильно. Наверняка, ему принцесса какая-нибудь предназначена, прямо вижу ее: такую всю модельную, с кудрями золотыми и глазами огромными голубыми, как небо. Вот такая спутница жизни ему подходит, не то что, прости Господи, я. Я очень благодарен всем богам, что когда-то, очень давно, почти пять лет назад, на фестивале "Однажды в сказке" мы с ним пересеклись. Это судьбоносное событие навсегда изменило мою жизнь, и я обрел друга, настоящего, самого близкого, за которого жизнь отдать могу, вот только через год где-то нашего общения я понял, что вовсе он мне не друг, а гораздо больше. Ну, это я точнее видел в нем гораздо больше, чем просто друга, а вот Ваня ничего не замечал или, может, не хотел замечать. -- Ты чего сидишь с таким охренелым видом, -- тихо спросил у меня сосед по парте Илья, -- включись в процесс хоть немного, прошу тебя, пока не нарвался на неприятности. За километр ведь видно, что ты ничего не слушаешь. -- Да не до того мне, -- отмахнулся я, -- у меня проблема. -- Что случилось? Илья мгновенно насторожился, он меня знает, про мое отношение к учебе легенды в детдоме ходят. Я, наверное, единственный, кто заинтересован получить в этой помойке все знания, которые мне смогут дать. Я не хочу после выпуска оказаться в шараге, моя цель -- медицинский, хоть все с третьего класса и убеждают меня, что ничего не получится, мол, не по себе сани выбрал. А мне все равно, я к своей цели иду и наплевать мне на мнение окружающих. Зная это, Илья вполне имел право удивиться, услышав, что мне не до учебы. Это действительно было странно. -- Ванька меня на ночёвку пригласил, - пояснил я, -- Сонечка на конференцию в Питер уехала, лекции какие-то читать, Ваньке страшно одному. Вот теперь думаю, как свалить. Училке позвонили и она унеслась, взметнув юбкой, теперь мы могли спокойно пообщаться. -- Слушай, зачем тебе это? -- прямо спросил Илья. -- Ты же себе душу рвешь напрасно, а ему пофиг на все. Он просто играет с тобой, Кость, тебе это зачем? Расстаться вам пора да и все, так правильнее будет, ты же сам это понимаешь. Да я-то понимал, конечно, головой, а вот сердце с этим категорически соглашаться не хотело. -- Вот зачем он тебя на ночёвку пригласил, -- продолжал кипятиться Илья, -- нормальных друзей для этого не нашел, домашних? Ведь если ты сейчас свалишь, это месяц карцера, как минимум, а год только начался. Кучу всего пропустишь, да и на стол пыточный ложиться -- то ещё удовольствие. Ну вот оно тебе надо? Я все понимал, но для себя уже решил: плевать на всё -- и на реакцию окружающих, и на последствия. Я прилечу к Ваньке, как только он попросит, и останусь до утра, по-любому. Он -- самое дорогое, что у меня есть, и лишаться частички этих отношений, любого мгновения рядом с ним, я не собираюсь. Илья недовольно засопел, но промолчал, потому что знал -- меня отговаривать бесполезно. Если я что решил -- всенепременно сделаю. Но я решил взять себя в руки и включился в процесс, до вечера ещё надо было дожить. И у меня это получилось, кстати, Наталья Дмитриевна, вернувшись, ничего не заметила. Ровно в девять, я, одетый в темные широкие спортивки и худи с капюшоном тихо выскользнул из окна и замер в ужасе. Черт, администрация опять выпустила на территорию собак! Но как, почему без предупреждения? Суки, они же права не имеют. Всё, сейчас из тумана вырулит огромная овчарка и мне хана. На директора периодически находило и он собак из вольеров выпускал, непонятно, правда, зачем: сбегать отсюда давно уже никто не пытается, себе дороже. Это я вот только иногда позволяю себе самоволку, да и то ненадолго. Блядь, как же не вовремя! И что теперь делать, назад возвращаться? Неожиданно я почувствовал какое-то слабое шевеление под ногами, опустил глаза и охуел. Что? Под ногами моими перекатывался самый натуральный путеводный клубок, честное слово. Он маячил передо мной, то скатываясь в туман, то возвращаясь, и явно хотел, чтобы я пошел за ним. Как такое возможно? Я что сошел с ума или в сказку попал? Но разбираться было некогда, и я, чувствуя себя натуральным Иванушкой - дурачком, смело пошел сквозь туман за клубком. Ох, что делаю, сейчас прям на собак нарвусь, судя по лаю, они уже совсем близко. Клубок уверенно катился впереди, я шел за ним след в след, а стена тумана скрывала нас от собак. Порой я слышал их хриплое дыхание буквально в паре сантиметров от себя, но они почему-то нами не интересовались. Ну, точно сказка какая-то! К дыре в заборе, через которую я каждый раз вполне себе успешно ускользаю на волю, мы пришли довольно быстро. Здесь туман уже не был таким густым, и я вдруг понял, что это никакой не клубок, а просто толстенький серый котенок. Ну что ж, заберу его с собой; Сонечка любит животных, вот и это сказочное создание будет холить и лелеять. Ведь то, что он -- котенок, сказочности нашего дефиле сквозь туман не отменяет. То, что мы смогли от собак улизнуть -- чудо реальное и всё тут. Минут через десять я уже сидел на кухне у Вани, смотрел на него, и в душе моей все переворачивалось. Когда я с ним, я чувствую себя как в песне "Если бы не ты", моей любимой, кстати. "А ты гордой птицей улетала от меня, А я как дурак смотрел и представлял, Что когда-то уже точно станешь ты моя... " Вот так и у нас дела сейчас обстоят... Ванька мне с воодушевлением про свою очередную девчонку рассказывает, а я... А я, сука представляю, как хорошо нам жилось бы вместе, я б всегда хранил его сон, давал поспать вдосталь, пироги бы ему утром пёк, правда-правда! Он что-то рассказывал, а я смотрел на него и вдруг спросил: -- Вань, а почему ты меня всегда на ночёвки приглашаешь? У тебя ведь друзей море, но никого из них ты никогда не приглашаешь к себе... Почему? Ты вот сейчас меня даже с котёнком безродным впустил, почему? Из жалости? Ванька внезапно замолчал, не решаясь поднять на меня глаза. -- Дело вовсе не в жалости, -- прошептал он. -- Я приглашаю тебя к себе, потому что лишь с тобой становлюсь живым. С тобой я могу мечтать, понимаешь? Если бы не ты, я бы давно перестал мечтать, навсегда прекратил бы! Я не понимал. Что значит, он лишь со мной может мечтать? Как мечты и я вообще могут быть связаны? Он что, обо мне мечтает? -- Я и сам не знаю, как тебе объяснить понятней, -- ещё больше смутился Ваня.-- Знаешь, в последнее время я стал замечать, что ты для меня не просто друг. Я с тобой совсем другой, не такой как с другими, чувствую себя совсем иначе. Ты больше не просто друг, и я ничего не могу с этим поделать. Мне кажется, я люблю тебя, Кость. Давно. Но признаться не решался, ты ж у нас весь такой неприступный. -- Что? -- у меня аж глаз дёрнулся, кто неприступный, я? Вот уж реально, нежданчик. -- Вань, ты в своем уме, -- прямо спросил я, -- какой я, нахрен, неприступный, с чего, блядь, ты так решил? - Ну, ты ж грузин, а значит стопроцентный натурал, ты ж сам говорил, что у вас однополая любовь невозможна вообще никак. А ты у нас мальчик правильный, традиции чтишь. Я не мог больше слушать этот бред, правда, не мог. Мне плевать было сейчас на условности, традиции, чье-то мнение, вообще на все. В голове звучало лишь Ванькино: "Если бы не ты, я бы давно перестал мечтать... " -- Понимаешь, -- запальчиво заявил Ванька, не замечая мое состояние, -- я старался убедить себя в том, что это бред, честно старался. Я даже пытался найти тебя в других, специально встречался со всеми подряд, что бы ещё рядом с кем-нибудь почувствовать то же самое, что и с тобой. Но ничего не получалось. А с тобой... Я так и не смог тебя удержать, я же вижу, ты в последнее время постоянно сторонишься меня, тебе неприятно мое внимание... Речь его становилась все более и более сбивчивой, и я не выдержал. Просто подошёл и поцеловал, жадно, присваивая, как голодный. В этот момент что-то в моем сознании сдвинулось. Было такое ощущение, что после долгих скитаний среди жарких песков я вышел к оазису и сейчас я пью свежую, прохладную воду. И понимал, что я здесь навсегда... Что это мой дом, и я остаюсь. Ваня мне отвечал с таким же пылом, так же жадно и бешено. Я не помню, что было потом, вроде он схватил меня за руку и потянул в спальню. Помню лишь его глаза и руки, такие мягкие и нежные... А потом была боль, резкая и такая сильная, она отрезвила меня на секунду, но потом стало плевать. Я не стал размышлять, что же это было, почему спина в области левой лопатки сейчас горит огнем, просто не обращал на это внимание, продолжал целовать Ваню и изучать его тело. Эти робкие ласки, нежные, словно извиняющиеся поцелуи, неведомые касания... Боже, как же мне было хорошо в этот момент. Привел меня в себя протяжный стон Вани. -- Блин, спина, -- пробормотал он. -- Что случилось то, Кость? Хотелось бы мне самому знать... Только сейчас я почувствовал, что и моя спина болит, да ещё и как... Но сначала Ванька, его безопасность для меня прежде всего. Я аккуратно развернул его на живот и... Осознание пришло резко, меня будто обухом по голове ударило. На спине моего маленького четко горело крохотное, но очень явственное тату. К и И, переплетённые затейливой вязью. Боже!!! Это что, получается, Ваня мой соул? Да это возможно разве? Мы ж не в сказке! Ванька, конечно, принц, но я-то далеко не Золушка! Хотя... Если честно, в сказку я уже попал, как ещё объяснить, что я лежу с Ваней в постели и вижу на его спине знак соулмейта... Но очень скоро придет рассвет, и мне придется свалить из дворца, теряя туфли, чтобы успеть на трамвай, иначе сам в тыкву превращусь, если воспитатели мое отсутствие на зарядке заметят. Такое вот переосмысление старой сказки получится. Только вот этого не будет. Я Ваньку теперь не оставлю. В детдом возвращаться не вариант: директор наш -- редкий гомофоб, то, что я провел ночь с парнем поймет мгновенно, и после этого проживу я недолго. Устроит мне примерно то же самое, что злая мачеха Золушке. Не, на такие эксперименты я, черт возьми, не готов. Ваня опять протяжно простонал, а я вдруг на себя разозлился. Вот я тварь, ему ж, блядь, больно, а я тут на себя туфельки хрустальные примеряю. Я нежно поцеловал знак и опять услышал стон, вот только это уже был стон восторга. -- Теперь не болит, -- сказал Ваня, изящно выгибаясь. -- А что это, черт возьми, было? -- Мы с тобой соулы, солнце, и у нас проявились знаки, -- просто сказал я, получив в ответ вопль восторга. Ванька резко развернувшись прыгнул на меня припечатал к кровати и... Все, больше я точно ничего не помню, лишь боль, смешанную с наслаждением и бесконечное, давно забытое чувство счастья. "Как же хорошо, что я нашел тебя, --думал я, глядя в начинающее светлеть окно, -- ведь если бы не ты..." Ваня сейчас спит, а я думаю о том, что произойдёт со мной в ближайшем будущем, ведь в детдом я теперь точно не вернусь, и мамы, которая будет меня любить и оказывать материальную поддержку, тоже нет. Наверное, придется устроиться на мельницу, коих в городе полно, там для любого непременно найдется место, если ты молодой и сильный, и документов никто не спросит: среди работников полно мигрантов и нелегалов всех мастей. Что ж, наверное, так и поступлю. Главное, что сказка в нашу жизнь уже пришла: принц нашел свою Золушку, ну а то, что Золушке придется немного поработать грузчиком совсем не важно, верно ведь?