Два дракона

Он позвал ее в небо, и она поднялась, Стала мигом почти невесомой… он чувствовал с ней Неразрывная связь — Из ведущего стал вдруг ведомым. Айре и Саруман «Два дракона» Отсюда, с площадки на вершине Пика Драконов, проплывающие облака казались хлопьями взбитых сливок. Ну или сахарной ваты. Странное лакомство, но юным дракончикам, еще не вставшим на крыло, нравилось. Я шумно вздохнул и положил голову на сложенные передние лапы, наблюдая за облаками и сквозь окошечки в них рассматривая наши земли. Пустыня. Редкие кривоватые деревца кажутся трещинками на терракотовой черепице. А вон вдали отдает лазурной эмалью внутреннее море. Над ним носятся бронзовые крылатые. Наверняка ловят рыбу. В другой стороне из изумрудных крон леса поднимается горная цепь. И то и дело меж скал сверкают серебристые молнии — тоже крылатые. Наш мир юный. Он сам ещё похож на драконенка, не совсем понимающего зачем ему хвост. Да и я не старше. Я очень молодой бог. Как и мой партнёр — Алый. У нас ещё даже нет имен. Мать сказала, что мы должны выбрать их сами. Мы с Алым — противоположны. И дело не только в цвете чешуи. Он — воплощения Хаоса, я — Порядка. Мы должны хранить баланс в этом мире, а затем, когда научимся, и во всех мирах Перекрестка. Только это, наверное, нескоро. Я скользнул взглядом вдоль линии горизонта. Туда, где над действующими вулканами поднимались клубы жирного черного дыма. Алый опять там, я чувствую. И вот как, спрашивается, работать с ним в команде, если его постоянно нет? А ведь сегодня нас должна навестить мать! Я потянулся и расправил крылья. Потоптался на месте и снова лёг. Нет, сегодня я за ним не полечу. И вообще не особо-то я люблю летать. Мне больше нравится наблюдать за миром отсюда. Или из моей библиотеки. Алый смеётся, говорит — это скучно. Ну да. Зато купаться в вулкане — весело. Я фыркнул. Однажды он уговорил меня попробовать. Мне не понравилось. Ещё и чешую потом чистить. Я расправил крыло и изогнул шею, рассматривая его. Почти чистая белизна с мягким металлическим блеском. Этот металл называется платина, так сказала Мать. Его жилы встречались в наших горах. Если бы в секторе жил кто-то кроме драконов, они бы начали разработки. Но нам это было не нужно. Вернее… я замечал, что некоторые молодые драконы, возвращаясь из путешествий по мирам приносили с собой изделия смертных и условно бессмертных. И называли их сокровищами. Украшали ими свои дома. Странные… Я вновь уложил голову на лапы. Солнце минуло зенит и рисунок теней на далекой земле изменился. Я прикрыл веки. И в тот же миг ощутил теплое касание. Словно невидимая рука коснулась морды, погладила между крыльев. — Здравствуй, сынок… — голос ласковый, родной. Я вскинулся, сразу меняя форму на ту, что ближе к ней. Неловко покачнулся, раскинув руки. Всё же, стоять на двух ногах не очень удобно. Она тихо рассмеялась, встряхнула волосами цвета моей чешуи и шагнула ко мне. Положила руки на плечи, помогая сохранить равновесие. — Здравствуй, Мама, — улыбнулся я, и склонил голову, касаясь её лба своим. — Я ждал тебя. Прости, ещё не привык к этой форме. Кажется, мне проще обращаться в птиц и зверей, чем в эльфов. — У тебя уже хорошо получается, милый. Ты быстро учишься. Скажи, а где Хаос? — Он… эм… снова изучает вулканы, — осторожно ответил я. Мать покачала головой и усмехнулась. — Ты хочешь сказать, он провоцирует извержение и купается в лаве. Знаешь, думаю тебе нужен другой помощник. Хаос, кажется, слишком увлекается… — Но мама, он не плохой! — возразил я. — Просто… — Да, милый. Просто ему слишком скучно и тесно здесь. А тебе наоборот больше нравится созерцать и присматривать за своим народом издалека. Это ничего. Давай позовём его, кажется, я знаю как помочь вам двоим. Я осторожно кивнул и отступил на один шаг. Она подняла руки над головой и за её спиной развернулись сияющие бело-золотые крылья. Не такие как у драконов, ее были покрыты перьями, как у птиц. А затем я ощутил зов. Она звала не только Алого, она звала каждого обитателя сектора. И каждый откликнулся. Воздух наполнился свистом и хлопками крыльев. Один за другим драконы опускались на площадку и меняли форму. Послышались перешептывания: Мама редко собирала всех. Наконец, гигантская тень на несколько мгновений закрыла солнце и на площадку опустился огненный вихрь. Иначе и не скажешь. Рыжие волосы Алого растрепаны, одежда в полном беспорядке и местами тлеет. Он с хохотом подхватил Маму на руки, покружил и поставил на место. — Здравствуй, Мама! А я и забыл что ты должна была навестить нас сегодня! Я так рад тебя видеть! — Вижу, сынок, — улыбнулась она и легонько похлопала его по плечу и шагнула к центру площадки. — Тебе нужно больше свободы… Поэтому я придумала тебе сестричку. — Что? — он непонимающе хлопнул глазами, провожая Мать взглядом. — Дети! — обратилась она ко всем нам. — Поприветствуйте рождение Всецветной драконицы! Отныне она станет помогать вам и направлять вас. Взмах сияющих крыльев и прямо перед ней словно из воздуха соткалось драконье яйцо. Прежде я никогда не видел таких. Оно… если бы радуга могла сиять на ночном небе, наверное, она бы выглядела именно так. Вдруг все звуки исчезли. И в этой тишине прозвучал треск. Яйцо раскололось и из него показалась изящная вытянутая мордочка. Новорожденная драконица распахнула глаза и мир покачнулся. Они были полностью черными, глубокими, бездонными. И, кажется, я тонул в них. Всё вдруг показалось неважным. — Эй, ты чего завис? — Алый толкнул меня в плечо. — А? — я моргнул и наваждение спало. Вернулись звуки. Щебет новорожденной драконицы перебивали приветственные выкрики и пожелания счастья, ветра в крыльях и огня в сердце. — Ты так смотрел на мою сеструху, приятель! — хохотнул Алый. — И совсем не реагировал, когда я тебя звал. — Просто… я никогда не видел таких драконов. Она ведь не чёрная, а действительно всецветная, — пояснил я. — Ну-ну, — ухмыльнулся Алый. — Мало ли чудес на свете! Сидя в своей библиотеке, ты рискуешь пропустить их все! Я отмахнулся. Чудес мне вполне хватало, ведь на полках моей библиотеке появлялись копии всех книг, что создавали в других мирах. *** Время — очень странная вещь. Иногда час заката длится целую вечность. Падение капли с края листочка в траву растягивается на тысячелетие, а иногда столетия проходят со скоростью одного вдоха. Всецветная драконица росла быстро, уже через полтора столетия научилась разговаривать, а затем и менять форму. И неожиданно оказалось, что у нас довольно много общего. Она тоже любила книги. И шахматы. Мы часто засиживались в библиотеке играя или читая друг другу вслух по очереди. А вот увлечений Алого она не разделяла. Может быть, потому что летать у неё пока не очень получалось. К тому же, он всё чаще и всё на дольше покидал наш родной сектор, исследуя Бездну и другие миры. Возвращался всегда неожиданно, огненным вихрем врываясь в покой замка на Пике Драконов. Хохотал, трепал по крылышкам драконят и притаскивал с собой целую кучу диковинок. Я с удивлением заметил, что перестал чувствовать и его отсутствие, и его приближение. Он всё ещё был важен. Но больше не был необходим. А вот тихие вечера в библиотеке… Свою жизнь без них я больше представить не мог. Стало страшно… А что, если это закончится? Что если она развернет однажды крылья и тоже устремиться вслед за ветром? Оказывается… я был так одинок, до её появления. Но совсем не замечал этого. Нужно было что-то… я провел пальцем по корешку новой книги. Она появилась совсем недавно и в ней была история о драконах. О парном полёте, ставшим для людей символом жизни и смерти. И я решил. На рассвете следующего дня я привел её на площадку на вершине Пика драконов. — Ровно две сотни лет назад ты родилась на этом самом месте. И сегодня я хочу дать тебе имя, если ты не против, — слова дались с трудом и произнеся их, я смущенно замолчал. Она коснулась моей руки. И я ощутил покалывание в кончиках пальцев. Захотелось переплести их с её пальчиками. — Я буду рада, если ты дашь мне имя. И позволишь дать имя тебе. Снова этот бездонный взгляд черных глаз. И нежная улыбка. Вдруг стало так тепло. Не так, как от касания Матери. Тепло родилось в груди и разлилось по телу. — Я назову тебя Тиамат, — произнёс я с улыбкой. — А я назову тебя Багамут, — ответила она, глядя мне в глаза. И мне захотелось развернуть крылья и почувствовать ветер в них. Разделить его с ней. Я склонился, касаясь её лба своим. Затем легонько коснулся губами линии роста волос. Отступил на шаг и сменил форму. — Пойдём, Тиамат, пойдём в небо, —позвал я. Она мягко рассмеялась и тоже перетекла в крылатую форму. И она была прекрасна. А развернул крылья, оттолкнулся лапами от края площадки и взмыл в небо. А через секунду услышал её мелодичный смех. Она догнала и обогнала меня. А она возносилась стрелой в небеса За собой его чувствуя силу. И так ярко азартом горели глаза, А его улыбались ей в спину. Он держал её взглядом, над бездной держал И боялся, что вдруг потеряет. Он так много побед на Земле одержал Но не знал, что любовь покоряет.