Букет незабудок

Возникало ли когда-нибудь у вас внезапно чувство слежки? Сидишь дома один, разговариваешь по телефону с другом/подругой. Зимний вечер, седьмой этаж. Снежинки крупными хлопьями пролетают за стеклом. Абсолютная тишина вокруг. Одиночество будет с тобой еще долго. Только ты и твой друг, живущий далеко в другом городе. Вы разговаривайте с ним непринужденно, смеётесь над вашими с ним шутками, паралельно заваривая себе чай и нарезая бутерброды. Но во время вашего разговора, атмосфера в вашем доме меняется. Вы замолкайте, начиная стеклянным взглядом смотреть в темный коридор. Вам кажется что в той темноте стоит что-то и наблюдает. Ваш друг беспокоиться и спрашивает все ли нормально. Спрашивает не сразу и этого времени хватает что бы чувство взгляда на вас, то чувство наблюдения, стало лишь сильнее. Отмазываясь ему что все хорошо, вы говорите что сильно устали и, попрощавшись, сбрасывайте звонок. Вы знайте что квартира пуста и кроме вас в ней быть не должно но... Вы отбрасывайте наваждение и, быстро сполоснув кружку, идете в свою комнату, проходя через этот коридор, но в дверном преме в момент вы останавливайтесь, опять зависая на месте. Если на кухне этот взгляд на вас был точечным, то сейчас вам кажется что на вас смотрят уже отовсюду. Этот взгляд тяжелый он заставляет вас сжаться под ним. Вы чувствуйте себя неуютно так и оставаясь стоять в дверном проеме...

***

Лололошка и Райя спокойно дошли до дома и весь оставшийся день девочка учила Ло читать. Это могло показаться смешным ведь она и сама знала не много, но читать она училась еще в шесть и в десять уже могла спокойно читать книги, что давала ей бабушка. Она давала ей в основном алхимию или записи про травы, которые были написаны ее же рукой. Писать сама девочка умела плохо и почерк был кривым и несуразным, какие-то буквы сливались воедино а какие-то были обведены и по нескольку раз и это сильно огорчало ее. Позднее, ближе к ночи, они съели по кусочку хлеба с водой и, под причитания бабки о режиме сна, легли спать. Сон у Лололошки сегодня был неспокойным. Всю ночь ему казалось что за ним наблюдают. Во сне он бежал по темному, густому лесу. Деревья были мрачными, почти черными и стояли так близко друг к другу что Лололошке то и дело приходилось петлять между ними. Но сколько бы он не бежал, как сильно не старался путать преследователя, казалось что он от него ниразу не отстал, а только становился все ближе и ближе. В голове набатом пульсировал дикий животный страх. Он сжимал в тиски, затрудняя дыхание и застелая глаза мутной пеленой. Внезапно, земля под ногами обрывается и он чувствует что уже не бежит, а падает в огромную черную пустоту. Сердце в груди громко екает, а тело напрягается приготовясь к возможному удару и закрывая глаза. Мысленно Рома старается приготовить себя к болезненному удару, но следующее что он чувствует это мягкое соприкосновение с твердой поверхностью и легкий толчек в спину заставляющий его перевернуться. Глаза по прежнему закрыты, но на подкорке сознания, как будто сквозь воду, Лололошка слышит приятно-знакомый голос... Джона!? --- Привет, симпампусик. Как дела? --- Его голос что как обычно был наполнен язвительностью и звучал непосредственно, но в нем просачивалось и что-то еще. Сейчас в нем были нотки усталости он был каким-то сдавленным и можно сказать... печальным? В последний раз он слышал его таким когда их с Джоном мать погибла... Как бы Лололошка сейчас не хотел открыть глаза он чувствовал что не может. Услышав только начало фразы, сердце Ло тронулось в волнительном трепете. Но, к досаде, его веки будто склеили скотчем и вдобавок положили на них тяжелые гири. --- Знаю, ты мне сейчас не ответишь, но надеюсь, ты меня услышишь. --- На секунду, в монологе Хариса повисла тишина. Говорящему было сложно собраться с мыслями и начать свою речь. Как давно Лололошка не слышал этого голоса? Ему очень сильно хотелось просто встать и обнять его обладателя сказать как же сильно он скучал, но все его тело будто придавливал огромный тяжкий груз. Наконец Джон продолжил. --- Прости.. прости меня пожалуйста... я.. я знаю, я был не самым лучшим братом, знаю что в такой тяжелый момент я должен был быть рядом с тобой и... --- голос звучал более подавленно, местами даже подрагивая. --- Я... я не хотел этого! Я думал это невозможно.. --- он явно был чем-то шокирован, но этот шок был тихим и даже казалось обреченным. Лололошка не понимал. О чем говорит Джон? Что именно невозможно? --- Когда я пришел к тебе, мне сказали что пациент "уснул". Я тогда не поверил пока мне не показали тело. Твоя метка. Ее просто не было! Затем я посмотрел на свою и знаешь.. она все еще оставалась! Но правда была немного бледной и едва ли отзывалась на мои призывы. Я настоял на том, что бы мы подождали хотя бы еще месяц, тебя сейчас переложили в другую палату, врачи делают все что могут, но метка... Лололошка, метка продолжает тускнеть! Пожалуйста я-я знаю, я просто мудак, мне нужно было придти к тебе раньше я- Слова Джона вмиг обрываются, опуская его обратно в тишину. В голове просто рой вопросов. Что это значит? Метка Джона сереет? Что черт возьми происходит!? Последний вопрос, пожалуй, преследует юношу с самого его появления в другом мире. Все происходящее ему напоминало типичное аниме с попадением человека, у которого все идет по пизде, из реального в мира, в мир магии где он потом становится всемогущим, всесильным существом. Вот только Лололошка совсем не герой. У него все было прекрасно! У него были Окетра, Райя, Эграсса, Джон... Он не хочет их терять! Да тот же самый Джозеф! Они все! Все ему дороги... постепенно, твердая опора под ним стала проваливаться, а вместе с ней и сам Ло. Он пытался хоть за что-то ухватиться в отчайнии протягивая руки вперед, но все чего бы он не коснулся моментально обламывалось, уходя вниз вместе с ним. Резкий вдох вновь вернул его в реальность. Сердце в бешенном ритме отбивало чечётку чуть ли не выпрыгивая из груди. В доме, не смотря на открытые ставни, было еще темно. Вокруг Лололошки были все те же стол, сундук и печь на которой мирно и безмятежно посапывала Райя. За окнами было темно. Только луна отстраненно освещала холодную землю как жестокий правитель, не отдавая ни капли своего снисхождения и тепла в сторону подданных. Где-то под окном стрекотали кузнечики, на утро прячась в высокой траве, ветер на удивление молчал, лишь иногда посвистывая где-то в дали. Звуки чего-то живого и настоящего, спустя время, успокоили бешенно колотящееся сердце. Мирное сопение девочки согревало душу и лишь усиливало желание защитить ее. Сон долетал до него лишь обрывками, оставляя моменты только с особо сильными волнениями. Ло уже давно принял сидячее положение, бездумно уставившись в потолок. Весь сон сейчас ему казался слишком реальным. Может ли быть такое что сейчас Джон пытается разбудить его и все это всего лишь его фантазия. Голова Ло медленно опустилась вниз, одаривая взглядом уже всю комнату. Что сейчас с меткой Джона? Если его метка исчезла и на ее месте появилась другая, не значит ли это что они с Джоном больше не соулы? Думаю Джон был бы рад, узнав что они больше не являются таковыми. До появления метки, они с Джоном были просто не разлей вода. Они постоянно были вместе. Везде! Родители могли не беспокоиться если видели только одного. Они знали что если на месте был один, то рядом где-то и второй. Все было прекрасно в памяти еще совсем маленького Ло, пока не появились метки... Это произошло в выходной день, утром. Лололошка еще даже не успел рассмотреть свою метку, с радостными вскриками подбежав к кровати Хариса. Джон был не в восторге от того что его так бестактно разбудили, но узнав причину столь активного поведения младшего, заинтересованно смотрел на Ло. Она была не большой и красиво отсвечивала на свету голубым светом. В глазах мельтешащего перед Джоном мальчишки, светились маленькие звезды счастья. Он был просто в восторге! Этот день надолго отпечатался в памяти юнного Ромы. На его запястье красовалась яркая голубая звезда, до больного похожая на метку Джона... Ее вид быстро стер улыбку с лица старшего. Он грубо схватил его за руку, проверяя злосчастный рисунок на подлинность. Четырех конечная звезда не стиралась, оставаясь столь же яркой как и у Джона. Насмотревшись, JDH тут же с омерзением отпрянул от Ло, говоря ему слова о том что бы тот не приближался к нему. Рома с непониманием смотрел в след уходящему на кухню Джону, едва ли сдерживая слезы. Но все рано или поздно все взрослеют. Джон стал к нему относиться менее враждебно, просто делая вид что метки нет и не было, но раны на душе Ромы говорили об обратном. Взгляд Ромы скользнул к своему запястью, скрывающемуся за белой кофтой. Рука поднялась и Ло загнул рукав рассматривая свою новую метку, уходя в свои мысли еще глубже. Не хорошее предчуствие у него...