Запах, который нельзя подделать

Джесс Лироу ненавидела Джорджа Уизли. По крайней мере, именно так она говорила себе каждый день, убеждая своё подсознание в правильности данных мыслей. Каждый день девушка надеялась, что хоть сегодня эти болваны с фамилией Уизли обойдут её стороной, но, как бы она не старалась, у неё не получалось остаться незамеченной. Перерыв на обед. Все студенты постепенно спускались в большой зал, стараясь поскорее занять свои места и избежать попадения в толпу учащихся, которую смело можно было назвать «мясорубкой». Быстро шагая по коридору, Джесс старательно избегала столкновения с такими же голодными учениками, то и дело отклоняясь и проскакивая в узкие лазейки меж движущихся тел. Она почти добралась до нужного стола, как один случайный шаг крупного парня, чьего имени Джесс не знала, чуть не сбил её с ног. По инерции она впечаталась в кого-то плечом. Раздражённо фыркнув, девушка начала мысленно проклинать неаккуратность людей и ужасную систему школы. Нет бы сделать хоть какое-нибудь расписание для тысячи студентов. Поток её мыслей был остановлен ровно в тот момент, когда она услышала голос «бедолаги», в которого врезалась. — Тебя ходить не научили? — Лениво протянул Джордж. Оказалось, ей повезло врезаться именно в этих несносных братьев. — Удивляюсь, как ты ещё не разбилась, просто вставая с кровати. Фред усмехнулся. — Это было бы весьма трагично. Нам бы так не хватало её вечно осуждающего взгляда. — Состроив невинное лицо, он почти припеваючи обратился к Джорджу. — Как жить с такой утратой? Джесс остановилась. Чуть расслабила синий галстук и медленно повернулась, складывая руки на груди. Длинные блондинистые волосы скользнули по плечам, словно солнечный свет. Они хорошо скрыли, как напряглось её тело. Ей было невыносимо видеть их насмешливый взгляд. — А ещё вам бы пришлось жить без чувства юмора, — сохраняя интонацию близнецов, она спокойно чеканила слова, не сводя взгляда с Джорджа. Близнецы были похожи как две капли воды (удивительно не правда), из-за чего другие их вечно путали. Это всегда вызывало у девушки улыбку, ведь она прекрасно видела разницу между этими двумя. — Ой, я забыла. — Джесс поднесла руки к щекам и изобразила удивление. — У вас же и сейчас его нет, раз все ваши шутки строятся на буллинге и неприкрытом хамстве. Фред прижал руку к сердцу. Состроив страдальческие лица, они оперлись друг на друга, хватаясь за грудь. — Она нас ранила, Джордж. — Прямо в душу. Джесс прикрыла глаза и тяжело вздохнула. Взглянув на близнецов ещё раз, она вздёрнула подбородок и отвернулась, направляясь к своему месту. Она ненавидела Джорджа. Ненавидела его веснушки. Его улыбку. Его глаза, которые всегда таили больше, чем он говорил. Ненавидела то, что он всегда смотрел на неё чуть дольше, чем должен был. И особенно ненавидела то, что она так же долго смотрела в ответ.

***

–Их соперничество началось на третьем курсе– Джесс как обычно пришла чуть раньше на урок по заклинаниям и не задумываясь разложила вещи. Ещё на обеде, Джорж ради шутки подложил ей самопишущее перо, которое вместо конспекта её любимого предмета, начало записывать анекдоты. — Джордж Уизли, ты идиот?! — Чуть не взвизгнула Джесс. — Что случилось, красавица? — С бесконечным спокойствием поинтересовался парень, положив подбородок на ладонь. — Это смешно по-твоему? — Девушка перехватила дергающееся над тетрадью перо, которое не могло остановиться писать. — Не понимаю о чём ты. — Уже посмеиваясь бросил парень и отвернулся к Фреду. В ответ на его фразу, в него полетело сначало перо, потом тетрадь, а после и учебник. На том уроке они повздорили так сильно, что в конечном счете, оба были выставлены за дверь. Профессор Флитвик за такую выходку снял у обоих по десять баллов. Ответ не заставил себя долго ждать. Уже через неделю его волосы посинели и оставались такими вплоть до отменяющего заклинания Минервы Макгонагалл. В тот вечер Джесс грела не теплая ванна, а воспоминание о горящих гневом глазах Уизли. — Это война. — Процедил он ей, проходя в свою комнату и как можно убедительнее маскируя восхищение за гневом. С тех пор действительно началась война. Война с подколами, шутками и вызовами. И со взглядами… Бесконечно долгими, в которых всегда продолжался скрытый от всех бой.

***

Однажды Джесс обнаружила, что её идеально написанный конспект по трансфигурации начал сам себя «исправлять». Подзаголовок:

«Превращение иглы в спичку»

Превратился в:

«Превращение Джесс во что-то веселое — невозможно»

И подпись внизу:

«научный факт.»

Она не проронила ни слова. А на следующий день Джордж, открыв свой учебник, увидел новый раздел, удачно размещённый после темы о неразумных мифических существах. «Джордж Уизли — редкий пример отсутствия мозга при полном функционировании организма» Он посмотрел на неё через весь класс. Девушка не удостоила его даже поднятием головы.

***

Другой случай: Джесс заколдовала его галстук. Теперь он всегда завязывался идеально… Многие сказали бы, даже слишком идеально. Каждый раз из него получался всё более замысловатый и абсурдный узел. После продолжительного хохота, Фред ему тогда сказал: — Да она насмехается над тобой. Это впечатляет. На следующий день её галстук Равенкло начал тихо шептать то, что она думает. Неприятнее всего было слушать предмет гардероба, когда Джесс смотрела на невыносимых ей близнецов. В этот же день она сняла его и не надевала неделю, пока не нашла нужное отменяющее заклинание.

***

Чем больше они взаимодействовали, тем больше было «комплиментов» со стороны Джорджа. — Ты сегодня выглядишь… почти дружелюбно. — Почти? — Не волнуйся. Уже прошло. Джесс не отставала, с каждым разом повышая накал и отодвигая границы тактичности. — Уизли, ты сегодня удивительно тихий. — Это подозрительно? — Он прищурился. — Нет. Это до безумия приятно.

***

Когда из-за экзаменов сил и времени на словесные перепалки не оставалось, они стали друг другу писать. Ведь никто из них не отступит, никто не подумает взять перерыв или объявить выходной. Первая записка была оставлена им в её недочитанной книге: «Ты сегодня слишком спокойная. Это подозрительно.» Она же отвечала: «Ты сегодня слишком громкий. Это трагично.» После очередного его ответа, она закрыла книгу слишком резко, почувствовав как уши начинают краснеть. «Приятно наблюдать, как ты всё ещё улыбаешься, когда слышишь мои шутки.»

***

Фред понял все намного раньше, чем до этого дошёл его брат. Он знал Джорджа лучше, чем кто-либо другой, и сразу заметил изменения. Они оба часто были хаотичны и взбалмошны, плевали на этические нормы и шли против системы. Но их собственная система ломалась, когда дело касалось этой девчонки Джесс. Началось всё в библиотеке. Фред пришёл туда не из-за резкого интереса к учебе, а потому что его брат исчез на подозрительно долгое время. Это всегда означало либо гениальную идею, либо катастрофу. Джордж сидел за столом перед открытой книгой. Он даже не пытался читать её, ведь всё его внимание привлёк силуэт девушки за соседним столом. Парень смотрел на Джесс, что склонилась над пергаментом и с упоением изучала раздел заклинаний. Её длинные светлые волосы падали вперёд, скрывая лицо, но сквозь них можно было заметить, как сосредоточена и спокойна она была в этот момент. — О нет, — тихо сказал Фред, подходя ближе. — Что? — Вздрогнул Джордж, неохотно переведя взгляд на брата. — Ты пропал, — он похлопал его по плечу в поддерживающем жесте. — Я вроде всё ещё здесь, — усмехнулся тот. — Нет, — Фред покачал головой. — Тело здесь, а вот головой… Джордж нахмурился. — О чём ты говоришь? Фред сел напротив него. — Сколько времени ты на неё смотришь? — Он мотнул головой в направлении Джесс. — Я не… Джордж остановился. Этого было достаточно, чтобы шестерёнки начали неустанно двигаться, подталкивая его к неутешительным выводам. — О-о-о, — протянул Фред, — это плохо. — Замолчи. — Он отвернулся. — Ты влюбился. — Его губы растянулись в довольной улыбке. Джордж рассмеялся, услышав это заявление. Его мозг продолжал отталкивать саму идею влюбленности. — В неё? Не смеши меня. — Продолжал посмеиваться парень, пока глаза беспокойно бегали по лицу брата в надежде увидеть намёк на шутку. — Тогда почему ты стал её так огораживать от наших шуток? Раньше тебе ничего не мешало подложить ей взрывных конфет или того хуже. Джордж открыл рот, порываясь ответить, но так и не нашел в голове нужных аргументов. Фред наклонился ближе. — Ты всё больше пытаешься ей насолить, но все твои приколы и шутки рассчитаны лишь на привлечение её внимания. Разве я не прав? — Чуть приподняв бровь, он склонил голову в сторону, застыв в вопросительной позе. — Мы просто… Были заняты, чтобы выдумывать что-то новое, — попытался оправдаться Джордж. — Убеждай себя в этом дальше, — усмехнулся Фред. Джордж ещё раз взглянул на Джесс. На её расслабленные руки, играющие с прядью волос. На закусанную губу, от глубоких размышлений или от попытки разобраться в материале, на порядок сложнее основного курса. Он смотрел на неё, как на что-то важное, и только сейчас понял, что ему пришел конец. — Ты идиот, — мягко сказал Фред. — Спасибо, я знаю, — едко бросил Джордж и зарылся лицом в ладони. — Рад, что ты хотя бы это не отрицаешь. Вновь похлопав его по плечу, Фред поднялся с места, оставляя бедного парня одного с выжигающими мыслями. Джордж молчал, и впервые в его голове не было ни единой шутки.

***

На четвёртом курсе всё стало хуже. Или лучше. Особенно после того дня, когда Джордж подловил Джесс на обеденном перерыве. — Лироу! — Звонкий голос разнёсся по коридору. Она искренне пыталась сделать вид, что не услышала, но за спиной послышались торопливые шаги. Жесткая ладонь придержала девушку за плечо. — Уизли, — недовольно нахмурив брови, она остановилась и повернула к нему голову. Переодически Джесс забывала каким высоким был парень и что он почти на две головы превосходил её в росте. Поэтому, чтобы разглядеть его лицо, ей пришлось чуть откинуть голову назад. Непривычно серьёзные, до этого всегда весёлые глаза смотрели на девушку. — Мы с Фредом работаем над новым продуктом. — Рука парня продолжала покоиться на плече Джесс. Никто из них не замечал этого. Или они не хотели замечать. — Мне уже нужно готовить спасательный бункер? — Перебила она парня, бегло ухмыльнувшись. — Не язви, — всё так же серьёзно остановил её колкость Джордж, — нам нужно женское мнение. Развернувшись, она вглядывалась в черты лица Уизли, ища малейший намек на очередную уловку. Брови Джесс всё так же сводились к переносице, а глаза выражали жесткое недоверие. — Почему я? — Поинтересовалась девушка. Он пожал плечами, чуть отворачиваясь к каменному столбу. Зрительный контакт был прерван. Это было странно. Тем более для того, кто ни разу не сдавался в этой битве. — Потому что ты прямолинейная и точно скажешь правду. Он надеялся, что она скажет правду. Достав маленький хрустальный флакон, Джордж протянул его девушке. Внутри переливалась перламутровая жидкость, отблеск и текстура которой показались Джесс знакомыми. Возможно, она видела или готовила раньше что-то похожее. Поискав нужное воспоминание, сердце девушки замерло. В его руках была Амортенция. «Самое сильное приворотное зелье» — как писалось в учебниках. Они должны были изучать её в следующем семестре, но как же ей повезло, что, несмотря на все разногласия с профессором Снейпом, он рассказал и даже показал приготовление этого эликсира. — Это духи, — небрежно бросил Джордж, — оцени запах. Девушка забрала флакон и чуть покрутила, создавая воронку. Он наблюдал за ней слишком внимательно. Это стало очевиднее, когда она открыла флакон, а парень не отрывался взглядом от девушки и наблюдал за её действиями. Она сделала вид, что не заметила и не поняла, что перед ней. Вдохнула запах и прикрыла глаза. …тепло. Древесная смола. Дым и корица. Было что-то ещё. Что-то до боли знакомое. Такое, от чего сердце замирало и при этом ускорялось, каждый раз соприкасаясь с запахом. С его запахом. Джесс закрыла флакон. Открыла глаза. Он всё так же ждал её реакции. — Ну? — Спросил Джордж. Она выдержала паузу, отдавая флакон владельцу, и спрятала вспотевшие ладони в карманы кардигана. Пожав плечами, ей пришлось вложить все силы, чтобы голос не дрогнул. — Ничего особенного, — сказала Джесс равнодушно. — Пахнет… Пылью. И сахаром. Разочарование отразилось на лице Джорджа лишь на секунду. Он быстро надел маску веселья и переспросил. — Пылью и сахаром, значит? — Больше он не смотрел на Джесс, а улыбка на лице выглядела слишком механической. Флакон занял всё внимание, лишь бы она не увидела грусть в его глазах. — Ужасно банально, советую вам ещё немного поработать над формулой. Не оборачиваясь, Джесс побрела в комнату. Только когда она свернула за угол, колени подкосились, а в грудь поступил желаемый воздух. Оказалось, она почти не дышала рядом с ним. Переосмыслив произошедшее и поняв, чей запах она слышала, девушка горько усмехнулась. — Лгунья. — Прошептала Джесс едва слышно.

***

После этого он стал другим. Он всё так же шутил и разыгрывал детей с младших курсов с братом. Всё ещё улыбался во все тридцать два зуба и долго смотрел. Но больше не на неё. Куда угодно, лишь бы не видеть пронизывающий взгляд с вечным вопросом: «Что-то случилось?» Тогда она сама начинала разговор, который он уже не старался поддерживать: — Уизли, ты заболел? — Интересовалась Джесс. — Почему? — Не отрываясь от учебника, отвечал он вопросом на вопрос. — Ты сегодня невыносимо терпим. С привычной ухмылкой, она пыталась его задеть. Вывести на любые эмоции, кроме равнодушия, ведь ей стало не хватать их вечных ссор. Но в ответ она получала лишь улыбку и молчание.

***

Прошел месяц после ситуации с Амортенцией. Джордж полностью её игнорировал и не предпринимал попытки возобновить старые хорошие/плохие отношения. Джесс должна была радоваться, что от неё наконец отстали и она могла вздохнуть полной грудью, но потоку воздуха всегда что-то мешало. Например, ком, поселившийся в её горле: то ли от обиды, то ли от переживаний. Она долго не могла объяснить себе, почему её это так задевает, пока маленькая фраза, брошенная её подругой Кэтти, не стала последним кусочком пазла и Джесс не увидела полную картину: Обычное утро. Студенты собираются на занятия, приводя себя в порядок. Девушка же в это время отчаянно ищет по комнате свою любимую заколку. Добравшись до самых дальних ящиков, она выкидывает всё содержимое в надежде обнаружить пропажу. — Ой, это же записки, которые тебе оставлял Джордж? — Почти бесшумно подкрадывается её соседка и с любопытством разглядывает около десятка маленьких листов. —Что? — Не до конца осознав вопрос, Джесс смотрит по направлению взгляда Кэтти. — А, это. Да. Решила сохранить. Поиски продолжались не долго. Пронзившая её мысль заставила девушку остановить свои суетливые действия и вновь взглянуть на неровный почерк парня. — «Какая же я дура» — Взгляд застыл на одной из бумажек, — «Интерес. Раздражение. Привычка. Сколько ещё мне нужно было отмазок». Из размышлений её вырвал голос соседки. — Объявили о подготовке к Святочному баллу. Ты пойдешь? — Возможно, — глухо вздохнула девушка. — С кем, если не секрет? — Кэтти заговорщически улыбнулась. Джесси пожала плечами. — Пока не решила. Кто позовет. Это было ложью. Она откажет всем, кто бы её не пригласил, и в итоге останется в астрономической башне. Ведь единственный, у кого есть шанс пригласить её и не получить отказ, никогда этого не сделает.

***

(П/б: советую читать эту часть и слушать «Если бы я мог - Сергея Лазарева».

Вайб отменный)

Вечером бала Джесс стояла перед зеркалом. Красно-оранжевый бархат облегал её плечи. На талии красовался темно зеленый корсет с золотистой вышивкой. Ткань мерцала, словно огонь, выделяя пламя в её глазах. Волосы падали волнами, а на шее блестело тонкое ожерелье с изумрудом. Джордж её так и не позвал. Конечно нет. Почему бы ему вообще задумываться о ней? Она солгала про запах амортенции, чем показала, что он ничего для неё не значит. Сама всё разрушила. Мысли не давали покоя девушке. Зачем она отказала тому милому парню с Хаффлпаффа, что пригласил её? Сейчас бы уже спускалась в Большой зал с ним под руку, наслаждаясь музыкой. Она знала ответ, но от этого было не легче. Вдох. Выдох. Надо идти к остальным. Праздник вот-вот начнётся. Пригладив юбку у платья, она ещё раз посмотрела на своё отражение. В дверь постучали. — Кэтти, я почти готова, — крикнула она через дверь. Кэтти была первая, кто узнал о плане подруги остаться в башне. И она же была первой кто выступил против данной идеи. Сейчас же, вероятнее всего, соседка по комнате переживала, что подруга передумает в последний момент и всё же воплотит задуманное. В дверь снова постучали. Начиная раздражаться, Джесс подошла к выходу из комнаты. — Я же сказала, что почти... – Как только она распахнула дверь, все слова застыли в горле. Перед ней стоял Джорж в идеально сидевшем на нём фраке. Последующая фраза вырвалась быстрее, чем мозг оценил ситуацию. — Что ты здесь делаешь? — Привет, красавица. — Заговорил он, смотря в её глаза. Он будто впервые её видел. Джордж любовался подмечая каждую деталь ее наряда, каждый локон и блеск украшений, совсем забыв об изначальной цели визита. Они могли бы так и оставаться в этом мгновении, уставившись друг на друга. Джесс с нетерпением смотрела на Джорджа, а он отвечал ей явным восхищением, если бы не голоса, донёсшиеся с нижней ступеньки лестницы, которые вывели их из этого волшебного транса. Ему хотелось произнести что-то, но все слова казались в этот миг столь неуместными и глупыми. — Почему ты меня игнорировал? — Первой начала Джесс. Во фразе не было упрека, лишь желание найти ответы на свои вопросы, мучившие её последний месяц. — Почему ты солгала? — С такой же интонацией поинтересовался Джордж. — Про что ты? — Про духи. — Спокойно пояснил Джордж, продолжая прожигать её душу своим взглядом. Она молчала. — Ты хотел сказать "Про амортенцию"? — с привычным Джесс вызовом, поправила она парня. — Так ты знала. — Подтвердил он свои мысли. — Конечно знала, — она хмыкнула, не отводя глаз, — ты хотел узнать правду, но не дал даже капли взамен. Это всегда настораживает, разве нет? Они оба замолчали. Ей было обидно. Душа рвалась наружу с каждым стуком сердца. Ему было неприятно от своих же поступков, а голос разума становился всё тише. — Хочешь знать правду? — Он улыбнулся, но даже это, привычное ему выражение лица, сейчас чувствовалось более настоящим, чем всё то, что он показывал на людях. Джордж прикрыл глаза и чуть наклонился вперед, к самому уху девушки. То, что он собирался сказать было слишком личным и интимным, чтобы говорить это громче шепота. — Те «духи», пахли для меня… — Пауза и короткий вздох, чтобы собраться с мыслями. — Пергаментом. Старыми книгами. И запахом после дождя. Джесс смотрела перед собой, не моргая, пока он не отстранился. Она выдохла и вновь утонула в переливающихся напротив радужках. — Ты идиот, Джордж. — Она помотала головой, поддерживая громкость голоса на его уровне. — Я знаю. — Вечно радостная улыбка, приобрела горький привкус, отражая сожаление парня. Джесс опустила взгляд. В тихом диалоге было столько громких слов, что невольно она захотела отступить. То, что девушка хотела сказать, обещало ей падение в пропасть. Она готовила себя к любым последствиям, поэтому несмотря на желание отстраниться, шагнула вперед к парню. — Я солгала, потому что испугалась. Испугалась, что это снова ваша дурацкая шутка, — душа девушки начала приоткрываться. — Я не хотел, чтобы так получилось. — Знаю. Ты тогда хотел услышать от меня правду. Вот моя правда… Мягкое прикосновение к черному фраку, под котором безудержно ускорилось сердце Джорджа. — Я почувствовала запах… Древесиной смолы, корицы и тепла. Вот чем для меня пахнет амортенция. Вот чем пахнешь для меня ты. — Возможно уже поздно, но… — Слегка замявшись, он протянул ей ладонь, — не согласитесь ли вы стать моей парой на сегодняшний вечер? — Только на вечер? — Уточнила девушка, вкладывая руку. — Если леди не против, — притягивая Джесс ближе к себе, он обвил руками её талию. Оказавшись в опасной близости, они неотрывно смотрели друг на друга, чувствуя дыхание, которое приятно щекотало кожу, — то на ближайшую вечность. — Вечность обещать пока не могу, но сегодня я вся ваша. — Она хмыкнула, чуть сузив глаза, — праздник уже начал… Джордж не дослушал. Он резко притянул Джесс ближе и впился в её губы. Голос разума затихал под жаждой прикосновения. Сминая платье на спине девушки, он пытался осознать реальность происходящего. Она же отвечала с двойной силой, прижимаясь и до хруста натягивая воротник рубашки. Всё походило на сон, мысли путались, а ноги девушки неустанно подкашивались от захлестнувших эмоций. Проводя ладонями по шее, Джесс мягким движением запустила пальцы в волосы парня, притягивая и углубляя поцелуй. Им было жарко. Складывалось ощущение, что ещё немного и они физически начнут ощущать, как плавится кожа от бушующих чувств. Пламя, что разгоралось в сердцах с каждым прикосновением, выжигало последние здравые мысли. Только когда воздуха в лёгких стало не хватать настолько, что кружилась голова, они разорвали поцелуй. Находясь в опасной близости, Джорджу и Джесс оставалось лишь тяжело дышать, чтобы их разум пришёл в норму. Всё это время они почти не двигались, наслаждаясь отдаленными звуками музыки и теплом друг друга. — Помада, наверное, размазалась, — послышался тихий голос Джесс с каплей досады. — Плевать, — так же тихо ответил Джордж.

***

На бал они спустились вместе, сжав ладони друг друга. Не замечая никого вокруг, продолжался их безмолвный диалог, в котором лишь богу (и Фреду) известно, о чём они говорили. Завидев своего брата, Фред тут же хотел подойти, но когда увидел его спутницу, лишь беззвучно похлопал в ладоши. Тут же со стороны к нему подлетела девушка в синем платье и заговорщически начала что-то тараторить. — Я же говорила. Говорила, что так будет. Они не могли не понять, у них же на лицах всё написано. — Улыбаясь, она чуть ли не прыгала от радости. — Да, Кэтти. Ты оказалась права, — засмеялся Фред. — Спасибо, что помог. А то Джесс последний месяц как в воду опущенная ходила, я даже не знала, что и делать. — Тебе спасибо, что рассказала про записки и амортенцию. А то мой дурак тоже два плюс два сложить не мог. Святочный бал удивительное место. Яркие звезды под потолком, свечи на столах, красивые наряды учащихся и главное: запах, который нельзя подделать.