Ключ.

«Возможно, я не смогу спасти всех от вымирания. Но, по крайней мере, я хочу спасти от этой участи тебя.»

***

      Тот тяжело выдохнул. Сложно быть студентом-медиком. По совместительству ещё и волонтёр в социальной службе… Ну, несмотря на то, что его туда затянули добровольно, это было по-настоящему сложно. Морально выжигает что можно и нельзя.       Выходя из битком набитого автобуса, он сверился с адресом в телефоне. Вроде идёт туда… Не хватало ещё, если бы он вышел не на той остановке. Мда… ну и направили же его в глушь. Это вообще край города!       Всё же, открыв навигатор и вбив туда адрес, он пошёл по заданному маршруту. Не хватало ещё потеряться… Идя по улицам, обходя закоулки, он всё же добрался до нужного дома. Точнее, многоэтажки. Слава всему… номер от домофона ему дали. Дверь с неприятным звоном открылась, и тот зашагал наверх. Прямиком на третий этаж… Какая там квартира?.. Тридцать четвёртая, если память не изменяет.       Добравшись до заветного этажа пешком, а не на лифте — тот уже давно им не доверял, вдруг застрянет, да и недалеко тут.       Увидев у двери старый звонок, Лололошка нажал на него, надеясь, что хоть из этой квартиры его не выгонят с позором. Ну надо же где-то опыта набираться, а то уже четвёртый курс!       Сначала от первого звонка ничего не произошло. Тишина, будто тот на кладбище стоит. Зазвонив вновь, внутри уже послышалось шевеление. А после и дверь легонько приоткрыли.       — Простите? Вы кто? — голос был мягким, но явно уставшим. Лололошка не сильно смог разглядеть того, кто говорит. Лишь блондинистые волосы лезли впереди всех.       — Это уж вы извините, что потревожил… но я из социальной службы, меня направили к вам. — Тот решил, что лучше он сразу скажет, зачем он тут, всё же от одного его имени мало толку будет.       — Я никого не вызывал. — Паренёк слегка нахмурился. Конечно, зачем, если он и сам со всем справляется?       — Конечно, но—       Не успев договорить, как внутри квартиры послышались истошные крики. Блондин мгновенно забыл о социальном работнике и побежал внутрь квартиры. Лололошка, не медля, вошёл внутрь, предварительно закрыв дверь, чтобы ничьи любопытные глаза не лезли куда не следует.       Внутри же пахло… старо и так, будто здесь уже давным-давно никто не проветривал помещения. Лололошка, пройдя дальше, заметил, как блондин пытался успокоить мужчину. Тоже блондина и, видимо… его отца. Ну, по документам, что ему дали, — так и есть. Сын следит за отцом с деменцией уже пятый год подряд. Мда…       — Отошёл от меня! — кричал во всю глотку отец семейства, видимо, не признавая сына.       Лололошка подошёл ближе. С таким он виделся много раз. Всё же его в свои двадцать один ой как много куда пускали…       Осторожно отодвинув сына, Ло сам стал разговаривать спокойно.       — Спокойно-спокойно… мы же не убивать вас сюда пришли. — Отец сначала застопорился от такого. — Я — Лололошка, пришёл помочь вам.       — Не нужна мне никакая помощь! — тот не отходил. Лололошка же устало выдохнул.       — Да, конечно… я пришёл лишь помочь с продуктами, и всё на этом. Вы лишь упали, давайте спокойно встанете и всё обсудим. — Спокойный голос, видимо, как-то успокоил отца, и тот позволил поднять себя на ноги и отвести на кухню.       — Я надеюсь, вы не возражаете… — тот подошёл к окну и открыл настежь, впуская свежий воздух в квартиру. — Ну вот, другое дело.       Воздух мгновенно заполонил всё помещение, от чего веяло приятной прохладой. Лололошка, оглядев помещение, начал комментировать про себя: там гора немытой посуды… там шпаклёвка отвалилась, тут обои оборваны. Работы непомерная куча… и чего он ожидал ещё, идеальный ремонт? В его мечтах!       — Ну что, как живётся вам тут? — начал социальный работник, обращаясь явно к сыну. — Ой… ёмое, представиться забыл. Я Лололошка. Социальный работник, что работает за копейки, и студент-медик.       Когда тот закончил, он перевёл взгляд на блондина-младшего, что был немного недоволен присутствием этого Лололошки.       Блондин представляться не спешил. Тем более в присутствии своего отца, что вытворит непонятно что, если узнает, что рядом с ним его сын.       — Ладно, можете не представляться, я знаю, кто вы, и вашу ситуацию мне объяснили. Я правда буду вам помогать и приносить продукты. Может, не только продукты… но это пока что только знакомство, так что я пуст. — Голос был довольно энергичным и спокойным. На удивление, но Лололошка был искренен.       После повисло напряжённое молчание. Эграссель, явно, никуда не спешил. А после встал из-за стола и пошёл к отцу.       — Ээ… пойдёмте, я вас провожу до кровати, наверное, устали. — начал было Эграссель, подходя к Тадмавриэлю. Отец семейства же не сопротивлялся и пошёл следом.       Лололошке оставалось лишь ждать, пока горе-сын вернётся. Через минуты две тот и вправду вернулся.       — Мы… не нуждаемся в вас. Вы можете быть свободны. — начал тот, сразу зайдя на кухню.       — Я не спрашивал вас, нуждаетесь ли вы или нет. — Лололошка мгновенно перешёл на серьёзный тон, ведь с такими самостоятельными только так… — Я буду вам помогать, у вас банально нет выбора.       Эграссель уставился на соцработника в шоке. Он понимал, что есть наглые… но чтобы прям так?

***

      Прошла долгая неделя. Так и повелось. Эграсселю пришлось принять помощь от Лололошки. Лололошка… и правда помогал. Во второй свой визит он пришёл с полным рюкзаком продуктов. А потом ещё и гору посуды перемыл! Ну что за славный… э.       Лололошка не уточнял, как часто будет приходить. Он сначала приходил через три дня. В третий раз — на следующий день!       — Эграссель! Раз уж я вам тут помогаю… может, поделишься хоть каплей информации? А то нечестно как-то. — Лололошка положил голову на свои ладони, сверля блондина взглядом. Шатену буквально нужно пинцетом вытягивать нужное, а то молчит как истукан!       — М… ладно. Но никому ни слова. Ясно? — Эграссель сам не понимал, почему не хочет, чтобы другие знали. Ну, либо что-то из организации, где Ло и работает.       — Без проблем! — тот замахал руками вокруг себя, как бы подтверждая свои слова, что никому ничего не расскажет.

***

      Вот Лололошка и узнал полноту всей ситуации… В свои 18 Эграссель познал все проблемы деменции. Он буквально не вылезает из дома. Работает удалённо, никаких хобби, ни одного друга. Никого, кто бы мог помочь. А когда появился Лололошка… так легко стало на душе, что блондин чуть не расплакался!       В итоге Лололошка стал приходить ещё чаще. Уже не потому, что так надо, а просто… хочет. Он хочет помогать Эграсселю. Лололошка сам полностью понимает его боль и ни в коем случае не обесценивает!       Зато Эграссель теперь был более открыт с Лололошкой. Сам начинал разговор, попросил у Ло его контакты, вдруг что случится…       А Тадмавриэль… так и не вспоминал своего сына. Мог проснуться посреди ночи и орать, что он не знает, где находится. Однажды… пытался включить плиту — она была газовой, и Тадмавриэль, включив газ, забыл, что нужно было поджечь саму плиту.       Эграссель проснулся от запаха газа и мгновенно вскочил. Благо… последствия были не сильно ужасными. Проветрив помещение, Эграссель сразу позвонил Лололошке. Он… больше в этом разбирается.       Лололошка же, узнав, что случилось, приехал через полтора часа. Проверив помещение, он убедился, что особо плохого не случилось. Эграссель вообще мог не проснуться… но Лололошка сразу того успокоил.

***

      На этот раз Лололошка приехал через четыре дня после последнего визита. По его словам, семейные дела вообще не отпускали.       Эграссель улыбчиво и немного задористо болтал с соцработником на той же кухне, когда послышались шаги Тадмавриэля. Блондин вскочил и пошёл успокаивать отца. Лошка же решил остаться на кухне, решив не лезть.       Но вскоре послышалось чьё-то падение. Не медля, тот прибежал на звук и… застал Эграсселя лежащим на полу с… рассечённой рукой. Тадмавриэля уже рядом не было.       Лололошка сначала бился в панике. Но вскоре взял себя в руки — он же не тряпка в конце концов. Сразу сбегал за своим рюкзаком, откуда достал стерильную повязку, физраствор и зелёнку.       Сразу подбежав к Эграсселю, Лололошка взял стерильную повязку и стал надавливать ей на рану. После поднял руку выше уровня сердца, чтобы остановить приток крови.       Вскоре Лололошка взял физраствор, стал им промывать рану. А после обработал края раны зелёнкой, стараясь не попадать внутрь.       Завершив всё, Лололошка перевязал рану новой стерильной повязкой.       Выдохнув и отойдя, Лололошка стал оценивать ситуацию. Пол — в крови. Руки Ло — в крови. Сам Эграссель — в крови. Замечательно.       Нервно оглядевшись, Ло попытался поднять Эграсселя, что лежал с закрытыми глазами. Сознание потерял, но слава всему: головой не ударился. Лололошка правда пытался поднять Эграсселя, но тот был тяжёлым, так что поднять не получилось.

***

      Вскоре Эграссель очнулся и под строгим контролем Ло лежал на диване и отдыхал.       — Что ж нам с тобой делать, горе ты луковое… — начал Ло, но Эграссель сразу начал заливать про свою байку.       — Лололошка, ты.. тебе не надо. Я мог и сам позаботиться…       — Ты и сам? Не смеши меня! Ты сознание потерял, и не факт, что очнулся бы из-за такого кровотечения! Сам, всё сам! А если ты не можешь сам? Кто о тебе заботиться будет?       А Эграссель… ответа не знал. Он банально один, даже с отцом. Банально некому помогать.       Лололошка остался на ночь, и Эграссель… он рассказал всё. Он рыдал Лололошке в плечо и рассказывал и рассказывал… что это больно. Всегда больно видеть отца в таком состоянии. Больно, что он не узнаёт собственного сына. Больно, что мать погибла, а отец потихоньку сходил с ума.       Они так пробыли до самого утра. Эграссель заснул на плече Ло, а тот, уложив Эграсселя на диван, поспешно ушёл.

***

      А соседи всё видели. И всё понимали. Начали распускать сплетни и смешки по всем дворам… что некий шатен вечно ходит к Эграсселю невесть зачем. И часто ходит…       Однажды, когда Эграссель выходил из квартиры, чтобы банально выбросить мусор, его остановила одна из соседей: тётя Маша. Женщина лет сорока. Спросив о неком частом госте, Эграссель лишь отмахнулся.       А когда пришёл участковый, что раз в месяц приходил проверить Эграсселя и его отца, спросил, его ли этот шатен.       Эграссель не раздумывал. Ляпнул, что да, это его парень.

***

      Вечером, когда Лололошка шёл к Эграсселю, все странно на него смотрели. Посмеивались, щурились… Не выдержав, Лололошка всё же спросил, что случилось такого. Бабушки скрывать не стали: всё рассказали про Эграсселя и его разговор с участковым.       Единственное, что мог Лололошка, — так это покрыться густым румянцем и, пробормотав что-то, поплестись на третий этаж.       Вскоре, оказавшись в квартире Эграсселя, он не стал говорить сразу, дав время Эграсселю подумать.       — Так… зачем ты это сказал? — Лололошка всё же не выдержал, стараясь болтать с блондином как ни в чём не бывало, попивая чай.       — Я.. — Эграссель явно сразу понял, в чём заключался его вопрос. — Я впервые хочу, чтобы эта ложь оказалась правдой, Ло.       А Лололошка думал над ответом… и всё же он тоже этого хотел.       — А почему ложь? — он встал со своего места, подойдя к Эграсселю. — Самая настоящая правда.       И, наклонившись, коснулся своими губами губ Эграсселя. Не давая тому и подумать, лишь углубил поцелуй, кладя ладонь на блондинистые волосы.

***

«Мир спасёт красота, оттого он порою чудесный,

Хоть стоит, как жандарм, век бесславный на славной Руси…»