В эту ночь глаз снова не сомкнуть,
Словно сталью сдавливает грудь,
Смотрят с фото ясные глаза,
И с ресниц срывается слеза.
Этот взгляд уверен и остёр,
Чудится тебе немой укор,
Что потупил взор и замолчал,
Что не защитил, не поддержал.
Ты ведь знал, ты чувствовал давно,
Слышал каждой ночью, как окно,
Тихо скрипнув, отворялось вдруг —
Сердце каждый раз пронзал испуг.
«Он сбежит», — ты мысль эту гнал,
Делал вид, что ничего не знал.
Ты проститься так и не посмел,
Ведь, увы, ты не настолько смел.
Всё, что мог: надеяться и ждать,
Что услышишь этот звук опять
В час, когда созвездья в небесах,
Побледнев, истают на глазах.
Но однажды памятной зимой
Вновь без сна ждал брата ты домой,
Только вот безжалостный рассвет
Уж забрезжил, а его всё нет…
Ты опять весь обратился в слух,
К доводам рассудка слеп и глух,
А вокруг один безмолвный мрак.
И на что надеешься, дурак?
Ведь давно окончена война,
Снегом вновь земля занесена,
А тебе б всё раны бередить,
Силясь скрип заветный различить.