Будь всегда рядом

Они сидели на заднем сиденье машины, возвращаясь домой после длинной смены. В салоне было темно, только редкие огни фонарей на трассе на мгновение выхватывали их лица из тени. Эмиль, совсем вымотанный, положил голову Диме на плечо, прикрыв глаза. Дима нежно перебирал пальцами волосы Эмиля, а потом вдруг затих. Эмиль почувствовал, как рука Димы переместилась с его волос на затылок, мягко притягивая ближе. -Эмилька...- едва слышно позвал Дима. Когда Эмиль поднял взгляд, Дима уже не колебался. Он наклонился и коснулся его губ сначала осторожно, почти невесомо, словно спрашивая разрешение. Отстранившись он оставил мягкий поцелуй на кончике носа Эмиля, а затем еще один в висок. -Я так долго хотел это сделать, - прошептал Дима, улыбаясь в темноте. -А я так долго ждал, — выдохнул Эмиль, пряча счастливую улыбку у него на шее.

***

В гостиничном номере было душно, а тишину нарушал только шум дождя за окном. Дима резко прижал Эмиля к закрытой двери, как только они переступили порог. Эмиль даже не успел вскрикнуть его возглас утонул в глубоком, властном поцелуе. Это уже не было похоже на ту робкую нежность в машине. Сейчас это была настоящая буря. Руки Димы, сильные и горячие, собственнически легли на талию Эмиля, сминая ткань футболки, а затем скользнули выше, зарываясь в волосы на затылке. Эмиль ответил с не меньшим напором. Он обхватил шею Димы, притягивая его к себе так плотно, что между ними осталось даже миллиметра воздуха. В каждом движении, в каждом рваном выдохе чувствовалось то, что они копили месяцами — страх потерять друг друга на съемках и безумное, тягучее желание. Дима на секунду отстранился, тяжело дыша, его взгляд горел, обжигая Эмиля изнутри. -Ты даже не представляешь, как я сходил с ума всё это время, — хрипло выговорил он, переходя к поцелуям на шее, оставляя на коже горячие следы. У Эмиля подкосились ноги, он судорожно вцепился в плечи Димы, запрокидывая голову. Каждое прикосновение Масленникова ощущалось как удар током. Дима подхватил его под бедра, заставляя обхватить себя ногами, и в два шага донес до кровати, не разрывая этого сводящего с ума контакта. Они рухнули на одеяло, утопая в объятиях и бесконечных поцелуях, от которых кружилась голова. В эту ночь мир за пределами комнаты перестал существовать были только они, их сбивчивое дыхание на двоих и страсть, которую больше не нужно было скрывать. Они лежали, переплетясь в темноте, тяжело дыша после того безумия, что только что произошло. Дима прижимал Эмиля к себе так сильно, словно пытался вжать его в свое тело, защитить от всего мира. Его сердце все еще колотилось о ребра Эмиля, как раненая птица. -Эмиль...-голос Димы надломился, став непривычно низким и вибрирующим. — Посмотри на меня. Эмиль поднял голову, его глаза блестели в полумраке. Он увидел в глубине зрачков Димы не просто страсть, а настоящий, почти первобытный страх. Масленников обхватил его лицо ладонями, и Эмиль почувствовал, как слегка дрожат эти пальцы, которые обычно так уверенно держат камеру. -Я каждый раз, когда мы заходим в эти чертовы подвалы, умираю внутри, - прошептал Дима, и его слова обжигали кожу.- Я смотрю в объектив, вижу тебя там, в темноте, и у меня внутри всё леденеет. Я так чертовски боюсь, что однажды я не успею... что я тебя не удержу. Эмиль попытался что-то сказать, но Дима накрыл его губы коротким, почти болезненным поцелуем, не давая перебить. -Послушай меня, — Дима прижался своим лбом к его лбу, и его голос сорвался на хрип.- Ты - всё, что у меня есть. Весь этот хайп, просмотры, гонка за мистикой это ничто по сравнению с тем, что я чувствую, когда ты рядом. Я не переживу, если с тобой что-то случится. Я просто не вывезу этот мир без тебя. Обещай мне... обещай, что ты всегда будешь возвращаться ко мне. Эмиль почувствовал, как к горлу подступил ком. Он перехватил запястья Димы, целуя его горячие ладони. -Обещаю, Дим. Слышишь? Я никуда не уйду. Я всегда буду идти на твой свет, - выдохнул Эмиль, и в его глазах стояли слезы. - Я люблю тебя больше, чем саму жизнь. Дима в ответ только крепче зажмурился и снова впился в его губы в этот раз поцелуй был соленым от эмоций и отчаянным, полным обещаний, которые важнее любых слов.