Младший брат Мадары Учиха

Глубокие вдохи, медленные и размеренные. Не обращая внимания на то, что дыхание слегка срывается, я стиснул зубы за сомкнутыми губами и принялся за дело. Оказалось, что в мешках и ящиках были в основном продукты, ткани и несколько предметов роскоши. Такие, что, по моему мнению, бандиты обычно не хранят. Разве что из глупого тщеславия или чтобы позлорадствовать над бывшими владельцами. Проверив всё, мы с братом вернулись к Хаято. Тот уже переместился с Наори к толстому бревну рядом с костром. Девочка не отрывала взгляда от пламени. Труп, как я понял, тайчо вытащил из огня и оттащил в сторону. — Ничего страшного, — тихо бормотал он рядом с девочкой. — Это дело привычки. Когда мы подошли ближе, он бросил на нас взгляд. — Тайчо, — первым взяв слово, твёрдо доложил я, стараясь, чтобы губы не дрожали, и полагаясь только на упрямую настойчивость. — Ничего особенного. В основном еда и ткани, немного специй и соли, — я повёл плечами. — Ещё есть кое-что, что выглядит так, будто они украли это у кого-то богатого. — И ничего, что говорило бы о нашем клиенте, — добавил Рёта, обведя взглядом поляну с трупами, и поморщился. — Тоже не нашли. Внезапно взгляд Рёты задержался на мне. Я заметил, как брат моргнул и переглянулся с Хаято. Тот молча кивнул ему, но я не понимал, что происходит. Пока Рёта не подошёл ближе и не опустил аккуратно ладонь на мою руку. — Изуна, всё в порядке, — мягко сказал он. Это было странно: раньше я такого тона у него никогда не слышал. — Ты можешь убрать кунай. Я вздрогнул так, словно меня только что встряхнули. Опустив взгляд, я увидел свою руку, застывшую со сжатым в пальцах ножом. Моргнул. О. Я даже не заметил, что до сих пор держу кунай. Медленными, осторожными движениями Рёта разжал мои пальцы, вытер клинок о траву, стирая с него как можно больше засохшей крови, и убрал в ножны. — Ты как? — понимающе заглянув мне в глаза, брат положил руку мне на голову. — Если хочешь, можешь дать волю чувствам. Но дело было не совсем в этом. Точнее, в этом, но… Как я понял, Наори, в отличие от меня, впервые увидела трупы. Тайчо как-то говорил, что девочка почти не покидала территорию деревни и тренировала свои навыки только рядом с другими членами клана. Да, она достигла довольно хорошего результата для своего возраста, но на практике никогда не сталкивалась с таким количеством мёртвых тел. Мне повезло больше. Если это вообще можно так назвать. Я уже видел убийства. Уже успел ощутить рядом с собой этот зловонный трупный запах. Видел, как угасает жизнь в глазах человека. Не скажу, что привык к этому после одного-единственного раза, но это было не в новинку. В отличие, пожалуй, от одного — того, о чём я когда-то говорил с Мадарой. Теперь причиной этих смертей был я сам. Как бы я ни настраивал себя на то, что это нормально, особенно для этого времени, внутри всё равно зудело. Адреналин, на котором я держался всё это время, начал отступать, уступая место пониманию и холодному рассудку. Я оглядел поляну. Около десяти человек в один миг лишились своего будущего. Неважно, насколько они были уродами. В моём мире даже самые отбитые получали наказание — долгие годы заключения или пожизненный срок. Здесь сроков не давали. Как и шансов. У тебя не было других вариантов, кроме как убить самому или умереть от чужой руки. С одной стороны, это понимание своей реакции и мыслей приносило облегчение: я обычный человек, так? Но с другой… Я снова поднял взгляд на брата. — Рёта, — мой голос был тихим. — Они ведь собирались убить меня, если я не убью их, верно? Или они убили бы Наори, тайчо или… тебя… Да? — почему-то мне нужно было подтверждение. Я и сам всё понимал, но хотел услышать это от других. — Я ведь правильно поступил, брат? В этот момент я заметил, как Рёта застыл на месте. Он приоткрыл рот, будто собирался что-то сказать, но, кажется, так и не нашёл подходящих слов. Его глаза были устремлены на меня, зрачки едва заметно подрагивали. Со стороны Хаято послышался вздох. Я услышал, как тайчо поднялся и, шурша травой, подошёл ко мне. Опустив ладонь мне на плечо, он повернул меня к себе лицом, а затем опустился на одно колено, чтобы быть со мной на одном уровне. — Изуна, — он говорил спокойно и ровно, и от этого моё сердцебиение будто начало успокаиваться. — Не знаю, можно ли называть то, что мы делаем как шиноби, «правильным поступком», но в этом мире есть бесчисленное множество людей, которые без колебания убьют тебя и тех, кто тебе дорог, только из-за знака на твоей спине. Мы живём в жестоком мире, и ты всегда должен помнить об этом, — он вздохнул. — Я не говорю, что мы должны утонуть в бессмысленных убийствах. Скорее о том, чтобы ты научился различать ситуации и быстро принимать решения, которые потом не будут порождать в тебе сомнения, — тайчо поджал губы. — Это сложно даже для взрослого человека, но, думаю, ты справишься. И я понимал, что он прав. Это были не пустые слова. Пусть и не те, что я, наверное, ожидал услышать, но правдивые. Взять хотя бы каа-сан. Она могла погибнуть при нападении на поселение только за то, что принадлежала к нему. Даже если она была не в состоянии защититься, никто не стал бы с этим разбираться. Тайчо прав. Мы живём в действительно жестокое время. Я бы сказал, отчасти безвыходное. — Спасибо, тайчо, — выдавил я и кивнул. Хаято едва заметно улыбнулся, приподняв уголки губ и склонив голову чуть набок. Затем положил ладонь мне на макушку и потрепал по волосам. . Спустя какое-то время, когда Наори стало значительно лучше и зеленоватый оттенок сошёл с её кожи, тайчо собрал нас вокруг себя. — Что ж, вы молодцы, хорошо справились, — похвалил он. — Но с настоящими шиноби будет в разы сложнее. — Мог бы и не говорить, — фыркнул Рёта, скрестив руки на груди. — Да-да. Я в курсе, что ты у нас самый опытный, — ухмыльнулся Хаято. — Но не думай, что все шиноби такие же, как клан Васаби или Митараши. Есть кланы, с которыми даже тебе, со всем твоим опытом, придётся туго. — Ты про Сенджу? — Рёта хмыкнул. — Они просто могут себя лечить. У них нет каких-то особенных техник, как у нас. — Это и есть их особенная техника, — тяжело вздохнул тайчо. — Благодаря целительным навыкам на поле боя Сенджу чаще всего и выходят победителями, и считаются одним из сильнейших кланов. Не стоит их недооценивать. Рёта ничего не ответил, только заметно скривил губы. — А что теперь, тайчо? — спросил я, пытаясь сменить тему и вернуть фокус на задание. Хаято задумался, бросив взгляд на разбросанные по округе тела. — Нужно обыскать трупы, — его взгляд метнулся куда-то в сторону леса. — И постараться найти хоть какие-то следы. Мы втроём молча кивнули. . Следы мы действительно смогли найти примерно полчаса спустя. Однако от клиента остались лишь останки — в нескольких километрах к северо-востоку. А вместе с ним и останки торгового каравана, с которым он должен был прибыть в деревню. — Только не говорите, что мы будем хоронить тела, — голос Наори слегка подрагивал. — После стольких дней под палящим солнцем их будет трудно сдвинуть с места, — ответил тайчо. — И забрать нашего парня так, чтобы он не развалился на куски. — Похоже на то, — скривился, глядя на всю эту картину, Рёта. Я же, смотря на это, прилагал усилия, чтобы не закрыть нос, хотя прекрасно понимал, что это мало чем поможет. — А мы вообще можем быть уверены, что это наш парень? — вдруг поинтересовался Рёта, рассматривая позеленевшее, почти неузнаваемое тело, которое когда-то было живым человеком. Оно кишело насекомыми. — Угу, — тайчо кивнул на кусок плаща, покрывавшего одного из мертвецов: на ткани виднелся витиеватый знак. — Это знак их торговой гильдии. Так что, они. — Ну и… — Наори сглотнула. Казалось, она изо всех сил сдерживалась, чтобы её снова не стошнило. — Что будем делать? Тайчо выдержал паузу, а затем вздохнул. — Отойдите, — приказал он. Мы послушались и отошли примерно на три метра. Хаято сложил руки в печати. — Катон, — пробормотал он, надувая щёки и поднеся два пальца к губам. — Гокакью но Дзюцу! Из его рта вырвался огромный огненный шар и мгновенно охватил тела. Когда пламя погасло, на земле остались лишь обгоревшие кости. Затем тайчо велел похоронить уже их. — И что дальше? — поинтересовалась Наори, когда кости оказались под землёй. — Мы просто вернёмся обратно? — она посмотрела в ту сторону, откуда мы пришли. — И что делать с трупами бандитов?.. Их тоже похороним? — она скривилась. — Нет, — спокойно ответил Хаято, мотнув головой. — Мы вернёмся и доложим старейшинам о том, что случилось. Дальше они сами решат, что делать с этой информацией и как сообщить заказчику. А точнее, семье погибшего. Бросив последний взгляд на самодельные могилы, мы отправились назад. . В этот раз я снова оказался на спине у Хаято. Наори больше не бросала в мою сторону презрительных взглядов. Она вообще не сводила пустых глаз с прямой дороги, по которой мы направлялись в поселение. Девочка выглядела задумчивой и расстроенной. Периодически я замечал, как она поджимает дрожащие губы. — Изуна? — внезапно позвал меня Хаято, не оборачиваясь и не ослабляя хватки, которой придерживал мои колени. — М? — отозвался я. — Я не хотел заводить эту тему там, но… — он выдержал паузу, словно раздумывая. — Я видел, как ты бросил сенбон в одного из бандитов. В того, что пытался ударить Наори. Девочка в этот момент вздрогнула, услышав своё имя, и нахмурилась. — Да, — кивнул я. — Я действовал на автомате. — Это правильно, но я не об этом, — тайчо хмыкнул. — Как бы так сказать… — он пытался подобрать слова. — После твоего сенбона он двигался неестественно. И очень быстро свалился, хотя обычно, когда ранят в шею, всё выглядит иначе. В общем, мне показалось это странным… — Оу, — так он заметил. — Ну да, — я повёл плечами. — Это был яд. Скрывать дальше было бессмысленно. Всё равно рано или поздно мне пришлось бы всё раскрыть. Особенно если я и дальше собирался участвовать в командных боях. — Эн..? — лицо тайчо вытянулось, и он внезапно остановился на одной из веток. Заметив это, Рёта и Наори остановились вместе с ним. — Эй, чего встали? — недовольно буркнул Рёта, подойдя к нам. Однако Хаято проигнорировал его выпад и, удивлённо вскинув бровь, посмотрел на меня. — Яд? — переспросил он наконец. — Угу, — подтвердил я. — Игла была смазана ядом. — И откуда этот яд? — Я его сам сделал, — спокойно пожал я плечами. — А потом смазал им свои иглы и сюрикены. — Сам?! — удивление тайчо нарастало. Это было слышно по голосу. — Ты сам создаёшь яды и можешь использовать их в бою? — Ну… что-то вроде того. А что? Что-то не так? Хаято моргнул, а затем посмотрел на Рёту. По лицу брата было понятно, что он тоже ничего не понимает. Наори также застыла, удивлённо глядя в мою сторону. — Почему ты не сказал, что твой брат пользуется ядами? — тайчо нахмурился. — А чего ты на меня смотришь? — тут же перешёл в наступление Рёта. — Я вообще впервые об этом слышу. Как и ты. — Он прав, — подтвердил я. — Рёта не знал. Как и никто из семьи, — после короткой паузы я добавил: — Кроме Мадары. — Я, блин, даже не сомневался, — обиженно буркнул Рёта. — Изуна, — снова повернул ко мне голову Хаято, продолжая держать меня на спине. — Почему ты не сказал, что умеешь создавать яды и использовать их? — Мадара попросил не рассказывать, — я поджал губы. — Пока что. Тайчо выдохнул. — Могу предположить, что это из-за Таджимы, верно? Я ничего не ответил, но, кажется, он и так всё понял. — Ладно. Изуна, ты понимаешь, что использование ядов — это отличный инструмент ведения боя. Я бы даже сказал, уникальный… Хн… — он ненадолго замолчал, задумавшись. — А определять яды ты умеешь? — Угу, — кивнул я. — Не все, но некоторые. — А-а, — протянул Рёта, словно что-то вспомнив. — Так вот как ты так быстро создал противоядие тогда. Для меня и Сэйдзи, да? Я молча кивнул и заметил, как Наори вздрогнула при этих словах. Девочка всё это время стояла молча, со слегка приоткрытым ртом, и слушала нас. Но затем поджала губы и снова нахмурилась, а её руки, опущенные вдоль тела, сжались в кулаки. — Хн, и противоядия делаешь… — Хаято ухмыльнулся. — Оказывается, мне очень повезло, что ты попал в мою команду. Пусть и временно. Значит, если будет ещё одно нападение клана Митараши, я хотя бы буду знать, что у нас есть шанс выжить, благодаря тебе. Мне показалось, что он сильно переоценивает мои силы. — Ла-адно, — протянул тайчо. — Есть что-то ещё, что нам стоит иметь в виду при нападении? Я задумался, наклонив голову чуть набок. — У меня есть устойчивость, — продолжил я. — К некоторым видам яда. — Что?! — синхронно прозвучал ошарашенный вопрос Хаято и Рёты. — Серьёзно?! — возмутился брат. — Какого чёрта ты молчал всё это время?! — Не думал, что это важно, — я пожал плечами. — Да меня и не спрашивали до этого момента. — Не спрашивали его… — пробубнил Рёта. — Блин. — Ладно, успокойся, — вздохнув, произнёс Хаято. — Ничего страшного. Вражеские отряды нам пока не попадались, так что хорошо, что мы узнали об этом сейчас, а не потом, — он снова посмотрел на меня. — А как давно у тебя эта устойчивость? — Не ко всему, — на всякий случай уточнил я. — Но примерно с трёх лет я добавлял свои яды в еду, чтобы привыкнуть к ним. Рёта заметно сморщился, а Наори так и стояла хмурая. В её взгляде я заметил какую-то неприязнь, направленную в мою сторону. — Что ж, Изуна, это дельная информация, — наконец кивнул тайчо. — И очень важная. — Угу. — Надеюсь, это всё? Или есть что-то ещё? — Вроде всё, — подтвердил я. — Вроде? — прищурился он. — Всё. — Отлично, — снова тяжёлый вздох. — Позже разберёмся, что с этим делать. А пока... Возвращаемся. В этот раз брат и Наори вдвоём одарили меня недовольным взглядом, после чего мы отправились дальше. . Утреннее солнце стояло высоко, заливая тренировочную площадку ровным золотистым светом. Я стоял в центре, перебрасывая кунай из одной руки в другую. Привычный вес оружия, который когда-то казался неподъёмным, теперь ощущался продолжением ладони. Впрочем, расслабляться было рано. Мне по-прежнему не хватало скорости и выносливости. Тело ребёнка, какой бы прогресс ни был, всё ещё оставалось телом ребёнка. Вокруг было тихо. Непривычно тихо для меня. Мадара снова где-то пропадал. Уже и не помню, когда мы с братом проводили время вместе. Скучал ли я по нему? Наверное. Но немного, так как у меня и у самого было не то чтобы много времени из-за заданий. Тоу-сан отправился на важную миссию четыре дня назад. Как я смог узнать, перед уходом он собрал старейшин и передал им временное управление делами клана. Обычно подобные вещи он не доверял никому, кроме себя. Значит, миссия была действительно серьёзной. Каа-сан, к счастью, наконец полностью оправилась. Её кожа снова приобрела здоровый оттенок, а кашель прекратился. Сегодня утром я видел, как она вместе с несколькими женщинами из клана перетаскивала тюки с тканью в сторону швейной мастерской. Она выглядела немного уставшей, но живой. И после того, как я долгое время наблюдал её болезненный вид, сейчас этого было достаточно. Токума ушёл с утра куда-то с группой ребят. Я не знал их, а он и не рассказывал. Кагэцу был на дежурстве у восточного периметра. А Рёта… Рёта, кажется, тоже был чем-то занят. Мы виделись за завтраком, но он лишь коротко кивнул мне и ушёл, не сказав ни слова. Впрочем, это было нормально. Несмотря на то что мы были в одном отряде, наши отношения за пределами миссий оставались… Сдержанными. Не холодными, нет. Скорее каждый из нас жил в своём ритме. И мне, если честно, было так комфортнее. Я подбросил кунай, поймал его обратным хватом и метнул в мишень. Лезвие с глухим стуком вошло точно в центр. Выдохнул и потянулся за следующим. Взяв в руки нож, я как раз уже прицелился, когда со стороны тропы, ведущей к площадке, послышались шаги. Застыв с кунаем в руках, обернулся. На краю площадки стоял Рёта. Руки привычно скрещены на груди, лицо как обычно хмурое. Рядом с ним стоял мальчик чуть младше брата. Но ненамного. Невысокий, с мягкими чертами лица и аккуратно зачёсанными назад тёмными волосами. На его левой руке, от локтя до запястья, виднелся бледный рубец. Я узнал этого мальчика. Это был тот самый Сэйдзи, которого Мадара донёс до селения вместе с Рётой. Удивлённо сморгнув, я переводил взгляд с брата на мальчика и обратно. Рёта заметил моё замешательство и лишь коротко мотнул головой в сторону Сэйдзи. Сэйдзи сделал шаг вперёд. Его осанка была прямой, но я заметил, как пальцы его правой руки нервно теребили край рукава. Он остановился в нескольких метрах от меня и глубоко поклонился. Обычно так кланяются старшим. — Изуна-сан, — произнёс он выпрямившись. Я слегка наклонил голову вбок. Сан? Серьёзно? Он же гораздо старше меня. — Здравствуй, Сэйдзи, — я кивнул ему, после чего убрал кунай обратно. — Давно не виделись… Да? — интересно, уместно ли вообще это говорить, если первая и последняя наша встреча были в момент, когда Сэйдзи находился без сознания? — Как самочувствие? — Гораздо лучше, — он снова кивнул, и на его лице появилась мягкая, чуть застенчивая улыбка. — Тамаэ-сан говорит, что я полностью восстановился, — он едва заметно коснулся рубца на руке. — Ну… Почти. — Рад это слышать, — я ответил ему искренне. Сэйдзи помолчал с секунду, переступив с ноги на ногу. Затем вздохнул, словно набираясь решимости. Его взгляд стал серьёзнее. — Изуна-сан, я… — он запнулся сглотнув. — Я хотел поблагодарить тебя. Давно хотел, но… Всё не было подходящего момента. — Поблагодарить? — я чуть приподнял бровь. — За то, что спас нас тогда. Меня и Рёту, — он снова поклонился, на этот раз ещё ниже. — Вместе с Мадарой. Если бы не вы двое, мы бы… Он не стал договаривать. Но, кажется, мы оба понимали, что он имел в виду. Я бросил быстрый взгляд на Рёту. Тот стоял всё в той же позе, но я заметил, как он чуть опустил взгляд. Видимо, тема до сих пор была для него не самой приятной. — Всё нормально, — я повёл плечами. — Я просто сделал то, что мог. На моём месте любой бы поступил так же. — Нет, — Сэйдзи покачал головой выпрямившись. Его голос стал твёрже. — Не любой. Мне рассказали, что ты приготовил снадобье прямо там, в лесу, из подручных трав. Тамаэ-сан говорила, что без него мы бы не дотянули, — он выдержал паузу, глядя мне прямо в глаза. — А ты даже младше меня, Изуна-сан, — я поджал губы. То есть он прекрасно понимал, что я младше, и всё равно продолжал называть меня «сан». — Поэтому не говори, что это «нормально». Я увёл взгляд чуть в сторону. Не знал, что ответить на это. Сэйдзи говорил без пафоса и театральности. Просто констатировал то, что для него являлось фактом. — Ладно, — наконец произнёс я, снова посмотрев на него и кивнув. — Принимаю благодарность. Но «сан» — это лишнее. Просто Изуна. Он чуть замешкался, но затем кивнул: — Хорошо... Изуна. Между нами повисла короткая тишина. Я уже было собрался вернуться к тренировке, как заметил, что Сэйдзи не двинулся с места. Более того, его пальцы снова начали теребить край рукава. Мальчик опустил глаза и прикусил нижнюю губу. Видимо, благодарность была не единственной причиной его визита. — Сэйдзи? — я чуть наклонил голову. — Что-то ещё? Он поднял на меня взгляд, а затем быстро покосился в сторону Рёты. Тот, казалось, знал, о чём пойдёт речь, потому что его хмурость чуть усилилась, а взгляд скользнул куда-то в сторону. — Да, — наконец выдавил Сэйдзи. — Я хотел попросить тебя кое о чём. Если можно. — Попросить? — я удивлённо сморгнул. — О чём? Он замолчал. Видно было, что слова даются ему с трудом. Его брови чуть подрагивали, а взгляд метался, словно он пытался правильно сформулировать свою мысль. Я не торопил его. Просто стоял и ждал. Наконец, Сэйдзи глубоко и тяжело вздохнул. И его плечи чуть опустились. — Ты же знаешь Наори-тян? — спросил он тихо. — Вы ведь в одной команде, верно? Я молча кивнул. — Понимаешь… Я брат Наори. Старший брат, — уточнил он. Я замер на месте. Несколько секунд просто смотрел на него, обрабатывая услышанное. — Наори? — повторил я, убедившись, что правильно расслышал. — Наори Учиха твоя сестра? — Родная, — кивнул он подтвердив. Я перевёл взгляд на Рёту. Тот лишь едва заметно пожал плечом. Видимо, он об этом знал. А я нет. Хотя, если подумать, это имело смысл. Второй явно обладал большей информацией о членах клана, чем я. — Понятно, — кивнул я. — И… что с ней? Сэйдзи сглотнул. — Она… — он запнулся, подбирая слова. — После вашего недавнего возвращения Наори уже несколько дней не спит. — Не спит? — Угу, — он поджал губы. — Раньше она всегда ложилась вовремя. Она вообще очень дисциплинированная, но ты, наверное, и сам знаешь, — он горько усмехнулся. — Но сейчас… Я слышу, как она ворочается ночью. Иногда встаёт и сидит у окна до самого утра. Просто сидит и смотрит в темноту. Когда я пытаюсь заговорить, она говорит, что всё нормально, и приказывает мне идти спать. Он замолчал. Его пальцы, которые до этого нервно теребили рукав, замерли. — Но это не нормально, — добавил Сэйдзи тише. — Я вижу по её глазам. Она… Кажется, просто не может уснуть. Или боится. Я вспомнил наше недавнее задание и то, как Наори стало плохо после убийства нескольких бандитов. Мадара говорил, что такое может быть, особенно в первый раз. Даже он признавался, что ему снились кошмары после первой отправки с тоу-саном на поле боя. Поэтому реакция на такое у семилетней девочки была вполне ожидаема. В этом плане мне повезло больше. Наверное. — Я думал, что ты мог бы как-то… — продолжил Сэйдзи. — Ты же, наверняка, знаешь какие-то способы, как побороть бессонницу, верно? Способы я, конечно, знал, вот только... Вряд ли они надолго помогут избавить её от кошмаров. Здесь скорее нужна поддержка других людей, чем какой-то отвар. А учитывая, что с Наори мы так и не нашли общий язык, глупо было предполагать, что она будет рада моей помощи. Неважно, моральной или физической. Однако бросить товарища, с которым вы переживаете убийство других людей и каждый день рискуете на пару жизнями — глупо и, в каком-то смысле, безответственно. Неизвестно, сколько нам ещё придётся работать вместе, поэтому стоило попробовать хотя бы сейчас наладить связь с ней. Хоть какую-нибудь. К тому же я немного понимал переживания её брата. — Я помогу, — наконец, ответил я. — Правда? — глаза парня слегка заискрились надеждой. — Угу, — кивок. — Но для начала мне нужно кое-что сделать. Мы можем увидеться вечером? Сэйдзи удивлённо сморгнул, затем обернулся молча в сторону Рёты, на что тот лишь лениво пожал плечами, а потом снова посмотрел на меня. — Да, — кивнув, Сэйдзи улыбнулся. — Хорошо. — Отлично, — ответил ему я. — Тогда до вечера.