Младший брат Мадары Учиха

Я следовал за Наори. Девочка целенаправленно и уверенно вела меня сначала по центральной дороге. Затем мы свернули и прошли мимо сушилок с бельём. Выйдя и обогнув небольшое здание, напоминающее храм с треснувшей крышей, мы вышли к южной части посёлка, где я раньше никогда не бывал. На моё удивление, здесь даже воздух был иным. Густым и тяжёлым, пропитанным запахом угля, перемешанного с горячим металлом. Я втянул его носом и невольно прищурился. Видимо, мы были близко. И словно мне в подтверждение, Наори кивнула подбородком в сторону длинного приземистого здания из тёмного дерева, над крышей которого поднимались тонкие струйки чёрного дыма. — Вон она, — произнесла она сухо и покосилась в мою сторону. — Это и есть кузница. Мы чуть замедлили шаг. Здание выглядело гораздо старше, чем большинство построек поселения. А учитывая то, что в последнее время дома в клане стали слегка укреплять и реставрировать не так давно, это место выделялось среди остальных. Его стены почернели, видимо, от копоти. Деревянные балки слегка проседали под собственным весом. У входа я заметил груду железного лома, а если посмотреть чуть поодаль, то можно увидеть бочку с водой, в которое плавали древесные угольки. — И… — задумавшись, произнёс я, продолжая оценивать взглядом здание. — Как давно она здесь стоит? — Сколько я себя помню, столько и стоит, — девочка пожала плечами, не оборачиваясь в мою сторону. — Или ты что… — я заметил её голосе ухмылку. — Думал, что мы оружие из воздуха берём? — Нет, но… — я наклонил голову вбок. — Его же можно покупать у других поселений. Наори остановилась и обернулась в мою сторону. Её бровь слегка изогнулась. Я остановился вместе с ней и несколько раз моргнул, глядя на неё. — Что? — не выдержав её молчаливого и пристального взгляда на меня, уточнил. — Я что-то не так сказал? Она помолчала ещё несколько секунд, после чего скривила губы и отвернулась. — Ты хоть представляешь, какая переплата будет в этом случае у нашего поселения? — она фыркнула. — У нас и без того ситуация с финансами хуже, чем у других сильнейших кланов страны. Или ты что, — Наори скрестила руки на груди и вновь покосилась в мою сторону. — Хочешь, чтобы мы совсем загнулись, тратя все сбережения на оружие? Я невольно сощурил взгляд на её выпад. Пусть он и был обоснованный, но её интонация немного раздражала. — Я просто спросил… — вздох. — Ну да, — хмык. — Спросил он, — затем она опустила руки и снова двинулась в сторону здания. — Идём. Кажется, я немного начинал понимать, почему Рёта задал мне тогда вопрос насчёт ядов. Девочка порой, действительно, была невыносима. Впрочем, ладно. Главное, что она не доставляет проблем, а остальное — как-нибудь приложится. Наверное. Наконец, подойдя к входу, Наори потянула на себя тяжёлую деревянную дверь. Та открылась с протяжным скрипом, выпуская наружу ещё больше дыма и тепла. . Внутри было очень жарко. Настолько, что я почувствовал, как у меня начинает течь пот со лба, буквально через несколько минут. В дальнем углу горела большая и каменная печь с толстой дымоходной трубой, уходящей в потолок. Рядом с ней стояла наковальня, а на стенах, на деревянных крюках, висели десятки инструментов: молоты, щипцы, напильники и какие-то странные крючья, назначение которых я не знал. На низких столах вдоль стен лежали заготовки оружия: ещё не заточенные кунаи, полосы металла и сломанные сюрикены, которые, видимо, принесли на переплавку. Во всяком случае, это были только мои догадки. А у наковальни, спиной к нам, стоял высокий и широкоплечий мужчина лет сорока пяти на вид. Хотя учитывая, что «на вид» здесь все выглядели старше, возможно, с возрастом я промахнулся. Кожаный фартук закрывал его грудь и ноги почти до самых колен. Чёрные волосы, уже тронутые сединой на висках, были стянуты грубой верёвкой в низкий хвост. Рукава закатаны до локтей, и я увидел, как на его предплечьях перекатываются мышцы при каждом ударе молота. Бам. Бам. Бам. Звук удара был ритмичным. Если честно, мне даже это понравилось. Было в нём что-то успокаивающее, что ли. — Тэцуо-сан! — подала голос Наори, пытаясь перекрикнуть шум. Мужчина обернулся не сразу. Последовало ещё три удара, прежде чем он опустил молот и критически осмотрел заготовку, что лежала перед ним. И только после этого он повернулся к нам. У него было загорелое лицо, исчерченное глубокими морщинами, и хмурый взгляд. Шрам рассекал левую щёку и уходил под бороду. Когда его взгляд опустился на Наори, морщины на его лбу чуть разгладились. А губы дрогнули в лёгкой улыбке. — О, — низким голосом с хрипотцой произнёс он. — Наори. Давненько ты не заходила. — Была занята, — коротко отозвалась она. — Опять миссии? — Угу. — Хм, — он хмыкнул и перевёл взгляд на меня. Его глаза сузились. Он оценивающе смотрел на меня, несколько секунд не моргая. Взгляд прошёлся по моему лицу, опустился на плечи, а затем задержался на руках. Наконец, мужчина хмыкнул во второй раз. — А этот малец у нас кто? — бросил он Наори, не сводя с меня глаз. — Лицо мне его кого-то напоминает, но не могу вспомнить кого... — Это Изуна, — она скрестила руки на груди. — Он младший сын Таджимы-самы. Брови Тэцуо поползли вверх. Мужчина отложил молот в сторону, вытер руки о фартук и подошёл ближе. Он опустился передо мной на корточки, но даже в таком положении он был чуть выше меня. — Вот оно как, — протянул он, продолжая рассматривать меня. — А я всё думал, чей это пацан к нам пожаловал, — Тэцуо ухмыльнулся. — Ты мне брата своего напоминаешь. Есть у вас что-то общее… — Вы про Мадару? — решил уточнить я. — Или… — Про него, конечно, — кивнул он так, словно других вариантов и быть не могло. А они были. Целых четыре. — Он сюда лет с семи бегал, всё просил кунаи потяжелее сделать. Доставучий он, конечно, — мужчина фыркнул. — Упрямый такой… Я едва заметно улыбнулся. Это действительно было похоже на старшего. — Рёту, кстати, тоже знаю, — продолжил Тэцуо прищурившись. — А ты, значит, самый младший? Тот самый, о котором в клане шепчутся? Я чуть нахмурился. — Шепчутся? — Да ладно, малец, — он усмехнулся, и шрам на его щеке дёрнулся. — В нашем поселении ничего не скроешь. Говорят, будто Таджима-сама своих сыновей гениями растит. Особенно младшего, — он выдержал паузу, а затем снова поднялся на ноги, выпрямившись, и бросил быстрый взгляд на Наори, опустив ладони на пояс: — Ну и, чего вам нужно, мелкие? — он посмотрел на меня. — Или просто так, навестить пришли? — Да просто, — взмахнула рукой Наори. — Просто наш наследник главы клана не знал, что у нас вообще кузница есть. Вот я и показала ему. — Вот как… — переведя взгляд на девочку, едва заметно кивнул Тэцуо. — Понятно. Значит… — Вообще-то, — задумчиво перебил я мужчину. — Есть у меня один вопрос… Тэцуо удивлённо вскинул бровь и опустил на меня взгляд. А затем хмыкнув, кивнул. — И какой же? — Скажите, Тэцуо-сан, — чуть выпрямившись, я посмотрел на Тэцуо. Мой голос стал серьёзнее. — Есть ли у вас специальный металл, который проводит чакру? Тишина. Я заметил, как у Наори удивлённо поднялись брови. Тэцуо же на мгновение замер. А в его взгляде скользнула задумчивость. А потом он... весело усмехнулся так, что шрам на его щеке снова дёрнулся. — Ну надо же, — он покачал головой. — Вот уж чего не ждал, так это подобного вопроса от сопляка, который мне до пояса не достаёт. Я промолчал. Смысла отвечать на это не было. Тэцуо покачал головой ещё раз, а потом, уже серьёзнее, посмотрел мне в глаза. — Врать не буду. Есть у меня нечто подобное. Недавно появилось в арсенале, буквально неделю назад, — коротко произнёс он. — Не буду спрашивать, откуда ты о таком узнал, так как не моё это дело. Но да, малец. Есть такой металл. А что? Сердце у меня на секунду сбилось с ритма. Есть. Значит, моя догадка была верна. И значит, всё это не зря. — Значит, — продолжил я. — Вы можете… — Только вот, сильно-то не радуйся, — осёк меня тут же Тэцуо, видимо, заметив, как изменилось моё выражение лица после его ответа. — Металл этот редкий. Мне его из северной страны торговцы привезли недавно. — Из севера? — переспросил я. — Угу, — он кивнул. — В той стране нет кланов шиноби. Почти все там самураи, которые ни с кем не сотрудничают, да и о своих делах не распространяются. Так вот, лет пять тому назад, в горах, они смогли найти какие-то залежи и стали из этого металла ковать для себя оружие, — Тэцуо развёл руки в стороны. — Торговцы едва уговорили правительство их страны, чтобы те смогли хоть немного этого редкого металла перепродать другим. Поэтому у меня его совсем мало… Я прикусил внутреннюю сторону щеки, обдумывая услышанное. Где-то на подкорках воспоминаний всплывала Тетсу но Куни, которая действительно состояла не из кланов шиноби, а самураев. И была единственной страной, которая никогда не участвовала в боях и политических конфликтах других стран, всегда занимая нейтральное положение. Видимо, с этого времени и до времени, когда началась основная ветка истории — ничего не менялось. Но больше меня волновало другое… Значит, в этом времени металл пока был редкий, и никто в клане не производит его самостоятельно. А значит, если он кончится, то восполнить его будет практически нереально. Во всяком случае, пока что. — И сколько у вас его осталось? — уточнил я. Тэцуо прищурился. — А зачем тебе знать-то? Я выдержал паузу. Потом, всё так же глядя ему в глаза, сказал: — Мне нужно оружие из этого металла. Наори рядом со мной едва заметно вздрогнула. Я поймал на себе её быстрый косой взгляд. А вот Тэцуо... Тэцуо не удивился. Его лицо осталось таким же спокойным. Только уголок рта чуть дёрнулся, но не в улыбке. — Нет, — просто ответил он. — Извини, пацан, но ничем помочь не могу. Я ожидал прямого отказа, учитывая услышанное, но внутри всё равно что-то неприятно скрутилось, хотя внешне я остался спокойным. — Почему? — я выдержал паузу, прежде чем продолжить: — Разве металл не должен как раз таки служить для создания оружия? Тэцуо тяжело и устало вздохнул, а затем молча отвернулся и отошёл к наковальне. Развернувшись и облокотившись на неё, он скрестил руки на груди. — Должен, но мне этот металл и самому нужен, — ответил он, глядя куда-то в сторону печи. — У меня его буквально горсть, а потому я берегу его для особых случаев. В нашем клане и так много тех, кому дай чего-нибудь такого, эдакого... — он помолчал, а потом посмотрел на меня. — Если я буду раздавать его всем подряд, его хватит на пару месяцев. А потом что? — Я и не прошу для всех, — пожав плечами, возразил я. — Только для себя. Тэцуо заметно ухмыльнулся. — Дерзко, — хмыкнул он. — И почему же тебе должно быть исключение? — мужчина выдержал паузу. — Ты, малец, не обижайся, но в клане есть шиноби посильнее тебя. И постарше. И если я сделаю оружие для каждого, кто попросит, — он пожал плечами. — Сам понимаешь. Я поджал губы. Логика в его словах была, а потому возразить на это мне было нечего. Плохо. В голове уже начинала выстраиваться резервная цепочка мыслей: где ещё можно достать такой металл? С кем из северных торговцев связаться? Вообще, существует ли у нас в поселении хоть какой-то товарооборот с северными деревнями? Но если Тэцуо смог с ними состыковаться, то значит… Однако ход моих мыслей тут же прервал внезапный голос Наори. — Тэцуо-сан, — неожиданно обратилась к нему девочка. — Вы же понимаете, что это сын главы клана? Я чуть повернул голову в её сторону. Наори стояла, чуть выпрямившись, и строго смотрела на Тэцуо. Я бы сказал, даже с лёгким вызовом. В её голосе не было уже той отстранённости, с которой она разговаривала со мной. Сейчас она говорила твёрдо и... заступалась за меня..? Хн. Я не знал, что меня удивило больше: сам факт заступничества, или то, как легко она переключилась на этот тон. Но Тэцуо не дрогнул. Он посмотрел на Наори долгим и спокойным взглядом, а потом медленно покачал головой. — Извини, девочка, — его голос стал чуть глуше. — Я кую для Учих уже двадцать лет. И за эти двадцать лет у меня перед глазами прошло три главы клана. А уж сколько их сыновей... — он помолчал. — Не счесть. Я уважаю Таджиму-саму, но этот металл мне достался один раз в жизни. И я не отдам его просто потому, что кто-то из сыновей главы пришёл и попросил об этом. Он снова перевёл взгляд на меня. — Ты уж извини, малец. Не обижайся на старика, ладно? Наори стиснула зубы. Я видел, как её пальцы сжались в кулаки. Она, похоже, всерьёз собиралась возразить, но я легонько коснулся её локтя. Она дёрнулась и посмотрела на меня. Я молча покачал головой. Наори сощурилась, но, на моё удивление, подчинилась. Отошла на полшага, скрестив руки на груди, и уставилась куда-то в сторону, вздёрнув подбородок. Я же снова повернулся к Тэцуо. Нужно было что-то быстро придумать. Он не даст мне металл на полноценное оружие. Это было понятно. Но... что если попросить что-то поменьше? Кунай из чакропроводящего сплава — слишком дорого. Катана — ещё дороже. Даже сенбоны — это уже приличный объём материала. А что, если... Я поднял взгляд. — Тэцуо-сан. — Хм? — А лески? — спросил я. — Можно ли сделать лески из этого металла? Тэцуо прищурился. — Лески? — Просто тонкую железную проволоку, — уточнил я. — На неё же немного металла должно уйти, верно? Мужчина замолчал. Я увидел, как его взгляд поплыл в сторону. Он задумался. Его пальцы, лежавшие на скрещённых руках, слегка постукивали по локтю. Прошло несколько десятков секунд. Может, больше, так как они мне показались вечностью. Наконец, он снова посмотрел на меня. — Лески, значит, — протянул он. — Хм. Думаю смогу сделать что-то подобное... Он почесал подбородок двумя пальцами. — Если попробовать тянуть аккуратно, — начал размышлять он вслух. — То на приличный моток может уйти не так много. Так что… — он хмыкнул. — Такое вполне возможно, малец. У меня внутри что-то отпустило. — Значит, вы согласны? Тэцуо ещё раз окинул меня долгим взглядом. — Согласен, — кивнул он. — Но не обещаю быстро. Работа очень тонкая, а сам металл капризный. Так что в лучшем случае... месяц, — Тэцуо пожал плечами. — Может, полтора, — пауза. — В общем, как получится. — Меня это устраивает, — быстро ответил я. — Спасибо, Тэцуо-сан, — поклонился. Он отмахнулся. — Не благодари раньше времени. Вот принесу тебе моток, тогда и будешь благодарить… [Спустя десять минут] Мы покинули с Наори кузнецу. На улице воздух показался мне непривычно свежим после жары в помещении. Мы миновали здание, из которого вышли, и свернули на узкую тропу между двумя домами. — Изуна, — обратилась ко мне Наори. — М? — А зачем тебе лески из этого металла? Я хмыкнул. — А что, не очевидно? — захотелось мне подразнить её. — Если бы было очевидно, я бы не спрашивала, — сухо отрезала она. Я едва заметно улыбнулся уголками губ. — Ну, давай подумаем, — продолжал я. — У меня есть стихия молнии, и она очень слабая. А значит, чем лучше у меня будет проводник, тем эффективнее я смогу её использовать. Наори остановилась. Медленно повернулась ко мне. Её глаза сузились. — Ты хочешь... пропускать через эти лески разряд? — Именно, — кивнул я, остановившись вместе с ней. — Они тонкие и их почти не видно. Можно обмотать ими противника, а потом пустить по ним ток. Или натянуть в виде ловушки. Или... — я пожал плечами. — Много чего можно придумать. Я выдержал паузу, а потом добавил: — В прошлом бою, когда меня швырнуло в лужу, я убил двоих шиноби только потому, что вода хорошо проводит ток. Но воду нельзя таскать с собой, а в нашем клане нет ни одного шиноби, который бы использовал стихию воды. Зато моток проволоки спокойно можно переносить с собой. А ещё её нельзя смыть дождём, как ту же ядовитую пасту… Наори смотрела на меня очень долго. Её брови чуть хмурились, а губы были плотно сжаты. — Глупость, — наконец, отрезала она. Я моргнул. — Что? — Это глупость, — повторила девочка, скрестив руки на груди. — Ты всерьёз думаешь, что сможешь поймать леской взрослого шиноби? Он что, по-твоему, будет стоять и ждать, пока ты его... как там... обмотаешь? — она фыркнула. Я открыл было рот, чтобы возразить, но она продолжила: — И потом даже если обмотаешь… Сколько чакры на это нужно? Твой разряд, ты сам говорил, слабый. Он только ранит. А если ты будешь пускать его через леску, он ослабнет ещё больше. Ты потратишь кучу времени, чтобы обмотать противника, и в итоге даже не убьёшь его. Я молчал. Частично она была права, частично — нет. Но я не собирался сейчас вступать с ней в теоретический спор о сопротивлении проводников и усилении разряда через узконаправленный канал. — Посмотрим, — лишь тихо ответил я. — Посмотрим, — согласилась она фыркнув. — Только не говори потом, что я не предупреждала, когда тебя в первом же бою отделают. — Угу. Она посмотрела на меня ещё раз. В её взгляде смешались недоверие, раздражение и некое любопытство. Потом она развернулась и пошла дальше. . Прошло ещё полтора года. Именно столько мне потребовалось, чтобы наконец-то научиться работать с леской, которую для меня сделал Тэцуо-сан. Ну и заодно прокачать свой навык в использовании стихии молнии. Теперь мне было шесть. Тэцуо сдержал слово. Через полтора месяца после нашего разговора он вручил мне аккуратный моток тонкой, почти невесомой проволоки. Я помню, как взял её в руку и почувствовал, как совсем небольшое количество чакры, так чисто для пробы, легко пробежала по ней. И это было то, что нужно. С того дня я начал тренироваться почти каждый день. Сначала просто учился управляться с проволокой. И это было сложно. Она то заплеталась, то, наоборот, выскальзывала из пальцев. Я порезался о неё раз сто, наверное. Потом я начал учиться её метать. Привязывая к ней различные грузики, вплоть до сюрикенов, обвязывал деревянные столбы на тренировочной площадке. Сначала с трёх метров, потом с пяти, затем с семи. Потом пропускал разряд и смотрел, как кора обугливается в тех точках, где проволока её касалась. Узнавал, как ведёт себя ток на разных участках. Где он слабеет, где усиливается, а где, при правильном замыкании, идёт мощной и концентрированной вспышкой. . Сегодня утром я снова тренировался до обеда. Обвязывал мишень за мишенью, пока руки не заныли, а моток проволоки не стал казаться тяжёлым. А потом... потом я просто решил отдохнуть. [Спустя двадцать минут] Я сидел на плоском камне у заводи, которую приметил ещё в те времена, когда Мадара носил меня сюда на спине. Место было тихое и тенистое. Вода здесь стояла почти неподвижно, и если долго смотреть на её поверхность, можно было увидеть, как вдоль дна скользят тёмные силуэты рыбы. Рядом со мной стояло грубое деревянное ведро с трещиной на боку. Я позаимствовал его с кухни. В нём плескалась вода, и в этой воде лениво двигались три... Нет. Уже четыре рыбины. Одна была довольно приличного размера, длиной с ладонь. Три поменьше. В руках у меня была простая удочка. Палка сделана из ореха. Тонкая леска (обычная, не чакропроводящая, я не настолько сошёл с ума) и крючок, который я сам согнул из проволоки. В качестве наживки были черви, выкопанные у корней дерева. Это было странно признавать, но вот именно сейчас, сидя на мокром камне, с удочкой в руках, я чувствовал себя лучше, чем за всё последнее время. В прошлой жизни я любил рыбалку. Не ту, что показывают в журналах: с дорогими спиннингами, резиновыми лодками и прикормкой из специализированных магазинов. Нет. Я любил именно такую — тихую. Когда сидишь один на берегу, и мир вокруг словно замирает. Когда мысли текут медленно, словно ты медитируешь в этот момент. Я закрывал глаза, и в голове всплывали обрывки воспоминаний. Маленькая речка, которая находилась на даче знакомых, куда я ездил раз в год. Откуда-то доносится запах костра под треск прутьев. А в руках кружка растворимого кофе. Всё это было так далеко. В другой жизни. В другом мире. Но сейчас это казалось почти так же. Поплавок дёрнулся. Я автоматически мягко и без рывка подсёк, и через секунду уже вытаскивал из воды пятую небольшую и серебристую рыбину. Сбросил её в ведро, где она тут же забилась среди своих товарищей. Неплохо. Я уже хотел насадить нового червя, как вдруг... — Мрр. Я замер. Медленно повернул голову. В метре от меня, прямо на камне, сидел кот. Толстый. Очень толстый. Настолько толстый, что казалось, будто его кто-то надул, потому что я плохо понимал, как можно было так отъесться. Чёрно-белая шерсть местами свалялась, местами торчала клочками. А правый глаз был полностью закрыт длинной прядью чёрной шерсти, свисающей со лба. Такой плотной, что казалось, будто кто-то специально зачесал её на один бок. Как... чёлку. Я моргнул. Кот моргнул в ответ своим левым и открытым глазом. Слегка прищуренным, словно он меня за что-то осуждал или просто показывал своё превосходство. Я не понимал. — А ты-то откуда взялся? — тихо спросил я. — Мрр, — ответил кот. Это прозвучало с какой-то надменной интонацией. Я несколько секунд молча смотрел на него. Он на меня. Потом его взгляд демонстративно опустился на ведро. — А, — понял я. — Так ты за едой пришёл? Он ничего не ответил, лишь снова посмотрев на меня. Я вздохнул. — Знаешь, это, вообще-то, мой ужин… Но, кажется, кот не впечатлился. — Мрр, — повторил он, на этот раз громче. Затем, не спуская с меня единственного видимого глаза, сделал шаг ближе. Потом ещё один. И ещё. Стоило отметить, что двигался он довольно плавно. Для своей комплекции, почти грациозно. Как если бы большой мешок риса научился ходить. Не выдержав, я фыркнул, смотря на него. — Ладно, — вздохнув, я отложил удочку в сторону. — Понял, уговорил. Затем полез в ведро. Оттуда достал самую маленькую рыбину. Она была уже полудохлая, так что не так обидно. И положил её перед котом на камень. Он посмотрел на рыбу. Потом на меня. Потом снова на рыбу. А потом, всё так же демонстративно, принялся есть с таким достоинством, будто делал мне одолжение. Я смотрел на него, поджав губы. — Ну и наглая же ты морда. — Мрр, — фыркнул кот, не отрываясь от еды. . Солнце уже начало клониться к закату, когда я решил, что пора собираться. Потушив костёр, который я развёл, чтобы приготовить и оценить на вкус свой улов, почувствовал, как мои плечи начали ныть от долгого сидения. Но в отличие от тех же тренировок, это была приятная усталость. Я взял ведро в одну руку и удочку в другую. Кот к тому моменту уже доел уже четвёртую рыбу и теперь сидел на том же камне, где нашёл меня, и вылизывал лапу с видом аристократа после ужина в приличном ресторане. — Ну что ж, — кивнув, я посмотрел на него. — Кем бы ты ни был, было приятно познакомиться. Удачи. И пошёл. Сделал шагов десять. Затем остановился, сузил глаза и обернулся. Кот шёл за мной на расстоянии примерно в два метра с тем же невозмутимым видом. — Хн. Я надеюсь, ты не со мной собрался? — Мрр. — Нет-нет-нет, — я покачал головой. — Я серьёзно. Я тебя, конечно, накормил, но мы не друзья, так что… — я махнул рукой, прогоняя его. — Пыш, пыш. Возвращайся восвояси. — Мрр. Он сел. Посмотрел на меня и прищурил свой единственный глаз. Я вздохнул и пошёл дальше, надеясь, что он будет более благоразумным и всё поймёт, оставшись там. Но я ещё никогда так не ошибался. Через десять шагов я снова обернулся. Кот шёл за мной. — Да ты издеваешься, — пробормотал я. Я попробовал ускориться. Кот, несмотря на свою комплекцию, почему-то не отставал. Он просто начал делать шаги чуть длиннее, и при этом каким-то непостижимым образом умудрялся сохранять всё то же расстояние в два метра. Как будто между нами была натянута невидимая верёвка. Я остановился. Развернулся полностью и поставил ведро на землю. — Послушай, — я присел перед ним на корточки. — Ты, правда, очень милый. И я даже люблю животных, — я вздохнул, вспомнив, как в прошлой жизни в детстве хотел даже завести себе собственного кота, но родители отказали мне в этом, сославшись на аллергию матери. А потом просто не было на это времени. — Но у меня дома уже четверо братьев есть. И каа-сан. И тоу-сан, который, если увидит тебя, просто... — я замялся. — В общем, тебе там не рады. Кот, казалось, слушал меня внимательно. Что даже немного удивило меня. По крайней мере, левый глаз был направлен на меня, и уши чуть шевелились в такт моему голосу. — Так что… Иди куда-нибудь, — закончил я. — В лес. На другой двор. Найди себе хозяина, который тебя будет кормить каждый день. У меня, — я развёл руками, — миссии и тренировки. Я не смогу о тебе заботиться. Кот молчал. Потом наклонил голову набок. И сделал одно простое движение: подошёл ко мне вплотную и ткнулся лбом в моё колено. Я замер. Он тёрся об меня. Не мурлыча и даже без всех этих кошачьих театральностей. Просто тыкался лбом уверено, как будто это было давно заведённое ритуальное приветствие. Я смотрел на него и чувствовал, как внутри что-то тает. Чёрт возьми. — Ты мерзавец, — сказал я ему тихо, почесав за ухом, когда он снова сел рядом. — Ты это понимаешь? — Мрр. Я вздохнул. Глубоко и с какой-то обречённостью, понимая прекрасно, что только что проиграл. — Ладно, — сдался я. — Но если тоу-сан тебя выгонит, не говори, что я не предупреждал. Я выпрямился, поднял ведро и посмотрел на кота. — Пошли... хвостатый. Он лениво поднялся и, всё так же сохраняя те самые два метра дистанции, двинулся за мной. . Всю дорогу до своего дома я думал, как буду объяснять его появление. Мадара, скорее всего, посмеётся. Токума тоже. Рёта скривится и скажет что-нибудь вроде: «только этого ещё не хватало». Кагэцу, как обычно, просто промолчит. Каа-сан... Каа-сан, наверное, улыбнётся. А вот тоу-сан... Ну, тоу-сан посмотрит на меня своим фирменным ледяным взглядом и спросит: зачем я притащил «это» в дом? А я даже не смогу толком ответить, потому что никакой логической причины у меня не было. Он просто пошёл за мной, а я не смог его прогнать. Я покосился через плечо. Кот шёл ровно в двух метрах, как приклеенный. Интересно, как мне его назвать? Ладно, об этом позже. Сначала надо было довести его до дома и посмотреть, что будет.