Pinky Promise

Они были друзьями с самого детства. Каждые выходные собирались в подвале Майка, чтобы читать комиксы, уплетая попкорн, вечно спорить с Дастином и Лукасом и каждый раз раздражать Нэнси тем, что их крики — по поводу и без — доходили даже до её комнаты. Когда они немного подросли, то каждую пятницу после уроков собирались в доме Уилеров, чтобы сыграть партию в D&D. Это было одним из любимых занятий Уилла, но на первом месте всё же стояло рисование — особенно пока Майк читал ему комиксы вслух.

***

Летом они дали друг другу клятву на мизинчиках, что будут лучшими друзьями на века. Уилл видел в фигуре Майка кого-то, кого можно было бы сравнить с суперменами в реальной жизни. Каждый его поступок казался ему чем-то супергеройским. В первое воскресенье июня они валялись на траве под палящим кожу солнцем, разговаривая о динозаврах. Уилл всегда любил эту тему, поэтому пытался ввести Майка в курс дела. Майк щурился от солнца, кривлялся и перелистывал страницы «Людей Икс», и Уилл понял, что тот его совсем не слушает. — Майк! Ма-а-айк! — А? Что? — он раскрыл глаза, которые атаковало солнце. — Ты меня не слушаешь. — Слушаю! — А вот и нет, не слушаешь. — Слушаю! — Что я только что говорил? — Что-то про драконов… ой, нет… Уилл ткнул его в бок, изображая поддельную обиду. Майк всегда думал, что Уилл обижается по-настоящему, поэтому начинал переживать и извиняться, как девчонка. Уиллу это нравилось. Ему всегда хотелось немного его проучить — по-доброму. — Прости меня, Уилл. Но тот продолжал делать вид, что теперь уже он не слушает. Сдерживать улыбку в такие моменты было тяжело, особенно зная, что он притворяется именно для Майка, а не кого-то другого. Майк не унимался: — Ну прости-прости-прости-прости-прости... — Клянёшься на мизинчиках? — Клянусь на мизинчиках, что буду тебя всегда слушать. Клятвы на мизинчиках были одной из тех вещей их дружбы, которые появляются случайно. Впервые Уилл задал этот вопрос Майку, когда тот чуть не упал с дерева, чем не на шутку его напугал. Он не хотел, чтобы это повторилось, и придумал «клятвы на мизинчиках». Где-то в глубине души он знал, что друг и так к нему прислушивается, но иногда выставлять Майка дураком ему нравилось. Так у них и появилась новая традиция.

***

Уилл считал Майка самым смелым. Например, потому что он не боялся скатываться с горки головой вниз — или, как он это называл, «ногами назад». Как говорить правильно, они так и не решили. Ещё Уилер всегда гладил уличных собак. Джойс запретила Уиллу это делать (во-первых, потому что они грязные, а во-вторых, потому что могли укусить). Но в присутствии Майка Уилл пренебрегал этим запретом, хотя, если честно, ему всегда было немного страшно. Как-то раз Майк всё-таки уговорил его скатиться с горки головой вниз (или ногами назад), и когда Уилл рискнул и сделал это, вместо «Майк!» в полёте закричалось «Майки!». Так у Майка и появилось новое прозвище. Майки тогда поймал его внизу и сказал, что это было круто и Уилл должен попробовать ещё раз. Но тот заорал, что никогда больше не сделает ничего подобного. Тогда Майк потребовал клятву на мизинчиках, что они повторят это, когда немного подрастут. И отказаться было невозможно.

***

Джойс работала в продуктовом магазинчике, который располагался в центре Хоукинса. Она часто приносила Уиллу конфеты, говоря, что это от зайчика, белочки или медвежонка — каждый раз придумывая новое животное. И даже когда Уилл подрос, она не перестала так делать. Уилл делил конфеты на «вкусные» и «не очень» (все из категории «не очень» доставались Джонатану). Была и третья категория, и называлась — «Майку». Уилл всегда хотел порадовать его какой-то мелочью. К тому же Майк собирал вкладыши из жвачек «Турбо», которые мама приносила пару раз в неделю. Как-то раз Джойс попыталась ввести запрет на сладкое в их доме, но, к счастью, Джонатан помог Уиллу выиграть этот спор, и о никому не нужном правиле (так говорил Джонатан) быстро забыли. Они вместе — включая Джонатана — раскрывали жвачки в доме Байерсов. Джойс позвала Майка на ужин, потому что приготовила пирог. Карен и Джойс всегда удивлялись, как часто их сыновья бывают друг у друга в гостях, и шутили, что мальчики и не заметят, если начнут жить не в своих домах. — Нихрена себе, это же «Мерседес-Бенц»! — Майк! — Майк! Братья Байерсы выкрикнули это хором. Майк иногда использовал запрещённые в их доме слова (для него — уж точно). Он всегда говорил, что слышал их от Нэнси (на самом деле, он набрался их от Лукаса) Вечером того же дня Майк упрашивал Джонатана научить их с Уиллом (Уилла никто не спрашивал) делать ртом шарики из жвачки. В итоге Майк два раза плюнул Джонатану в лицо, а Уилл случайно проглотил жвачку и решил, что умрёт. После этого он поклялся больше никогда не брать их в рот. Во второй понедельник июля Уилер даже попытался научить Уилла «плохим» словам, но тот отказывался говорить даже «ёлки-палки» или «блин». Уилл поклялся на мизинчиках, что никогда не будет ругаться. Майк говорил, что он просто боится получить от Джойс.

***

В прошлом году Карен купила две пижамы по цене одной. Майк скомандовал оставить одну ему, а вторую — для Уилла. Так и сложилось. Майк выбрал синюю пижаму в клетку, а для Уилла предпочёл оставить такую же, но жёлтую. Почему-то он думал, что Уилл, солнце и жёлтый цвет — это три одинаковые вещи. Уилл расплакался, когда Майк подарил ему эту пижаму во время одной из ночёвок. Домой забирать не захотел — сказал, что будет спать в ней в доме Майка. Холли тогда здорово обиделась и на мальчиков, и на Карен, которая целую неделю повторяла, что пижамы для девочек раскупили.

***

Когда они играли в прятки, Уилл и Майк всегда предпочитали прятаться вместе. Дастин и Лукас негодовали, потому что игра заканчивалась быстрее (а еще, Майк не умел вести себя тихо и постоянно сдавал их с потрохами). Майк всегда говорил Лукасу, что не хочет играть с ним в прятки в темноте — по понятным причинам его было невозможно найти. В один из таких дней они с Уиллом всё-таки проиграли Дастину и Лукасу, потому что в доме Уилеров внезапно отключили электричество, и им ничего не оставалось, кроме как играть в прятки. В темноте. Майк предложил залезть в шкаф. Они еле вместились, но вместились же! Уилл стеснялся сказать, что ему темно и страшно, но Майк понял всё без слов — по одному его дыханию. Он взял руку Уилла в свою. — Я сейчас сойду с ума, Майк. — Ну в таком случае мы сойдём с ума вместе, да? — Да. Два сумасшедших. Они молча соединили мизинцы. Дастин не мог найти их двадцать минут, а потом вернулось электричество. Лукас, стоявший посреди комнаты и даже не пытавшийся прятаться, громко взвыл, и мальчики вышли из шкафа.