Сыграем на бильярде?

-Сыграем на бильярде? - Кавински самодовольно ухмыльнулся, одной рукой по-хозяйски опираясь на рабочий стол Калеба, а второй поправляя очки. -Нет. - Главный секретарь слегка нахмурившись поднял глаза на наглеца. - И правильно говорить "в бильярд". А теперь отойди от моего рабочего стола и продолжай выполнять свои прямые обязанности, не отвлекая начальство. Или у тебя мало работы? - Зло сверкнул глазами Калеб. - Если что, всегда могу добавить. -Нет, что вы, господин главный секретарь, у меня предостаточно и своей работы. Но она, вообще-то, уже пол часа как подошла к своему логическому завершеню, - он с интересом пробежался глазами по кипам бумаг на чужом столе, - как и ваш рабочий день. Я собирался подождать тебя у кабинета, но у меня не так много свободного времени. -Неужели? По тебе не скажешь. - Хмыкнул Калеб. - И субардинация, наблюдатель I-600-SWt, для вас я как минимум главный секретарь Калеб. -Да-да, господин великий секретарь Калеб, - закатил глаза парень, - так пойдём, поиграем? Не уверен, что тебе так часто сыпятся подобные предложения, чтобы ты с такой лёгкостью от них отказывался. - Он присел на край рабочего стола, предварительно отодвинув кучи бумаг, многие из которых слегка помялись. У Калеба задёргался глаз. - И я бывший наблюдатель. - Неожиданно серьёзно добавил блондин. -Вы забываете своё место, бывший наблюдатель. - Калеб начинал выходить из себя. Мало того, что этот наглец завалился к нему в кабинет, мешает работать и мнёт важные документы, так он ещё и не проявляет и капли уважения. - Сейчас же покиньте моё рабочее место, иначе я буду вынужден применить определённые меры... -Так тебе слабо? - грубо перебил Кавински, устав слушать нудную тирраду. -Нет, мне не слабо. - Скрипнул зубами главный секретарь. - Но я, в отличие от тебя... -Ну вот, уже на ты! - Сверкнул зубами блондин, соскакивая со стола и роняя на пол несколько листов. - Так значит по рукам? - он протянул свою на удивление широкую ладонь. -Не по рукам. - Отчеканил Калеб. - Я же сказал, что не стану заниматься подобной ерундой. У меня есть работа... -Но нет навыков банальной коммуникации и игры на бильярде, поэтому мне страшно опозориться. Так? Можешь не переживать, я орендовал для нас всю бильярдную, и никто не увидит твоего проигрыша. -Я разделаю тебя за 15 минут и уеду к чёртовой матери. И ты, - он особенно выделил это слово, - никогда больше меня не побеспокоишь. Тебе всё понятно? - Калеб встал из-за стола, надменно нависая своей тёмной фигурой, выглядящей особенно эффектно на фоне Альт-Сити в панорамном окне за его спиной. -Воу-воу, полегче, господин главный секретарь! - Выставил перед собой обе руки бывший наблюдатель, довольно скалясь. - Я всё понял! Если каким-то чудом и правда сделаешь меня, даю слово, что моего лица в ближайшую неделю ты не увидишь. -Никогда не увижу. - Холодно исправил парень, обходя стол и скрещивая руки на груди. -Никогда понятие растяжимое, но, думаю, мы сможем обсудить ставки уже в ходе игры. - Бросил через плечо Кавински, ловко огибая секретаря и направляясь к двери. - Жду тебя внизу, черный джип, сразу напротив выхода, не потеряешься.

***

-И что это за насмешка над бильярдом? Ты серьезно тащил меня сюда, чтобы поиграть в эти детские игры? Ты меня настолько недооцениваешь? - Калеб угрюмо покосился на стол для американского бильярда, брезгливо трогая покрытие. - Я в такое играть не стану. -Чего? Неужели наш мальчик не так прост, как я думал? Мало того, что судя по всему ты и правда умеешь играть, так ещё и выебываешься так, как-будто признаёшь только русский бильярд? А я то думал, что у тебя яйца с американский шар, а они с русский. - Заразительно рассмеялся Кавински. -Это была отвратительная шутка, наблюдатель Кавински. - Калеб проглотил улыбку. -Бывший, бывший наблюдатель. - Блондин приблизился практически вплотную, заглядывая в тёмные глаза секретаря из-под цветного стекла очков, поблёскивающих в приглушённом свете круглых ламп. - Но если тебе так важно, хорошо, сыграем по-твоему. - Он круто развернулся, направляясь в другую комнату. - Естественно, здесь есть и русский бильярд. Калеб довольно улыбнулся одинм уголком губ. Он правильно понял, насколько сильно бывшего наблюдателя задевает напоминание о прошлом. Поэтому теперь он тихо торжествовал, медленно следуя за блондином в непривычно комфортной тишине. Может быть, выйдет и правда неплохо поиграть. В тишине они прошли в просторную светлую комнату с двумя широкими бильярдными столами, черным диваном и несколькими стойками с киями. Кавински несколько оживился, начиная обшаривать стойки, пока Калеб осматривал стол с идеально выставленными шарами, тихо удивляясь высшему качеству всего, что находилось в комнате. -Опа, а вот этот красавчик будет моим! - Кавински пафосно пожанглировал длинным коричневым кием с черным концом в серебряной окантовке. Он подошёл к столу и поставил рядом с собой своё оружие. У Калеба непроизвольно вырвался смешок от кия, чуть ли не выше самого наблюдателя. - А ты чего стоишь лыбу давишь? Передумал играть? - Любовно приобнял парень кий. - Выбирай себе и разбивай, из большой любви уступаю первый удар. Калеб хмыкнул, подходя к случайной стойке. Он взял первый попавшийся снаряд, покрутил его в руках, проверил на исправность и вернулся обратно к столу. -Где мел для бильярда? - оглянул стол Калеб. -Прямо за твоей спиной, там же, где ты и брал кий, красавчик. - Подмигнул Кавински. -Урод. - Парировал главный секретарь, на что блондин прыснул. Калеб привычным круговым движением нанёс мел на конец своего средней длины серого кия, после чего нанёс его толстым слоем между большим пальцем и указательным. Во время азартных игр у главного секретаря удивительно потели руки, а мел позволял кию свободно скользить по руке, придавая точность движениям. Бывший наблюдатель хмыкнул на подобные раскраски, которых никогда не признавал. -Что, ручки вспотели? Или тебе голубого в жизни не хватает? Не переживай, я знаю, что ты такой, даже если ты не будешь целиком обмазываться этой хренью. -Закрой свой рот и наслаждайся игрой. - Раздражённо отрезал Калеб, проходясь левой рукой по борту стола. Он остановился ровно посередине, между пальцами ровно лёг конец кия. Правая рука ушла за спину, а корпус слегка наклонился над столом. В несколько коротких, медленных движений секретарь примерился, после чего неожиданно сильным и точным ударом разбил шары. Кавински вздрогнул от тяжёлого звука ударов. По спине пробежали мурашки. Восьмой шар залетел в лунку. Калеб самодовольно оскалился, оборачиваясь к противнику. -Так на что мы играем? -На желание. -Нет. -Да. -Ладно, все равно у тебя нет шансов. На желание, так на желание. - Калеб развернулся обратно к столу и точным ударом не попал никуда. Он недовольно цокнул и отошёл, освобождая место противнику. Кавински покрутится вокруг стола, примеряясь, куда лучше бить, и чётким, несильным ударом закатил свой шар, подставив себе для удара тот, которым он бил. Следующий шар должен был быть его, но в последний момент рука соскользнула, и вместо нормального удара бывший наблюдатель еле-еле коснулся шара. -Сука, киксанул. - Недовольно прокомментировал блондин. - Ну хотя бы хуй тебе, а не выставленный шар. -Говоришь так, как-будто ты бы не промахнулся в любом случае. - Улыбнулся Калеб, загоняя шар, который не получилось закатить у Кавински. - Но хочу отдать тебе должное, ты действительно терпимо играешь. Хотя, конечно, проиграешь ты быстро. Уже через пару ударов Кавински был вынужден признать, что у него и правда не было шансов с самого начала. Глазные импланты и, судя по всему, немалый опыт, делали своё дело. Парень с удивлением наблюдал, как почти каждый раз Калеб попадал именно туда, куда хотел. -Смотри и учись пока я живой, белобрысый. - Бросил через плечо Калеб, обходя стол. Он практически всем своим телом накрыл стол, из ужасно неодобного положения нанося удар. Глаза Кавински поражённо распахнулись, когда в лунки залетели сразу оба шара, по которым бил секретарь. - В яблочко. -Ахуеть, господин главный секретарь, вы по вечерам вместо хуя надрачиваете игру в бильярд? Я конечно был наслышан, что ты умеешь играть, но чтоб настолько... -Избавь меня от своей пошлости, я не похотливое животное, чтобы по вечерам дрочить... - Он хотел добавить ещё что-то, но слова ещё на этапе формулировки разбились о сияющую восхищением улыбку Кавински, на которую случайно наткнулся взгляд секретаря. Его красные глаза горели не от того, что у него получилось в очередной раз поддеть или унизить секретаря, а потому, что Калеб совершил действительно великолепный удар. Войд с детства приучал Калеба к игре в бильярд, признавая её как единственное достойное развлечение, развивающее точность и внимательность. Он не любил, когда Калеб долго примерялся или совершал неточный удар. Ещё хуже, когда шар залетел случайно. Именно поэтому главный секретарь, ещё будучи ребенком, из всех сил старался научиться играть как можно лучше, чтобы инспектор хоть раз сказал, что он доволен им, но чуда не произошло. Ничего, кроме сухой ухмылки, если Калеб закатывал три или больше шара подряд, парень так и не дождался. И вот сейчас абсолютно незнакомый парень сиял улыбкой, радуясь тому, как профессионально Калеб играет. Да, все эти тренировки действительно были не зря. Тепло тонкой пленкой затянуло вечно зияющую дыру в груди главного секретаря. Предательская улыбка залезла на лицо. -Да ла-а-адно, - протянул Кавински, зеркаля улыбку и снова практически вплотную подходя к секретарю, - вот ты мне сейчас на серьёзном ебале будешь пиздеть, что не дрочишь? Ну грань реального то знать надо, очевидно, дрочат все, с той или иной периодичностью. Или инспектор своего щеночка уже кастрировать успел? - С наигранной жалостью заглянул блондин в глаза напротив. -Закрой свой рот и больше никогда его не открывай. Ты отвратителен. - Так же быстро, как и появилась, улыбка исчезла с бледного лица. - Не все в этом мире трахают всё, что движется, даже если это его собственная конечность. У меня всё в полном порядке с репродуктивными органами, но я действительно не дрочу лет с тринадцати. У меня банально нет ни времени, ни желания. Когда каждый день до поздна сидишь в офисе, - неожиданно пробило на откровения главного секретаря, - сил больше ни на что банально не остаётся. Калеб с настольгической тоской вспомнил то далёкое, кажущееся уже почти нереальным, прошлое, когда у него было время на себя, свои развлечения и даже общение. Тогда каждый диалог не означал новые проблемы, а каждый новый день начинался ни с мигрени, а с тёплого завтрака в уютной кухне. Вот только он совсем не мог вспомнить, что это была за кухня, и кто готовил ему завтрак. На пару секунд Калеба с головой накрыло всё то, что он годами не подпускал к себе, забивая всё свободное время работой или учёбой. Калеба накрыла тоска и одиночество. Он как никогда ясно почувствовал свою нереализованность. У него нет ни одного друга, ни одного близкого человека, кроме сестры, которая всеми возможными способами избегает Калеба, ведь по её словам тот "только и делает, что запрещает ей жить". Парень задумчиво покрутил в руках конец кия, после чего тяжело вздохнул и снова пошел к мелу. Его всегда успокаивало наносить его. -Ебать, - присвистнул Кавински, - ну нихуя ж себе новости. Ты чё, импотент? - Кавински быстрыми шагами подошёл к Калебу, находящимуся где-то далеко, в своих мыслях, и, не колеблясь ни секунды, положил руку на член главного секретаря империи, спокойно проходясь по все длине. - А, не, точно не импотент. - Прокомментировал блондин. У Калеба потемнело в глазах. Его выкинуло в такую диперсонализацию, что охватившая всё тело паника от происходящего как-будто ушла на какой-то совсем не важный, даже не второй и не третий план. Он не мог понять, что происходит, и что он сам чувствует. Он опустил взгляд на руку Кавински. Широкая кисть, покрытая кучей шрамов разных форм и размеров. Какие-то наверняка дорогущие часы. Неизменно черная водолазка. Оказывается, бывший наблюдатель уже оставил где-то свою фирменную куртку. Калеб медленно поднял взгляд на лицо Кавински. А ведь в последний раз, когда он дрочил, это было так приятно. -Наблюдатель Кавински, ты не уберешь свою руку? -Еще раз назовешь меня так, и я выебу твой красивый рот. И нет, я вообще-то не собирался её убирать. - Кавински присел на корточки, ещё раз очерчивая достоинство Калеба. Он игриво ухмыльнулся и кинул нахальный взгляд на мертвенно бледное лицо главного секретаря. Его губы сжались в тонкую полоску, а взгляд не выражал абсолютно ничего, будто смотря куда-то за блондина. Это было... Как-то жутко. Кавински вздрогнул, стоически выдерживая зрительный контакт. Улыбка стала нервной. -Скажи честно, ты позвал меня сюда, чтобы трахнуть? - Очень тихо, на грани слышимости спросил главный секретарь бесцветным голосом. И вот вроде бы такой голос Кавински мог бы назвать томным, но... Он тяжело сглотнул. Кто знает, что в голове у этого парня, но выглядел тот как человек, готовый... Убить себя? Нет, точно нет. Убить его? Нет, это уже точно бред. Он вообще как человек не выглядел. Кавински был в ступоре, впервые в жизни абсолютно не зная, как интерпретировать реакцию человека напротив. Это предложение? Отказ? Но продолжать не было больше никакого желания. Даже если это было необходимо для осуществления первоначального плана. Точно, план... -И как мне это понимать? Как предложение? - Кавински проглотил свои переживания, решив, что лучшая стратегия - вести себя как обычно. - Но тот факт, что ты, судя по всему, готов дать мне себя трахнуть, мне безусловно льстит. - С наигранной уверенностью подмигнул бывший наблюдатель, отмечая про себя, что лицо Калеба стало ещё бледнее. -Нет. Я не... - Калеб с трудом оторвал взгляд от Кавински. Было безумно тяжело думать. Точнее говоря, думать просто не получалось. Не то, что формулировать и уж тем более говорить какие-то фразы. Он отрешённо заметил, что теперь понимает, как девушки могут быть просто не в состоянии даже просто отказать насильнику. И уж тем более дать отпор. Он глубоко вздохнул и выдохнул. - Нет. Он снова посмотрел в алые глаза напротив. А ведь если подумать, то Кавински же красивый. Приятно похнет. Очевидно умелый. Почему-то Калебу казалось, что он даже нежный. Член дернулся под пальцами Кавински. -Сейчас мой удар, не мешай играть. - Неожиданно громко и чётко произнёс Калеб первое, что пришло к нему в голову. Он поступил точно так же, как поступал всегда в сложных ситуациях, требующих принятия серьезных решений. Калеб сбежал. Кавински быстро убрал руку, неловко поднимаясь с корточек и криво улыбаясь. -Я понял тебя, играй. - Кавински чувствовал себя так, как-будто он и сам побледнел. Почему-то вся эта ситуация жутко напрягала, и сейчас он даже почувствовал долю облегчения. Хотя, казалось бы, чего только механик не видел за свою жизнь. И тем не менее, почему-то реакция именно этого парня заставила Кавински чувствовать себя... Так. Он не знал, как можно сформулировать это чувство. Неправильно? Плохо? Хотя если задуматься, то и напоминание Калеба о бывшем алгоритме наблюдателя задевало Кавински куда сильнее обычного. Главный секретарь, особо не примеряясь, ударил по первому попавшемуся на глаза шару. Тот, ударившись о нескольких других шаров, остановился у борта, недалеко от крайней лунки. -Твой удар, Кавински.