invisibility

Кровь на вкус подобна металлу,так принято считать. Однако,на грани отключки,я не чувствовал ничего. Мне было так больно,что я попал на небеса. И так легко. Прикрывая глаза все равно виделись силуэты родных глаз, брезгливо сверлящие меня. Отвращение смывается моей же кровью, теперь на лице лишь разачарование. Я не смогу спасти семью,если не смог спасти себя. В груди затрепетали,воздух совсем выбился из легких,целиком потонувшим в грязи. Дыхание перевело,я жадно глотал кислород в те секунды передышки,когда мой ненавистник надо мной потешался. С довольной улыбкой,его серые круги под глазами делали образ вампира. Наверно,он им и был,раз так любяще высасывал из меня кровь. —Боишься? Боюсь. Клочком свернувшись на плитке, окрашенной в алые пятна,я противодействовать не мог. Обидчик, юноша высокого роста и крайне худого телосложения,с острыми клыками и бледной кожей. Темные круги,как я заметил ранее,подчеркивали собирательный образ вампира. Всмотреться,а там и морщины видны,пиво продадут без проблем. Я бы выпил,не вялявшись бы в крови посреди улицы. Мортис, между тем, не унимая духу продолжал колотить бедное тельце,уже знатно потрепавшееся от боли. И я не возражал,шанса против такого как нули на счету,я жалок и беден. Остается лишь ждать помилования его. Неподалеку и пальцем нетронутый брякнул телефон. Дружок Эдгара мигом переметнул стрелки внимания на источник противного звука,ловко проближаясь к экрану. Одно легкое движение и мой сотовый уже в его руках,целехонький,но оскверненный худыми костяшками,яростно дрожит со звоном. Каша,видимо с комками,а голове не унимаясь смыла весь здравый смысл и нормально представить потревожившего нас я не мог. Действительно,кому из моих кентов-игнорщиков я вдруг сдался? —Близки звонят,грешок не ответить, – Мортис злорадно лыбится,внимательно изучая экран с заветной кнопкой. Криповая картина,такую ухмылку и на надгробии не увидеть. Литтлфут жалостно вертит головой из оставшихся сил. Обьяснять ситуацию близким,явно переживающим за него, равноценно новым проблемам. —Я возьму,не возражаешь? – восьмиклассник грустно качается; выбора, конечно,ему не давали. Старшеклассник охотно нажимает,принимая звонок. Картинка сменяется звонящим номером,а там и до боли знакомая аватарка с плюшевым мишкой.. Мортис изрядно наслаждается быстрой сменой эмоций на лице школьника. Жалкая морда,подобно собачке,неужто кто-то по настоящему дорогой звонит? —Ал-ло? Леон? - из динамика донесся тонкий девчачий голосок,за ним невнятный детский лепет. Улыбка тут же стерлась с нахального личика, – Леош,ты тут? В глубине груди сердце пропустило удар. Затем еще один. Пульс потихоньку зажал педаль тормоза,затормаживая весь организм. Некогда незаметная прохлада вокруг резко ощутилась во всю силу,стало так холодно.И неприятно,совсем как грубый удар. Но больнее. Он ожидал любого. В частности,своих друзей. Но не ее. Всеми силами,в порыве слез и боли,он безмолвно молился, чтобы это была не она. Не та,милая,краснощекая сестренка низенького роста. Кто угодно,но не Нита. Вопреки всем ожиданиям,на лице обидчика скривилось полная пустота. Поражен ли он дитю за экраном,или наоборот,придумывает ответку пожестче,не ясно. Осознание стрельнуло пулей в голову. Он словил паничку. От телефонного звонка? —Леоша,это ты? – голосок настойчиво донимал, ожидая ответа. Странное молчание ничуть не сменилось. Лишь сейчас Леон смог подробнее разглядеть состояние обидчика. Зрачки Мортиса будто бы увеличились в пропорциях. В тени лица залегли морщины. Частое дыхание,сбившееся с ритма,кисть руки с телефоном задрожала. Брови устремились выше. Сухие,знатно потресканые губы открылись в немом жесте. Из пораженных удивлением уст послышаласт совсем чужая нота. Чужая интонация, глухая,походящая на шепот мертвецов. — это...твоя сестра? Литтлфут не убрал выпытывающего взгляду. Той же хрипотой ответил: — да. Смартфон повис в руке,устало опущенной к земле. Тихий обмен прожорливыми взглядами. Но старшеклассник выглядел совсем иначе. Он отступил. Стеклом вниз упало устройсво из потных ладоней,никому не нужное,забытое всеми. Ноги послушно двинулись назад,совсем не поворачивая корпус. Минуту спустя парень отошел,на сей раз спиной к Литтлфуту. И все так же молчаливо скрылся в тени здания,оставив позади недоумевающего школьника. *** — .. и тогда он просто ушел,ничего не сказав! А я дурак дураком остался там в ахуе и пришел,вот,к вам.. Теплая жидкость согрела окоченевшее на улице тело. Приятное чувство удовлетворения разлилось в душе,обволакивая каждый сантиметр. Привычная компания из четырех,быть точнее,трех пар уставившихся глаз недоверчиво сверлили его бедную макушку. — А твоя сестра сказала что-то провоцирующее? – Спайк раздасованно потер переносицу,откидываясь на спинку стула. Железяка характерно заскрипела. — Не-а. Вродь ниче такого.. В пустом кабинете слышится глухой стук с двери. Компания вопросительно переглядывается между собой. Спайк,как самый старший и ответственный,решает взять ношу на себя,и ответственно проходит к источнику света шума. "Пиздец.. " – уже дважды за день проносится в пустоголовой башке Леона, вечно влипающего в неприятности. Вот что ему стоило сидеть на жопе ровно и не высовываться!? —Вы все, – Палец проводит всех присутствующих в кабинете,гневно осматривая из внешний вид, – Вчетвером идете в кабинет директора. Это. Просто. Немыслимо! – угроза переходит в крик,и четыре бедные тушки грустно проходят за воспитательным завучем ,Пайпер Де Ла Примм. *** Я веду себя как подонок. Жалкое зрелище,создание сотворенное нежными чертами моей матери. Личико, полное любви и ласки собачьей,подобно щенку в окружении новых опекунов. Он обрёл дом,обрел свободу и счастье хоть в мире своем,хоть и жизнь его смысла другим не несет. Но я не он. Я мерзкий,склизкий подонок. Моя морда даже не собачья, обмякшая в болоте из мыслей. То пошлых, то грубых, совсем не таких белых и пушистых,как у моей мамаши. Я устало пялюсь в потолок, погибший в граду своих переживаний, тоскую по детству другого запаха. Ничуть не противное,сладкий дурманящий аромат маминых духов, отдаленный привкус пластелина и забывчиивости. И сон,лучшее время в моей ,наверняка, непродолжительной жизни. С хорошим началом и пышным концом. Или начало тоже отнюдь не приятное? Я не помню. Синдром самозванца. Я неосознанно меняю воспоминания. Ведь я не был смелым взаправду. Никогда не защищал близких от обидчиков. Никогда не дарил сестре цветы и никогда,ни-ко-гда не влюблялся. И всех тех выдуманных ложных воспоминаний не было. Я потерялся в своей памяти. В прошлом я бы заснул,но я итак сплю? Накуренный очередной торкающей грязью,я валяюсь посреди сухих досок на полу собственной комнаты, когда то служившей мне любимым воспоминаниям. Рисунки,что я с радостью дарил сестричке на ее первый звонок в первый класс,уже давно порваны в корзине. Отказываться от прошлого трудно,но я пойму это лишь спустя пару часов. Я уже проходил это, уже знаю будущее. Собирал обрывки напоминаний в виде страниц из прочитанных книг, забавных разноцветных заколок и осколков стекла от духов. В доме больше не пахнет приходом сестры со школы. Ее косметикой,повязкой на лице.. —Повязки не было. —Что? Лениво поворачиваю голову вбок,напрявляя вопросительный взгляд в темноту посреди шкафов. Из тени словно неожиданный гость,чей то силуэт отвечает мне с наигранной усмешкой. Совсем издевается. —Тогда еще не было повязки. В ответ молчание. Школьник возвращает зрачки на место, вновь на потолок. Однако теперь в глазах ни капли мудрости из прошлых дум. Это пустота, слабость, глубокая потеря. Неважно какая, таких потерь у него, естественно, кучка. Глубокая душа оказалась не самой лучше. —Разве? Легкая фраза зарядила в мою голову мысль и я вспомнил, что вторник начался с дождя. Это был привычный будний день. Снова знакомые лица вокруг и холодные ладони на моем лице. А я кричу в ответ, не слыша ее слез. —У тебя самые красивые глаза,твои бинты тебе идут,а твое окружение меня радует. Синдром самозванца. И я вновь соврал. Было не так.