Гараж проблем

Жар пёк в затылок, солнце виднелось через окно, а из подоконника капал растаявший снег. На улице был уже конец мая, а значит, что уже начались летние каникулы. Гнев лился по венам, Минхо раскидывал вещи со шкафа в разные стороны, ища чемодан, куда и положит лежащие на полу вещи. Найдя черный чемодан, он положил его на теплый ламинат, открыв, вещи летели в чемодан. Бормоча себе под нос, следя, чтобы ничего из вещей не забыть, Минхо увидел свой блокнот черного цвета, который лежал на белой простыне, взяв на руки, он открыл блокнот. Листая страницы, он дошёл, где был пустой лист. Взяв ручку с блокнота, он сжал в губах её, собираясь с мыслями. «28.05.2022. Родители снова отругали за оценки за год, я правда не понимаю, почему им важно только оценки, почему их не волнует, что мне плохо морально и физически? Я выгорел, почему они меня ругают за мое недовольное лицо? Почему они не могут просто со мной поговорить без всяких оценок? Они только и умеют, что бить и ругать меня. Теперь я еду в деревню к бабушке на всё лето. Подумаешь, две тройки, зачем на всё лето бабушке-то. И что мне там делать, я друзей не смогу найти, это сложно. 14:08.» Минхо закрыл блокнот, засунув ручку. Положив блокнот в карман чемодана, он застегнул молнию. Взяв с пола любимую футболку, складывая в руке, он положил в чемодан. Спустя пару минут сложил все вещи, начиная с нижнего белья, заканчивая футболками и шортами. Глядя на плавки, он думал, брать ли его или же оставить, но, вспомнив, что в деревне есть речка, улыбка появилась на его лице. Сложив и плавки, он закрыл чемодан. Осталось заполнить другие карманы, где будут другие вещи. Дверь распахнулась. Минхо посмотрел на свою мать, которая все так же была в гневе на сына. В её руках была плойка, зайдя внутрь комнаты, держа рукой за лоб, сведя брови к переносице, она сказала: — Всё ещё не понимаю, как можно получить тройку по алгебре! Ты как там учишься? В окно смотришь и голубей считаешь?! — фыркнув, мать Минхо подошла к нему вплотную. — Встань, наказание ещё не закончено. — Мгм. — выдал короткий ответ, вставая с пола. Посмотрев в глаза своей мамы, он моментально отвёл взгляд. Её глаза были суровые и тёмные, хоть и на улице было светло. Устремив глаза только на окно, Минхо сконцентрировал внимание на окне, наблюдая, как листья нежно летят на ветру, кружа с другими. В это время мать Минхо взяла запястье, приложив горячую плойку к нему, Минхо тихо застонал от боли. Услышав это, мать убрала плойку, увидев несильный ожог, ладонь матери сразу ударила по нему, заставляя Минхо выронить слезу. — Ты мужик? — ответа не последовало. Замахнувшись на то же место, она посмотрела на Минхо. — Я спрашиваю, ты мужик?! — Да. — снова удар по тому месту. Слёзы хотели течь дальше, но сам Минхо не хотел казаться слабым. Ждал, когда мать прекратит бить, Минхо придумывал стих в голове, проворачивая снова и снова. Удары и крики от женщины прекратились, дверь хлопнулась так, словно вот-вот сломается. Упав на колени, он дал волю слезам. Тихие всхлипы заполняли тишину в комнате, смахнув слезу, он только сейчас понял, насколько ощутим ожог, смотря на оставленный ожог от матери, он тяжело вздохнул, понимая, что хотя бы не будет с ней общаться. — Ура... Вытерев слёзы рукой, Минхо лёг на кровать, смотря в белый потолок. Мысли кружились один за одним, он надеялся, что найдет друзей. Нет, он не надеялся, он молился. Ведь все его друзья предали его, им нужны были только его деньги и доброта. Слеза текла крупными каплями, Минхо радовало лишь то, что это все закончится. Пролежав на кровати пару минут, проворачивая мысли в голове до часа, он решил не тратить время на слезы, он пошел собирать чемодан дальше, ведь через два часа уже выезжал.

***

Положив чемодан на деревянный пол, покрытый лаком, Минхо открыл чемодан. Он решил в первый день пойти погулять, на улице светло, значит, можно было идти. Переодевшись в черный свитер, в черные свободные штаны, он спустился на первый этаж, где бабушка Минхо убирала со стола чашки и тарелки после родителей Минхо. Предупредив, что идёт гулять, бабушка попросила быть аккуратнее, на что в ответ получила кивок. На улице было прохладно, идя по улице, он не встречал людей, только дома, где слышны либо веселые крики от детей, либо лай собак. Засунув руки в карман брюк, Минхо смотрел на небо, думая об их формах. Везде были деревянные заборы, образуя лабиринт, но и это не составило труда найти маленький магазин неподалёку от дома. Машины ехали туда-сюда, на что Минхо тоже обратил внимание, считая каждую, но сбился со счёта, когда услышал крики. Не крики детей, не собак, не пьяных, а подростков. Повернувшись на звук, он увидел картину перед собой: от собаки убегали два парня, при этом матерясь. Не понимая, что происходит, он внезапно тоже начал бежать с этими парнями, крича во все горло. Сзади трёх парней бежала собака неизвестной им породы. Минхо кричал маты, как и все остальные, но маты заглушала собака, которая лаяла на них, не затыкаясь. Продолжая бежать дальше, Минхо увидел гаражи, быстро забежав за одну из них, два парня последовали за ним, но перед этим кинули камень назад, чтобы собака отвлеклась на упавший предмет. Тяжело дыша, Минхо смотрел на лица двух парней, которые запыхтелись не хуже его. Усмехнувшись, оба посмотрели на него. — Чего ржёшь? — спросил один из них, набираясь сил. Уперевшись руками в колени. Присмотревшись на его лицо, он посмотрел на парня рядом с ним, перекинув недопонимание. — Ты кто? Я тебя раньше тут не видел. — Я не местный. — сказал Минхо, прислонившись спиной об железную стену гаража. — Не местный? — выпучил глаза другой парень. Протянув руку, он ждал ответа, но Минхо даже не посмотрел на ладонь. — И зачем ты сюда приехал? — Родители меня сюда отвезли на всё лето к бабушке. — Увидев руку парня, он пожал руку, хлопнув по ней. — Хорош. Я Чонин, будем знакомы. Если кто-то будет к тебе придираться, скажи мое имя, и отстанут. — сказал Чонин, протянув руку тоже, Минхо сделал идентичные действия, только громче прежнего. — Я Чанбин, мое имя лучше не произноси. — оба парня усмехнулись, смотря на Минхо, который не понимал слова Чанбина. — Я проблемный. — А, хорошо. Я Минхо, если что. — Кивнул он и,достав из кармана свитера пачку сигарет, протянул им по одной. Те взяли. Минхо прикурил от своей зажигалки, зажал сигарету губами и передал зажигалку Чанбину. Сделав глубокий вдох, выпустил дым. — Подгон курить будете? Или мне всё выкуривать? — Спасибо. — сказали оба, сделав глубокий вдох и выдох с облегчением. Постояв в тишине, трое не знали, о чем болтать, куря в тишине, рассматривая гаражи разных цветов. Резкий грохот, проносящийся неподалёку, трое дёрнулись от резкого звука, после чего услышали маты, а за ним плачь. Все заинтриговались, и, выбросив сигареты, пошли на звук, чтобы проверить, что происходит. Проходя два гаража, они спрятались за одним, наблюдая за тем, что заставило их прийти сюда. Пятеро парней окружили лежащего парня, чьё лицо было покрыто ссадинами. Он не плакал, лишь всхлипывал, стараясь подавлять это, но парни все так же избивали его, пиная ногами в живот и не только. Глаза троих округлились, Минхо смотрел, как обезумевшие подростки издевались над своими же ровесниками, чувствовали злость, как и Чанбин с Чонином. Они хотели помочь, но продолжали бездействовать. Минхо шагнул вперёд, как вдруг его взяли за запястье. — Не иди, они тебя найдут. — спокойным, но с нотой тревожности сказал Чонин. — И изобьют тебя, как его, но только людей будет больше. — добавил Чанбин. — Тогда взрослых позову, они их не тронут. — единственное, на что ответил Минхо, шагая назад, отвернувшись от парней, он побежал, стараясь найти хоть кого-то, и нашёл нескольких женщин, на вид старше его на пару лет, сидящие рядом с одним гаражом. Выдохнув, он встал перед ними, те перестали болтать и устремили глаза на него. — Помогите, пожалуйста, там издеваются над одним подростком, они сейчас его до смерти изобьют. — Изобразив грусть, чтобы ему поверили. Женщины поверили и не зря. Они позвали мужей, которые тоже узнали о деле, и все побежали к месту. Спрятавшись за тем же гаражом, трое смотрели на то, как взрослые отчитывали четверых, ведь пятый сбежал. Женщина вызывала полицию, одна из женщин хотела вызвать скорую, но парень, которого избили, наотрез отказался, смотря на закат. Как только все ушли, парень, лежащий на песке, остался смотреть на звёздное небо. Его не трогали по причине, что он сам отказался идти, на что полиция и взрослые, на удивление, никак не отреагировали, решив оставить его в покое, но в планах у них было допросить его. А Чанбин и Чонин ушли, обменявшись контактами с Минхо, сказав на прощание «если что-то интересное будет, то напишешь», и ушли. Минхо вышел из гаража и направился к лежащему парню, который никак не отреагировал на его шаги. Встав на корточки, Минхо смотрел прямо в его уже закрытые глаза. — Сильно тебя, конечно, побили... — дальше смотрел на открытые глаза парня. — Я думал, это Сынмин пришел заново меня добивать. — улыбнулся парень, садясь на холодный песок. — Ты кто? Я тебя раньше тут не видел. — Я не местный. Меня родители отправили на лето к бабушке. — сразу ответил на вопрос парня. — Я Минхо, а ты? — Джисон, но друзей искать не собираюсь. — встал Джисон, отряхнув рукой пыль с одежды. — Ты допоздна тут не гуляй, все же ты не местный и примут тебя как за чужого. Будь осторожнее. — Окей, ты тоже будь аккуратнее. — сказал Минхо, поднимаясь с корточек. Проводя взглядом Джисона, который шёл вперёд и вскоре совсем исчез. Ему понравился короткий, но в то же время спокойный разговор. Смотря на звездное небо, оставшись наедине с тишиной, он услышал шаги сзади. — Не местный, значит... Так вот кто мне помешал наслаждаться. — спокойным тоном сказал Сынмин, шагая к Минхо, который обернулся, смотря в недоумении на его лицо. Сынмин увидел его лицо, поднимая уголок губ. — Какое бы наказание тебе придумать? Избить? Нет, скучно. Минхо словно током ударило при одном слове «наказание». — А глазки-то запуганные. — ходя вокруг него, говорил Сынмин. Остановившись, он продолжил. — Слушай, а ты красивый, пожалею тебя ради твоего красивого лица. Но не думай, что ты без наказания. — Что за бред ты несёшь? — грубо сказал Минхо, отчего Сынмин рассмеялся. — Как заговорили. Не бойся, натуру не потребую. — встав напротив Минхо Сынмин опустил взгляд, качаясь на носочках, словно ребёнок. — Мне скучно уже избивать этих жалких с одними и теми, хочу с тобой! — Что?! — захлопав глазами, он смотрел на Сынмина, которого было еле как видно из-за темноты. — Завтра в 19:00, не опаздывай. Опоздаешь — жалеть не буду. Всё, гуляй. — развернулся Сынмин, уходя вдаль. Он слышал недовольство Минхо, но не интересовался этим, не разворачиваясь к нему. Сердце забилось так сильно, что Сынмин сам не понял почему. Может, он и был красивым, но эта красота отличалась от всех партнёров Сынмина. Выйдя из гаражей, он взялся за сердце, дыша непрерывно.

***

Минхо всё так же шёл по своей тропе, собираясь идти до гаража, было солнечно и уже жарче, чем вчера. Чувство вины истерзало его на мелкие куски внутри, он не хотел избивать Джисона, ведь показался ему довольно милым, но выбора не оставалось, всё же не очень-то хотелось быть мишенью для всей деревни, что мог обеспечить Сынмин. Остановившись рядом с домом, Минхо увидел, как из него выходил Джисон. Минхо обрадовался, побежав к нему, остановившись напротив него на пару сантиметров, ткнул пальцем по плечу, зовя его. Джисон повернулся, увидев его лицо, в нем отражалось спокойствие даже после вчерашнего дня. Ночью Минхо не мог рассмотреть его ссадины, но сейчас они были видны даже за километр, а что самое странное, то, что он даже не старался их обработать или же скрыть. — Ты хоть их обработал? — потянув руку к лицу, Джисон шлёпнул по ладони, отвернув взгляд. — Ясно. Давай обработаю, пойдем. — Не трать на меня время, иди куда шёл. — собираясь идти, но его схватили за запястье. — Да что ты привязался?! — Давай обработаю, фастом. — идя в свою сторону дома Минхо, он держал руку Джисона, переходя на ленивый бег, Джисон не то что был не рад, он был зол, что ему мешают дойти до речки. — Вперёд, с песней. Оба зашли в дом, никого не было, поэтому царила тишина, которая развеялась после того, как они зашли. Минхо разулся, встав напротив, он ждал, когда Джисон тоже разуется, но лишь видел, как он хмуро стоял не разувшись. Встав на колени, Минхо потянулся к кроссовкам, Джисон мгновенно подпрыгнул, крикнув: «Я сам!». Как только Джисон разулся, Минхо попросил сесть на диван, а сам пошёл за аптечкой. Как только Минхо ушёл, Джисон сидел, рассматривая детские фотки матери Минхо. Встав с дивана, он ходил по комнате, смотря на бежевые деревянные стены, покрытые лаком, и всю мебель, которая была также из дерева. Кивая головой, он зашёл в кухню, Джисон сразу приметил чёрный блокнот, лежащий на подоконнике. Взяв его на руки, хотел открыть, но услышал, что Минхо уже спустился, искав его. Положив на место блокнот, он пошел к нему, все так же смотря на комнаты. Минхо в это время уже открыл аптечку, сидя на диване, ждав, когда Джисон уже сядет. — Садись, обработаем, будешь как новенький. — сказал Минхо, хлопнув по дивану, намекнув, чтобы тот сел. Как только Джисон сел, не показывая ни одной эмоции, Минхо потянулся двумя пальцами к уголкам губ, начиная разводить в разные стороны. — Ну и что ты такой грустный-то. — Обрабатывать мне раны будешь или нет? — фыркнул Джисон, смотря, как Минхо закатил глаза. Минхо взял перекись, а вместе с ним ватный диск. Приступив к делу, Джисон начал вертеться, щипя от боли. — Почему ты не обрабатываешь раны? — не смотря на него, а на ссадины говорил Минхо. — Смысл? Все равно через день опять изобьют. Буду еще бинты тратить на такое. — сказал Джисон, смотря на испуганное лицо Минхо. — Что? Пиявку в ране нашёл? — Ты это... Не иди сегодня за гаражи. — с беспокойством сказал Минхо дальше, обрабатывая раны. — Очень тебя прошу. — Я не могу не идти, а то на следующий раз сильнее изобьют. Уж спасибо. — отвернув взгляд, Джисон ждал, когда он обработает раны. Странно для Джисона было то, что ему было безумно комфортно с ним даже в тишине. Хотелось спросить у Минхо всё на свете, но он не хотел навязываться ему, поэтому сидел, проворачивая все вопросы в голове. — Всё. — выбросив ватные диски, Минхо убирал всё, что лежало на диване, складывая в аптечку. — Прости. — За что? — повернул голову к нему, смотря вопросительно. — Ничего, иди уже. — махнув рукой, Минхо положив аптечку рядом с диваном. — Давай, вставай. — Сам позвал и сам выгоняешь. — усмехнулся Джисон — Самостоятельный мальчик. Сынмин уже ждал Минхо рядом с гаражами, как только он пришёл, глаза Кима заблестели. Подойдя поближе, он начал говорить о трёх важных правилах во время процесса избиения: не бить лицо первым, не жалеть человека, не помогать ему. Как только Минхо кивнул, они ушли за гаражи. Придя на место, оба облокотились спиной об гараж, Джисон уже должен был подойти, но Минхо молился, чтобы тот не приходил сюда. Силуэт издалека подходил сюда в черном свитере, Сынмин свистнул, встав вперёд, Джисон не поднимал взгляд, но как только поднял, пожалел. Он увидел Минхо, который выглядел абсолютно спокойно, а рядом с ним Сынмина, который был на седьмом небе от счастья. Сынмин начал смеяться, смотря на лицо Джисона, где виднелось напряжение и недопонимание. — Кис, кис, кис, ну что, не ожидал такого сюрприза? — и снова мерзкий смех. Джисон встал к нему напротив, а Сынмин встал рядом, закинув руку на его плечо, смотря на лицо. — Повеселимся? Рука мгновенно ударила в живот Джисона, отчего тот согнулся от боли, Минхо стоял, не зная, что делать, смотря на то, как Сынмин уже пинал Джисона, который лежал на песке, тихо щипя и стонав от боли. — Ну что ты как не родной-то, присоединяйся давай. — посмотрев на лицо Минхо которое было напряжённое, Сынмин прошёлся рукой по своим волосам, все так же смотрев на его испуганное лицо. — Пинай его дальше, я отдохну. Минхо встал напротив него, Джисон смотрел на него жалко и наивно. Он не собирался бить, хотел лишь помочь, но Сынмин был тем, кто не даст даже пожалеть его. Простояв так пять минут, Сынмин громко и грубо произнёс его имя, отчего Минхо вздрогнул, Джисон отвёл взгляд, ему лишь было противно. В голове у Минхо кружились мысли как на пластинке: — Ты это... Не иди сегодня за гаражи. — с беспокойством сказал Минхо, дальше обрабатывая раны. — Очень тебя прошу. — Я не могу не идти, а то на следующий раз сильнее изобьют. Уж спасибо. Замахнувшись ногой, он ударил прямо в живот, из-за чего Сынмин стал хлопать ему. Нога била в одно место до того момента, когда не позвонили Сынмину. Выдав громкое «тихо», он взял трубку, поднеся к уху телефон. — Алло, у аппарата. Что? Кто, блять, Феликс, я сейчас вообще занят, ты сам не можешь? Вот же... Ладно, скоро буду, заебешь. — выбросив трубку, он взглянул на двоих. — Закругляемся, сирота, плыви куда хочешь, а ты, Минхо, идёшь со мной. — Куда? — спросил Минхо. — У меня есть друг Ли Феликс, он работает в магазинчике одном, туда раздолбай один пришёл и дичь всякую несёт. Как его там... Хёнджин вроде. — Джисон сразу выпучил глаза, Сынмин заметил это. — Он пидор ещё тот, двум людям руку сломал и одному ногу. Если он, не дай боже, тронет Феликса, то я из него все органы вытащу. — Ясно, а без меня никак? — посмотрел на него спокойно Минхо с таким же тоном. — Вообще никак, если ему кости переломать нужно, то ты будешь как помощник. — Подойдя к Минхо, Сынмин харкнул на пол. — Пошли. Добежав до магазина, Минхо узнал это место, ведь именно здесь убегал от собак. Зайдя в магазин, он был довольно маленьким внутри, но места было достаточно. Всё было хорошо, как в обычных магазинах, но отличалось тем, что тут было множество табаков и алкоголя. Сынмин, Минхо и в том числе Джисон стояли, смотря, как Феликс ругался с Хёнджином, не разобрав ни единого слова. Через время они смогли разобрать слова и поняли, что оба начали ссору, когда Хёнджину выдали не свежий хлеб, а другие хлебы ещё не приехали. Когда Хёнджину сказали, что свежий хлеб приедет через три часа, он взъелся на Феликса ругая его за безответственность. Они собачились оба уже час, и как парни пришли, они всё ещё ссорились. Джисон подошел к Хёнджину взяв за плечо, тот повернулся к нему и вылупил глаза так, будто сейчас вот выпадут. — Еб... — Еблан! — закричал Джисон, когда Феликс ударил Хёнджина кулаком прямо в затылок. — Хуесос блять. — выдал Феликс, идя к Сынмину. Дверь в магазине открылась, оттуда зашли Чонин и Чанбин. Они увидели, как Хёнджин пнул в колено Феликса, повалив того на пол. Сынмин ударил Хёнджина в лицо, после чего Хван начал драться с двумя махая кулаками. Минхо стоял вместе с Джисоном, не понимая, что делать. Чонин и Чанбин хотели выйти, пошагав назад, их вытолкнули, когда Сынмина ударили в нос, отчего тот упал прям на Чонина и Чанбина, вытолкнув из магазина всех троих, они упали на ступени стоная от боли. Другие побежали к ним, и только сейчас Минхо заметил знакомых двух лиц, он помахал им, и оба рассмеялись от неловкости Минхо. А Сынмин из-за громкого смеха в ушах встал с них, смотря на Хёнджина. Вытряхнув брюки, Ким взял за волосы Хёнджина таща за магазин, другие тоже побежали к ним, стоя на месте, они наблюдали, как Сынмин пинал Хёнджина бросив того к бетонной стене магазина. Минхо посмотрел на других, сказав взглядом, что пора их разнимать, они принялись за это, подбежав к ним. Минхо, Чонин и Феликс держали Сынмина, а Джисон и Чанбин держали Хёнджина. — Ещё раз его тронешь, кости переломаю. — спокойно сказал Сынмин, все так же пытаясь вырваться из схватки троих. — Ты так жалок. — улыбнулся разбитыми губами Хёнджин. Он увидел ярость в глазах Сынмина, что дало улыбнуться шире. Сынмин наступил на ногу Чонина так сильно, отчего тот согнулся и упал на пол. Вырвавшись из хватки, он подбежал к Чанбину и Джисону, ударив обоих по рукам, освободив Хёнджина из хватки. Феликс и Минхо хотели вмешаться, но увидели, как к ним шла компашка из восьмерых людей. Сынмин свистнул им, намекнув на то, что пора размять руки. Начался хаос, незнакомцы начали бить не только Хёнджина, но и остальных, из-за чего образовалась драка: Чонин не умел драться, поэтому лишь пытался спасти себя от ударов, Хёнджин же начал разукрашивать лицо одному из незнакомцев, который пытался со спины толкнуть Хёнджина. Минхо отбивался от двоих, стараясь сделать так, чтобы Джисона не тронули. Чанбин также взялся за двоих, стараясь увернуться от ударов, Феликс же пинал двух незнакомцев в лицо, перед этим ударив в между ног. Сынмин, смотря на весь этот кошмар, убежал, пока не держал на себе внимание. Через пару минут все услышали мигалки, из-за чего мигом все разбежались в разные стороны. Джисон и Минхо развернулись в сторону гаража, куда и спрятались. Наблюдая за тем, как заталкивают в машину не сбежавших, Минхо облокотился спиной об железную дверь гаража, тяжело вздохнув, Минхо хотел спросить, как обстоят дела у Джисона, но их прервали, когда пришли парни, которые выглядели разъярённее их. — Этот ублюдок нас оставил одних, ты ещё и защищаешь его? — сказал Хёнджин, держа на себе Феликса, который кряхтел на одной ноге, ведь один из компашки сломал его. — Да он и вправду не виноват. — грозно, но тихо сказал Феликс, жестикулируя руками. — Может, вы уже заткнётесь, голуби ненасытные, нас, если что, подставили. — произнёс Чанбин, держа на себе Чонина после того, как его избивали двое. — Что вы несёте? Кто подставил, как, что? — спокойно сказал Минхо, сев на песок. Другие сделали идентичные движения. — Он слинял, когда мы дрались с ними. — коротко сказал Чонин. — Специально, кажись, оставил нас там. — Пусть тоже почувствует на себе, как толпа избивает его! — прокричал Хёнджин, отчего другие задумались над его словами. — Нам нужна помощь Феликса. — посмотрел на него Минхо, улыбнувшись, Феликс начал мотать головой. — Пожалуйста! Он же ещё и тебя предал, тебе вообще не наплевать?! — Он мой друг, этого достаточно? — Но друзья бы не стали оставлять тебя в беде. — наконец-то заговорил Джисон, посмотрев на Минхо. Тот посмотрел на него чувствуя вину. — Короче, Феликс, пиши Сынмину, чтоб встретиться, в процессе разберёмся. — выдал Чанбин. — Ну, может, всё-таки... — Феликс. — Ладно. Феликс достал телефон из кармана, начав строчить сообщение Сынмину о том, чтобы встретиться рядом с гаражами, на что получил быстрый ответ. Оповестив других, что он скоро придёт, они начали отряхиваться от песка и вытирая кровь с лица салфетками, которые купил Феликс как самый не раненный. Сынмин подходил к гаражу, где стоял Феликс, на удивление один. Тем временем парни были за гаражом, поджидая нужного момента. — Чего позвал? — спросил Сынмин. — Почему ты оставил нас там? Сам же ведь позвал их и сам слинял. Некрасиво как кто. — грубо сказал Феликс. — Как по мне, они заслужили. — Сынмин смотрел на небо, не интересуясь лицом Феликса. — А мне кажется, что заслужил это именно ты. — Феликс начал идти назад. Сынмин посмотрел на него подняв одну бровь. — Ты бы так никогда не сказал, кто тебе сценарий написал? — усмехнулся Сынмин. — Я! — крикнул Хёнджин, держа руки в карманах, а за ним шли другие парни. — Странно же, да, то, как Феликс доверился мне, а не тебе. — улыбка разошлась на лице Хёнджина. — Феликс, что это за шутки? — Сынмин посмотрел в глаза Феликса где была жалость и уверенность. — Никаких шуток, я не умею шутить. После этих слов все, кроме Феликса и Чонина стали избивать Сынмина, повалив того на песок. Он решил просто переждать, смотря на звезды, чувствуя не только боль, но также и теплый ветер, который дул на него. Его били по лицу, по животу и по спине с разных сторон, не давая ему времени на передышку. Так продолжалось до того момента пока Минхо не поднял руку, что означало прекращать драку. Сынмин уперелся рукой об холодный песок, выплёвывая кровь со рта, вытерев рот рукавом он посмотрел в каждому в глаза, в том числе и в Феликса который стоял, опустив взгляд вниз. Сев на песок Сынмин громко рассмеялся. — Молодцы ребята. — сказал Сынмин повернув взгляд на своего старшего брата. — Привет. Все застыли в недоумении, посмотрев на старшего брата Сынмина который отличался внешностью. — Что тут, блять, происходило. — сказал брат подбежав к Сынмину — ты как? Можешь идти? — А я по-твоему в рассвете сил? — улыбнулся Сынмин. — Вы совсем охуели, звери недоношенные? У меня вопрос, нахуя вы нарвались всей толпой на одного человека? Что вам это дало? — смотрел на каждого старший, а парни опустили головы. — Он подзвал к нам свою шайку, и видишь ты или нет, они нас избили. Будет ему уроком. — поднял голову Чонин. Старший брат посмотрел на Сынмина который опустил голову вниз. — Банчан, ну там такое дело... — Слышат твои оправдания не хочу! Это уже какой раз было? Давай посчитаем. — Банчан встал перед ним и начал загибать все пальцы. — Ты думаешь, что поступаешь по-мужски? Чем ты вообще думаешь, а?! — Не ругайте его так сильно, он тут ни при чём. — сказал Феликс. — Заткнись. — сказали все шестеро. — Либо ты сейчас извиняешься, либо я скажу родителям, что ты позор деревни. Мне правда стыдно за тебя, для чего ты вообще начинаешь это все?! Какую пользу ты за это получаешь?! — Банчан прошёлся рукой по волосам отвернувшись от Сынмина который сидел, слушая Банчана. — Поверить не могу, что ты такой аутист. Ладно других ты бьешь за дело, но они-то что сделали?— указал пальцем на парней—Для чего ты их оставил рядом с ебанутыми?! знаешь, что было бы, если они не умели драться?! — Прости. — Ты не передо мной извиняйся, а перед ними. — указав пальцем на парней сказал Чан. — Простите. — Сынмин встал с песка. — Доволен? — Да. — гордо сказал Хёнджин. — Я измотался,будет мир,дружба, жвачка. — Согласен. Кстати, а это кто? — указал Феликс на Минхо. — Я тебя тут раньше не видел. — Я тоже. — сказал Чан. — Я не местный, меня на все лето тут оставили. — произнёс Минхо вытянувшись. Достав телефон он посмотрел на время, уже было 00:31. — Блять, меня бабушка ждёт, меня бабушка убьёт быстрее, чем вы друг друга. Пока. — Давай, удачи. — помахал Сынмин Минхо, на что все шестеро глаз посмотрели на него. — Что? — Ты никогда удачи никому не желал. — сказал Феликс, уже седьмая пара глаз посмотрела на него. — Я удачи желаю только неудачникам, гуляйте, ребят. — махнув рукой Сынмин встал отряхнувшись от песка. Все перевели взгляд на друг друга. Чонин пожал плечами и пошёл домой, позже остальные тоже начали уходить по домам. Джисон, Феликс и Хенджин остались вместе, Джисон махнул рукой, не желая с ними общаться. Теперь на улице было два человека. Неловкая пауза царила пару секунд. — У меня нога парализована, тащи, мой конь. — тянув руки вперёд, произнёс Феликс. — Сейчас ты весь парализованный будешь. — Хёнджин тяжело вздохнул, подойдя к нему, он перекинул руку на плечо, потащив в сторону. Резко остановившись, он повернул голову на Феликса, их лица были безумно близко, Хёнджин резко отвернул взгляд. — Где твой дом? — Туда скачи, мой верный конь!