Надежда мира.

— Эй! — воскликнул звонкий, полный любопытства голос. — А почему вы тут одни сидите? Вам не холодно? Десятилетний Зен Шигараки поднял голову и безразлично посмотрел на незнакомого ребёнка. На него смотрели необыкновенно яркие, зелёные глаза. У их владелицы были длинные чёрные волосы, а на румяных щеках красовались веснушки. Девочка выглядела чуть младше него и говорила с неуклюжим американским акцентом. — Отстань. Единственно верный ответ. Зен выучил это ещё в пять лет, когда обычные дети издевались над ними из-за внешнего вида — что продолжалось до сих пор, — а когда узнавали, что у него есть причуда, то убегали с криками ужаса. Жалкие, мелкие твари, которые только и могут, что издеваться над теми, кто слабее. — А? Почему? — она склонила голову в бок. — О, у вас, кстати, такие красивые волосы, вы очень милые! — девочка засмеялась и смущённо потёрла затылок. Йоичи выглянул из за его спины и пугливо осмотрел незнакомку. Он дрожал и держался маленькими ручками его одежды. Зен заметил, что цвет глаз девочки и Йоичи был поразительно похож. — Это… — начал его младший брат, а потом согнулся в кашле. Зен помог ему устоять на ногах. — Эм… это натуральный цвет… — прохрипел он. Глаза девочки засверкали. — Вам очень-очень идёт! Вы же братья, да? — она пригнулась перед Йоичи и погладила его по голове, заставив Зена недовольно нахмурить брови и отойти подальше от неё. — Да, — неловко кивнул Йоичи, — мы всегда вместе, и братец всегда-всегда защищает меня. Зен с удивлением наблюдал, как его обычно молчаливый брат стал необычайно болтливым с этой странной девочкой. — А ты? — она повернулась к нему, — Чего молчишь? — Хочу и молчу, — он отвёл взгляд, — тебе какое дело? Незнакомка обиженно надула губы — Просто интересно! Вы тут одни сидите, а ребята… — она неопределённо пожала плечами. — И, ну, мне было грустно за вас? Он приподнял бровь. Грусть? К ним обычно только отвращение и испытывали, а тут, нате, грусть. Может не отвращение, может жалость, злость, ненависть, презрение. Но грусть — нет. Слишком уж это слово громкое. — Не нужно нас жалеть, — почти снисходительно произнёс Зен. Он ухмыльнулся и указал пальцем в сторону детей, что прекратили играть в импровизированный футбол и с опаской наблюдали за ними. — Видишь? Они боятся нас. А если будешь играть с такими как мы, то и тебя избегать будут. Девчонка нахмурилась и скрестив руки на груди, оглянулась на детей. Потом снова повернулась к нему. — Но чего они боятся? Вы же не людоеды какие-нибудь… да ведь? — она склонила голову в бок. — Из-за моей метаспособности. — не раздумывая ни секунду сказал Шигараки. Он широко и злобно улыбнулся, ожидая привычной реакции — ужаса, отвращения, страха. Вместо этого шокировано наблюдал, как зажигаются звёзды в глазах напротив. — Правда?! Это из-за этого у вас белые волосы? А какая у тебя способность? Что она позволяет делать? А за тобой ведь не охотятся? Я слышала, что правительство Японии принимает меры по устранению людей метаспособностями... А у вас они одинаковые? Ой! — она с щелчком зубов захлопнула рот. — Извините… Её щёки залились красным румянцем смущения и стыда, она опустила голову. Настолько длинный поток вопросов, в которых, к тому же, не было ни капли негативной реакции, заставил их с Йоичи уставиться на неё с абсолютным потрясением. — Постой-постой! — Зен закрыл глаза ладонью, — Хочешь сказать… что тебе не страшно? Вообще? — А?— недоумённо сказала девочка, — Ой, нет! Никогда не понимала, почему людей с метаспособностями так боятся. Это же так круто! Типо, знаешь, как в комиксах, — она посмеялась, — суперсилы и всё такое! Ещё несколько секунд Зен просто наблюдал за ней с трепетом, а после внезапно громко и звонко рассмеялся, заставив брата и девочку, а также детей неподалёку, вздрогнуть от неожиданности, склонился вперёд и потрепал её по голове. — А ты забавная! Как тебя зовут? Она заулыбалась так ярко, что Зен подумал, не нужны ли ему солнцезащитные очки, дабы не ослепнуть от этой яркости. — Сэкай Нодзоми! — Интересное имя, надежда мира, да? — он хихикнул, — Я — Шигараки Зен, а это мой брат — Шигараки Йоичи. Приятно познакомится Сэкай. ____________________ Дни шли. Казалось, что всё продолжалось так же, как и началось: грязь, улицы, осуждение, отвращение. Жизнь продолжалась, и они продолжили плыть по её течению. Но теперь в это грязное течение попало нечто чистое, что не побрезгало плыть вместе с ними. Нодзоми приходила каждый день. Почти каждый — иногда они ходили вместе с родителями куда-то, и ей не удавалось прийти. Но она приносила им еду, чему Йоичи был безмерно рад. Зен не был против — он был только за, если брат улыбался. Шигараки начал замечать мелкие незаметные привычки Сэкай. Она очень быстро краснела при любой ситуации, в которой чувствовала хоть каплю стыда. У девчонки не было метаспособности, но она так много говорила о них, что Зен начал неосознанно рассказывать и о своей. Та стала носить с собой блокнот, в котором записывала абсолютно всё, что слышала о его силах. Метаспособности в целом были их общей темой обсуждения — они часами могли сидеть и разговаривать только об этом. Ещё одной основной темой для обсуждения стало правительство, политика и отношение властей к мета силам. — Я всё равно не понимаю, почему люди так не любят тех у кого есть метаспособности? — однажды уныло протянула она крутя пальцами свои растрёпанные пряди. — Люди не любят тех кто отличается. — не задумываясь ответил Зен, поглаживая волосы брата, что уснул рядом с ним, уткнувшись носом в комикс про супергероев. — Это разве причина для ненависти? — обиженно проныла Сэкай. — Вот, ты когда нибудь думала о смерти? — Смерти? — Ага. Знаешь, люди ведь очень боятся её. Она опустила глаза на руки. — Я тоже боюсь. — Ну так, чего ты именно боишся? Сама смерть не такая уж и страшная, страшно то, что будет после смерти. Нодзоми резко вскинула голову. — Это значит… эм… — она постучала по подбородку, — люди боятся не сами эти силы, а того, что с ними можно будет сделать? Зен немного нахмурился. — Да, да, что-то около того. — Около того? — Мгм. Смерть… люди боятся смерти, потому что она сильнее них, и её не избежать. Страх неизвестности и страх того, что сильнее всего. — То есть… — Люди боятся всего, что сильнее их. Нодзоми молчала примерно минуту, а потом вдруг громко завыла. — Ааааргх, как же я это ненавижу! — она откинулась назад и легла на крышу. Шигараки поднял бровь на это заявление. — Кого именно? — Людей! Всех вообще! Как можно быть такими тупыми! Это же логично, если будешь добрым ко всем, то и ничего плохого не случится! Как можно не понимать такое?! Зен фыркнул и отвёл взгляд от неё. — Мир устроен немного не так, как ты думаешь. ____________________ Уже через два месяца Нодзоми знала о мета силах больше, чем большинство учёных, а всё по одной глупой причине — метаспособности не изучали. Может быть в каких-то закрытых лабораториях над металюдьми и проводили опыты, но никаких открытий относительно самого устройства метаспособностей не было. На самом деле Нодзоми была по настоящему умным ребёнком. Возможно наивным, но умным. Она анализировала каждое его слово, постоянно просила передать ей силу — чего Зен не делал, понимая, что подвергнет её этим опасности, — она заходила так далеко и думала в тех направлениях, куда Зен даже не смотрел. Шигараки перестал удивляться, когда она цитировала его же слова, записанные в её блокнот. Йоичи больше не кашлял слишком сильно, потому что Нодзоми приносила лекарства. Их даже стали навещать родители девочки — они, как оказалось, вовсе не были против, что их дочь общается с такими странными личностями как они, были доброжелательны и приносили им свежую выпечку из кондитерской неподалёку от их дома. К сожалению взять к себе их они не могли, ведь это было опасно, особенно в то время, когда на металюдей велась активная охота. СМИ никогда не называли “это” охотой — действия, по установлению контроля, новые законы ограничивающие даже металюдей, дискриминация, насилие, — всё это было скрыто за, в каком-то смысле, интересным названием «ДНМ» — Движение «новый мир». Как оказалось, иметь суперсилу это не очень-то и круто. Не было никаких героев, как из комиксов, в метаспособности в целом не было ничего крутого, если на тебя начинали охотится, просто из-за какого-то неполадка в генах. Тогда к Зену начали обращаться разные люди. Первая оказанная им “помощь” на самом деле не являлась как таковой помощью — он просто захотел забрать мета силу и понять её работу самому, а человек, у которого силу отобрали, вдруг начал благодарить его со слезами счастья на глазах. Тогда он понял, что отбирать метаспособности — это не слишком плохо. Слухи о ребёнке, что был способен забирать мета силы разошлись очень быстро. Люди хотели избавиться от силы, что ставила под опасность их и их семьи. Зен не отказывал — он брал, а потом они вместе с Нодзоми пытались разобраться в каждом её аспекте, пока Йоичи сидел рядом и наблюдал за ними, не смысля ничего в их разговорах. Из-за слишком большого количества сомнительных личностей, что стали часто появляться в районе, где обитали Зен и Йоичи, местные жители вызвали копов. Те быстро оцепили периметр, услышав несколько слухов о человеке, что способен брать и раздавать метаспособности. К их сожалению, всего два дня назад Зен подцепил очень интересную силу, основанную на создании варп врат — убежать от бессильных полицейских, имея у себя более шестидесяти мета сил не составило труда. Они вернулись обратно лишь спустя три дня, когда уставшие полицейские отступили. Нодзоми сидела на крыше и угрюмо крутила блокнот в маленьких ручках, а как только увидела их, то бросилась в объятия со слезами на глазах. Так и продолжала течь их жизнь. Зен был фундаментом, Йоичи — стенами, а Нодзоми — крышей их маленького мирка. Из бездомного ребёнка Зен смог вырасти в нечто большее, того, у кого есть право слова в этом гнусном мире. Он стал бороться за права металюдей вместе с Нодзоми, которая стала исследователем в области метаспособностей. Правда, ему приходилось прятать брата и не подвергать опасности, а самому притворятся бессильным, чтобы не убили, но это так, мелочи. Они добились некоторых успехов — написали множество исследовательских статей, распространяли информацию, убеждали силой слова — всё для того, чтобы дать понять, что металюди — не монстры. Некоторые законы, ограничивающие права мателюдей даже были отменены. Всё шло удачно. Вот только, как оказалось, не всегда удача была на его стороне. Выстрел. Один короткий миг, когда он потерял бдительность, мгновенье, когда целая жизнь пролетела перед глазами. Нодзоми Сэкай умерла в тот самый миг. Мир перевернулся с ног на голову, крыша рухнула, а спокойный поток стал цунами. Мерзко, мерзко, мерзко и тошно от людей, так мерзко. Что сделала она? Она была лишь невинным ребёнком, лишь лучом солнца в их с Йоичи тёмной жизни, тогда почему? ОН. Нодзоми умерла из-за него и его силы. Зен запер Йоичи. Он не мог, совершенно не мог допустить такой же оплошности, он должен был сохранить хотя бы его зелёные глаза, потому что потерял зелёный цвет глаз Нодзоми. … Почему? Он хотел лишь помочь! Исправить дефект брата, дать возможность своему слабому близнецу защитить себя, если рядом не будет его! ТОГДА ПОЧЕМУ ШИГАРАКИ ЙОИЧИ УМЕР? ____________________ Йоичи оставил после себя мета силу. Злосчастную метаспособность, которую подарил ему Зен. Как оказалось, у Йоичи изначально была сила, способная передавать метаспособность посредством ДНК. Он передал её какому-то отбросу. Нет. Нельзя этого допустить. Нельзя потерять последнее, что осталось от Йоичи! НЕЛЬЗЯ. ____________________ Двести лет. Прошло вот уже двести лет с момента потери Нодзоми и Йоичи. Зен всё ещё не сдался. Он искал, он убивал — Зен понимал, что ИМ не понравились бы его действия. Он убивал каждого обладателя причуды его брата. Это был ЕГО брат, тот кто был с рождения рядом, кто с рождения принадлежал ЕМУ. Зен просто не мог оставить последнюю память о брате каким-то жалким, недостойным людям! … И всё же. Смотря в ярко-зелёные, полные жизни и такие до боли знакомые глаза девятого обладателя причуды его брата, Зен кое-что понял. Нет. Он не сможет убить его. Не сможет погасить этот зелёный цвет. Зен не сможет погубить Мидорию Изуку.