Противоположности

      Мэри Эрикмер и Джон Смит были не разлей вода со времён средней школы. Их семьи близко дружили друг с другом, а как это часто бывает, раз общаются родители, то и дети тоже. Несмотря на то, что у Мэри и Джона были абсолютно разные характеры, это не мешало им сохранять свою особую связь.              Эрикмер была не очень эмоциональной, по крайне мере со всеми кроме Джона, иногда слишком холодной, но хитрой, которая могла найти лазейки в любых ситуациях. В школе её считали одной из самых красивых девушек: натуральная брюнетка с длинными кудрявыми волосами и большими голубыми глазами, которыми она завораживала свои «цели». Узкая талия, длинные стройные ноги, выраженные ключицы и ещё много чего, на что бы мог повестись любой парень.        Даже её холод не отталкивал, а наоборот притягивал. И из-за этого Мэри часто прибегала к тому, чтобы использовать красоту в личных целях: стоило ей мило попросить одноклассника дать списать домашнее задание, и он тут же велся на чары Эрикмер. Подсеть к ещё одному парню, заправить прядь волос за ухо, назвать его умным, и тот тут же даёт ответы на контрольную. А какой длины была очередь из поклонников, чтобы помочь донести ей сумку, а заодно и проводить до дома. Но, несмотря на всё это, дальше своих уловок Мэри не заходила. Пока её подруги начинали встречаться с парнями через пару недель, а то и дней после знакомства, Мэри всегда считала, что для того, чтобы начать с кем то встречаться нужно почувствовать что-то необъяснимое, что-то неземное, какую-то особую связь. И такая связь была только с одним человеком, с её лучшим другом — Джоном Смитом.       По внешности Джон не отличался чем-то особенным от других парней. Нет, конечно, он считался очень симпатичным, и многие бегали за ним, ну а какой девушке не понравится высокий шатен с карими глазами, высокого роста, так ещё и со спортивным телосложением? Но такая популярность, как у Мэри у него отсутствовала. Смит был трудолюбивым и всегда всего добивался сам, он не оценивал принцип жизни своей подруги «хочешь жить — умей вертеться», а придерживался к собственному «хочешь жить — значит работай». В отличие от Мэри, Джон был открыт и эмоционален со всеми, он никогда не скрывал своих чувств, а говорил всё как есть. Иногда парень мог быть вспыльчивым и импульсивным, но умел быстро остывать.              В общем Мэри Эрикмер и Джон Смит были полными противоположностями друг друга, но это никогда не мешало им дружить. С начала средней школы и до выпускного они сидели за одной партой, ходили исключительно вдвоём, обедали в столовой, сидя рядом. Все учителя называли их неразлучниками и часто подшучивали, намекая не пора бы уже им признаться друг другу в любви. На это Мэри и Джон всегда закатывали глаза, поворачивали головы в противоположные стороны и краснели.       Да, они очень нравились друг другу. Когда парень смотрел на уловки Мэри по отношению к поклонникам, он всегда злился внутри себя не из-за жизненного принципа, а потому что ревновал. Крайне редко некоторые фанаты Эрикмер позволяли себе слишком много, хотя сама девушка дальше переглядок, комплиментов и заправленных прядей волос за уши никогда не заходила, они могли хватать её за руки, талию, самые смелые (их было немного) пытались даже поцеловать, но все они тут же получали по лицу с размаху от Джона. Он всегда считал, что насилие это не выход, но, когда наблюдал за такими ситуациями, жизненные принципы уходили на второй план. Мэри и Джон знали друг о друге всё, каждые выходные они ходили гулять к пляжу, смотреть на закаты. В Калифорнии заходы солнца были чем-то невообразимо красивым. Часто Мэри и Джон просто сидели на песке и смеялись. они всегда дружески обменивались подколами, в этом заключалась манера их общения. Но, несмотря на это, оба знали, что в любой момент придут на помощь друг к другу.              Мэри была искренней исключительно рядом со Смитом, она доверяла парню и могла рассказать любой секрет. Например, только Джон знал, что Мэри не нравятся её кудри, и пытался всячески переубедить подругу, утверждая, что это изюминка во внешности девушки, Смит даже стал называть ее «кудря» и «кудряшка». Эрикмер злилась на такое глупое прозвище, по крайней мере так она говорила Джону, но на самом деле оно ей очень нравилось и обращаться так к себе, она позволяла только ему. Но ещё Смит знал, почему Мэри так холодна со всеми, а особенно с мужским полом.              Девушка родилась в семье режиссёра и обычной офисной леди. Тревис, так звали отца Мэри, всегда мечтал о том, чтобы дочь поступила в актёрское училище. Она занималась в театральной группе при средней и старшей школе, на каждый праздник участвовала в спектаклях, часто играв главную роль. Мэри горела мечтой стать актрисой, все вокруг, как и она сама, считали, что это было её предназначением. Как это часто бывает, отец и дочь были лучшими друзьями. Мэри с самого детства была привязана к Тревису сильнее, чем к матери, но это не уменьшало любви к ней. Они могли часами проводить мини спектакли у себя дома, девушка часто делилась своими переживаниями именно с отцом, часто эти беседы ограничивались темой о карьере актрисы, но девушка радовалась и этому. Ведь Кэтрин, так звали маму Мэри, часто пропадала в офисе, ездила по разным городам, подписывая важные контракты для своего бизнеса, и в принципе была далека от разговоров по душам.              Несмотря на это, младшая Эрикмер считала, что у неё счастливая и любящая семья, мать и отец любили друг друга, их, действительно, можно было назвать идеальным союзом, хотя они являлись полными противоположностями друг друга. Тревис и Кэтрин часто выходили в свет вдвоём, во многих заголовках новостей их обсуждали, как пару, на которую нужно равняться. Всё было хорошо, но как мы знаем, счастье никогда не длиться вечно, оно мимолётно, и в неожиданный момент может покинуть нас. Сначала всё началось незначительно: родители стали часто ссориться и по долгу не мириться. Мэри считала, что это нормально, ведь в любой семье может начаться период разногласий и ругани, поэтому не придавала к этому большое внимание до одного момента.              В тот день девушка вернулась с прогулки с Джоном раньше обычного, парню нужно было помочь отцу в мастерской. Пройдя на кухню, она увидела мать, сидящей за столом и вытирающей слезы. Мэри всегда считала маму очень сильной и, ни разу не видев её слёз, впала в ступор. Услышав спускающиеся шаги, младшая Эрикмер обернулась и увидела отца с большой сумкой. Ничего не понимая, Мэри попыталась выяснить у него, что происходит. На это Тревис подошёл к дочери и кратко поцеловал её в макушку, выдохнув, он уже хотел объяснить, что происходит, но его прервала Кэтрин. Она вскочила со стула и крикнула, чтобы тот убирался отсюда. Снова завязался скандал, где родители кричали друг на друга, будто соревнуясь, кто будет громче. Когда мать и отец ссорились, Мэри ощущала себя беспомощно, но, несмотря на все её старания и просьбы прекратить, всё всегда заканчивалось одинаково: полным игнорированием дочери, во время скандалов она будто пропадала для родителей. Кэтрин и Тревис обвиняли, оскорбляли и ненавидели друг друга. Мэри никогда не понимала, как после стольких лет брака и любви можно сказать слова, состоящие из одной лишь ненависти.       Из собственных размышлений девушку выдернул голос матери, которая назвала мужа изменником. Мэри распахнула глаза и взглянула на отца, который лишь стыдливо отвёл взгляд в сторону. Папа всегда осуждал измены, он ненавидел тех, кто опускался до подобного уровня, а сейчас получается, что он ничем не отличается от таких людей. Позже выяснилось, что это была молодая актриса, которая получила главную роль в его новом фильме. Мать узнала о измене случайно: ей нужно было подписать некоторые бумаги с инвесторами, и они выбрали кафе неподалёку от пляжа. Зайдя внутрь, Кэтрин увидела, как муж сидит рядом с какой то блондинкой и целует её в щеку, что то шепча на ухо. Когда Эрикмер вернулся домой поздно вечером, Кэтрин закатила скандал, в котором выяснилось, что Тревис давно устал от семейной жизни, где жена всё время пропадает на работе и ищет одну стабильность, а не рвётся к путешествием или к чему-то новому. Услышав всё это, Мэри пришла в ярость, она знала, что отец всегда был свободолюбивым, а матери наоборот нужен был покой, но, если ты разлюбил, почему не можешь сказать об этом прямо, зачем предавать женщину, которой клялся, что любишь больше жизни?              После объяснений и извинений перед женой и дочерью Тревис уехал, пообещав, что будет звонить Мэри как можно чаще, на это она ответила что-то колкое, что уже не вспомнить, но в глубине души надеялась, что отец не забудет её. По началу так и было: он звонил ей каждый день, писал поздравления на всевозможные праздники, звал к себе в Нью-йорк на уикендах и каникулах. Мэри было обидно за маму, но она не могла оборвать все связи с отцом, потому что любила его. Но позже общение стало всё реже: сначала сократилось до трёх звонков в месяц и поздравлений исключительно с днём рождения, а потом и вовсе прекратилось. Мэри сама звонила и писала, но однажды получила сообщение, после которого заблокировала отца во всех соц-сетях: «Прекрати так много писать и звонить, я занят.» После этих слов она проплакала ещё неделю, не понимая, как можно отвернуться от собственной дочери, а потом узнала, что отец и его новая жена ждут ребёнка. Мэри окончательно почувствовала себя преданной.              Мать, разведясь, замкнулась в себе, она и раньше была достаточно холодной а сейчас её сердце будто заледенело до конца. Кэтрин полностью ушла в работу и могла не появляться дома сутками. Из-за этого Мэри ощущала себя не только преданной, но и брошенной. Девушка решила, что никогда не поступит на актрису, как этого хотел отец. Она бросила все их совместные занятия на зло ему, ей хотелось, чтобы ему тоже было обидно, но понимала, что он скорее всего об этом никогда не узнает, а если и узнает, то ему будет всё равно. Мэри злилась на родителей и не понимала, почему вместе с ними должна страдать и она сама. После всей этой истории Мэри сделала для себя вывод, что люди, которые являются полной противоположностью друг друга, никогда не смогут быть счастливы вместе.              Джон ценил искренность девушки, ценил, что она рассказала все подробности развода родителей. Смит видел, как тяжело было Мэри. Он знал, что после школы девушка придёт в пустой дом и будет одна, потому что её мать пыталась заглушить свои чувства, погрузившись в работу, забывая, что дочери тоже плохо и больно. Поэтому Джон пытался как можно больше находиться рядом с Эрикмер: звал гулять, приводил к себе в гости, где её очень любили, делал всё, чтобы девушка поняла, что она не одинока.       Развод родителей пришелся под конец учёбы выпускного класса, что ещё сильнее ударило по Эрикмер. Мэри боялась, что из-за нервов не сможет сдать экзамен, так как все мысли занимал распад семьи, предательство отца и отстранённость матери. На протяжении нескольких месяцев страх облажаться и не поступить в университет преследовал Мэри по пятам. Когда наступил день сдачи экзамена, Эрикмер думала, что упадёт в обморок. Желудок скручивало от переживаний, пальцы ныли из-за того, что их сгибали каждые пять минут, а в глазах темнело, когда в поле зрения попадалась аудитория, где должен был проходить экзамен. Джон освободился раньше подруги и стал ждать её около входа здания школы. Через полтора часа оттуда вышла Мэри с широкой улыбкой. — Сдала! Я сдала! — Девушка подбежала к Джону, который в свою очередь крепко обнял её, приподняв над землёй. — Я же говорил, что тебе не о чём волноваться, кудря. — Смит отстранились от Мэри на несколько сантиметров, чтобы улыбнуться и заглянуть ей в глаза. — Ты молодец. — Спасибо, Джон. — девушка снова крепко обняла друга за шею. В тот день Мэри окончательно поняла, что она сможет справиться со всеми трудностями и ей, действительно, не о чём волноваться, пока рядом с ней будет Джон.