Господи, дай мне...!

      Лоэну скучно.       До скрежета в зубах, до сведения нижней челюсти, до отбивающих нервный ритм пальцев по бумажному стаканчику с очередным алкогольным коктейлем.       Общий розоватый цвет комнаты уже прилично раздражал. Из колонки било очередное треш-музло, с разных сторон разносились то громкий смех, то стоны, то какие-то выкрикивания на подобии: «Максик, не здесь!».

Боже, да, Максик… Только не тут. Я вздёрнусь прямо на твоём ремне, если ты сделаешь это. Хотя нет, сначала блевану тебе в трусы, а уже потом вздёрнусь.

      Разобрать, что происходит вокруг, выходило с трудом. Всю комнату заволокло дымом сигарет и парилок, где-то, скорее всего, был и кальян. В воздухе так и парил запах дешманских электроннок, пота и секса. Но даже это было ерундой. Есть халявный алкоголь — значит, можно и потерпеть! Но терпеть необходимо было много чего, а с каждым новым стаканчиком Лоэну всё больше хотелось ударить кого-нибудь, послушать нормальную музыку и, ой как хорошо, подрочить — выпустить пар, так сказать.       Зря он вообще решил, что тут может быть хоть что-то интересное; зря послушал чокнутых друзей, совершенно не понимающих и не разделяющих его интересов.       — Будет весело! — он состроил сам себе излишне слащавую гримасу. — Там столько ништяков! Честно, в этот раз вообще тема! Сука. Ага, как же. Размечтался… Вот найду Варку и хорошенько ему двину.       В заглушаемом дерьмовой музыкой голосе слышалась злость и разочарование. Ничего стоящего — он просто зря потратил время. И именно ощущение бесполезной потери такого ценного ресурса больше всего заставляло кровь внутри вскипать от гнева.       Тот самый «Варка», настоящего имени которого почти никто из знакомых уже не помнил, и был инициатором всех этих гуляний. Обладал он каким-то магическим обаянием, позволяющим ему собирать вокруг себя самых разных людей. И Лоэн не был исключением.       Бумажный стаканчик скрипнул в руке, моля о пощаде. Лоэн злобно зыркнул на него и залпом выпил всё содержимое. Что-то приторно сладкое разлилось по глотке, спускаясь ниже и вспыхивая там жгучим теплом прямо в районе груди.       Ах, алкоголь! Причина всех войн должна крыться не в желании территорий, жадности властителей или спасении мира, а в этом чудо-напитке. Он определённо был бы готов убить за эту приторную сладость смешанных на чью-то скорую молодую руку коктейлей. Лишь слегка сменив свой гнев на милость, он поплёлся неровной походкой ближе к столу с напитками.       Он присел на колени, шерудя в плохом освещении по всем поверхностям вокруг. Кто-то успел огреть его ногой по лицу во время страстного соития, прежде чем он нащупал рукой неоткрытую бутылочку пинаколады.

А, к чёрту! Даже если меня разнесёт с утра, это будут проблемы завтрашнего «Лоэна», а сегодняшний хочет хоть как-то скрасить эту заставляющую думать о смерти ночку.

      Дойдя до полюбившейся ему стены, он успел сделать лишь пару глотков, как прямо в ухо донеслось:       — Скучаешь?       Слишком бодро для своего состояния парень подскочил на месте от неожиданости и оглядел внезапно появившегося рядом типа.       Тот был едва ли выше его самого. На миловидное, как казалось из-за освещения, лицо спадали розовые пряди, несколько из которых были окрашены в бордовый…

      Стоп. Не многовато ли розового? Сраное освещение.

      В общем, слегка патлатый и милый с виду парень в растянутом дедовском свитере и пластмассовым стаканчиком в руке стоял в непосредственной близости рядом с ним. На лице красовалась спокойная улыбка, а на шее — проводные наушники, точнее, один из них. Другой тянулся к правому уху.       — Тип того, — отрезал Лоэн, возвращая голову в прежнее положение.       Такое иногда бывает. На тусовке, где лишь изредка попадаются сносные собеседники, все хотят быть не одиноки, поэтому периодически и завязываются такие смол-толки.       — А зачем пришёл тогда?       Боковым зрением Лоэн видел, что странный парень всё ещё смотрел на него, полностью поглощённый, даже не назвать так, беседой.       — Позвали. Придурок один…       Такие разговорчики быстро прерывались, если не находили отклик сразу у двоих, а Лоэн был явно настроен побыстрее договорить с незнакомцем и свалить домой, предварительно опустошив ещё несколько пол литровых бутылок спиртного. Он устало уставился в одну точку впереди, сосредотачиваясь на каком-то углу подоконника, и мерно попивал свою сахарную смерть.       — Придурок… — вторил ему незнакомец, явно призадумавшись. — Варка?       — Да, — Лоэн заинтересовался на капельку больше, слегка поворачивая голову в сторону собеседника. — Неужели, и тебя затянул в это?       — Ага, он же и пригласил. Правда, единственное знакомое лицо, которым он и являлся, смылось в самом начале вечеринки. Так я тут и мотыляюсь без цели. Впервые на таком мероприятии.       От слова «мероприятии» Лоэн прыснул от смеха.

      Мда, такую дыру мероприятием не назовёшь. Максимум — блядушником; и это ещё культурно выражаясь!

      — Похожая история, — спрятал он свою ухмылку в стакане и отпил ещё. — Так а ты-то, мальчик-одуванчик, чего не уйдёшь?       — Уже собирался, но в последний момент решил ещё выцепить алкахи и заметил тебя. Ты тоже стоял вдалеке от всех, вот и решил языками зацепиться.       Почему-то от фразы «языками зацепиться» щёки потеплели. Оставалось только и гадать, что послужило причиной — недостаток дрочки в организме, милое лицо парня слева или количество сладкой заразы в красном стаканчике.       — Как тебя зовут? — прервал поток его неприличных мыслей, уже без пяти минут, знакомец.       — А… — он потупил немного в стакан, медленно моргая. — Можешь звать Лоэн. Я под таким ником обычно играю, поэтому и погоняло такое.       — М-м… Лоэн, значит? — парень будто смаковал его псевдо-имя на вкус. — Нравится жить инкогнито?       — Не жалуюсь. А ты?..       — Иллуги. Это настоящее имя.       — Ого… Погоди. Типа, реально? Тебя зовут Иллуги? Не то, чтобы это странно, но у тебя родаки на каком-то аниме помешаны, или что-то такое?       Иллуги звонко рассмеялся, но и это заглушилось каким-то фонк-шлаком. Его лицо выглядело совсем иначе с внезапно искренней улыбкой на нём. Лоэн засмотрелся, всё ещё чувствуя жар на лице.       — А-а… Бля-я… Насмешил, — он пальцем смахнул выступившие слезинки. — Не, это из мифологии герой какой-то. Маме нравились такие истории, так что как есть, — Иллуги пожал плечами и отпил из своего белого пластикового стаканчика. — Раз тебя обманом сюда заманили, почему не ушёл до сих пор?       — Собирался как раз. Но перед этим надо забрать заслуженную компенсацию в виде достойных объёмов алкоголя за моральный ущерб от ебущихся тут и там подонков и дерьмовую музыку. Особенно за неё, — в конце Лоэн уже чуть ли не шипел от злости, вновь скрежеща зубами.       — А что не так с музыкой?       — Не люблю такое. Да и ты сам в наушниках. Раз нравится местный репертуар, на кой свой подрубил? — парень полностью развернулся к собеседнику и несколько раз потыкал пальцем ему в грудь.       Иллуги в ответ лишь коварно улыбнулся.       — А какая музыка тебе нравится? — не унимался он со своими распроссами.       — Ну, Металлика… А что?       — Ого! — Иллуги действительно выглядел нешуточно удивлённым. — Мне тоже.       Он с максимально округлёнными глазами потянулся ко второму, преспокойно висящему на плече наушнику, и протянул его к чужому уху.       Лоэн с первых нескольких секунд узнал композицию.       — «Помирай, родная»? Пф-ф, — он издевательски прыснул от смеха. — Слушаешь такую заезженную тему? И зовёшься фанатом? Может, там дальше идёт «Апокалипсис» и «Ви́ски в стакане»?       — А что плохого в «виски»? Классика, я бы сказал. Всегда приятно слушать, — мягкая, но при этом с нотками игривости, улыбка расцвела на его лице. Вместо того, чтобы сразу дать Лоэну по ебалу за такие неприемлемые речи, он спокойно продолжал с ним беседу.       Свой проёб Лоэн понял ровно в ту же секунду, как закончил высмеивать чужие, не менее родные и его сердцу, песни любимой группы. Прямо сейчас он был похож на тех самых даунов, которые трубили на каждом шагу лозунги «Не слушаешь самые первые песни любимой группы, записанные на тапок и огрызок яблока — не фанат!», но было уже поздно. Он вовсе не считал, что зафоршенные песни будут хуже остальных, просто почему-то конкретно сейчас захотелось попререкаться с кем-нибудь даже по такому идиотскому поводу.       На самом деле, он был безумно рад встретить ещё одного поклонника любимой группы, но, как нарочно, язык — враг его — двигался совершенно отдельно от мозга.

      Я ебанат.

      — Так-то оно так, но настоящий ли ты фанат? — Лоэн продолжал плеваться ядом.

      Я конченный ебанат.

      — М-мм, — понятливым тоном протянул Иллуги. — А ты, значит, истинный фанат? — он вопросительно изогнул бровь.       Хитрая улыбка скрылась за бортиком белого стаканчика.       Лоэн, не отрываясь, наблюдал за тем, как чужой острый кадык дёргался после каждого глотка и как затем блестели губы от жидкости в этом сранном розовом оттенке.       — Не то чтобы прям истинный фанат… — он с трудом подбирал слова, неизменно следя за чужими припухшими губами. — Но, думаю, лучше тебя шарю.       — Значит, как истинный фэн с трушной футболкой, ты и ешь, и спишь, и ебёшься под Металлику? — фыркнул Иллуги.       — Нет…       — Что именно нет? Не спишь или не ешь? — он вновь залился смехом.       — Не ебусь… — буркнул Лоэн, непроизвольно сжимая свободной рукой край чёрной трушной футболки с логотипом.       Иллуги вынул свой наушник и повесил на шею. Хитрая улыбка приобразилась в более хищную, в глазах, в нескольких местах перекрытых чёлкой, блеснуло что-то странное.

      А, нет, это просто глаза заслезились, от того и кажется, что блестят в этом ебённом освещении.

      — А хотел бы? — Иллуги наклонился к нему почти вплотную, обжигая дыханием уже красное ухо.       Лоэн чувствовал, как становилось труднее дышать от нарастающего желания дотронуться до собседника, но вдруг, как по щелчку, он опомнился и отодвинул парня от себя подальше.       — Так, чувак. Давай сразу все точки над «ё» расставим. Я заднеприводный и меня привлекают парни. С девчонками шпёхаться под «Металлику», «Нирвану» и вообще что угодно я не хочу, и то, что ты вытворяешь прямо сейчас заставит меня в будущем влажно о тебе мечтать. Сразу оговорочка, я и в ебло тебе могу дать, если начнёшь разводить демагогию на тему пидоросни. Я на взводе и очень хочу либо подрочить, либо подраться с кем-то, так что ты либо уже сейчас съеби, либо продолжаем, но уже в другом ключе.       Глаза Иллуги заметно расширились, пока он слушал то, что Лоэн решил выплеснуть на одном дыхании. Как только речь закончилась, два ожидающих ответа глаза впились в него, почти пепеля. Иллуги хмыкнул, смягчая выражение лица, и придвинулся обратно.       — Нет проблем. Стал бы я тут расшаркиваться, если бы ты не был мне интересен? Так, что? Хотел бы заняться сексом под «Металлику»?       Лоэн заалел с головы до ног по ощущениям.       — Ч-чего?       — Заняться. Сексом, — с доброй улыбкой уточнил Иллуги.       Подобная открытость и честность настораживали. Но то ли он на подсознательном уровне чувствовал, что Иллуги можно довериться, то ли алкоголь в башке и скука окончательно отравили его мозг — почему-то сейчас всё, что ему хотелось, было прямо перед ним.       Он зажмурился и одним глотком опустошил свой стакан. Облизав верхнюю губу от излишней сладости, он твёрдо посмотрел на Иллуги и несмотря на весь румянец уверенно ответил:       — Конечно.

      Кончено.

***

      — Не стесняйся. Я с дедом живу, но он вахтами работает. Так что я один пока, неделю так точно, — Иллуги будничным тоном что-то объяснял Лоэну, помогая его пьяной тушке дотащиться до квартиры.       Душная ненавистная вечеринка была покинута ими двумя какое-то время назад. Иллуги выглядел намного свежее, идя по улицам почти ровно, в отличие от Лоэна. Его то и дело пошатывало, но свежий ночной воздух, благо, помогал держаться в сознании. Наконец получилось рассмотреть внешность этого парня. Пепельные волосы, окрашенные на концах в какой-то грязно-красный. Это было интересно. По крайней мере, намного интереснее приевшегося синего, розового и далее по списку. Лицо у него оказалось милым не только в блевотной фуксии освещения, за что Лоэн благодарил всех, кого только мог.       В квартире было прохладно, но намного комфортнее, чем в том «блядушнике». Две комнаты, балкон — мало чем отличалось от его собственной. Пахло, правда, сигаретами, старостью и чем-то древесным.       — Маруся, включи мой плейлист металлики, громкость на пять, — он громко обратился куда-то вглубь маленькой комнаты, помогая Лоэну усесться на близ стоящий пуф и наскоро стягивая с себя кеды.       — Включаю Ваш плейлист «Металлика», — отозвался механический голос умной колонки.       — Ну-с, располагайся, — промурлыкал Иллуги. — Справишься с обувью?       — Есесна, — отмахнулся Лоэн. — Но… Маруся? — спросил он, еле сдерживая смех.       — Дед подарил, — улыбаясь, пожал плечами парень и прошёл внутрь той самой комнаты, где раздавалась музыка.       Лоэн плохо чувствовал собственные пальцы, а потому пришлось несколько секунд потупить в свою обувь, пока Иллуги чем-то гремел неподалёку. Он устало стянул кроссовки и прислушался к относительно спокойной мелодии.       Он опять состроил ироничную гримасу и не без скрытого упрёка облокотился на дверной проём, обращаясь к Иллуги.       — «Санитариум»?       — Классика, — мягко улыбнулся Иллуги, сдвигая носком сваленные в кучу вещи.       — А что ты делаешь?       — Решил прибраться. Не ожидал ведь, что сегодня кого-то приведу.       — А обычно приводишь?       — Как знать, — Иллуги хмыкнул, отворачиваясь обратно к куче хлама. — Можешь пока осмотреться, я быстро.       — Как знать? — цедит Лоэн сквозь сжатые зубы и забирается на стоящую почти посреди комнаты кровать. С другой стороны от неё копошился Иллуги, взглянувший в последний момент на происходящее.       Лоэн грубо хватает его за грудки ещё накинутой поверх свитера кофты и требовательно тянет парня к себе.       Пожёванные, но тщательно смоченные горячей слюной губы с силой сталкиваются с чужими, тычась немного в бок. Иллуги почти сразу реагирует и приоткрывает рот для этого разряда в двести двадцать под названием «Лоэн».       Песня меняется на «Молнию» и Лоэн не без опыта знатока считает, что сейчас это было чертовски кстати.       Громкие причмокивания заглушали в ушах гитарные рифы, а редкий воздух между ними заметно нагрелся. Иллуги положил одну руку на чужой затылок, пальцами зарываясь в отросшие крашенные волосы. Вторая, незаметно для самого Лоэна, поползла под его же футболку, вызывая мурашки.       Иллуги целовался отвратительно-хорошо. Это было понятно по разливающемуся теплу внутри, трепету в груди, плавящимся мозгам и вставшему члену. Минуты близости ощущались часами.

      Да чтоб я так сдох.

      Поцелуи выходили жадными и загорячёнными. Упиваться друг другом выходило как-то неосознанно, и Лоэн не мог точно сказать, когда именно они полностью переместились на кровать. Руки Иллуги располагались по обеим сторонам от его головы, пальцы, достававшие до неё, перебирали отдельные пряди, в то время как сам Лоэн мог спокойно оглаживать весь чужой затылок целиком. Волосы Иллуги, хоть и попорченные, как и у него самого, краской, по-странному мягко и гладко скользили меж рук. Он самозабвенно зарывался в них, массируя кончиками пальцев кожу головы.       Приглушённый постанываниями и громкими лобызаниями на фоне заиграл «Песочный человек».       По телу будто регулярно пускали ток, заставляющий Лоэна чуть ли не подлетать на кровати. На деле же именно прикосновения Иллуги ощущались на коже так чертовски хорошо. Лоэн приоткрыл глаза, тут же встречаясь ими с такими же подёрнутыми желанием синими омутами. Он громко ахнул, стоило чужой руке скользнуть под резинку белья, очерчивая лобок. Взгляд Иллуги буквально выжирал его целиком и Лоэн постепенно сходил с ума.       Тёмная футболка, исчезновение которой было инициировано Иллуги, по рукам скользнула куда-то в изголовье и под аккомпанемент жарких поцелуев бывший незнакомец стал уверенно спускаться губами ниже по груди к впалому животу.       — Воу-воу, стой, погоди… — слова с трудом вырывались наружу, прерываемые шумными вдохами. — Я совсем не мылся…       — Так я помою, — не отрываясь сказал Иллуги, облизывая линию редких волос, ведущих к паху.       — Не-не, давай тут без этого, — Лоэн уже более настойчиво вцепился в чужие волосы, отодвигая от себя. — Ты же не просто писями потереться собрался? Или жопу грязную тоже вылижешь? — даже в полумраке комнаты можно было чётко разглядеть поднятую вверх тонкую бровь. — Где душ, чтобы я ополоснулся?       Иллуги недовольно простонал, но затем выпрямился, указывая куда-то назад.       — Как из комнаты выйдешь, повернёшь налево, там дверь светлая. Справа — холодная вода, слева — горячая.       Лоэн молча кивнул и, прежде чем окончательно встать, ещё раз затянул Иллуги в мокрый поцелуй.       — Я быстро, — бурчит он на последок и под тихие смешки парня идёт в ванную.       Стоит указанной светлой двери закрыться за обнажённой спиной, как он слышит приевшуюся «Виски» и громко цокает, скорее, для себя, чем для реального адресата этой реакции.

      Тц, только зашёл. Даже не подъебать его…

      Наигранное недовольство потонуло в нарастающем звуке льющейся воды.       Либо слышимость была отличной, либо сам Иллуги сделал в его отсутствие музыку погромче, но весь его репертуар было прекрасно слышно. Так было куда интереснее принимать душ. Теплая вода согревала места недавних поцелуев, заставляя ощущать фантомные прикосновения. По затылку пробегали мурашки, пока он своими же руками натирал тело гелем для душа.

      Чтоб пахло вкусно, а то вдруг что ещё удумает.

      Он сделал воду похолоднее и ополоснул лицо. Тепло морило, а ему хотелось чётко запомнить всё, что произойдёт сегодня ночью. Скука ушла, оставив место лишь выжигающему всё до тла предвкушению.       Пальцы скользнули к промежности, мерно надавливая на колечко мышц.

      И всё-таки придётся сегодня попотеть.

      В сопровождении «Ко́локола» он заканчивает приготовления, а выходит из душа уже под «Дестрой».       Стоит ему подойти к дверному проёму, как из комнаты слышится перегруженная гитара и запах сиграет. Он застаёт Иллуги, сидящего на кровати и активно качающего головой в такт музыке. Той утеплённой кофты и свитера уже не было видно поблизости, парень остался в какой-то майке и растёгнутых джинсах. Лунный свет казался ярче, отливая в его волосах. Хотя он просто пошире раздвинул шторы, позволяя тому побольше осветить комнату.       Пальцы Иллуги немного нескоординированно двигались в воздухе, будто он сам держал в руках электрогитару и наигрывал мелодию, а в его зубах дотлевала беленькая сиграета.

      Бля, ну как же красиво. Хоть сам закуривай.

      — Напряжённый концерт? — усмехается Лоэн.       — Да чет в этот раз ваще по жести с пацанами играем, — улыбается Иллуги и ворошит свою чёлку. — Будешь?       — Буду.       Если бы это была переписка, а не живой диалог, Лоэн бы с превеликим удовольствием ставил бы после каждого своего слова скобочку. Всё в нём сейчас бурлило от предвкушения и желания снова вовлечься в эту дикую страсть, прерванную вынужденным мытьём.       Чьё-то полотенце держалось на его бёдрах на одном лишь добром слове. Лоэн упирается острыми коленками в кровать и накрывает только что вдохнувшие в себя дым губы своими. Он мажет языком по нижней, смачивая, затем тянется к покорно приоткрытому рту и ныряет внутрь тёплого пространства, требовательно вжимаясь. Лоэн скользит по слегка неровному ряду передних зубов, сталкиваясь с чужим языком, надавливает и скручивается вместе с ним. Иллуги весь такой горячий и мягкий, словно он — пластилин, нагретый в его руках.       От оральных ласк прёт.       Из колонки начинает играть «Орион» и они подстраиваются под ритм. Язык проникает глубоко и требовательно. Жадно, но при этом болезненно тягуче. Руки Лоэна скользят по открытым плечам, обводят слабо выделенные мышщы и надавливают на ключицы, обтянутые кожей. Он отстраняется, чтобы рассмотреть Иллуги получше.       Губы поблёскивали от слюны, а кадык выглядел ещё более заманчиво при лунном свете. Из-под майки выглядывал старый шрам, широкий и на вид некогда болезненный. Лоэн проводит по нему большим пальцем, залезая под лямку. Слишком мало. Он тянет за края майки вверх и Иллуги поддаётся, задирая руки. По светлому красивому телу были рассыпаны родинки и зажившие раны. Лоэн покусывал их все, проходясь поцелуями по всему периметру кожи.       Одной рукой Иллуги опирался на кровать, второй же сжимал чужие ягодицы с разной силой, в зависимости от действий Лоэна.       — Блять… — шипит Иллуги, когда парень особо чувственно движется по его шее, чередуя зубы и язык.       Лоэн резко теряет точку опоры, оказываясь прижатым к кровати. Иллуги выглядит слегка злым, но он-то знает, что это не злость — возбуждение. Парень кусает-целует в нетерпении его губы, руками сквозь полотенце потирая начинающий вставать член. Стоило Иллуги отстраниться, переключаясь на чужую шею, как Лоэн выдохнул, сжимая его в объятиях:       — «Король».       — Ты действительно решил доказать, что истинный фанат? А во время секса тоже будешь надрывно выкрикивать названия песен? — усмехнулся Иллуги в перерывах между посасыванием чужой кожи.       — Ну, если доведёшь до криков, то буду. Ах—!       Слова застряли в горле, когда зубы Иллуги больно зацепились за рёбра. Он кусал-втягивал кожу, оставляя на теле то менее, то более заметные следы. Верхнее нёбо уже болело от создаваемого вакуума внутри старательного рта, но как же хотелось продолжать. Руки сами сжимались на разных частях чужого тела, скользя вверх и вниз, поглаживая и пощипывая. Лоэна всего хотелось сжать в объятиях, настолько крепких, чтобы сразу к праотцам отправился. Его скулёж и периодические мелодичные выдохи только разжигали внутри Иллуги невыносимый огонь, требующий немедленного тушения.       Он дорожкой из быстрых мокрых поцелуев спустился к полотенцу и стянул его, ни на секунду не останавливаясь. Тёплые губы щекотно прошлись по лобку, щекой чувствуя возросшее возбуждение.       — И это только от поцелуев? — Иллуги потёрся лицом об лобок, как кот.

      Только этот кот припизднутый какой-то — вместо сметаны предпочитает сперму.

      — Ты просто… Хорошо целуешься, — Лоэн сверху приподнялся на локтях и внимательно следил за каждым следующим действием парня.       Иллуги хмыкнул и, облизув губы, стал выцеловывать вставший член. Мокрые прикосновения вынуждали непроизвольно вскидывать бёдра вверх от необычных прикосновений. Было одновременно и щекотно, и приятно.       — «День—»       Начал было Лоэн, упустив какое-то время назад начавшуюся песню, но горячий язык прервал его. Проходясь медленно вдоль ствола, от основания к самому кончику, Иллуги гортанно замычал облизывая его полностью. Лоэну пришлось задохнуться собственными словами, до побеления сжимая костяшки на простынях.       На его удивление, Иллуги просто мастерски обращался с его членом. Юркий язык аккуратно вылизывал каждое яичко, вбирая в рот по отдельности и вместе. Одной рукой он сжимал бедро Лоэна, помогая более-менее оставаться на месте, вторая же в нарастающем темпе двигалась вверх и вниз и иногда массировала сочащуюся головку большим пальцем, надавливая. Он пошло причмокивал, пачкая лицо в собственной слюне и стекающей естественной смазке.       На фоне заиграло «Топливо», а на своём Лоэн мог бы уже долететь до Луны. Слишком хорошо, слишком жарко. Будто предвидя скорый отлёт другого, Иллуги поднимается вверх в головке и широко облизывает её, принимая внутрь. Лоэна как током прошибает от мягкого и тёплого пространства полости рта. Иллуги прокатывает головку за щеку, нализывая языком, где достаёт, будто и не с членом играется, а сосёт карамельку, причём очень искусно.       Он ниже опускает челюсть, силясь пропустить орган ещё дальше и глубже. Лоэн тяжело дышит и несдержанно выстанывает чужое имя, выгибаясь колесом на смятом постельном белье. Вместо опоры руки теперь хаотично цеплялись за чужие волосы, стараясь не тянуть слишком сильно, но получалось с трудом. Он поднял голову над кроватью, чтобы лучше рассмотреть чужое раскрасневшееся лицо. Волосы Иллуги сжимались подрагивающей ладонью, не позволяя вольной чёлке мешать в таком ответственном деле. Его миловидное личико с членом во рту сейчас казалось самым привлекательным в мире. Лоэн опустил правую руку на чужую щёку, оглаживая, и провёл большим пальцем по такой похожей на свою родинке.       Иллуги исподлобья взглянул на него, вновь гоняя головку за щекой. В темноте комнаты его глаза будто сверкали где-то в районе зрачков; блестели, как слюна и смазка на губах. Низ живота отозвался очередным спазмом, стоило Лоэну ещё немного влажно пофантазировать.       — Нфафика? — неразборчиво промычал Иллуги, продолжая двигать головой.       Член будто срезонировал в ответ и Лоэн предательски вскрикнул.       — Бля-я!.. Да… Нравится… Как же ты сосёшь, я щас умру…       Мозги, казалось, плавились от распространяющегося повсеместно жара. Крашенные волосы разметались по подушкам, или одеялам, — Лоэн уже не понимал. Всё меркло перед глубокой, узкой и горячей глоткой Иллуги, так аппетитно сейчас заглатывающего его.       Под громкие барабаны «Мрака» Иллуги активнее двигался, подражая музыкантам. В ушах шумела то ли кровь, то ли мелодия, то ли он просто глох от этих отбиваний ритма на фоне. Иллуги, слегка замедляясь, зашуршал чем-то возле его ног.       В следующее мгновение смазанный чем-то прохладным палец коснулся дёргающегося колечка мышц, острожно надавливая. Лоэн задрал голову, демонстрируя лунному свету свой острый кадык.       — П-погоди… — голос, как назло, хрипел. — Будь осторожнее, а то… Сам я уже таким занимался, но с парнем… не было ещё…       Фразы обрывались на полуслове, но он не оставлял надежды донести смысл до Иллуги. Тот отодвинулся и даже выпустил член изо рта от удивления.       — У тебя первый раз? — голос Иллуги тоже был севшим, и Лоэн бы соврал, скажи, что пальцы на ногах не подгибались от приятного осознания, что виной тому именно он.       — Сказал же, да, — раздалось шипение в ответ.       — Бля-я… Какой ты невозможный, я дурею…       В голосе Иллуги не было ни намёка на раздражение или усталость, он всецело восторгался Лоэном. И его растянутое «я дурею» говорило слишком много.       Он стремительно сократил расстояние, с напором врезаясь в губы Лоэна. Тёплая слюна и натёкшее послевкусие собственного члена как-то странно-прикольно ощущались на языке. Они, будто уже два кота, вылизывали рты друг друга со всей стрательностью и заботой, правда, какой-то дикой. Иллуги пару раз чмокает Лоэна в шею, спускаясь обратно вниз.       Губы уже без какого-либо подразнивания сразу накрыли головку, с силой стимулируя её языком. Он помогал себе рукой, с каждым новым толчком внутрь опускаясь всё ниже по длине. Горло сжималось, пытясь вытолкнуть инородный объект, но Иллуги старательно подавлял этот позыв. Смоченная ранее в смазке рука вновь вернулась на своё законное место промеж чужих ягодиц. Верхняя фаланга указательного пальца зашла с лёгкостью, а вот для дальнейшего продвижения было необходимо прикладывать усилия. Иллуги, сам того не осознавая, двигал пальцем внутри в ритм музыке, сам покачиваясь из-за отрывистых движений головы. Мягкие стенки плотно обволакивали его и от мысли, что будет с собственным членом, когда он войдёт внутрь, хотелось выть волком. Примерно это он и делал, периодически кряхтя и поскуливая, заглатывая член так глубоко, как только получалось. Лоэн уже какое-то время не мог выдавить из себя ничего членораздельного — все звуки смешивались в сплошной поток вздохов, вскриков и стонов. Сзади всё потихоньку поддавалось старательной разминке. Иллуги пришлось ненадолго убрать руку и на ощупь обнаружить флакон смазки. Он вылил ещё порцию геля, растирая его между пальцами, пытаясь частично согреть.       Два пальца ощущались странно. Лоэн метался по кровати, пытаясь понять, что он чувствует. Старательные движения спереди и сзади заставляли млеть. В груди что-то скручивалось, оседая в животе тугой линией. Он ощущал себя тряпичной куклой в чужих руках: пощипывающих и сжимающих его везде. Вторя его мыслям и выходящим, уже трём, пальцам, заиграл «Кукловод».       Лоэн непроизвольно сжимался, чувствуя опустошение сзади. Он глянул на показавшееся лицо Иллуги: на припухшие от активных действий губы; на прикрытые глаза, которые пристально разглядывали каждый уголок, каждое замятие на его коже; на растрепавшиеся серебристые волосы, прилипающие к взмокшему лбу. Лоэн не отвёл взгляд и когда Иллуги поменял положение, придвигаясь ближе.       В романтичном лунном свете он не особо романтично трещит блистером презерватива, раскатывая полупрозрачную резину по своей длине. Парень тяжело дышал, еле заметно прикусывая губу от предвкушения.       Лоэн почувствовал несильный укол совести от того, что до нынешнего момента удовлетворяли лишь его. Но долго держаться за эту мысль не получилось — Иллуги с глубоким вдохом приставил свой стоящий член к влажному от смазки колечку мышц.       — Выдохни, — послышалось сверху.       Лоэн напряжённо сглотнул, вобрал в лёгкие воздух и прерывисто выдохнул, тут же задирая голову от давления сзади. Иллуги идеально вовремя вставил головку в частично расслабленное тело, впиваясь пальцами в бёдра парня. Выжидать немного удаётся с трудом, но он старается и, давая чуть привыкнуть, проталкивается дальше под задушенный вскрик Лоэна.       Внутри тепло, влажно и узко. Иллуги и сам стонет, начиная двигаться. Он слышит, как внизу всё пошло хлюпает, а спереди раздаются ахания Лоэна, смешивающиеся с громкой музыкой. Иллуги плавится от накатившего к голове жара и вскидывает её вверх, гортанно растягивая неразборчивые звуки, не умаляя движений бёдер.       — Это… «Смерть», — Лоэн хрипло и надрывно оповещает, не до конца разделяя собственные ощущения и название песни.

      Я сейчас точно сдохну.

      Движения Иллуги; эти новые, доселе неизведанные, эмоции, бьющие сейчас через край, чередовались в проявлениях отторжения и непередаваемого удовольствия. Его подбрасывало вверх, сводя ноги в тянущих спазмах, когда Иллуги особенно явно задевал простату, продолжая свои активные толчки. От низа живота к груди и лицу приливало волнами жара. Казалось, ещё чуть-чуть и возбуждение жидкой концентрацией потечёт из ушей, пачкая собой постельное бельё.       Лоэн не сдерживался в своих звуках и прикосновениях. Чувствовать в ладонях ткань было недостаточно. Он, приоткрыв рот в прерывистых вдохах, потянулся руками к телу Иллуги, стараясь притянуть того ближе. Пальцы касаются напряжённых мышц пресса, ногтями проводя линии вниз. Иллуги опускает поплывший взгляд вниз и тянется в требовательные объятия.       Обнажённые потные тела соприкасаются и липнут друг к другу, словно рыбы. Лоэн вытаскивает свой язык, облизывая губы Иллуги, и скручивает руки на чужой шее.       Не сказать, что их секс был нежным, но именно этого и жаждал Лоэн. Наличие необходимого стыда от первого раза как-то незаметно обошло его стороной, зато желание и тактильный голод насыщали вдоволь.       Член Иллуги заполнял его целиком. Живот будто готов был лопнуть, но парень понимал, что это лишь ощущение. Несмотря на некий дискомфорт в начале, он быстро приспособился и теперь хотелось действительно «отлететь» от всего происходящего. Близость опьяняла лучше всякой сладкой выпивки, а мешающийся в одно пот, слюни и где-то слёзы ощущались просто ахуенно.       Иллуги безотчётно целовал и кусал чужую линию челюсти, переходя на лицо, шею и уши. Хотелось просто, как самое настоящее животное, тереться и толкаться, слюнявить и распахивать рот для безудержных движений. Ноги немного гудели, но бёдра двигались сами в хаотичных толчках благодаря полыхающему желанию.       Лоэн в очередной раз выстанывает что-то не совсем разборчивое, как слышит, словно при первой встрече, вкрадчивый приглушённый шёпот на ухо:       — Можно я буду грубее?       Его аж передёргивает и он чувствует бегущие про затылку мурашки.       Малиновый плаксивый взгляд сталкивается с чужими пронзительными поблёскиваюшими глазами. Иллуги приподнимается на руках, разглядывая лицо Лоэна с мольбой.       — Придурок… Нужно, — скопившаяся во рту слюна мешает говорить слитно, но он сглатывает и старается изо всех сил, прежде чем зубы Иллуги больно смыкаются на его шее. — Блять!.. Шея…       Лоэн жмурится и сквозь плотно сжатые зубы шумно выдыхает.       — Ты прав, — Иллуги вновь опирается на прямые руки, когда заканчивает оставлять яркий засос на бледной коже, — уже играет «Випла́ш».       На его губах играет хищная улыбка. Он, ёрзая, отлипает от Лоэна и переворачивает того на живот, под которым тут же возникает подушка. Иллуги удобнее пристраивается сзади и резким толчком входит внутрь.

Сука, я точно сдохну сегодня! Но с каким же кайфом…

      Лоэн несдержанно всхлипывает и раскрывает рот, пуская слюни на подбородок. Если он и раньше ощущал себя заполненным до краёв, то сейчас он уже не знал, как обозвать это чувство. Сердце колотилось в бешенном ритме, как и в бешенном темпе в него вколачивался Иллуги. Его руки грубо сжимали талию Лоэна, не давая отстраниться. Яйца пошло шлёпали по разгорячённой коже, а уши закладывало от прилившей крови и быстрой мелодии.       Иллуги с силой прикусывает губы, желая вонзить зубы в любую часть Лоэна, но натягивать его на себя сейчас было куда важнее. Он перемещает правую руку с талии на чужие взлохмоченные волосы и сжимает их в пятерне. Парень в ответ почти скулит, своими пальцами стараясь продырявить кровать вместе с постельным бельём.       Сквозь шум в ушах Лоэн слышит сранную «Умирай» и чувствует, что он уже близко. К небесам или оргазму — не суть.       По сбивающемуся с движений Иллуги можно сказать то же самое.       Лоэна распирало от ощущений и члена внутри, он неразличимо молил парня не останавливаться и почти кричал от удовольствия. Иллуги сверху стонал и вбивался последние разы.       Он входит до самого основания и, скручиваясь от оргазма, бурно кончает. Лоэн под ним утыкается головой в кровать, чуть ли не выламывая шею. Перед глазами мелькают чёрные пятна с цветными звёздами, а горло ощущается тысячей иголок от сорванных, всё-таки, криков.       Лоэну, кажется, что он уже умер, потому что мыслей в голове не осталось совсем. Пустота.       Он невидящим взглядом утыкается в темноту кровати, промаргивается и оказывается перед квартирой Иллуги.

***

      Какого хуя? Мы же только что ебались.       Я оглядываю место вокруг себя и совершенно точно могу сказать, что это — лестничная клетка, которую я видел несколько часов назад.       Иллуги выглядит как и раньше. Точь-в-точь. Ничего не поменялось, но и ничего не добавилось. Нет сбитого дыхания и красного лица, как и долбящего мою задницу члена.       Боже, Лоэн, ты невыносим. Так нафантазировать о приглянувшемся тебе парне надо ещё постараться... Бред какой-то.       Иллуги что-то говорит, но я не особо вслушиваюсь из-за странного, не покидающего меня чувства дежавю. Прихожая, Маруся, «Санитариум»…       Я, бля, всё это уже видел! Вернее, слышал.       Я... гадалка?

      Вновь ванная, поцелуи, минет, сокрушительный секс. Пусть всё, что делал Иллуги, и шло в точности с фантазиями Лоэна.

      «Я точно сдохну сегодня!»

      И он действительно мрёт.

***

      На второй раз это не кажется совпадением вообще. Ни капельки. Лоэна охватывает не то удивление, не то страх. «Виски», играющая в ванной, почему-то грызёт бошку хуже, чем термиты — древесину.       Он с недоверием ложится под Иллуги, тает в его грубых движениях, но на последней песне опять стоит перед его квартирой.

Я действительно умер…

***

      В следующие разы всё идёт по пизде.       Не ебаться под Металлику — невозможно.       Не слушать его сранный, приевшийся за несколько подходов, плейлист — невозможно.       Не кончать с Иллуги — элементарно не получается.       Замкнутый круг говна, паршивой Металлики и ментальной (а, может, и не только) смерти Лоэна.

      Дай мне уже умереть!

***

      Он буквально хнычет, умоляя Иллуги не быть таким отличным секс-партнёром.       Он натрахался с ним уже на всю жизнь вперёд. А то и на несколько следующих реинкарнаций вдобавок.       Но Иллуги его не слушает, он вообще не понимает всю серьёзность ситуации, продолжая лишь так же мило улыбаться и ебать Лоэна, будто Боженька. Наоборот, ему кажется забавным и почти трогательным то, с каким упорством ему пытаются сопротивляться, но каждый раз безуспешно.       Лоэн отчаянно не хочет кончать.       — Пожалуйста! Не надо! Я больше не вынесу! Только не снова «Май Дарлинг»!       Он почти жалобно вопил, если не брать во внимание сопутствующие стоны и стекающие слюни.       В каких только позах за бесконечное «сегодня» он не побывал.       — Это обращение? Я польщён, — хмыкает Иллуги не сбавляя резвых толчков, стимулируя Лоэна рукой ещё и спереди.       — Не-ет… — напоследок надрывно тянет парень и, выгибаясь в неестественном положении, кончает в чужую ладонь.       Сознание действительно утекает от него почти тут же, но он не возвращается обратно в прошлое и, тем более, не стоит возле квартиры, готовясь вновь насладиться чужим музыкальным вкусом.       Иллуги осторожно выходит из чужого обмякшего тела и, набрав полную грудь воздуха, устало выдыхает. Он и сам знатно вымотался за эту «ночь».       Маруся принялась проигрывать последнюю песню из плейлиста.       — «Избавление», да? — еле слышно говорит Иллуги, хмыкая. — Приятных снов всем трушным фанатам.       Он улыбается и тепло смотрит на измождённое лицо Лоэна, который наконец может отдохнуть. Как и сам Иллуги.       Парень откидывается на спину и засыпает следом.