it was a bad idea… or was it really?

когда полина гуменник вновь увидела её, её лицо озаряла лучезарная улыбка, этакий символ счастья, радуг, бабочек и так далее. полина умела с достоинством принимать поражение, потому что знала: в большинстве случаев победа - просто дело случая, комбинация множества факторов, и неважно, сколько часов, дней и бессонных ночей ты отдаешь, чтобы отполировать свое мастерство - никто не может обещать тебе медаль и первенство, никогда. с неудачами справлялась спокойно, размеренно, к противницам относилась с уважением и никаких личных счетов с ними не имела. с некоторыми даже умудрялась завести дружбу. но вот, она смотрит на свою конкурентку - молодую и подающую надежды илону малинину, стоящую на пьедестале - и понимает, что испытывает эмоцию глубже, чем простое смирение и разочарование. эта эмоция - азарт. интерес. любопытство. на льду илона просто великолепна. а в жизни? настоящий ангел, каких не сыскать. она наблюдала за ней некоторые время - и илона правда была ей симпатична, правда. нравилась, как человек. нравилась характером. однако к самой полине илона относилась довольно скверно. почему-то. здоровалась максимально сухо, не шла на контакт; не хотела вести так называемые смолл-токи, что было весьма необычно для девушки, выросшей в америке; не поддерживала попытки полины завести диалог, а на любую похвалу или комплимент с её стороны относилась с подозрением и даже… презрением? коротко говоря, гуменник не до конца понимала, чем именно так насолила американке, но, в общем-то, особо не забивала этим голову - у неё было множество других, намного более серьёзных дел, таких, как, например, подготовка к чемпионату, что продолжал безудержно приближаться… *** …и, конечно же, на таком грандиозном мероприятии не обошлось бы без новой восходящей звезды фигурного катания илоны малининой. поэтому, увидев конкурентку уже в холле отеля три месяца спустя, полина так же, как и всегда поздоровалась с ней, особо не ожидая ничего в ответ. однако блондинка остановилась - и когда она взглянула на гуменник, возникло ощущение, что даже ее светлый хвостик начал покачиваться от переполнявшего ее раздражения: - если ты думаешь, что сможешь встать у меня на пути, то можешь об этом забыть. alright? - на пути чего? - равнодушно парировала полина, - у нас с тобой равные шансы, малинина, и ты это знаешь. малинина была красивой, зараза. такой, прям вышедшей с обложки подростковых журналов. минимум мейк-апа, потому что он ей был не нужен - ее конвенциональные, модельные черты и так были способны привлечь внимание всех зрителей текущих игр. - ты еще ни разу не смогла меня обойти, - не унималась илона. и откуда в ней было столько энергии, что мотивировала её разжигать этот диалог? полине хотелось к себе в номер, спать и поесть, последнее, чего ей хотелось - устраивать невесть что в холле отеля. - послушай, малинина, - вздохнула полина, - если ты и так знаешь, что победишь, чем тогда на меня обижена? мы все понимаем, у кого больше шансов. я к тебе ничего не испытываю, так что… - в этом и проблема! - вдруг воскликнула илона, скрестив руки на груди, - мы с тобой - лучшие фигуристки сезона. может, даже поколения, и нет, не спорь, - резко сказала она, заметив, что полина уже открыла рот, вероятно, чтобы возразить. - мы должны враждовать. мы должны бороться за первое место. мы должны не любить друг друга, потому что только пламенный огонь соперничества может разжечь в нас мотивацию достигать лучших результатов. и ты… ощущение, будто… - малинина слегка стушевалась. - ощущение, будто вместо того, чтобы соперничать, ты хочешь со мной… - девушка внезапно притихла, - дела иметь. было видно, что последняя фраза далась илоне нелегко - легкий румянец коснулся ее щек. полина было, мягко говоря, обескуражена таким выпадом эмоций, однако не подала никакого виду - вместо этого лишь задумалась на мгновение, внимательно уставившись на блондинку. - знаешь, малинина, - сказала полина, - возможно, тебя мотивирует злость. обида. негативные эмоции. но меня вдохновляют достоинство и честь, что оказывают мне другие фигуристки, демонстрируя мне - да и, в прочем, всем остальным - свое блестящее мастерство. и ты, малинина, меня тоже вдохновляешь. вдохновляешь ещё как. ещё с того момента, как я увидела тебя на тех международных соревнованиях пару лет назад, - полина замолчала. - мне больше тебе нечего сказать. хочешь враждовать - пожалуйста. но вражда будет односторонней. гуменник развернулась, чтобы уйти, но ее запястье было тут же перехвачено ладонью илоны. обе застыли, весьма обескураженные, будто ожидая что-то одна от другой. - что ты… - начала было гуменник, как вдруг малинина резко притянула её к себе. обхватила талию резким, но таким трепетным и нежным движением - будто бы поймала в руки бабочку и боялась её спугнуть, надеясь убедить её остаться. когда полина подняла взгляд на илону, то увидела, что лицо той было полностью бордовым. и, парадоксальным образом, смущение сделало её ещё только красивее в глазах гуменник. - илона… - не говори ничего, пожалуйста, - тихо, будто отчаянно, попросила малинина, - ничего не говори. лица их были в считанных сантиметрах друг от друга. ни одна из них не могла понять, как так вообще получилось. в какой момент илона позволила своей слабине дать волю, одержать вверх? а полина, почему поддалась этому, почему она все еще здесь, млеет под осторожным касанием илоны на ее талии, боясь сделать лишний вдох? илона не могла оторвать взгляда от полининых губ. полина же не могла оторвать взгляда от илониных великолепных глаз. пристальное внимание блондинки смущало и её тоже, позволяло странным, неприличным, непорядочным мыслям закрасться в голову… неужто она, полина гуменник, малоизвестная российская фигуристка… привлекает илону малинину, местную звезду? хотя, какая ж она звезда? прямо сейчас илона представала пред ней ничем иным, как взволнованной, испуганной девчонкой, от которой, однако, у полины коленки подкашивались. полина сделала ответный шаг, положив свои ладони на талию илоны. внезапно её одолел вполне логичный страх - они стоят буквально в холле отеля, и что, что никого нет, кто-то может зайти сюда буквально в любую секунду, и их могут увидеть, и тогда… прежде, чем полина успела закончить свою мысль, великолепная илона малинина осторожно прикоснулась своими мягкими, на вкус как вишневый блеск губами к шероховатым, слегка обкусанным губам гуменник. на мгновение мир переставал существовать. еще через мгновение невинный поцелуй перерос во что-то большее, и вот уже губы девушек изучали друг друга, впившись в сладострастном поцелуе, параллельно запуская ладони в волосы друг друга, хватаясь за талию, поглаживая спину, грудь… - подожди, - слегка взлохмаченная илона оторвалась от губ гуменник, переводя дыхание, - о боже. боже-боже-боже… - вдруг осознание того, что именно произошло, ударило фигуристке в голову, и та отвернулась от гуменник, будто опасаясь увидеть на лице соперницы злость или - того хуже - отвращение. - илона, - прошептала полина, слегка перехватив своими пальцами подбородок малининой, заставляя ее посмотреть на себя, - всё в порядке. все в порядке. - я… я не знаю что… я… - илона никак не могла найти подходящих слов. - я знаю, - полина осторожно заправила высившуюся светлую прядку девушки ей за ухо, - я знаю. когда илона слегка успокоилась, они продолжали молча смотреть друг на друга, будто ища друг в друге ответы. ну, соперницы что надо, нечего сказать. - малинина, - тихо сказала гуменник, поднеся ладонь илоны к своему лицу и поцеловав её костяшки, - пошли ко мне.