Это моё призвание

— Мире, ебаный в рот, я с тобой больше пить у себя не буду! — резко выдернула меня из сна подруга. Кое-как открыв глаза, я увидела опухшую Ксандру с бардаком на голове. — Не ори, пожалуйста, голова болит. Что случилось? — Что случилось? Во-первых, какого хера сломан диван? Во-вторых, почему в ванне оторвана шторка? В-третьих, почему разбита кружка с дракончиком? В-четвертых, какого хера выдернуты трубы из стиралки? В-пятых, почему опять сломан карниз?! — О господи. — Так, ну половину вроде я помню, почему сломано. — Так расскажи, что с моей квартирой? — М-м-м, перестань кричать, а то я сейчас тебя приложу обо что-нибудь, честное слово. На диван мы с тобой обе прыгнули пару раз — вот он и проломился. Ты где вообще эту парашу купила, что он так легко ломается? Кружку разбила ты, со словами, что завидуешь им, потому что они могут летать, а ты нет. Значит, им надо оторвать крылья — и бросила кружку в стену. А трубы вырвала я, потому что хотела постирать зачем-то твой кроссовок, а стиралка не работала. — О-о-о, лицо Ксандры надо было видеть. Её выражение лица такое, будто она и вправду увидела дракона. — Мире, я больше с тобой не пью. — А вот это уже обидно. Сама предложила выпить, сама накупила крепкого бухла, и сейчас виновата я? Да я божий одуванчик, выпила меньше нее на целую рюмку! — Не бойся, скоро я уеду и хрен знает когда вернусь. А сейчас хватит выносить мне мозг с утра пораньше и неси аспирин с водой. — Кивнув, Ксандра пошла на кухню, но резко обернулась. — Минералочки? — Боже, она моя спасительница. — Ещё и спрашиваешь. --- Мире Сэйл: давать три года. До 18 лет жила в детдоме, после совершеннолетия получила сумму от государства и сняла квартиру в бедном районе. Работала на трёх работах: официантка в ночном баре, кассир в магазине и секс по телефону. Наскребла на первую бюджетную машину и переделала под гоночную лично. На ней и был первый заезд. Успешный. Впоследствии насобирала с гонок на свою Ferrari, тоже модифицировала её. Ни одного проигрыша. Хм, сильный орешек, придется не просто её обогнать. У неё интересная тактика вождения. Угадай, что выкинет. Скорее всего, действует по ситуации. Как же с тобой поступить? Всю её биографию я пробил через своего давнего друга, теперь вот вопрос: что делать с ней? Она победила меня, девчонка. Я проиграл какой-то девчонке. И если лично я пытался делать вид, что ничего не произошло, то внутри я уже продумывал план, как от неё избавиться. Можно влюбить в себя — и тогда она сама выйдет из игры. Можно испортить машину, но я всё-таки мужчина, так что нет. Можно попробовать сломать её. Или просто выиграть. Ох, крошка, если бы ты мне дала, я бы, возможно, избавился бы от тебя помягче. Но теперь нет, надо поиграть. Ох, в Китае ей понравится. От знакомых из организации я узнал, что там мы будем около года. Пока туда съедутся все другие игроки, которых по рандому раскидало в разные части света сражаться за место. Потом из двадцати пяти машин сделают пять этапов. Выбирать будут только первого и второго из каждой группы, в которой будет по пять соперников. Затем десятка будет сражаться за первые пять мест. А потом финал — три места. Я обязан занять первое. Это смешно — проиграть девчонке на розовой тачке. А пока что надо вызвать шлюху в номер, снять стресс.

***

— Ксандра, ну не злись за разгромленный дом. Я вот сейчас ухожу и хрен знает когда вернусь, а ты волнуешься из-за кружки. — Ну а что, она клюёт мне мозги всё утро. Сначала мы начали убираться, потом она начала кричать на весь дом, какой у неё тут ужас, сколько на это уйдет денег. Причём когда я ей предложила сумму, она отказалась, сказав, что она вообще-то самостоятельная и Мире-банк ей не нужен. — Не злись?! Это была моя любимая кружка! — Блять, Ксандра, я прошу в последний раз: перестань уже ныть. Не смешно уже, — да, возможно жёстко, но что поделать? У Ксандры есть дурацкая черта характера, о которой она знает. Если ей смешно или обидно из-за какой-то ситуации, она начинает её трындеть без остановки. Сначала, когда мы только начали общаться, я долго терпела это, но потом, обговорив это, она попросила в такие моменты быть с ней агрессивнее. — Прости, звёздочка, ты права. Обнимашки на прощание? — Ну вот, и как злиться на эту лапочку? Заключив Ксандру в кольцо рук, я задумалась. «Что мне там делать одной?» С самого моего выхода из детского дома я практически всегда была с Ксандрой. Что-то случилось — к Ксандре, надо выговориться — тоже к Ксандре. И что делать мне там, в Китае, неизвестное количество времени одной, я не знаю. Возможно, я и подружусь с кем-то из соперников, но это очень маловероятно. В этом спорте нет друзей. Возможно, в легальных гонках и есть, но в моём случае — точно нет. Подпустишь кого-то близко, а он на трассе воткнет тебе нож в спину. Поэтому после гонок я редко задерживаюсь надолго. У меня доброе сердце, если к нему подобраться поближе. А я не хочу никого подпускать к себе. — Звони мне всегда, когда понадобится помощь, звёздочка. Отвечу в любое время. Если сильно понадобится, то отвалю до хрена бабла, сделаю быстренько визу и прилечу. Только пиши. — Кстати, да, а как они нам за три дня сделают визу без паспортов и нашего личного присутствия? Но это же не мои проблемы, верно? Организаторы наверняка что-то придумали. Не удивлюсь, если у них есть связи для таких случаев. — Хорошо, колючка, до встречи. —Пока-пока, Мире.

День вылета

Вот я уже сажусь в свою лошадку и представляю дальнейшие гонки. И вот незадача — опять этот нахал будет пытаться меня склеить. Ну вот определённо, что ему надо-то от меня? Обида за то, что его выиграла девчонка? За то, что не прыгнула в его койку? Или за высказывания о его члене? Так уж, это уж простите, дело не во мне. Подъезжая к парковке, я увидела два спорткара и один Cadillac. Видимо, парни и организаторы. — Мира Сэйл? — ко мне подошёл темнокожий мужчина с какими-то документами в руках. —Да, это я. —Отлично, держите ваш фейковый загранпаспорт. — Нифига себе. Серьёзно? Это уже интересненько, я прям чувствую себя бандиткой. — Хочу спросить, а как перевезут мою машину? —Дайте, пожалуйста, ключ. Машины полетят вместе с нами. Самолёт специальный, грузовой. Протягивая ключик от своей малышки, я резко услышала голос: — Ох, госпожа Мире, снова вы. Я надеялся, вы передумаете лететь. — О боже. — Ох, нахальчик, я надеялась, ты передумаешь лететь. — Оу, по-моему, на минутку его взгляд стал славянским. — Нахальчик? Мне нравится. Спасибо за второе имя, статистик. Серьёзно, статистик? Господи, я уже ненавижу эту всю поездку. — Извиняюсь, что прерываю вашу идиллию. Во-первых, Мира, рад тебя видеть. Во-вторых, пойдёмте уже на самолёт, организаторы уже косо на нас смотрят. — О, крошка Луи тут как тут. Молча развернувшись, я покатила два своих огромных чемодана в сторону самолёта. Пройдя весь контроль в самолёте, я тут же отрубилась. Это был мой первый перелёт, и, видимо, из-за нервов мой организм дал сбой, решив перезагрузиться. Из аэропорта нас вывели на парковку к нашим машинам. — Итак, молодые люди. Сейчас мы все едем в отель. Кан Ерим, к вам убедительная просьба: жить в отеле. Затем мы снимем вам троим общую квартиру. Не ездите, пожалуйста, домой. В экстренных случаях нужно, чтоб вы всегда были рядом. О боже, мы что, будем потом все вместе жить? Какой ужас. — Хорошо. —Заберите ключи от машин и езжайте за нашим Cadillac'ом. Доехали мы довольно быстро. На ресепшене нам выдали три ключа. Тут моё заднее место сжалось: в общей сумме нас было шесть человек и я — одна девушка. — Итак: номер 501 — я и Джейк, 502 номер — Луи и Картер, и 503 комната — Ерим и Мире. Просто пиздец.