Тени под дождём

Джейд пришёл в себя ближе к вечеру. Мир вокруг был размытым, белым, пахло антисептиком и металлом. Голова гудела так, будто по ней проехала машина. Он лежал под капельницей, игла в вене холодила кожу, в ушах звенело. Первое, что он почувствовал — пустота рядом. Камина не было. Он попытался сесть — тело отозвалось резкой болью в затылке и рёбрах, но он всё равно рванулся, сорвал с себя кислородную маску. «Камин…» Голос вышел хриплым, чужим. Дверь открылась через двадцать минут — вошли две медсестры и двое полицейских. Джейд узнал их сразу: Пхонг и Сомчай, ребята из участка, с которыми он не раз ходил на задержания. Они выглядели мрачными, форма помятая, глаза красные от усталости и дождя, который всё ещё лил за окном. Медсестры подошли к капельнице, проверили показатели. Одна из них мягко, но твёрдо положила руку ему на плечо. «Лежите, инспектор. Вам нельзя вставать. У вас сотрясение и ушиб рёбер.» Джейд не слушал. Он смотрел только на полицейских. «Где Камин?» Пхонг шагнул ближе, голос низкий, осторожный. «Он в реанимации. Стабильное состояние. Но… сначала пара вопросов. Ты знал, что Камин беременный?» Джейд сглотнул. Горло пересохло. «Да». Сомчай кивнул, записал что-то в блокнот. «Ты причастен к ребёнку?» Джейд мотнул головой — резко, отчего комната качнулась. «Нет. Биологически — нет. Но… он мой. Я отец. По всем остальным пунктам». Пхонг и Сомчай переглянулись. Пхонг вздохнул. «В таком случае нам нужно разрешение, чтобы навестить его. По правилам — только родственники. А так как произошло преступление, мы обязаны получить одобрение главврача. Без этого нас не пустят». Джейд сжал кулаки под одеялом так сильно, что ногти впились в ладони. «Разрешение… сколько ждать?» «Максимум полтора часа. Мы уже подали запрос. Главврач в курсе ситуации». Джейд закрыл глаза. Полтора часа. Полтора часа без Камина. Без знания, жив ли он, дышит ли, помнит ли. Он кивнул — коротко, без слов. Медсестры ушли. Полицейские остались — сели на стулья у двери, молчали. Джейд лежал, глядя в потолок, и считал секунды. В голове крутилось одно: «Камин… держись… пожалуйста…» Через полтора часа — ровно, как по часам — в дверь постучали. Вошла старшая медсестра с листом бумаги в руках. «Разрешение получено. Можете идти. Но тихо. Он без сознания. Состояние тяжёлое, но стабильное. Не тревожьте его». Джейд сорвался с кровати — игла выдернулась из вены, кровь потекла по руке, но он не заметил. Медсестра попыталась остановить, но он отмахнулся, почти побежал по коридору. Пхонг и Сомчай шли следом, не отставая. Перед палатой медсестра остановила их рукой. «Тихо.» Джейд кивнул — молча, горло сжалось. Дверь открылась. В палате было полутемно — только мониторы мигали синим и зелёным. Камин лежал на кровати — бледный, как бумага, глаза закрыты, дыхание слабое, но ровное. Капельница, трубки, повязка на руке. Джейд шагнул внутрь — ноги подкашивались, но он дошёл до кровати, опустился на колени рядом. Инстинкт сработал раньше разума. Он засунул руку под одеяло — туда, где всегда лежала ладонь, где он гладил живот, где чувствовал тепло малыша. Пальцы скользнули по коже — и замерли. Живот был почти плоским. Привычной выпуклости не оказалось. Только ровная, чуть тёплая кожа. Джейд гладил снова и снова — медленно, растерянно, будто надеялся, что это ошибка, что малыш просто спрятался, что он ещё там. Но ничего. Только пустота. «Где… он…?» Голос Джейда сломался — тихий, надломленный шёпот. Он качнулся — голова закружилась, мир поплыл. Пхонг подхватил его под локоть, помог удержаться. «Джейд…» Джейд не ответил. Он смотрел на Камина — на его лицо, на закрытые глаза, на капельницу, на пустой живот под одеялом. Слёзы навернулись — горячие, злые. Он не плакал никогда. Но сейчас слёзы текли — тихо, без всхлипов. Дверь открылась снова. Вошёл врач — высокий бета в белом халате, лицо серьёзное. «Инспектор Джейд? Я доктор Прасит. Ваш партнёр…» Он замолчал, увидев взгляд Джейда. Потом тихо, но чётко продолжил: «Я доктор Прасит. И мне нужно поговорить с вами. О состоянии Камина».