Падение

Черные длинные волосы с каждым порывом ветра всë больше трепались. Даже так Михаил считала их красивыми. — Денница пал с небес, — сообщил мужчина и развернулся лицом к Михаил. — Да, я знаю, — сейчас же девушка не могла любоваться его уложенными волосами. Еë взгляд был устремлён на алое небо от лесного пожара. — Это ты поджëг лес, Самуил? — архангел сжала руку в кулак и поднесла еë к груди. — Не один, но да. Это наш протест против Бога, — заявил он и спокойно улыбнулся. — Но... Но как же так? — Михаил сделала шаг к нему и взглянула на него в небывалом отчаяние. — Ангелы должны нести миру процветание и добро, но мы только и делаем, что убиваем людей, что выступают против господа... При этом мы игнорируем молитвы многих. Разве это нормально, Михаил? Разве это не жестоко по отношению к людям? — Н-но... — Михаил, — холодный взгляд устремился на девушку, отчего та замерла на месте, в шоке смотря на Самуила. — Разве самое главное не всеобщее счастье? Я хочу любить себя всего, но это гордыня, знаешь? Я должен любить отца нашего, но... Но я хочу полюбить и себя, Михаил! — воскликнул он и поднял руку, призвав своë божественное копьë. — Даже эти волосы любимы тобой, а не мной. А я хочу любить себя всего! Хочу уделять себе время! Хочу иметь хотя бы каплю только для себя! Но это гордыня! Понимаешь, Михаил? — спросил он и срезал копьëм свои темные волосы. Михаил не понимала. — Я хочу быть свободным! Хочу поступать так, как мне хочется, Михаил! Я не хочу следовать указаниям Бога! Не хочу быть его вечным рабом, который живëт непонятно ради чего! Я хочу жить ради себя, но это не позволительно по божьим правилам, Михаил! — он приложил руку к своей груди, изливая ангелу душу. Михаил не видела его лица, полного печали, из-за собственных горьких слёз. — Я устал убивать! Я хочу просто наслаждаться жизнью. Хочу просто проводить время с тобой, Михаил! — она не заметила того, как Самуил так близко подошëл к ней и откинул копьё в сторону. Зато девушка почувствовала, как он сжал еë плечи. Она вскрикнула и отвернула лицо. Михаил не узнавала своего любимого, которым так восхищалась. — Михаил, я отрекаюсь от Бога! Я отрекаюсь от нашего отца и от имени, данное мне им! — возгласил он и внезапно пал на колени перед архангелом. — Но я не отрекаюсь от любви к тебе, Михаил! Прошу, уйди вместе со мной! Отрекись от отца нашего, как я! Давай вместе станем свободными от рабских оков господа! Пожалуйста, Михаил... Пожалуйста, любовь моя, — его голос сорвался на шëпот, а он сам цепко вцепился в ангела. Михаил всеми силами старалась не смотреть на него, но когда она взглянула, она лицезрела совсем другого мужчину. С его великолепных крыльев, что были одними из самых лучших среди всех ангелов, опали перья. Сами крылья потемнели и заострились. Его молочная кожа стала выглядеть более болезненно. Уши божьего создания заострились, а радужка глаз превратилась в алую из темно-лазурной. Самуил стал падшим ангелом. Михаил ахнула. Еë тело невольно потяжелело, а в глазах застыла густая темнота волос одного из лучших бывших архангелов. Моргнув собственное тело потащило еë к земле, и она не посмела противиться. Руки демона вовремя поймали еë под треск огня позади. — Михаил? — его тихий голос окликнул ослабленную возлюбленную. Ангел никак не отреагировала, поэтому демон поспешно уложил еë на свои колени. Взяв еë лицо в свои ладони, он посмотрел на неë. Она была такой очаровательной. Демон до сих пор помнил, как она утягивала его на поляны или к реке, чтобы просто показать что-то удивительное. Демон до сих пор помнил, как она мечтала станцевать в обнимку на облаке. Только в глаза ударился цвет своей кожи, а сзади себя он ощутил нечто небывалое — хвост, не присущий ангелам. Вероятно, таков облик падших. — Пожалуйста, Михаил, будь несмотря ни на что счастлива, — попросил он, затянув еë в свои нежные объятия. — Ты всегда сможешь положиться на меня и поделиться печалью, если что... — прошептал он и поцеловал девушку в лоб. Только он не знал, что уложив еë в укромное место, подальше от огня, а затем уйдя, дабы закончить начатое дело с Денницой и остальными, последние взгляды божьи на нëм отойдут. Падший ангел лишится его милости и позабудет своë прошлое имя и жизнь, начав новую, в которой его заботами будет он сам, а все цели связаны с собой. — Люцифер, — так обратится к нему дьявол, когда они встретятся.