Чистота

Женя ненавидела утро понедельника. Будильник орал в семь, за окном было серо, а впереди — пять смен подряд в разных концах города. Клининговая компания «Чистый дом» платила копейки, но давала стабильность. А стабильность Жене была нужна как воздух. Она жила одна, снимала крошечную студию на окраине, доедала вчерашние макароны и откладывала по тысяче в месяц «на потом». Потом — это когда-нибудь. Когда накопится на нормальную жизнь. В понедельник в одиннадцать утра ей пришло уведомление на телефон: «Срочный заказ. Адрес: ул. Промышленная, 14, офис 307. Оплата повышенная. Подтвердите выезд». Женя подтвердила, не глядя. Повышенная оплата — это плюс две тысячи к обычной ставке. За такие деньги можно и в выходной поработать. Она собрала сумку со средствами, натянула униформу — синие штаны, серая футболка с логотипом — и поехала на другой конец города. Промышленная улица была районом старых заводов и офисных зданий, которые сдавали в аренду тем, кому не нужен пафос. Женя нашла нужный дом, поднялась на лифте на третий этаж. Дверь офиса 307 была приоткрыта. — Алло? — позвала Женя, толкая дверь. — Заказ? Клининг? Тишина. Она вошла внутрь. Обычный офис — стол, стулья, шкафы, компьютер. Всё как везде. Только на полу... Женя замерла. Кровь. Лужа крови у стены. Следы, ведущие к двери в соседнюю комнату. И запах — металлический, тяжёлый. — Закрой дверь, — раздался голос из-за спины. Женя обернулась. В углу, у окна, сидела девушка. Молодая, красивая, со светлыми волосами, собранными в небрежный пучок. В руке — пистолет. Направленный на Женю. — Я сказала — закрой дверь. Женя моргнула. Сердце ушло в пятки, но руки почему-то слушались. Она закрыла дверь. Повернулась. — Ты из клининга? — спросила девушка. — Да. — Хорошо. — Она опустила пистолет. — Убирай. Плачу в десять раз больше обычного. Женя смотрела на неё. На кровь на полу. На пистолет. На дрожащие руки девушки, которую, кажется, только что трясло. — Ты... — начала Женя. — Вы в порядке? Девушка усмехнулась. Коротко, зло. — Я в порядке. А вот тот мужик в соседней комнате — не очень. Женя сглотнула. — Он мёртв? — Нет. Просто спит. Крепко. — Девушка встала. Пошатнулась, оперлась о стену. — Слушай, убирай давай. Мне нужно, чтобы здесь было чисто. Через час. И ты свободна. — Я... я не могу. — Почему? — Потому что там кровь. Потому что у вас пистолет. Потому что... — Потому что ты боишься? — перебила девушка. — Правильно. Бойся. Но убирать всё равно будешь. Потому что я заплачу. Потому что ты меня не видела. Потому что если не уберёшь — я найду другую уборщицу. А ты останешься без денег и с воспоминаниями, от которых не отмоешься. Она говорила спокойно. Устало. Будто это не первое убийство в её жизни, а просто неприятная рутина. Женя смотрела на неё и почему-то не чувствовала страха. Только странное оцепенение. — Сколько? — спросила она. — Что? — Десять ставок. Это сколько в деньгах? Девушка назвала сумму. У Жени брови полезли на лоб. — Это месячная зарплата. — Значит, тебе повезло. — Девушка кивнула на дверь. — Там в шкафу перчатки и пакеты. Приступай. Женя пошла. ———————————————— Через два часа офис сиял чистотой. Женя отдраила пол, стены, вытерла все поверхности, собрала вещи, которые валялись вокруг. Мужик в соседней комнате действительно спал — связанный, с кляпом во рту, но живой. Женя старалась не смотреть на него. Девушка сидела на стуле и наблюдала. Пистолет лежал на столе, но она больше не прикасалась к нему. — Молодец, — сказала она, когда Женя закончила. — Ты быстро. — Работа такая. — Как зовут? — Женя. — Алёна. — Девушка протянула конверт. — Здесь твои деньги. Женя взяла. Конверт был толстым. — Я пойду? — Иди. — Алёна смотрела на неё внимательно. — Только, Женя... — Что? — Ты меня не видела. Поняла? — Поняла. — Если спросят — ты убирала пустой офис. Никого не было. — Хорошо. — Иди. Женя пошла к двери. У выхода обернулась. — Алёна. — М? — Тот парень... он заслужил? Алёна усмехнулась. — Не твоё дело. — Я просто спросила. — Иди, Женя. Правда. Женя вышла. —————————————————— Неделя прошла как в тумане. Женя работала, ела, спала, но мысли возвращались к тому дню. К крови на полу. К пистолету. К девушке с уставшими глазами. Она не рассказала никому. Даже подруге Лизе, с которой иногда пила кофе. Деньги лежали в конверте под матрасом, и Женя не знала, что с ними делать. Тратить — боялась. Выкинуть — жалко. В пятницу вечером она вернулась с работы, зашла в подъезд и замерла. На лестнице сидела Алёна. — Привет, — сказала она просто. — Долго ты. Женя смотрела на неё. Джинсы, косуха, никакого оружия на виду. Обычная девушка, если не знать. — Ты как меня нашла? — У клининговой компании есть адреса сотрудников. — Алёна пожала плечами. — Это было несложно. — Зачем ты здесь? — Поговорить. — О чём? — О том, что ты видела меня. Ты знаешь, где я работаю. — Алёна встала, отряхнула джинсы. — Ты теперь моя. Женя отступила на шаг. — Что значит «моя»? — То и значит. Ты в деле. — Я не хочу быть в деле. Я хочу убирать офисы и забыть тот день. — Не получится. — Алёна смотрела в упор. — Ты видела моё лицо. Ты знаешь, где меня найти. Если ты кому-то расскажешь — у меня будут проблемы. А я не люблю проблемы. — Я не расскажу. — Я знаю. Но мне нужно быть уверенной. — И как ты собираешься это сделать? Алёна улыбнулась. Странно — почти тепло. — Ты будешь работать на меня. — Что? — Не постоянно. Иногда. Приходить туда, где что-то случилось, и убирать. За деньги. Хорошие деньги. А я буду знать, что ты молчишь, потому что тебе это выгодно. Женя молчала. Смотрела на неё. — Ты серьёзно? — Серьёзно. — А если я откажусь? — Не откажешься. — Почему ты так уверена? Алёна шагнула ближе. Совсем близко. Женя чувствовала запах её духов — терпкий, дорогой. — Потому что тебе нужны деньги. Потому что тебе скучно жить своей серой жизнью. Потому что ты до сих пор думаешь обо мне — я вижу. Женя сглотнула. — Это не так. — Врёшь. — Алёна... — Подумай. — Алёна отступила. — Я дам тебе неделю. Если согласна — приходи в тот же офис в следующую пятницу в десять вечера. Если нет — я приду за тобой. Она развернулась и пошла к выходу. — Алёна! — окликнула Женя. Та обернулась. — Что? — А если я не приду? Ты оставишь меня в покое? Алёна посмотрела долго. Очень долго. — Не знаю, — сказала она честно. — Наверное, нет. И вышла. Женя стояла в подъезде и чувствовала, как колотится сердце. ——————————————————— Всю неделю Женя сходила с ума. Она думала об Алёне. О её глазах, о её голосе, о том, как та сказала «ты теперь моя». Это должно было пугать. Это пугало. Но почему-то внутри разрасталось что-то другое. Интерес? Азарт? — Ты сама не своя, — заметила Лиза, когда они встретились в кафе. — Случилось что? — Нет. Всё нормально. — Врёшь. — Не вру. — Жень, я тебя сто лет знаю. У тебя глаза горят. Как у кота, который нашёл сметану. Женя отмахнулась. Но внутри кольнуло. В пятницу она не выдержала. В десять вечера она стояла у офиса на Промышленной. Дверь была открыта. Алёна сидела на столе и пила кофе. Увидев Женю, улыбнулась. — Пришла. — Пришла. — Боялась? — Боялась. — И всё равно пришла. — Выходит, что так. Алёна спрыгнула со стола. Подошла. — Почему? — Не знаю. — Женя смотрела в глаза. — Наверное, потому что ты права. Мне надоела моя серая жизнь. — И ты готова рискнуть? — А ты готова рискнуть со мной? Алёна усмехнулась. — Ты смешная. — Почему? — Потому что не боишься задавать вопросы. Потому что смотришь в глаза. Потому что... — она замолчала. — Ладно. Пошли, покажу, что делать. — Куда? — На выезд. Сегодня работа есть. Женя замерла. — Прямо сейчас? — Прямо сейчас. — Я в форме... в обычной одежде. — Нормально. — Алёна взяла её за руку. — Пошли. Они вышли в ночь. ——————————————————— Место было похоже на склад. Заброшенное здание на окраине, тусклый свет, запах сырости и ещё чего-то тяжёлого. Внутри сидели трое мужчин. Один был в крови, двое других — мрачные, злые. — Привела, — сказал один, увидев Алёну. — А это кто? — Уборщица. — Алёна кивнула Жене. — Работай. Женя смотрела на мужчину в крови. Тот был жив, но выглядел плохо. — Что случилось? — спросила она тихо. — Не твоё дело, — ответил второй мужчина. — Чисти. Женя достала перчатки, пакеты, средства. Начала работать. Руки дрожали, но она заставляла себя не думать. Алёна стояла в стороне, наблюдала. Через час склад сиял. Мужчину увели куда-то вглубь. Остальные разошлись. — Молодец, — сказала Алёна, когда они остались одни. — Держи. Она протянула конверт. Женя взяла. Тяжёлый. — Это опять много. — Это твоя работа. — Я просто убрала. — Ты сделала то, что никто другой не согласился бы. — Алёна смотрела на неё. — Ты сильная, Женя. Сильнее, чем думаешь. — Я просто боюсь. — Страх — это нормально. Важно, что ты делаешь, когда страшно. Они стояли в пустом складе. Свет падал сверху, выхватывая фигуры из темноты. — Алёна. — М? — Кто ты? — Длинная история. — А коротко? — Коротко? — Алёна усмехнулась. — Я решаю проблемы. Для людей, которые не могут решить их сами. — Ты убиваешь? — Иногда. — Тот мужик в офисе? — Жив. Уехал в другой город. Больше не вернётся. — А этот? — Этот тоже будет жить. Просто урок получил. Женя молчала. — Осуждаешь? — Не знаю. — Женя пожала плечами. — Я не знаю, что там у вас происходит. Не знаю, кто прав, кто виноват. Я просто... убираю. — И тебе этого достаточно? — Пока да. Алёна подошла ближе. — А если я скажу, что ты можешь больше? — Что? — Работать со мной. Не только убирать. Помогать. Быть рядом. Женя смотрела на неё. В голове было пусто. — Ты предлагаешь мне стать... кем? — Не знаю. — Алёна отвела взгляд. — Просто... мне почему-то кажется, что я могу тебе доверять. А это редкость в моём мире. — Ты меня знаешь неделю. — Я знаю людей. — Алёна посмотрела в глаза. — И я вижу тебя. Ты не продашь. Не предашь. Не сбежишь при первой опасности. Я права? Женя молчала. Потом кивнула. — Права. — Тогда пошли. — Куда? — Ко мне. Чай пить. Ты замёрзла. Женя не замёрзла. Но пошла. ——————————————————— Квартира Алёны была дорогой и безликой. Минимализм, дорогая техника, никаких личных вещей. Будто здесь никто не жил, а просто ночевал. — Садись, — Алёна кивнула на диван. — Чай, кофе? — Чай. Алёна ушла на кухню. Женя рассматривала комнату. Ни фотографий, ни книг, ни мелочей. Только диван, стол, телевизор. — Не похоже на дом, — сказала она, когда Алёна вернулась с чашками. — Это не дом. Это место для сна. — А где дом? — Нет дома. — Алёна села напротив. — Я не живу так, как обычные люди. Не могу. — Почему? — Потому что если у меня будет дом, меня будет легче найти. Легче ударить. Легче забрать что-то важное. — Она отпила чай. — А у меня нет ничего важного. Поэтому и дома нет. Женя смотрела на неё. Впервые увидела не опасную девушку с пистолетом, а уставшую, одинокую. — Это грустно. — Это жизнь. — Можно иметь важное и не бояться. — Нельзя. — Алёна покачала головой. — Если у тебя есть важное — у тебя есть слабость. А слабость в моём мире убивает. — Значит, ты совсем одна? — Совсем. Тишина повисла между ними. — А теперь ты, — сказала Алёна. — Рассказывай. Кто ты, откуда, почему работаешь в клининге. — Скучная история. — Давай. Женя вздохнула. — Родители умерли, когда я училась в университете. Бросила, пошла работать. Потом были случайные заработки, долги, съёмные квартиры. В клининге уже два года. Живу одна. Никого нет. — Почему? — Не сложилось. — Женя пожала плечами. — С кем-то не получалось, кого-то не хотела, кто-то не хотел меня. — А сейчас? — Что сейчас? — Сейчас хочешь? Женя посмотрела на неё. Алёна смотрела в ответ. Взгляд тяжёлый, но в глубине что-то дрожит. — Я не знаю, — ответила Женя честно. — Я тебя боюсь. — Это нормально. — Но при этом... — она замолчала. — Что? — При этом я здесь. С тобой. В час ночи. Пью чай. Алёна улыбнулась. — Значит, не так уж и боишься. — Наверное. Они сидели молча. За окном шумел город. — Оставайся, — сказала Алёна вдруг. — Что? — Сегодня. Оставайся. У меня две спальни. Можешь занять вторую. — Зачем? — Чтобы не ехать на другой конец города в час ночи. — Алёна встала. — Решай сама. Я спать. Она ушла в комнату. Женя осталась на диване. Смотрела в стену. Потом встала и пошла за ней. — Алёна. — М? — Можно вопрос? — Валяй. — Ты поэтому меня искала? Чтобы не быть одной? Тишина. — Не знаю, — ответила Алёна из темноты. — Может быть. — Я останусь. — Хорошо. Женя легла на диван. Долго не могла уснуть. Думала о ней. ——————————————————— Так началась их странная жизнь. Женя продолжала работать в клининге, но теперь у неё были «подработки» от Алёны. Два-три раза в неделю она ездила на вызовы — убирать следы чьего-то присутствия. Иногда это были просто бардаки после пьянок, иногда — кровь. Алёна платила щедро. Женя перестала считать деньги. Переехала в нормальную квартиру. Купила нормальную одежду. Но дело было не в деньгах. Дело было в Алёне. Они виделись почти каждый день. Алёна звонила, приезжала, иногда просто сидела у Жени на кухне и молчала. Женя научилась понимать её настроение по взгляду, по тому, как она держит спину, как сжимает пальцы. — Ты устала, — говорила Женя. — Откуда знаешь? — Вижу. — Ты меня видишь, — сказала Алёна однажды. — Странно. Никто не видел. — Просто смотрю. — Это не просто. Они сидели на кухне. За окном темнело. Алёна вдруг взяла Женю за руку. — Можно? — Что? — Просто подержать. Женя кивнула. Алёна держала её руку долго. Смотрела в окно. Молчала. — Я не умею это делать, — сказала она тихо. — Что? — Быть с кем-то. Доверять. Чувствовать. Я всю жизнь одна, и мне было нормально. А теперь... — Что теперь? — Теперь нет. Женя сжала её пальцы. — Я тоже не умею. Но можно учиться. — Вместе? — Вместе. Алёна посмотрела на неё. В глазах — что-то, чего Женя не видела раньше. Уязвимость? — Ты боишься? — спросила Женя. — Очень. — Я тоже. — И что делать? — Не знаю. — Женя улыбнулась. — Но давай попробуем не убегать? Алёна кивнула. — Попробуем. ——————————————————— Через месяц всё изменилось. Женя уже не работала в клининге — Алёна настояла, чтобы она уволилась. «Ты теперь со мной. Полный день». Женя согласилась. Потому что хотела быть рядом. Потому что без Алёны уже не могла. Они жили вместе. В той самой безликой квартире, которая постепенно наполнялась Жениными вещами — книгами, фотографиями, цветами на подоконнике. Алёна сначала косилась, потом привыкла. Потом купила ещё цветов сама. — Ты меняешь меня, — сказала она однажды. — Плохо? — Хорошо. Странно. Но хорошо. Женя обняла её. Алёна сначала напряглась, потом расслабилась. Привыкала к прикосновениям. — Я никогда не думала, что буду это делать, — прошептала она. — Что? — Обниматься. Сидеть на кухне. Смотреть на цветы. Жить. — А что думала? — Что умру молодой. Одна. В какой-нибудь подворотне. — Не умрёшь. — Откуда знаешь? — Знаю. — Женя поцеловала её в макушку. — Я не дам. ——————————————————— Но мир Алёны не был безопасным. В один из вечеров ей позвонили. Она долго слушала, потом положила трубку. Лицо стало другим — жёстким, чужим. — Что случилось? — спросила Женя. — Проблемы. Старые долги. Люди, которым я должна. — Деньги? — Не только. — Алёна смотрела в стену. — Жизнь. — Что значит? — Значит, что кто-то хочет меня убить. И, возможно, тебя заодно. Женя замерла. — За что? — За то, что я выбрала не ту сторону год назад. Думала, забыли. Не забыли. — Что делать? Алёна повернулась к ней. Посмотрела долго. Потом взяла за руку. — Уезжай. Спрячься. Я разберусь. — Нет. — Что? — Нет. — Женя смотрела в глаза. — Я не уеду. Я с тобой. — Женя, это опасно. — Знаю. — Тебя могут убить. — Знаю. — Ты понимаешь? Не ранят, не напугают — убьют. — Понимаю. — И всё равно? — И всё равно. Алёна молчала. Смотрела на неё. Потом притянула к себе. — Ты сумасшедшая. — Знаю. — Я люблю тебя. Женя замерла. — Что? — Люблю. — Алёна говорила тихо, в плечо. — Первый раз в жизни. Идиотка. Женя обняла её крепче. — Я тоже. Тоже люблю. Они стояли в прихожей, обнявшись. За окном темнело. Внутри нарастала тревога. Но они были вместе. ——————————————————— Дальше было страшно. Три дня они прятались по чужим квартирам. Алёна носила оружие, Женя — аптечку. Они почти не спали, почти не ели. Только ждали. На четвёртый день их нашли. Женя не поняла, что случилось. Просто дверь слетела с петель, в комнату ворвались люди. Алёна выстрелила первая. Кто-то упал. Женю схватили, прижали к стене. — Алёна! — закричала она. Алёна обернулась. Увидела её. В глазах — боль, злость, отчаяние. — Отпустите её, — сказала она тихо. — Она не при делах. — Все вы так говорите, — ответил человек в чёрном. — А потом они идут в свидетели. — Она не пойдёт. Она моя. — Тем более. Женя чувствовала, как холодное дуло упирается в висок. — Алёна... — Я знаю. — Алёна смотрела на неё. — Прости. — За что? — За то, что втянула. — Не жалею. — Дура. — Знаю. — Я тебя... Выстрел. Женя зажмурилась. Но выстрелила Алёна. В того, кто держал Женю. Он упал. Женя рванула к ней. Дальше была стрельба, крики, боль. Женя тащила Алёну к выходу, не понимая, ранена та или нет. Просто тащила. Потом улица, холод, чужая машина. — Ты как? — спросила Женя, когда они оторвались. Алёна сидела рядом, бледная, держалась за бок. — Жить буду, — выдохнула она. — Кажется. — Кажется? — Не смотри. Просто вези. Женя вела машину, не видя дороги. Руки дрожали. Алёна молчала рядом. ——————————————————— Их спас старый знакомый Алёны — врач, который работал на тех, кто платит наличными. Он зашил рану, вколол обезболивающее и ушёл, не задавая вопросов. Алёна лежала на диване, бледная, слабая. Женя сидела рядом, держала за руку. — Дура, — сказала Алёна слабо. — Зачем ты за мной пошла? — А куда мне было идти? — Подальше. — Не хочу. — Женя... — Не хочу, — повторила Женя. — Я с тобой. Поняла? Алёна смотрела на неё. Потом улыбнулась. — Поняла. — Хорошо. — Женя. — М? — Я правда тебя люблю. Не за то, что спасла. Не за то, что рядом. Просто так. — Я знаю. — Откуда? — Вижу. — Женя наклонилась, поцеловала в лоб. — Я тоже тебя люблю. Просто так. Алёна закрыла глаза. — Останься. — Я никуда не уйду.