Федеральное присутствие

Вампиры почуяли оборотней сразу, ещё до того, как пикап Ла-Пуш затормозил на их идеальном асфальте. Стеклянные двери бесшумно разъехались в стороны, и на крыльцо плавно, с пугающей, нечеловеческой грацией вышло всё гнездо Калленов. Семь бледных, безупречно красивых фигур замерли единым фронтом. Золотистые глаза бессмертных хищников сканировали прибывших с ледяной настороженностью. Стайлз, вылезая из машины, мгновенно включил режим суперищейки ФБР. Его цепкий взгляд профиль зафиксировал малейшие микродвижения на площадке. Он заметил, как у Джейкоба Блэка на долю секунды судорожно дернулся подбородок, а его потемневший, полный глухой боли и злости взгляд мгновенно скользнул по стоявшей чуть в стороне хрупкой брюнетке и обнимавшему её лохматому парню. Стилински сложил два и два быстрее, чем компьютер ФБР обрабатывает отпечатки пальцев. Пазл с «девушкой, которая вышла замуж за кровососа», моментально сошёлся в его голове. — Ясно, понятно, — негромко, но донельзя выразительно пробормотал Стайлз на ухо Нику, не сводя глаз с вампирского семейства. Федерал критически окинул взглядом рельефную, бьющую через край двухметровую первобытную мощь Джейкоба, а затем перевёл взор на хрупкого, бледного Эдварда Каллена. Лицо Стайлза исказила гримаса абсолютного, искреннего недоумения. — Променять такое тело на дохлого бледного задохлика... — Стилински покачал головой, и в его голосе прорезался фирменный сарказм Бейкон Хиллс. — Девица, видимо, альтернативно одаренная. Она же здесь единственная живая, Бёркхардт! Твой радар Гримма это видит? От неё единственной фонит теплом. Она спит с трупом, если замужем за ним? Фу... чистая некрофилия. Куда только смотрит местная опека и полиция Форкса? Ник Бёркхардт страдальчески зажмурился и тихо, сквозь зубы зашипел: — Стилински, ради всего святого, заткнись. У них стопроцентный слух. Они слышат каждое твое слово на расстоянии мили. — Да мне плевать, Николас, я из ФБР, у меня свобода слова и конституция за спиной, — бодро отозвался Стайлз, хотя правую руку на всякий случай переложил поближе к внутреннему карману, где лежал верный кастет из дикой рябины. В этот момент Карлайл Каллен сделал элегантный шаг вперед, выставляя ладони в мирном, успокаивающем жесте. Его идеальное лицо доктора было абсолютно спокойным, хотя в золотистых глазах читалось глубокое удивление от присутствия в одной компании квилетов, портлендского копа и странного парня в костюме ФБР, который только что во всеуслышание обвинил его сына в некрофилии. — Сэм, Джейкоб, — ровным, бархатным голосом произнес Карлайл, полностью игнорируя бубнеж Стайлза. — Мы не ждали вас. И мы не нарушали договор. Что привело стаю к нашему дому, да еще и в сопровождении правоохранительных органов Портленда? Джейкоб Блэк сделал шаг вперед, и из его груди вырвался такой глухой, вибрирующий рык, что Монро в машине Ника инстинктивно вжал голову в плечи. — Лия Клируотер мертва, Каллен! — выплюнул Джейк, буравя взглядом хозяина гнезда. — Её убили в вашем портлендском особняке! И если вы, пиявки, причастны к этому, никакой договор вас не спасет! В этот самый момент тяжелые свинцовые тучи над Форксом на секунду разошлись, и на поляну упал одинокий, яркий луч редкого вашингтонского солнца. В ту же секунду все семь членов семейства Каллен одновременно… застробировали. Их бледная, безупречная кожа в лучах света вспыхнула миллионами крошечных алмазных граней, превращая бессмертных хищников в ходячие, ослепительно сияющие диско-шары стоимостью в миллиард долларов. Они буквально засветились, как россыпь страз на солнце. Стайлз Стилински замер на месте. Его ручка выпала из пальцев, с тихим стуком покатившись по идеальному асфальту, а челюсть спецагента ФБР совершила затяжной полет до самых ботинок. Он судорожно зажмурился, потряс головой, снова открыл глаза и уставился на искрящегося Эдварда Каллена с выражением лица человека, который только что стал свидетелем массового галлюциногенного прихода. — Что за нахрен?! — в полный голос, не сдерживаясь, выдал Стайлз, отшатываясь назад и хватая Ника за плечо. Его гиперактивный мозг окончательно и бесповоротно катапультировался из реальности. — Бёркхардт, скажи мне, что это спецэффекты! К этому моя психика не готова! Я видел альф, я видел ящериц-убийц, я видел ногицунэ, черт возьми! Но я никогда не видел, чтобы столетние кровопийцы блестели на солнце, как глиттер из магазина для рукоделия! Они что, издеваются?! Ник Бёркхардт, чьи предки веками рубили головы монстрам по всей Европе, стоял с абсолютно белым лицом. Его Око Бога, способное видеть истинную изнанку любого мистического существа, сейчас просто выдавало системную ошибку 404. Гримм медленно перевёл взгляд с сияющего Карлайла на Стайлза. — Стилински... я не знаю, что это, — совершенно искренне, севшим голосом прошептал Ник. — В моих дневниках этого точно нет. Немецкие Гриммы к такому тоже были не готовы. Джейкоб Блэк на заднем плане лишь брезгливо фыркнул, скрестив руки на груди, хотя его по-прежнему потряхивало от злости. Для квилетов это зрелище было привычным делом, но реакция портлендских копов его явно позабавила. Карлайл Каллен, заметив полную ментальную капитуляцию правоохранительных органов, слегка смущенно кашлянул в кулак и сделал полшага назад, возвращаясь в тень вековых елей, где его кожа снова приняла обычный, просто бледный вид. Сияние тут же погасло. — Простите, агент Стилински, детектив Бёркхардт, — мягко, с безупречной вежливостью произнес Карлайл, чьи золотистые глаза выражали глубокую печаль. — Особенности нашей биологии иногда шокируют тех, кто сталкивается с нами впервые. Но давайте вернемся к делу. Вы сказали... Лия Клируотер мертва? Белла Каллен, стоявшая рядом с Эдвардом, резко побелела еще сильнее (хотя, казалось бы, куда больше) и судорожно прижала ладонь к губам. — О боже... Лия? — в её живом, человеческом голосе прорезался настоящий ужас. — Эдвард, но как? Она же звонила мне из нашего портлендского дома всего неделю назад! Она говорила, что нашла там какую-то старинную вещь в подвале и хотела спросить разрешения Карлайла... — С этого места поподробнее... милочка, — Стайлз мгновенно переключился в режим жесткого федерального следователя, направляя на Беллу указательный палец. Шок от алмазного сияния Калленов испарился за секунду, уступая место чистой аналитике ФБР. Он сделал три быстрых шага вперед по идеальному асфальту, вытаскивая из кармана блокнот и на ходу подбирая упавшую ручку. Ник Бёркхардт тоже мгновенно подобрался, его рука легла на борт куртки, а взгляд Гримма намертво вцепился в бледное лицо Беллы. Джейкоб, Сэм и Квил за их спинами синхронно подались вперед, и от пикапа квилетов снова повеяло ощутимым, угрожающим жаром. Белла инстинктивно отступила на полшага назад, и Эдвард Каллен тут же собственническим, молниеносным движением загородил её своим плечом. Его золотистые глаза опасно потемнели, а из груди вырвался тихий, едва слышный ультразвуковой клик — предупреждение для копов. — Спокойно, парень с волосами, я просто выполняю свою работу, — Стайлз даже не моргнул, глядя на оскалившегося вампира. Он заглянул Эдварду за плечо, обращаясь напрямую к Белле. — Итак, Белла. Твоя подруга Лия звонила тебе неделю назад из особняка в Портленде. Что конкретно она нашла в подвале? И почему ей понадобилось разрешение доктора Каллена? Белла осторожно положила ладонь на плечо Эдварда, заставляя его немного расслабиться, и посмотрела на Стайлза своими испуганными, но честными человеческими глазами. — Это было в прошлый четверг, — тихо начала она, сглотнув. — Лия обходила особняк перед тем, как запереть его на зиму. Наша семья редко бывает в Портленде, и дом большую часть времени пустует. Она спустилась в самый дальний винный погреб и... наткнулась на потайную нишу за старой кирпичной кладкой. Там лежал тяжелый кованый сундук. — Сундук? — перебил её Ник, нахмурившись. — Карлайл, вы знали о его существовании? Карлайл Каллен тяжело вздохнул, и на его идеальном лице отразилось искреннее, глубокое сожаление. Он покачал головой. — Этот особняк строился в конце девятнадцатого века. До нас им владел очень старый, эксцентричный коллекционер из Европы. Мы купили дом вместе со всей обстановкой и никогда не перестраивали подвалы. Я понятия не имел, что прежний владелец оставил там тайник. — И что было в этом сундуке, милочка? — Стайлз снова посмотрел на Беллу, его ручка быстро фиксировала каждое слово. — Лия сказала, что сундук был заперт на странный замок в виде пятиконечной звезды, — Белла перевела дыхание, ее голос слегка задрожал. — Но замок уже был сломан. Кто-то вскрыл его до неё. Внутри лежали старые ритуальные чаши, ворох писем на латыни и... несколько герметичных стеклянных сосудов с какой-то темной, засахаренной субстанцией. Лия сказала, что от этих флаконов пахло чем-то средним между сухой полынью и... паленой шерстью. Она испугалась, что это какая-то опасная химия или яд, и решила позвонить мне, чтобы Карлайл, как врач, подсказал, что с этим делать. Стайлз и Ник синхронно замерли. В их головах со звоном захлопнулась детективная ловушка. — Выжженная полынь и паленая шерсть, — очень тихо, сквозь зубы процедил Ник, оборачиваясь к Стайлзу. — Ингредиенты. Розали говорила, что убийца варил дурман с нуля целый год. Но ему нужна была основа. Древняя магия крови, которую не купить в обычной лавке пряностей. — Он не варил его с нуля, Бёркхардт, — Стайлз резко захлопнул блокнот, и его глаза хищно сузились. — Эта тварь знала, что лежит в подвале Калленов. Маньяк целый год скупал у Розали обычные травки и корешки просто для того, чтобы активировать и разбавить ту древнюю дрянь, которая веками хранилась в этом сундуке. Лия Клируотер просто оказалась не в то время и не в том месте. Она застукала его прямо в подвале, когда он пришел за своим главным призом. Джейкоб Блэк за их спинами издал такой бешеный, яростный рык, что ближайшие кусты задрожали. — Так этот ублюдок пришел в ваш дом, Каллен?! — взревел Джейк, шагая прямо на Карлайла. — Вы притащили в наш округ смерть! Из-за ваших дурацких европейских шмоток и тайников погибла наша девочка! — Джейкоб, остановись! — Сэм Улей железной хваткой вцепился в плечо своего первого беты, удерживая его на месте, хотя у самого вожака на шее вздулись огромные вены. Сэм посмотрел на Стайлза. — Федерал. У тебя есть список тех пяти городских мажоров из лавки. Проверь, у кого из них был доступ к истории этого особняка. Кто-то из них — наследник того самого старого европейского коллекционера. — Так, Каллены, — Стайлз решительно выставил ладони вперед, прерывая назревающую потасовку между Джейкобом и Карлайлом, и решительно захлопнул свой блокнот. — Нам нужно осмотреть этот ваш подвал. Сегодня мы уже физически не успеваем доехать обратно и всё перерыть при нормальном свете. Но завтра с утра я жду кого-то из вашего суперстранного семейства в Портленде. Прямо по адресу особняка, который вы мне сейчас послушно запишете. Карлайл спокойно кивнул, соглашаясь с законными требованиями федерала, и плавным движением достал из кармана дорогую ручку, чтобы черкнуть координаты. — Да, Бёркхардт, — Стайлз обернулся к Нику, убирая ручку за ухо и страдальчески вздыхая. — Нам же ещё мою ведьму из резервации забирать. А учитывая, что она осталась там наедине со старой магией и кучей двухметровых качков, я очень надеюсь, что дом Улея всё ещё стоит на месте. Стоявшая за спиной Эдварда Белла резко вскинула голову, её человеческие глаза округлились от искреннего, неподдельного удивления. — У вас... у вас есть настоящая ведьма? Стайлз Стилински медленно повернулся к ней, окинул Беллу ленивым, донельзя критическим взглядом и ядовито огрызнулся: — Спросила девушка, которая спит с трупом. Милочка, в нашем мире есть вещи и подраскрученнее ходячих алмазных диско-шаров. Так что да, у меня есть настоящая, чистокровная Ведьмоблудка. И прямо сейчас она, скорее всего, очень недовольна тем, что я задерживаю её законный обед. Ник Бёркхардт тихо застонал, в очередной раз проклиная тот день, когда Хэнк уехал на свою канадскую рыбалку, и потащил Стайлза за рукав обратно к машине, пока стая и Каллены не устроили здесь международный скандал. Обратный путь до резервации Ла-Пуш прошёл в тяжёлом, изматывающем молчании. Квил и Джейкоб, сидевшие в пикапе впереди, больше не рычали — новость о подвале Калленов и древнем сундуке заставила стаю сосредоточиться на поиске конкретного ублюдка, пришедшего в их края за чужой кровью. Ник, крепко сжимая руль своей машины, то и дело поглядывал на спящего на заднем сиденье Монро, который полностью отключился от пережитого стресса, и на Стайлза, безостановочно строчившего что-то в своём телефоне. — Бёркхардт, тормози у того съезда, — вдруг скомандовал Стайлз, указывая на светящуюся в тумане жёлтую букву «М». — Нам нужно в Макдоналдс. — Стилински, мы торопимся обратно в резервацию, — нахмурился Ник. — Николас, ты не понимаешь всей масштабности угрозы, — Стайлз повернулся к нему с абсолютно серьёзным, даже слегка испуганным лицом. — Моя ведьма беременна. Она ждёт меня четыре часа в окружении суровых индейцев. Если я приеду туда без двойного чизбургера, большой порции фри и того вишнёвого пирожка, она высосет мою Искру прямо через ноздри, а твой Портленд лишится лучшего агента ФБР. Тормози, я плачу. Ник вздохнул, но послушно свернул на заправку. Спорить с гормонами Ведьмоблудки, подкреплёнными федеральным бюджетом Стилински, было себе дороже.

***

Когда обе машины наконец припарковались у дома Сэма Улея, туман над Ла-Пуш окончательно опустился на крыши, принося с собой прохладный запах океана. Мужчины гуськом поднялись на крыльцо и вошли в дом. В гостиной царила непривычная, почти благоговейная тишина. Адалинда сидела на диване, лениво перелистывая какой-то старый глянцевый журнал, а перед ней, у камина, на низком стуле сидела Эмили. На кухонном столе ровными рядами лежали пустые миски из-под растёртых болотных трав и какие-то пустые стеклянные флаконы из личных запасов ведьмы. Эмили медленно повернула голову на стук двери. Она была странно притихшей, словно всё ещё не верила в то, что произошло. Сэм Улей шагнул в комнату первым, готовый ко всему, но стоило ему взглянуть на лицо своей невесты, как вожак стаи замер на месте, будто вкопанный. Тяжёлый мешок с вещами с глухим стуком выпал из его рук. Вместо того рваного, багрового ужаса, который годами безжалостно перечёркивал правую сторону её лица, стягивая кожу, теперь остались лишь три тонких, аккуратных, едва заметных шрама. Они выглядели как бледные ниточки, которые ничуть не портили её черты, а магия крови Адалинды полностью восстановила симметрию губ и вернула этой стороне лица прежнюю, породистую и мягкую эстетику. Эмили снова была ослепительно красива. — Сэм... — тихо, почти шёпотом произнесла она, робко коснувшись пальцами обновлённой кожи. Суровый, грозный Альфа Ла-Пуш, который полчаса назад был готов рвать зубами бессмертных вампиров, сглотнул подступивший к горлу ком. Сэм медленно подошёл к ней, опустился на колени прямо перед её стулом и бережно, словно она была сделана из тончайшего стекла, взял её лицо в свои огромные ладони. И в этот момент напарники впервые увидели, как этот каменный индейский вожак нежно, открыто и донельзя счастливо улыбнулся, глядя в глаза своей женщины. — Ты прекрасна, Эми, — сорвавшимся голосом прошептал Сэм, прижимаясь лбом к её здоровой щеке. Адалинда картинно зевнула, демонстративно захлопнула журнал и перевела требовательный взгляд на замершего у порога Стилински. — Ну и где мой законный ужин, пупсик? — лениво протянула она, изящно потягиваясь. — Я потратила на эту милую процедуру кучу своей ведьминской энергии, и твой будущий ребёнок сейчас требует калорий. Стайлз с глупой, но абсолютно счастливой улыбкой шагнул вперед, торжественно протягивая ей шуршащий бумажный пакет из Макдоналдса. — Двойной чизбургер и пирожок, миссис Стилински. ФБР своих не бросает. Ник Бёркхардт, прислонившись к косяку двери, молча наблюдал за этой картиной. До конца отпуска Хэнка все ещё оставалось тринадцать дней, впереди их ждал штурм подвала Калленов и ловля маньяка-хирурга, но прямо сейчас, в этом тёплом доме посреди туманной резервации, на секунду воцарился идеальный мир. Возвращаться ночью в Портленд по тёмной туманной трассе никто не решился. Беременная Адалинда, сытая и довольная после бургера, уже откровенно засыпала на плече Стайлза. Ночевать всю компанию забрал к себе Джейкоб, отведя гостей в дом своего отца, вождя Билли Блэка. Скромный ужин в доме Блэков прошёл в на удивление спокойной обстановке. Старый Билли радушно принял гостей, а Джейк, сидючи за столом и лениво ковыряя вилкой в тарелке, твёрдо объявил, что утром поедет с ними в Портленд как официальный представитель стаи. Каллены Калленами, но квилеты не собирались упускать из виду расследование убийства Лии. Уже поздно вечером, когда Монро устроился на узком диванчике в гостиной, а Ник со Стайлзом допивали остывший чай, на телефоне Бёркхардта запел зуммер. Звонила Розали. Ник тут же включил громкую связь. — Ник! Стайлз! Я закончила! — уставший, но торжествующий голос Розали из трубки заставил всех мгновенно подобраться. — Я перерыла весь архив. У меня есть имена и контакты всех пяти покупателей. Трое из них — обычные городские коллекционеры Везенов, но двое последних… Один — крупный портлендский застройщик, а второй — практикующий пластический хирург с Даунтауна! Я скидываю вам досье на почту. — Отличная работа, Розали, ты золото, — выдохнул Ник. — Монро, твоя жена просто спасла наше следствие. Джейкоб Блэк, сидевший напротив и внимательно слушавший разговор, удивлённо приподнял брови. Он перевёл взгляд с телефона на закивавшего Монро, а затем на Ника. — Погоди... Твоя жена? То есть, потрошитель... волк, женат на лисе? Рыжехвасте? Ник Бёркхардт лениво откинулся на спинку стула и тихо, с глубоким сарказмом хмыкнул, глядя на индейского перевертыша: — То есть коп-Гримм и агент-Искра ФБР тебя вообще не смущают? И ведьма за столом тебя тоже не удивляет, Блэк? Джейкоб непонимающе повёл массивными плечами, бросив короткий взгляд в сторону соседней комнаты, где на кровати мирно посапывала Адалинда. — Ну, ведьма... Девушка как девушка. Красивая, беременная. Поздравляю кстати, Стилински. Обычная городская блондинка, чего в ней такого? Монро на своём диванчике судорожно сглотнул, нервно поправил свитер и тихо, в кулак кашлянул: — Ты её просто в релизе не видел, парень. Когда у этой «обычной блондинки» происходит Схлыст, а её лицо превращается в разлагающийся ведьминский череп, который может сварить твои внутренности одним взглядом... поверь, ты бы сейчас не поздравлял, а проверял, надёжно ли заперты двери. — Так, хватит! — Стайлз Стилински со стуком опустил чашку на стол, грозно нахмурившись и обводя мужчин суровым взглядом федерального агента. — Хватит обсуждать анатомические особенности моей принцессы! Она будущая миссис Стилински, у неё сейчас сложный период, и вообще — её Схлыст чрезвычайно эстетичен и фотогеничен для ФБР. Бёркхардт, открывай почту. Нам нужно изучить этого хирурга и застройщика до того, как рассветет и Каллены приедут в свой особняк на холмах. Завтра у нас очень длинный день.

***

Утреннее солнце так и не появилось, уступив место привычному портлендскому серому небу и затяжной измороси. Назад в город банда возвращалась в радикально перетасованном составе. Машина Ника просела на правый бок, потому что Джейкоб Блэк был откровенно большим , занимал кучу пространства и в плечах, и в ногах, поэтому его безапелляционно водрузили на переднее пассажирское сиденье рядом с Бёркхардтом. Из-за этого весь остальной экипаж оказался забит на заднее сиденье. Стайлз сидел посередине, слева к нему собственнически прижималась Адалинда, лениво доедавшая яблоко, а справа, вжавшись в дверь и стараясь лишний раз не дышать в сторону Ведьмоблудки, сидел Монро. — Стилински, твоё колено упирается мне в почки, — уныло пробормотал Монро, косясь на длинные ноги федерала. — Терпи, представитель Везенов, мы на спецзадании, — буркнул Стайлз, пытаясь развернуть карту на коленях. — Бёркхардт, твой пикап едет слишком медленно. В этот момент тишину салона нарушил звон мобильного телефона Ника, подключённого к приборной панели по громкой связи. На экране высветилось имя: Джульетта. Ник нажал кнопку на руле. — Да, Джульетта? Привет. — Ник, привет! Ты где? Ты скоро будешь в городе? — раздался из динамиков приятный, но слегка взволнованный женский голос. — Тут такое дело... Тебя настойчиво ищет Беда. Она буквально ворвалась в дом час назад, вся взмыленная, говорит, что это срочно. При упоминании Беды (Терезы Рубел) Ник мгновенно подобрался, а его пальцы крепче сжали руль. Появление ещё одного Гримма в городе, да ещё и в разгар ритуальных убийств коренного населения, не могло быть случайностью. Ник быстро прикинул время по навигатору, учитывая оставшуюся часть пути от Форкса. — Передай ей, пусть ждет меня по адресу особняка Калленов на холмах, — четко, по-военному скомандовал Ник и продиктовал координаты, которые вчера записал Карлайл. — Пусть будет там ровно через четыре часа. Мы как раз подъедем. — Хорошо, я всё передам, — голос Джульетты в трубке немного смягчился, став теплым и домашним. — Ты сам-то когда будешь дома, милый? — Как только, так сразу, Джульетта. Скоро буду, — лаконично ответил Ник. — Береги себя. Целую. Звонок отключился, и в машине воцарилась гробовая, звенящая тишина. Стайлз Стилински медленно перестал крутить в руках ручку, его гиперактивный мозг на секунду завис, а затем глаза округлились до размеров кофейных блюдец. Он подался вперед, просовывая голову между сиденьями Ника и Джейкоба, и уставился на Гримма взглядом оскорбленного в лучших чувствах детектива. — Так, стоп. Погоди. «Милый»?! — Стайлз аж задохнулся от возмущения. — Бёркхардт, это сейчас что было?! Ты тоже почти женат?! И ты, жук хитрожопый, молчал об этом всё это время?! Мы два дня обсуждаем мой декрет, мои бланки из ЗАГСа, токсикоз моей Адалинды, а у самого дома сидит невеста, которая называет его «милый»! Что ещё я о тебе не знаю, Николас?! Может, у тебя в подвале живёт домашний дракон или ты тайно руководишь масонской ложей Портленда?! Ник даже не повернул головы, продолжая сохранять монументальное спокойствие и профессионально игнорируя федеральную истерику на заднем сиденье. — Стилински, Джульетта — ветеринар. Она обычный человек и не имеет отношения к оперативной работе. И я не обязан докладывать ФБР о своей личной жизни. — Обычный человек? Да ладно! — Стайлз всплеснул руками, едва не попав Монро по носу. — В этом городе обычных людей вообще не осталось! Джейк, скажи ему! Мой напарник — скрытный, каноничный шпион. Кстати, кто такая Беда? Почему у неё такое странное имя и почему она ищет тебя через четыре часа на холмах? Джейкоб Блэк, до этого момента безучастно смотревший на бегущие за окном ели, медленно повернул свою массивную голову к Нику. В его карих глазах мелькнул живой, хищный интерес. — Да, Гримм. Кто такая Беда? И почему от одного её имени у тебя так резко подскочил пульс? — Беда — это прозвище, её зовут Тереза, и она Гримм, как и я, — спокойно пояснил Ник, плавно перестраиваясь в правый ряд на подъезде к Портленду. Джейкоб Блэк, чьё массивное плечо упиралось в стойку лобового стекла, недоумённо нахмурился. Он медленно повернул голову к Бёркхардту, переваривая информацию. — Я думал, Гримм — это твоя фамилия, — буркнул Джейк, скрестив огромные руки на груди. — Не, дорогой наш индейский волк, — со своего места посередине заднего сиденья тут же вклинился Стайлз, авторитетно помахав указательным пальцем перед носом Джейкоба. — Гримм — это не фамилия. Гримм — это такой особый мутанто-волко-охотник! Ходячий средневековый радар с замашками палача. Они веками специализируются на том, чтобы портить жизнь местной фауне. Так что если к нам едет ещё один Гримм по кличке Беда, то на холмах Портленда сегодня будет очень весело. Ник страдальчески вздохнул, решив проигнорировать стайлзовскую терминологию «мутанто-волко-охотников», и покрепче сжал руль. Ровно через четыре часа старая машина Ника затормозила у ворот элитного особняка Калленов на холмах Портленда. Дождь почти прекратился, оставив после себя лишь густой, влажный пар, поднимающийся от асфальта. У входа их уже ждали. Возле ворот, прислонившись к кирпичному столбу, стояла Тереза Рубел. На ней была неизменная потрёпанная кожаная куртка, тяжёлые ботинки, а из-за плеча виднелась рукоять мачете. Взгляд у Беды был дикий и сосредоточенный. А чуть дальше, у самого крыльца стеклянного дома, замерла бледная фигура Карлайла Каллена. Хозяин гнезда уже приехал из Форкса и ждал их, чтобы открыть потайной подвал. Двери автомобиля синхронно распахнулись. Джейкоб Блэк тяжело ступил на асфальт и замер возле машины. Его взгляд сразу зацепился за девчонку в потрёпанной кожанке у ворот. Он с откровенным любопытством принялся рассматривать эту хрупкую «волко-охотницу». От неё не пахло вампирами, не веяло везенским Схлыстом, но в её движениях сквозила опасная грация бойца. Тереза шкурой почувствовала этот тяжёлый чужой взгляд. Она резко оборвала фразу, которую хотела сказать Нику, и обернулась, хватаясь за рукоять мачете за плечом. Её дикие серые глаза сцепились с тёмными глазами индейского перевертыша. Для Джейкоба земля ушла из-под ног. Гравитация, привязывавшая его к Ла-Пуш, к стае и к воспоминаниям о Белле, со звоном лопнула. Всё, что удерживало его в этой жизни, оборвалось. Теперь планету держали не физические законы, а эта девчонка с мачете за спиной. Запечатление ударило Блэка под дых с такой силой, что он шумно втянул носом воздух, а его кожа мгновенно покрылась испариной. Беда замерла, так и не вытащив оружие. В её голове случился мощнейший сбой. Этот огромный парень не превращался в чудовище, но от него повеяло такой сокрушительной волной тепла и защиты, что Тереза впервые в жизни забыла, как дышать. Она просто смотрела на него, приоткрыв рот. Джейкоб сделал неуверенный шаг вперед, полностью игнорируя Карлайла, Ника и суету вокруг. Его огромные руки неловко зависли в воздухе, а лицо залил густой румянец. Он уставился на Беду, окончательно растеряв всю свою волчью спесь. — Привет... — хрипло выдавил Блэк, отчаянно пытаясь вспомнить человеческие слова. — Я Джейк... я этот... как его... волк я. Тереза медленно опустила руку с рукояти мачете. Она по-прежнему смотрела на него во все глаза, чувствуя, как внутри неё воцарился абсолютный, ошеломляющий покой. Дикий взгляд серых глаз стал непривычно мягким. — Тереза, — тихо ответила она, шмыгнув носом. — Я Беда. — Ну потрясающе, — Стайлз закатил глаза и хлопнул себя ладонью по лбу. — Волк и Беда. Идеальный союз. Бёркхардт, уводи этих влюбленных голубков в дом. Ник молча ухватил Беду за плечо и увлек её за собой к стеклянным дверям особняка Калленов. Джейкоб, как на невидимой привязи, мгновенно двинулся следом, ни на сантиметр не отставая от Терезы. Монро торопливо пошел сзади, а Адалинда грациозно замкнула шествие. Карлайл уверенно повел всю банду через роскошную гостиную в глубь дома, к неприметной дубовой двери за винтовой лестницей. — Потайной ход ведет в самый нижний ярус погреба, — Карлайл щелкнул выключателем, освещая каменные ступенями, уходящие глубоко вниз. — Там прохладно. Будьте осторожны. Они начали спускаться по винтовой каменной лестнице. Воздух становился всё более сырым и холодным. Стайлз шел рядом с Адалиндой, Ник — чуть впереди, а Беда с Джейкобом двигались плечом к плечу, полностью поглощенные друг другом. Когда они наконец вышли в просторный, обложенный старым кирпичом погреб, под тусклой лампочкой в самом дальнем углу действительно виднелась свежая кирпичная кладка, развороченная тяжелым ломом. Из ниши на пол был вытащен массивный кованый сундук, замок которого в виде пятиконечной звезды был грубо срезан. Стайлз резко остановился прямо перед сундуком, уперев руки в бока, и с самым победным видом развернулся к Нику. В его глазах плясали триумфальные искры. — Так, Бёркхардт, — федерал многозначительно ткнул пальцем сначала в сторону застывшего Джейкоба, который всё ещё не сводил влюблённого взгляда с Терезы, а затем перевёл палец на самого Ника. — Вот теперь попробуй мне снова ляпнуть, что ты не волк! У меня прямо перед глазами чистокровный индейский перевёртыш только что втрескался в твою бедовую подружку! Да тут всё понятно без всяких экспертиз Куантико — чистая, взаимная биологическая совместимость! Значит, волчьи корни у тебя точно есть, Николас, как бы ты от них ни открещивался своими немецкими книжками! Ник Бёркхардт медленно закрыл глаза, глубоко вздохнул и со стоическим выражением лица потёр переносицу. — Стилински, во-первых, прекрати орать в подвале Калленов. Во-вторых, Беда мне не родственница. И в-третьих, Гриммы — это не волки. У нас совершенно другая... — Ой, да брось ты, Ник, пупсик абсолютно прав, — лениво перебила его Адалинда, изящно обходя сундук и заглядывая внутрь сквозь сломанную крышку. — От этой девочки сейчас пахнет такой бешеной смесью охотничьего азарта и волчьего тепла, что даже моя магия крови чувствует эту химию. Вы, Гриммы, можете сколько угодно называть себя карателями, но природа всегда берёт своё. Смотри, твой «охотник» даже мачете опустил. Тереза от слов Адалинды густо покраснела, шмыгнула носом и поспешно сделала вид, что её безумно заинтересовали старые кованые петли на сундуке. Джейкоб сделал полшага ближе к ней, закрывая её плечом от насмешливого взгляда ведьмы, и глухо, но твёрдо проворчал: — Оставьте её в покое. Она... она нормальная. Монро на заднем плане тихонько хмыкнул в кулак, качая головой. — Ну, вообще-то, Ник, с точки зрения везенской биологии, Стайлз не так уж далёк от истины. Если древняя инстинктивная тяга перевёртышей Ла-Пуш сработала на Гримма, значит, на каком-то глубинном, первобытном уровне ваши виды идеально дополняют друг друга. Это же просто потрясающий прецедент! Надо будет обязательно рассказать Розали... — Монро, не надо ничего рассказывать Розали, — обречённо оборвал его Ник, включая тактический фонарь и направляя луч света прямо внутрь вскрытого сундука. — Давайте лучше займёмся делом. Нам нужно понять, что именно ублюдок забрал из этого тайника.