После ночи всегда идёт рассвет

- В любом случае ты мне не нравишься, - с классическим раздражением сказал Реклюзив. - Как я говорил, твоя неприязнь ко мне ничего не изменит здесь, - Сейдж, как всегда, стоял с сияющей улыбкой, отвечая своему гостю. - Изменит. Изменит многое, ты просто вновь лжешь! - развернувшись спиной, волок тёмные одеяния за собой, уходя прочь. - Я ли? - тяжело вздыхая спросил Сейдж, скорее, уже себя.

***

Это место не знало утренних лучей. Не чувствовало ранней росы. Не слышало пений птиц и не ощущало дуновение легкого ветерка. Открыв глаза, Реклюзив по прежнему видел ночь. Сегодня, как и всегда, у него не было каких-то планов на эти сутки. Подняв своё тяжелое тело, он оглянулся вокруг. - «Он по прежнему не дома,» - не ясно зачем, не ясно почему, но он каждый раз желал его увидеть здесь. Оторвавшись от постели полностью и взяв посох, не спешным шагом Реклюзив пошёл вниз. Как бы в этом месте не шло время, но голод всё равно брал своё. Оказавшись в просторной, но в пыльной кухне, он прошагал к столу. На нём стояла изящная и по своему причудливая картина, укрытая белым платком и обвязанная синей лентой на ручке, на которой была записка.

«Дорогой мой Нилли, не голодай пожалуйста сегодня. Я принёс сердцеягоды, надеюсь, это заставит тебя улыбнуться.

С заботой, Мастер»

- «Хуястер, не может мне дать с голоду подохнуть? Тварь,» - взяв записку и без доли сомнений оказался у печи в центре кухни, выкинув туда листок. - «Лучше яду бы принёс, ну или наконец-то свою голову, а не требуху,» - вернулся к столу, и открыл платок. Это были крупные плоды, розово-красного оттенка, имеющий приторно-сладкий запах малины с оттенками клубники. Соответствуя своему названию, эти ягоды действительно были формы сердца. - «Помыл? Мда, кажись он заметил…» - тяжело вздохнув, Реклюзив взял корзинку и отнёс к кухонной тумбе. - «Что ж, сегодня на завтрак сердца одиноких,» - ехидно усмехнувшись, он поставил на стол тару.