Клубок драконов

Солнышки, вот вам на ночь сладость! Я постепенно набираю обороты по символам, ю-ху! Чтобы успокоиться и скрыть все признаки драконьей сути, приходится использовать огромное количество холодной воды. Счета потом будут… Но это того стоит. После шокового душа она вытирается насухо и одевает рабочую форму. Сейчас она покажет им кузькину мать…

***

Сегодня шеф смотрит на нее как-то странно, будто со страхом даже, а не как обычно, с усталым раздражением. На секунду в глубине души Вали дергается подобие жалости к людям вокруг, которых ей нет смысла пугать. Через несколько часов она понимает, что если продолжит в таком же духе, то скорее просто распугает посетителей, чем проймет драконов. Нужно что-то другое. В целом день проходит без особых происшествий. Разве что Бил появляется, но они ограничиваются кратким обменом взглядами. Она просто бариста, а он просто клиент. Ни привета ни билета. Это вполне устраивает Валю, даже накручивать себя не приходится. Затем заявляется кое-кто похуже. Джекстер. Он что-то напевает себе под нос, придерживает дверь женщине и вежливо ей кивает. Сама вежливость, вполне может составить конкуренцию Билу. Его движения не крадучие, как у Пьеро, и не излишне дерганные, как у Арлекино, даже не аристократичные и сдержанные, как у Билетера. Он хозяин положения. Осматривает прилавок с выпечкой и вчитывается в список напитков. — Так-так-так, что у нас тут? — делает вид, что задается вопросом о меню, но глаза вцепиляются в лицо Вали. Так, надо собраться. Если сейчас не начнет огрызаться хоть чуть-чуть, то от ее дверей может и вовсе ничего не останется. Тут тот твердый камушек, та самая часть, которая настояла на том, что бы остаться в городе и посражаться за территорию, на том, чтобы не звать родителей, кратко вспыхивает, требуя ответить что-то едкое, почти хамское. Ответ почти срывается с губ, но она сдерживается и просто молча продолжает обслуживать посетителей. Джекстер со скучающим видом обследует кофейню. Только сейчас Валя замечает, что он на каблуках. Другие посетители его игнорируют, но, скорее всего, просто не замечают. Валя просто молчит, но не без дела: постепенно накручивает себя. В конце концов это ее кофейня! Даже если за город она и не будет драться так отчаянно, но за это место и квартиру стоит сломать пару позвонков. Удивительно, как она не обратилась прямо за стойкой. Однако Джекстер заметил изменение в ее поведении. — О, как мило. — несколько ударов каблуками о кафель и вот он уже опирается на стойку и со скучающим видом рассматривает посетительницу. Если она начнет отвечать, то ее посчитают за сбренившую… Быстрый взгляд в окно: уже темно. Должно получиться. Глубокий вдох и ее глаза с серо-голубых сменяются на две льдинки с зрачками-щелками. Судя по тому, что никто из посетителей не отпрянул в ужасе, все получилось. — Уходите. — Валя на секунду зарывается и просьба получается приказом, а между человеческих зубов мелькает раздвоенный язык. — О, у меня тоже такой есть. — Джекстер лишь смеется и показывает свой фиолетовый. Врезать бы ему по его почти что шлюшьей роже… Валя аж вздрагивает от подобных мыслей. Нет-нет, насилия стоит избегать… — Да хватит! Чего вам вообще потребовалось здесь? — в голосе проскальзывают свистяще-шипящие нотки, как у матери и Джекстера наконец слегка пронимает, но лишь на мгновения его глаза расширяются. — Ну, надо же знать причину, по которой придется урезать зарплату моим сотрудникам, — он чуть наклоняет голову, улыбаясь. — Надеюсь, ты придешь сегодня… М? — его голос почти приобретает оттенок флирта. Как бы Вале не хотелось это признавать, но это ему идет. — Сегодня нет. У меня есть несколько дел поважнее. Джекстер выпрямляется, слегка закатывая глаза. — Ну что ж… Так и передам Пьеро и Арлекино. — и прежде чем Валя успевает что-либо ответить, он удаляется.