Потерянный свет

      Я стояла посреди туманного леса, понимая что на этом мои полномочия всё. Компас сходил с ума. И до этого момента я не сильно понимала как им пользоваться, хотя базовые навыки нам привили на инструктаже, но теперь… я держала компас перед собой, стрелка была направлена на меня и указывала на запад, но только я делала шаг вперед, как и поворачивалась на запад, он словно менял свое расположение, стрелка снова указывала на меня, хотя по идеи теперь она должна была бы быть направлена от меня. Я повторила это действие ещё пару раз, и каждый раз запад был там же, где и я, как бы я не крутилась и не поворачивалась вокруг компаса и вместе с ним.

***

      Изначально на прогулку по окрестностям нас вышло четверо, после пара человек отделилась от нас и пошла в другую сторону, а я осталась наедине с новой подругой. Таня была старше меня года на два. Она окрестила себя вольной художницей в наше первое знакомство. По прибытию на туристическую базу нас расселили по двое, с этого и началось наше общение.       — Знаешь, у меня на даче почти такая же благодать, — внезапно раздался голос Татьяны, отвлекая меня от рассматривания гор и озера.       — У вас в окрестностях дачи тоже озера и горы? — ухмыльнулась я.       — Нет, конечно, — отмахнулась она. — Озера есть, это да, а горы, увы… — она пожала плечами и продолжила идти дальше. — Зато туман по утрам в лесу такой же, почти как тут. Ты, кстати, знала, что туманы бывают разными? Мы чаще всего имеет дело с радиационным туманом или паровым, — я выгнула бровь, по аналогии предполагая связь с радиацией, но решила промолчать и дослушать сначала. Очередной куст преградил нам дорогу, и пришлось искать способ его обойти. — Земля за ночь остывает, охлаждает нижний слой воздуха и на утро появляется дымка, частое явление в лесах, а вот образование тумана над озером, например, объясняется движением влажного теплого воздуха над холодной водой. Знаешь, я всё детство провела в деревне, с бабушкой, и пожалуй, утро всегда было моим самым любимым временем суток именно из-за тумана.       — Хм, звучит красиво, — я попыталась представить эту идиллию русской деревни, укрытой по утру туманом.       — Да-а, — протянула подруга и ускорила шаг, пробираясь по корням деревьев всё дальше. Слишком ловко у нее это получалось. Одна женщина рассказала нам, что если утром выйти пораньше, то к обеду мы успеем добраться до некой поляны, что исполняет желания. Не сказать, что я сильно верила в это, но с другой стороны: прогулка по лесу, маленькое приключение, приятная компания и вера в исполнение самых сокровенных желаний — ещё никому не мешали. Вроде бы…       — Мы точно правильно идём? У меня предчувствие, что тут не часто ходят, — засомневалась я, когда в очередной раз пришлось замедлиться, чтобы разглядеть происходящее под ногами. Туман был плотный и маленькие закорючки на земле было тяжело разглядеть. А шли мы не по протоптанной дороге, а именно что по лесной земле. Стоит сказать, что шли мы уже около добрых сорока минут, и постепенно ко мне подкрадывалась мысль, что стоит повернуть обратно. Хотя запал у меня ещё оставался, поэтому, запихнув поглубже своего внутреннего нытика, я продолжала идти.       — Правильно-правильно, не переживай, я по лесам ходила с самого детства, знаю как ориентироваться, — отмахнулась подруга, в очередной раз сверяясь с картой.       — Мы идём не по той дороге, что показала бабка, да? — я остановилась.       — Мы срежем, вот тут, смотри, — она протянула мне карту и указала, как планировала срезать.       И тут пазл сложился: наши спутники выбрали идти по пересеченной местности, а мы поперлись напрямик через лес.       — Надеюсь, нас в этом лесу бабайка не утащит, — я устало вздохнула, но была вынуждена признать, что идея среза напрямик и впрямь заманчива. Быстрее доберемся, единственный минус — сложнее пробираться через заросли, которые для этого не предназначены.       И мы двинулись дальше.       — Вот ты шутишь, а согласно поверьям именно леший наводит туман в лесу, дабы заманить путников, а в озерах властвуют русалки. У нас поговаривали, что чем гуще туман, тем сильнее нечистые, что обитают там… — с напускным мистицизмом проговорила она.       — Потому что помыться не могут? — с сарказмом уточнила я.       — Да ну тебя, — махнула она рукой, закатив глаза. — В целом туман даже тут, на Алтае, считается неким пограничьем. Ууу, — она скорчила рожицу и рассмеялась. — Впрочем, байки всё это. В худшем случае в тумане ты дорогу потеряешь и останешься в лесу, пока не умрешь от голода, — она как ни в чем не бывало пожала плечами и снова сверилась с картой.       — Так себе перспектива, думаю, истории про лешего мне нравятся всё-таки больше.       — То-то и оно, так, нам относительно недолго ещё идти. Пару километров на сервер и потом повернем на юг, ещё с километр, и должны быть на месте. Давай быстрее, — подначивала Таня, воодушевленная тем, что пункт назначения уже близок.       Собравшись с новыми силами мы двинулись дальше. Лес становился всё гуще, деревья росли так близко друг к другу, что порой было тяжело протиснуться меж стволами. Кора где-то потрескалась, а солнечного света становилось всё меньше из-за густоты крон. Вокруг тишина.       И в один момент мы разминулись. Я видела спину Тани, шла за ней, но решила обойти одно из деревьев с другой стороны, затем ещё, и в какой-то момент я уткнулась в тупик.       — Та-ань, — настороженно протянула я. В ответ тишина. Я тряхнула головой, чтобы не дать себе впасть в панику. Ничего страшного, сейчас просто вернусь на несколько шагов назад и пойду за ней. — Та-аня, — и снова мой зов был проигнорирован. Лес казался таким незнакомым, я даже приблизительно не узнавала окружающий меня лес, словно я тут впервые. Но я ведь проходила тут с минуту назад! — Бред какой-то, — я снова осмотрелась вокруг. Взгляду было не за что зацепиться, от слова совсем. — Что за дурдом, ну ей богу, Таня! Эй, — может она решила меня напугать? Да не в её это вроде бы стиле.       Так, она сказала идти на север…

***

       Я, не веря, заозиралась. Я потерялась. В лесу. В самом деле, я просто-напросто потерялась в чертовом лесу! Эта мысль накрыла меня не сразу. Но чем больше я плутала по кругу, тем меньше я верила в то, что смогу найти отсюда выход. И тем меньше мне нравилась идея с отпуском в горах. Надо было дома остаться, и денег бы сэкономила и целее была бы.       Ну я же не могу вот так просто умереть в лесу? Не могу ведь, правда?       Я битый час ходила кругами. Удобные кроссовки уже начали немного натирать ногу, и косточка болела от постоянных корней на пути, по которым приходилось проходить подворачивая стопу во все стороны. С собой у меня было несколько бутербродов, ножичек, карта, да термос с чаем, ещё полотенце и по мелочи косметические приблуды для линз и ухода. На этом всё, так как мы решили идти налегке.       Я пробовала бежать. Пробовала забраться на дерево, признаться, это была самая глупая затея: я только поцарапала кожу и чуть не подвернула ногу окончательно. Пробовала найти ориентир в виде моха, но… ничего. Никаких идея.       От бессилия я была готова сесть и расплакаться прям на месте. Я в самом деле не знаю что мне делать в лесу. Даже приблизительно. И страх умереть тут в одиночестве, от голода, что меня никогда не найдут ни капельки не помогал взять себя в руки. В голове перекати поле.       За неимением лучшего я просто шла. Надеясь, что ухожу не в глубь. На глаз я прикинула, что в этой стороне деревья меж собой имеют больше пространства, чем в трёх других направлениях. А может это просто обман зрения. В любом случае, это лучшее, что я сейчас могу сделать.       Так я прошла ещё какое-то время. Может минут тридцать, пятьдесят. Усталость брала своё. Я присела возле одного из деревьев, чтобы перекусить. Есть на самом деле мне особо не хотелось, но головой я понимала, что перекусить стоит, пусть даже и через силу.       Горячий чай приятно согревал, да и в целом настроение поднялось после перекуса. Я попыталась снова трезво оценить ситуацию. Деревья стали реже, солнце уже как-то пробивалось сквозь ели и листву. Наверное, сейчас уже день в разгаре. Отчего-то звать Таню уже не казалось хорошей затеей. Нет, я не думала, что в лесу есть кто-то кроме меня, кого мне стоит опасаться. Просто… услышать в очередной раз тишину в ответ не хотелось. Она бы уже должна была заметить моё отсутствие. Она бы звала меня. Но я не слышала ничего хотя бы отдаленно напоминающее её голос. Только ветер иногда шевелил листву. Да и он быстро стихал. Импровизированный привал стоило заканчивать. Если сейчас день, то примерно через похожий отрезок времени наступит вечер. А плутать тут в темное время суток мне не хотелось, воображение заблудшего и потерявшегося на многое способно и проверять мою тревожную голову на способность рисовать страшные картины мира в ночи мне не хотелось от слова совсем.

***

      К моему несказанному удивлению ещё через пару часов пути я вышла на местность, где по редкому расположению деревьев можно было бы сказать, что это начало леса. Солнце ещё было высоко. Я припустила шагу, из последних сил даже ненадолго перешла на бег.       Мой энтузиазм быстро потух, стоило мне увидеть равнину перед собой: ни конца ни края, где-то вдалеке виднелись холмы. И всё. Я потёрла глаза и снова осмотрелась. Пейзаж не изменился: впереди холмы, позади лес, справа и слева ничего. Это равнина… Пустая и безжизненная. Нет, я, конечно, не эксперт по местности, но это… не Алтай. Должны быть какие-то туристические указатели. Хотя может и не должны, если это далеко от лагеря. Я быстро достала карту и компас. Второй, на удивление, заработал, теперь север всегда был в одной стороне, как бы я ни крутилась на месте. Однако на карте я не обнаружила ничего похожего на эту равнину. Местность не та. Нет, возможно, конечно, что просто я столько прошла, что карта уже не покрывает эту часть, но… Да быть такого не может! Здесь лес показан полностью, и в округе либо выйдешь к горам, либо к озерам. А передо мной нет гор, и озёр, а лес определенно точно уже закончился. Я ещё раз вгляделась в карту. Либо я чего-то не понимаю, либо что-то не так. Впервые я почувствовала себя овцой из мема «Где я…», разве что у меня была карта, от которой толку ноль.       Ситуация настолько странная, что даже переживаний не было. Я не могла поверить в реальность происходящего.       И тем более не могла ответить на вопрос: «Где я?».       И куда мне идти? В лес обратно идти не хотелось, я наверняка заплутаю где-то и просто буду до ночи ходить кругами. Как будто шансов выжить на равнине у меня побольше, чем в лесу. Я осторожно двинулась вперед.       До холмов вдали идти очень далеко, может быть даже несколько дней. Одна только мысль о том, что мне куда-то придется идти несколько дней ужасала, однако я не в полной мере отдавала себе отчет о происходящем.       Второй идеей было попробовать обойти лес и примерно прикинуть его геометрию, может даже на карте отрисовать, у меня вроде был карандаш. Край леса впрочем тоже был далеко.       Дело близится к вечеру, значит палящее солнце мне не грозит. Погода тут приятная, не жарко, да и не холодно. Походный костюм мой, хоть и черного цвета, не сильно грел, и в случае чего дождя я тоже могла не бояться, ткань водоотталкивающая. Но все же я предпочла расстегнуть куртку и закатать рукава. Ветра не было, но чувствовалась легкая прохлада.       Я решила двигаться вперед к холмам. В лесу мне делать нечего, а найти что-то живое надо бы. На крайний случай, с вершины я смогу осмотреться получше.       Останавливаться на такой местности на перекус было… странно. Такое чувство, что кто-то может за мной наблюдать. Однако по близости никого. Я быстро съела ещё бутерброд, с сожалением отмечая, что голод проснулся, а запасы еды пополнить негде.              Ещё час дороги. Ноги начали постепенно гудеть.       Через два часа меня вновь накрыла паника. Куда я иду? Зачем? Я прошла только четверть всего пути до, только до, холмов, а мне ведь ещё придётся как-то подниматься наверх. Мысль о том, что это затребует куда больше усилий пугала. До сих пор мне казалось, что это просто чья-то злая шутка, что вот-вот все станет нормально. Каким образом — идей у меня не было. Волшебным. По мановению руки, раз, и я на туристической базе, а это всё просто дурной сон, не более.       Но чуда не происходило, а закат всё близился.       До этого момента я даже не задумывалась о том, что мне придётся ночевать в лесу. Одной. Потому что я черт знает где. Но ситуация выходила куда хуже: спать мне видимо придётся на этой самой открытой местности.       До последнего я не верила в эту перспективу, пока сон сам не сморил меня, ближе к утру, голод, тревога и страх вконец доконали меня. Я опасливо подложила рюкзак под голову и максимально натянула капюшон на лицо, может хоть так мне в уши не заползут жуки. Я легла спать, прям на землю, хоть она и была покрыта травой, меня это не сильно успокаивало. Около двух часов я просто ворочалась, надеясь найти более удобное положение, но в конце концов я смирилась.

***

      Вместо будильника я проснулась от громыхающего звука. Сон был чуткий, тревожный, оттого мне не потребовалось много времени, чтобы прийти в себя. Глаза болели от неприятного ощущения подсохших линз, вчера мне было не до того, чтобы их снимать. Я заморгала как можно быстрее, надеясь вернуть правую линзу на место. Однако сухость никуда не ушла. Из сумки я выудила раствор для линз в походной маленькой упаковке и закапала прям в глаза. Плевать что не очень желательно, наверное, так делать. Сейчас не до этого. Вот вернусь на базу и там сменю комплект. Господи, как же хочется сейчас простого человеческого помыться в горячей воде.       Солнце только вставало. Светило относительно не сильно. Оттого мне было несколько тяжело рассмотреть источник звука. Пока я лежала на земле звук был отчетливее. Вроде бы по земле он распространяется быстрее, нежели по воздуху. Сомнений не осталось: это был всадник. Но его фигуру я различить отсюда не могла. Неужели спасатели? Меня уже потеряли и всё же выслали поисковой отряд. Слава богу, я уж думала помру тут. Быстро поправив одежду и вскинув рюкзак, я направилась навстречу кому-то живому, активно размахивая руками, дабы привлечь внимание. Думаю, меня и так было видно за километры на этой равнине, но радости моей не было предела. Ни ногой в лес одиночестве более. Хватит с меня.       В несколько минут ко мне приблизился всадник в серых лохмотьях. Теперь я могла разглядеть его получше. Старик. Седовласый, с посохом и одетый в какие-то грубые ткани. Шаман какой-нибудь, может? В любом случае, это мой шанс.       — Простите, — только начала я, когда всадник приблизился ко мне и остановил лошадь, как он меня перебил.       — О, Эру, ты откуда здесь, дитя? — он слез с лошади и быстрым, несколько хромым шагом обошёл её, подходя ближе ко мне, почти вплотную.       — Я… простите, Эру? — я не сразу обратила внимание на это слово, но весь его образ кричал, что это… — Вы случаем не Митрандир? Гэндальф Серый? — я усмехнулась, не до конца веря своим же словам. Может, я зашла на территорию к ролевикам? Впрочем, дедушка уж слишком походил на странствующего волшебника времен Средиземья. И Эру. Да нет же… Нет.       — Да, — он чуть прищурился. — так меня зовут многие. Позволь узнать и твоё имя.       — Подождите, — я замотала головой, глупо улыбаясь. Это уже ни в какие ворота. — Во-первых, я не дитя, мне почти тридцатник, — впрочем согласно Толкиену, Митрандир это майар, а значит он гораздо старше меня, и для него я вполне дитя. — во-вторых, — я осеклась, ведь что сказать во-вторых я не знала. Обвинять его что он ролевик, а мне не до этих игр? Плакать и просить меня вернуть обратно? Главный вопрос любого попаданца: стоит ли говорить что ты попаданец. Хотя по моей одежде, думаю, некоторые выводы можно сделать. Напрашиваться на милость увещеваниями о том, что знаю будущее? Допустим, с Митрандиром это может и прокатит, по фильмам он дедушка любознательный и не пылкий нравом. Но надо понять время. — во-вторых, моё имя ни о чем вам не скажет, многоуважаемый майар, — я решила зайти с козырей. Гэндальф прищурился. Имя мне и впрямь стоит подобрать иное, а в Средиземье большей частью имена имели значение, кто знает что для него будет значить Арина на одном из известных языков. Или это в сильмариллионе и первых эпохах имена имели значения? Чёрт, память как раз таки стоит подсобрать.       — Не многим известно моё истинное происхождение, тем более в Средиземье. Откуда оно известно тебе? И имел ли честь я ранее встречаться с тобой? — голос его перестал быть столь радушным.       — Сложно объяснить. Я… не отсюда, думаю Вы и по одежде это поняли. И мне нужна помощь. Я не знаю где я, и в какое время. Я знаю одну из ветвей развития вашей истории, и могу быть вам полезна, пусть и в очень ограниченном формате, мистер Гэндальф, — я решила выложить все карты на стол. Если это и впрямь Средиземье, то… А вот какие сейчас есть доказательства того, что это не ролевик, ну в целом, если так подумать. — у меня есть просьба небольшая. Вы не могли бы показать фокус? Я имею ввиду магию, вы же волшебник.       — О-о, — протянул он, забивая свою трубку. — это верно, одежда у тебя специфичная даже для дев воительниц, но ты явно не воин, дитя. Да и магия моя вовсе не какие-то там фокусы, — он ловко щелкнул пальцами и поджег табак в трубке. Немного раскурил, и выпустил дым, формируя прямо на лету кораблик, точно так же, как он делал с Бильбо. Думаю, пока мне этого достаточно.       — Хорошо, — сказала я это скорее больше для самой себя, нежели собеседнику своему. — Вы можете мне помочь? Я… я бы хотела вернуться домой, если Вы понимаете о чём я. К себе домой, в свой… мир, — так странно было произносить эти слова. Но хуже всего то, что сердце рвалось исследовать мир, что ранее был частым местом моего эскапизма, а разум понимал, что долго я тут не протяну. Во всех смыслах.       — Раз тебе известно моё происхождение, то верно будет предположить, что тебе известны и ограничения моей силы. Не в моих полномочиях возвращать тебя куда-либо вне территории Средиземья, — ухмыльнулся он той самой улыбкой, после которых младших посылают в опасные приключения. Я закатила глаза. Так-то он прав, но ведь за помощью все попаданцы по канону обращаются именно к нему. Или к Эру, однако ж к Гэндальфу быстрее обратиться нежели к Эру. Да и услышит ли второй?       — Не могли бы Вы мне тогда помочь хоть до ближайшей деревне добраться, что ли? — впрочем, а там то я что собираюсь делать? — И ещё вопрос, если позволите, какой сейчас год? И ежели не секрет, то куда направляетесь Вы сами?       — До деревни? Что ж, тут недалеко до Изенгарда, там как раз властвует мой давний друг и мудрейший маг нашего ордена: Саруман Белый, но, полагаю, и о нём тебе что-то известно будет, не так ли? — он добродушно усмехнулся. — К закату сможем добраться до Изенгарда, либо, — он вновь пригубил трубку, заметив видимо мою сомневающуюся физиономию. — можем проложить путь до Рохана, король Теоден своенравен, но он достойный правитель, в его землях царит покой, размеренная людская жизнь, — я фыркнула.       — Тогда уж лучше в Гондор, — пробормотала я вслух. — Там хотя бы… а бог с ним, спокойное место всегда на вес золота. Вот только будут ли мне там рады? — да и буду ли я рада судьбе жены какого-нибудь конюха, скорее всего? Не в обиду им, конечно, но будто бы со знанием, что мне доступно это… слишком мелкая судьба. Или же это во мне взыграл внутренний нарцисс? — Так какой год сейчас?       — Год, а, да, сейчас три тысячи восемнадцатый год третьей эпохи, — мои глаза расширились после сопоставления простых фактов.       — И Вы едете в Изенгард поговорить с Саруманом Белым о… Кольце? — я замедлилась лишь на секунду. — Он Вас предал, не знаю как давно, но не считайте его другом, он попытается остановить Вас.       — Н-да? — вновь закуривая трубку проговорил старец. — Что ж, видимо тебе и впрямь многое известно, — он насмехнулся. — Известно ли тебе, чем был я занят вчера, странница? Хех.       — Могу предположить, что недавно Вы отправили полурослика по имени Фродо Бэггинс в Гарцующий Пони, где обещали встретить его. Вместе с ним отправился садовник, Сэм. Поверьте, я многое знаю, не до деталей, но в общем смысле, — я взяла долгую паузу. — Не поймите меня неправильно, Гэндальф, но я хочу предложить Вам свои услуги. Я постараюсь максимально облегчить путь тех, кто понесёт кольцо в Мордор, ведь только там возможно уничтожить Кольцо Всевластия, в огне роковой горы, где оно было отлито тёмным лордом. В обмен на эти знания я лишь хочу покровительство, Ваш мир мне чужд, и да, я хочу особых условий, помощи, — Гендальф выгнул бровь, ожидая продолжение. — Могу понять, если откажетесь по причине того, что Вам не нужны предсказания одной линии бытия, вполне разумно, но задумайтесь о том, что эти знания могут пригодиться и другой стороне сил. А я, уж увольте, человек слабый, во всех смыслах, к оркам и прочим тварям попаду довольно быстро, а расколюсь и того быстрее. Впрочем, я не настаиваю на принятии участия в самом походе, можете меня где-нибудь укрыть, я и там всё могу Вам рассказать. Что скажете?       — Звучит, конечно, разумно, — оно снова затянулся трубкой, выпуская дым и смакуя весь процесс. — Тут я поспорить не могу. Но вот что вызывает у меня сомнения: сколько правдиво будет предсказание, если изменить детали на начальном пути?       — За это не ручаюсь, как говорится, один взмах мотылька может вызвать землетрясение за тысячи километров, — он довольно улыбнулся.       — И то верно, но более всего меня интересует вопрос: чего бы ты сама хотела?       — Причем тут моё желание? Я хотела бы просто выжить, — пожала я плечами. — В данный момент ещё хотелось бы помыться. Если Вас вопрос интересует в глобальном плане, то… признаться честно, мне без разницы как развернётся ваша судьба. Мне было бы максимум интересно понаблюдать за иным развитием событий. Не более того.       — Что ж, трезвый взгляд с позиции наблюдателя никогда не помешает, верно? Я помогу тебе, хм, но сначала, пожалуй, стоит тебе придумать имя, достойное наших, — он выделил это слово. — земель. Как насчёт, Эриндара? Первая его часть может быть истолкована как «единственная», а вторая часть, дара, может трактоваться по-разному, как «благородная» или «земля». Да, пожалуй, это имя тебе, странница, больше всего подходит, — я пожала плечами, красиво, но Эрин звучит лаконичнее, думаю, представляться в большинстве своём я буду именно им, или дара. Хм, если так подумать, обе части похожи на имена что мне знакомы: Ирина или Дарья.       — Эриндара, так Эриндара, возражения не имеются, меня больше волнует вопрос, возьмете ли Вы меня с собой куда подальше от этой равнины? Признаться честно, хотелось бы поскорее отсюда убраться.       — Как пожелаете, миледи, мой конь выдержит нас двоих без особых трудностей, — я посмотрела на коня. Лошадка внешне здоровая и холёная, но двух людей на себе тащить, впрочем сейчас мне не до защиты животных. — Вот тут, — он похлопал по ручке на седле, хватайтесь за неё, затем ногу на стремя, вот так, да, и толчком запрыгивайте.       Я повторила, как он сказал. Стоило мне оказаться в седле как я крепче вцепилась в него, боясь свалиться с лошади. Высоковато. И непривычно до одури. Гэндальф ловко запрыгнул на лошадь следом, позади меня и взял поводья. Мы тронулись сначала медленно, но уже через пять минут, когда я попривыкла, припустили галопом.       О, это великолепное чувство, ноги могут наконец отдохнуть, свежий ветер в лицо, и расстояние преодолевается гораздо быстрее.       — Так куда мы направимся, Митрандир?       — Не смотря на твои предостережения, я всё же должен встретиться с Саруманом. Полагаю, тебе известно, что даже в моё отсутствие, пара хоббитов не пропадёт.       — Верно, их встретит Арагорн, вот только их будет четверо. И Фродо ранят моргульским клинком, — Гэндальф что-то выругался про себя.       — Пусть так, я уверен, странник не даст ему умереть. А тебе, я думаю, стоит направиться в Ривенделл, думаю, лорду Элронду будет интересна твоя ситуация. Тенегрив домчит тебя туда за пару дней, — но видимо даже конь почувствовал недоумение и мотнул головой.       — Подождите, Гэндальф, — я помотала головой, выражая своё явное несогласие. — Вы не можете меня просто взять и отправить с лошадью в Ривенделл. Я… я не умею ездить на лошади, у меня нет опыта, я каталась в детстве, но на огороженной площадке и то пару часов. А тут дни пути! Я не могу, я просто, я упаду и всё, я… Нет! Уж лучше к Саруману, хотя нет, к нему всё-таки не надо… — я окончательно запуталась в своих размышлениях. — А если на нас нападут по дороге? При всём уважении, Тенегрив вряд ли справится, а я максимум что смогу сделать, так это упасть с него!       Митрандир вновь что-то недовольно пробурчал, я разве что смогла разобрать из его речей что-то в ключе «ведешь себя как дитя малое». Но мне плевать, увольте, но я не хочу остаться одна посреди мира в котором я, по иронии судьбы, так-то не представляю что делать, хоть и знаю что происходит.

***

      На привале мы порешили следующим образом, к вечеру, по крайней мере так рассчитывал Гэндальф, должен прибыть небольшой отряд из Лотлориэна, который и сопроводит меня до Ривенделла. В самом начале привала он отправил свою коронную весточку — мотылька. Тенегрив успокоился, я в целом тоже. На том мы и порешили, прежде чем сесть перекусить. Гэндальф передал мне лембас, я же дала ему попробовать бутерброд с сыром и докторской колбасой, который он распробовал с удовлетворительным видом. Ближе к вечеру однако ж маг ходил туда-сюда, впав в раздумья и причитая, что я его задерживаю на пути к Саруману из-за своего ребячества.       В самом деле я чувствовала себя немного неловко, эльфов вон вызвали. Вряд ли они планировали это. Но при всём моём уважении, свой комфорт я поставлю выше чувства неловкости. Да, я тут ребёнок, и я вполне могу помереть упав с коня, если сломаю что-нибудь или не дай бог поцарапаюсь и занесу инфекцию.       Пару раз маг порывался оставить меня одну дожидаться отряда Лотлориэна, но всё же, видимо глядя на мой испуганный вид и выпученные глаза, сжаливался и вновь присаживался у костра, который мы, ну если честнее, маг, развели под вечер.       Моя же жизнь в Средиземье, можно считать, начала налаживаться.