Жаркая любовь,сильней холодной мести.

      Вычитав первые строки о Перуновой горе, он мгновенно полез в телефон искать о ней информацию. На каком-то сайте он вычитал, что она находится в десяти километрах от его дома. Не медлив ни мгновения, он схватил ключи от машины Ахуин и побежал в гараж. 2 канистры, уголь и спички - все, что он взял с собой перед тем как запрыгнуть в машину и протаранить ворота.       Педаль газа в пол, постоянные повороты руля и тихие маты, срывавшиеся, когда ситуация на дороге становилась опасная. Он впервые водил машину, а потому просто ехал напролом. Бездорожье не щадило его, но он упрямо выкручивал руль в попытке сохранить контроль. Местами дорога была цивильной, местами - полное бездорожье. Пока Адам был на взводе и не видел ничего, кроме дороги, Чернобог в теле Димы бежал не так далеко от него. Мчась со скоростью гепарда, он совершенно не обращал внимание на Адама. Когда тот заметил родную макушку, взбесился и завернул руль, сбивая его на всей скорости. Несчастное тело отлетело метра на 3, но Адам, не медля ни секунды и сохраняя полную уверенность в своих действиях, переехал его еще раз. Решив не тратить время на эту тушку он просто вновь вывернул руль и помчался вперед. До нужной горы оставалось всего ничего.       Вскоре он подъехал к подножию и увидел, что на самой верхушке стоит церковь. Пока он осматривал гору в попытках понять, как ему забраться на вершину, чуть левее обосновался Чернобог, который уже во всю карабкался на гору. Он впивался ногтями в камни и совершенно не обращал внимание на Адама. - Ну нет... Блять!       Адам равнул с новой силой. Он взбирался так, будто от этого зависела его жизнь. Впрочем, это не так уж и далеко от истины. Он молился всем богам которых только знал. Он успеет. Он должен.       Он бежал то на ногах, то на руках, иногда перебегами на четвереньках. Пот лился градом, ноги забились и уже начинали подрагивать, язык уже давно нашел свое место на улице, а легкие планировали не то взорваться, не то отказать. Когда церковь начала мелькать на горизонте, у него открылось второе дыхание. Он буквально ввалился в святыню. Ноги его уже не держали и он откинулся на стену. На вторженца тут же обернулся поп, стоявший у иконы. Поп крестил семью: мужчина, ребенок и беременная женщина. - Извините, Отец! Дело срочное! Можно вас на пару слов? - Поп пробормотал слова извинения и подошел к Адаму. - Что случилось, сын мой? Что тревожит тебя? - Святой отец, сюда идет зло! Тут есть то, что ему нужно - его тело. - Успокойся, сын мой, что тебя тревожит? В чем причина твоей тревоги? Выдохни и молись вместе с нами. Отец небесный, приди, помоги, душу его усмири, все то плохое, все то лихое отгони, дьявол придет и несчастье, бедному Адаму, принесет.       Вся семья и священник принялись молиться и отбивать поклоны, а Адам пытался понять, когда он успел произнести свое имя. - Скажи-ка богу, друг небесный: Куда ты лезешь, педик прелестный? Тебе бы стоило уйти и больше сюда не приходить. Друзьям уже помочь не сможешь. Тебе суждено умереть вместе с ними. Умереть в муках - муках тревоги и боли. В порывах страдания и отчаяния.       Живот женщины стал шевелиться. Она положила руки на бедра и чутка вытаращила зад. Тихие стоны перешли в крики и между ног показалась струйка крови. Послышался плачь младенца. Он буквально вывалился у нее из пизды. Его тело было крайне не пропорциональным, а глаза постоянно меняли свой цвет: черные,голубые, белые и красные. Прошло несколько мгновений, а он стал расти на глазах, а стены церкви поплыли. Семья стала ржать, как сумасшедшие (а как тут с ума не сойти?), а священник продолжил: - Тебе, милый, не уйти - тебя ждет смерть на этом пути. Как только смерть к тебе придет - тебя владыка твой убьет. Все то, к чему идешь ты настигнет тебя из мглы.       То, что еще недавно было младенцем уже превратилось в мужчину средних лет у которого были темные волосы до поясницы, голубые глаза, острый нос и худощавое телосложение. Пальцы напоминали грабли своей длиной и остротой длинных ногтей. - Ну здравствуй, Адам. Как тебе мое истинное обличье обличие? ХАХАХАХА! - Где Дима?! - Ярость в его голосе грозилась перейти в рукопашную. - Дима? Хм... Не помню такого. Что-то с память моей стало! Ихихихихаха!       Иконы зарыдали кровью. Священник упал на колени, а его глаза стали вылезать из глазниц. Они просто висели на нервах, полностью выпав. - Зря ты пришел сюда, мой друг. Но за то, что выпустил меня, смерть приз получше серебра!       Церковь стала меняться. Она стала простым деревенским домиком, в котором не было окон. Посетители превратились в мебель и, хоть они были живы, назвать их таковыми язык не поворачивался. О том, что они живы свидетельствовали лишь их тихие стонания. - Знаешь, каждый страх, что я создаю всегда порождают чьи-то страдания. И я дам тебе фору - беги. Возможно, сможешь меня остановить?       Дверь распахнулось с громким и протяжным скрипом. Адам решил не ждать и дал деру. Как только он покинул помещение дверь захлопнулась. Темный лес окружил его. Тяжелая атмосфера давила на него, а постоянные шорохи заставляли оглядываться. От дома вглубь леса шла тропинка, которая скрывалась в густой чаще. Адреналин в крови решил порезвиться, а потому Адам был решительно настроен съебаться с этого непонятного места.       Развернувшись и находясь на низком старте, на его плечо сел ворон. Холод пронзил все его нутро и он лишь чутка повернул голову в его сторону. Глубокий тембр знакомого скрипучего голоса прорезал тишину. - Адам, не советую сходить с пути. Мы тебя ждем... - Мы? Кто мы?! - Рыкнул Адам в клюв ворону, держа бедную птичку за тельце. - Я и... - голос Чернобога исказился и Адам услышал родной голос Димы - Адам, пожалуйста... Мне страшно! Пожалуйста... не иди сюда! - Дима! Дима, где ты?! - Адам, тут холодно... Помоги! - голос вновь поменялся, - Адам, у тебя мало времени. Чем скорей выберешься отсюда, тем больше шансов у тебя будет победить... НО! Ты все равно не выйдешь отсюда, потому что ты жалкий неудачник! ТЫ - ШУТ ГОРОХОВЫЙ! АХАХАХА!       Ворона издала прощальное "кар" и взорвалась. Кровь разлетелась во все стороны и, в частности, на лицо Адама. Он попытался стереть ее, но лишь размазал ее по лицу. Тропинка манила его и он направился по ней. Ноги сами шли в нужном направлении. Постепенно деревья теряли свои изначальный вид. Становились суше и извилистей, напоминая монстров в ночи, что только и жаждут отведать свежей крови. Луна коварно улыбалась. Ее улыбка была кривая и зубастая, а глаза бегали из стороны в сторону. Звезды то и дело кружили во круг, сбивая Адама с пути и заставляя его голову вращаться.       Он продолжал шагать прямо, стараясь смотреть под ноги. Перед ним предстало огромное дерево, чьи ветви обнимали меч, запечатанный в камне. Прямое лезвие с золотой рукоятью, украшенный синим, красным и белым камнями.       Адам сразу же подошел к камню и вынул меч. Ветви дерева зашевелились и оплели ноги Адама. Оно смеялось, качаясь и скрипя. Жуткий, пронизывающий до костей. Он взмахнул мечем и отсек путы. - Сдохни, тварь!       Дерево взвизгнуло. Ветки вновь стало оплетать его конечности и даже шею. Адам молча рубил дерево. Меч в его руках направлял его. Свет луны освещал его расслабленное лицо.       Казалось, что он не рубит ветви охватывающие его, а просто смотрит на скучное представление. Безразличие в его глаза померкло, когда он увидел трещину в столе. Не долго думая, он пронзил ее. Громкий треск прогремел на весь лес. Древо сошло с ума. Его ветви метались в попытке найти нарушителя спокойствия. Они кричали, метались, пытались спастись от этой боли. Вскоре все завяло. Буквально на глазах, только что пышущее жизнью, оно засохло и зачахло.       Адам смотрел на труху, оставшуюся от древа. Поднял взгляд и пошел вперед. На этот раз было хуже. Гораздо хуже. Все деревья были с глазами, неотрывно смотрящими за каждым его действием. На них сидели птицы. Перья цвета свежей крови, блеклые глаза и пасть с 2 рядами острых зубов. Их крики напоминали плач младенца. - Мда... Чем дальше в лес - тем гуще дебри... - сказал Адам переступая алый ручеек и оглядываясь.       Хруст позади. Адам мгновенно развернулся и увидел человекоподобное нечто. Необычно высокий рост и худое телосложение. Тело уже сгнило. Из многочисленных ран виднелись опарыши, которые шевелились и выпадали, оставляя кроваво-гнилой след позади. На предположительно лице лопались гнойники. В руках был меч. - Ты кто еще, блять, такой?! - Адам моментально вскинул меч.