Вне кадра: Центр шторма

Утренний Сеул встретил город серой дымкой. Дождь прекратился, оставив после себя лишь лужи, в которых отражались неоновые вывески и первые лучи холодного солнца. Но в виртуальном мире шторм только начинался. В 8:00 утра официальный аккаунт JYP Entertainment опубликовал первый тизер-фотосет проекта UNIT-X. На снимке, мгновенно разлетевшемся по сети, Хёнджин прижимал Йеджи к себе на фоне грубых кирпичных стен. Синий шелк её платья контрастировал с его строгим чёрным костюмом. Но внимание миллионов приковало не это. Их губы были в миллиметре друг от друга, глаза закрыты, а пальцы Хёнджина слегка сминали ткань на её талии. Это не было дежурным концепт-фото. Это выглядело как запечатлённый миг чистой, запретной страсти. Интернет взорвался. Хэштеги с их именами возглавили мировые тренды за считанные минуты. В общежитии Stray Kids царило непривычное молчание. Обычно шумная гостиная сейчас напоминала зал ожидания перед важным вердиктом. На столе лежал включённый планшет с открытой статьей. Бан Чан медленно потер переносицу, переводя взгляд с экрана на Хёнджина. Тот сидел на подоконнике, обняв колени и глядя в окно. На нём была вчерашняя помятая одежда, а под глазами залегли тени. — Хёнджин… — тихо позвал Чан. — Это… руководство надавило? Минхо-хён причастен к этому? — Какая разница, Чан? — хрипло отозвался Хёнджин, не оборачиваясь. — Карты сданы. Игра началась. Чанбин нахмурился, скрестив руки на груди: — Мы все знали, что UNIT-X — это жесткий проект. Но выставлять вас двоих… вот так? Из вас делают мишень для хейтеров. Хёнджин, ты хоть понимаешь, что теперь за каждым твоим шагом будут следить? Феликс подошел к Хёнджину и мягко положил руку ему на плечо. — Хён, мы просто волнуемся. Фотография… она выглядит слишком настоящей. Ты уверен, что это просто работа? Хёнджин вздрогнул от этих слов. В его ушах всё ещё стоял щелкающий звук затвора камеры, а на губах — фантомный вкус помады Йеджи. Он закрыл глаза. «Это просто работа», — должен был сказать он. Но язык не поворачивался соврать даже мемберам. Рюджин мерила шагами комнату, едва сдерживая ярость. Юна и Черён сидели на диване, не отрывая глаз от телефонов. Йеджи сидела на кровати, бездумно перебирая край своего худи. — Я убью этих менеджеров, — процедила Рюджин. — Йеджи, они заставили тебя? Почему ты не сказала мне? Мы могли бы что-то придумать! — Рюджин, успокойся, — тихо попросила Черён, хотя её собственный голос дрожал. — Ты же знаешь финансовые отчеты агентства. Если UNIT-X провалится, ITZY просто заморозят. Мы все на грани. — Но какой ценой?! — воскликнула Рюджин, останавливаясь перед Йеджи. — Йеджи, посмотри на меня. Он ведь… он ведь целовал тебя по-настоящему. На этом фото у тебя лицо человека, который… — Прекрати, — прошептала Йеджи, и её голос сорвался. — Пожалуйста, Рюджин, не надо. Юна подняла глаза от телефона, её взгляд был полон сочувствия и странного осознания: — Он держит тебя так, будто боится отпустить, он-ни. Вы выглядите… как влюбленные, которые прячутся от всего мира. Если это игра, то вы оба чертовски хорошие актеры. Или… Йеджи спрятала лицо в ладонях.Она не могла признаться им, что в тот момент, когда губы Хёнджина коснулись её, когда холодный воздух студии растворился в его горячем дыхании, она забыла про камеры. Она забыла про банкротство JYP. Она просто хотела, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась. В здании JYP, на техническом этаже, где обычно никто не ходил в столь поздний час, было темно. Лишь тусклый свет из окна аварийного выхода освещал бетонный коридор. Лиа стояла, прислонившись к стене, кутаясь в длинное пальто. Дверь тихо скрипнула, и из темноты показался силуэт Минхо. Он выглядел измотанным: галстук был ослаблен, верхняя пуговица рубашки расстегнута, а в глазах читалась глубокая усталость. — Ты пришла, — негромко сказал он, останавливаясь в паре шагов от неё. — Я не могла не прийти, — Лиа сделала шаг навстречу. — Минхо, то, что произошло вчера… Я видела, как ты смотрел на них. Тебе ведь тоже было больно на это смотреть. Минхо горько усмехнулся и отвел взгляд: — Я — тот, кто толкнул их в эту пропасть, Лиа. Я координировал съёмку. Я заставил их продать свои чувства, чтобы спасти наши шкуры. Я — чудовище в этой истории. — Нет, не смей так говорить, — Лиа резко подошла ближе и смело перехватила его запястье. Её ладонь была теплой, и это прикосновение заставило Минхо замереть. — Ты защищаешь нас всех. Если бы не ты, директор уничтожил бы их карьеры еще жестче. Ты взял этот удар на себя. Минхо посмотрел на её руку на своем запястье, а затем поднял глаза на Лию. В полумраке её лицо казалось призрачно красивым, а в глазах светилась искренняя, чистая поддержка — то, чего ему так не хватало среди вечной фальши шоу-бизнеса. — Лиа… — его голос стал тише и мягче. Он медленно накрыл её ладонь своей, переплетая их пальцы. — Нам нельзя этого делать. Если кто-то узнает, что между координатором проекта и участницей… — Плевать, — прошептала она, придвигаясь еще ближе, так, что он почувствовал тонкий аромат её духов. — Хёнджин и Йеджи горят на глазах у всех. Давай хотя бы мы сохраним наш маленький секрет в этой темноте. Минхо не выдержал. Он притянул Лию к себе, утыкаясь лицом в её плечо. Его руки крепко обняли её талию, словно она была единственным якорем, удерживающим его в реальности. Лиа обняла его в ответ, запуская пальцы в его волосы, даря ему то самое успокоение, в котором он так нуждался. Они стояли в тишине заброшенного коридора, два заговорщика, связанные общей ложью и одной, глубоко скрытой от чужих глаз, правдой. Дверь репетиционного зала открылась. Первой вошла Йеджи, за ней — Хёнджин. Они не разговаривали с самого утра, но когда их взгляды встретились в огромном зеркале зала, оба поняли: прятаться больше бессмысленно. В зал вошел Минхо, его лицо снова было маской профессионализма, но легкий взгляд на Лию, стоявшую у стены, выдавал его внутреннее напряжение. — Итак, — холодно произнес Минхо, хлопая в ладоши. — Фотосет превзошел все ожидания. Акции компании пошли вверх. Но это только начало. Теперь вам нужно закрепить этот успех на сцене. Йеджи, Хёнджин — на исходные позиции. Сегодня мы репетируем парную хореографию. И помните… мир должен увидеть страсть. Хёнджин подошел к Йеджи. Он медленно положил руку на её талию, чувствуя, как под его ладонью учащенно бьется её сердце. Йеджи подняла на него глаза, и в их глубине Хёнджин прочитал то, что они оба так долго боялись признать. Эта игра в любовь больше не была игрой. И они были готовы сгореть в ней дотла.